бумер девяносто

коряков никогда ни о чем не переживал. да и курил он, пока тонет в своих мыслях, по привычке затягиваясь едким дымом. с балкона старой хрущовки открывается вид на серую детскую площадку, где уже никто давно не веселился, что было разумно. кто вообще захочет здесь оставаться? но илья по-родному ютится на тесном балконе, пока вечерний ветер ласкает кожу. голова переполнена строчками, что перманентно въелись в мозг, прокручиваясь по кругу. вдохновение, взявшееся из ниоткуда, лилось через край, а брюнет не поспевал за ним. мысленно улыбается, когда вновь видит перед собой мягкие черты лица. хочет ощутить на себе согревающий взгляд и невзначай коснуться бледной кожи. запредельно думать о нем так часто. его маленький мир, где было место только для товарищей и музыки, словно приобрел новый окрас, когда в нем неожиданно появился один парень. чувствует себя дурно, когда не один он это замечает. разговор, случившийся вчера, задел за живое. максим, словно под микроскопом наблюдает за ним, пока коряков полностью обнажен. ему нечем крыть. курит до фильтра, в попытках проглотить ком в горле. будучи душой компании в большом кругу друзей, брюнет никогда не задумывался о том, как он может повлиять на других. не придавал себе значимости, считая себя проходимцем в чужой жизни. знает о том, что является не лучшим примером, да и не просит равняться на него, ведь ему нечем гордиться. но человеком плохим себя назвать не мог. научился на своих ошибках, перестроив свой мозг до мелочей, лишь бы вновь не наступать на грабли. только слова лучшего друга крутятся на языке, а илье лишь остается подписывать это под заботу о младшем брате. готов поспорить с максимом. ему явно не стоит вновь прятать мальчишку, что так рвался из родного дома в поисках своего места. а илья видит людей, кажется насквозь. чувствует, как много в чужом молчании недосказанности, как тот счастлив, когда выходит из своей зоны комфорта. пусть шабанову это не понравится, но все же набирает новый контакт. – привет, малой, – голос смягчается сам по себе. – скоро заеду, давай носик припудривай и выходи. по привычке сбрасывает окурок на клумбы, за которыми ухаживала милая бабуля с первого этажа. молниеносно исчезает в квартире, пока ему не прилетела масса оскорблений, попутно захватывая первые попавшиеся вещи. сегодня у него отличное настроение, чтобы как следует провести время. ему давно хотелось съездить за город, а младший – приятное дополнение. шины оглушающе чиркают по асфальту, когда бумер трогается с места. брюнет провожает взглядом уходящее солнце, предвкушая бесконечную ночь с коломийцем, который вновь будет улыбаться так искренне. спешит с легким волнением внутри, боясь растаять под обжигающим взглядом голубых глаз. и он уже плавится, как только паркуется возле знакомого подъезда, где его дожидался русоволосый. – ты сегодня быстро, – улыбается коломиец, присаживаясь на привычное место. – я только-только вышел. илья не может удержаться потрепать того за отросшие волосы, на что денис заливисто смеется, сопротивляясь татуированным рукам. – это ты просто медленный, – с трудом отрывает от него взгляд и трогается, пока тот недовольно вздыхает. – не хочешь узнать, какие у нас сегодня планы? – какие? – за город поедем, – воодушевленно проговаривает коряков, переодически отвлекаясь с дороги на младшего. – водить сегодня будешь ты. взгляд по пять копеек скользит по панели, где были расположены непонятные для дениса датчики. страх угробить бмв брюнета поселяется в груди. – но я же не умею. – будем учить, кто если не я тебя научит? илья дорожил бумером сильнее, чем собственной жизнью. стыдно вспоминать то, как порой садился поддатый за руль, лишь бы никто из его друзей не сел в его малышку. но ему интересно дать русоволосому новый опыт. расслабляется под песни ума турман, тихо подпевая вместе с коломийцем, который больше не казался таким стеснительным. в груди щекотно думать о том, что интерес взаимен. почему-то вся его внутренняя злость рассеивается в ночном ветре и приятного голоса, напевающего его любимые песни. – ну илья, пожалуйста! коряков тянется под звездным небом и широко улыбается, выкуривая сигарету, из-за чего легкие жжет. терпеливо дожидается, пока младший решится пересесть за руль, когда измеряет шагами проселочные дороги. денис, в свою очередь, засел в машине, надеясь на то, что илья взбесится и передумает. только вот он не расчитал одного. у брюнета железное терпение, поэтому он не обращает никакого внимания на чужое хныканье, купаясь в свете звезд. и, как только сзади послышался хлопок двери, брюнет поворачивается и довольно улыбается, когда денис смиренно пересаживается за руль. топчет окурок в пыли, а после следует к нему, дабы скоординировать. – первую передачу включаешь, а после отпускаешь сцепление, – объясняет коряков, пока тот не знает, куда деть руки. – не бойся ты так, я же рядом. татуированной рукой накрывает чужую, когда денис боязливо сжимает переключатель коробки передач. страх отступает от присутствия ильи, после чего младший все-таки трогается. – ну вот видишь, молодец! – радостно восклицает старший. руку убирать не хочет, но не налегает на прикосновения. дает тому самостоятельно рулить на небольшой скорости в безопасном месте, куда бы он не смог въехать. только приятный момент обрывает звонок, из-за чего илья вынужден отвлечься. – алло, – прокашливается в трубку, чтобы не было слышно посторонних звуков. – ты где есть, до тебя хер дозвонишься, – голос макса, словно гром среди ясного неба. – макс, тут жесть, трубу прорвало! – конченный, я слышу, что ты за рулем, – ругается шабанов в трубку, вслушиваясь в голос корякова. – заезжай на район к руслану. – да-да, конечно, связь прерывается! брюнет бросает телефон на панель от греха подальше, вслушиваясь в смех дениса, что принаровился к рулю. дает себе отдохнуть, поэтому провожает взглядом деревенские домики, что мирно спали. – ты такой дурак, какая еще труба? – не унимается русоволосый, стараясь не отвлекаться от дороги, что была ужасной из-за ночной темени. – да твой милый братик меня убьет, если узнает, что ты опять со мной. осторожно объезжает выбоины, лишь бы не повредить бумер. хмурится из-за тонировки, не понимая, как старший в принципе что-то видит в ней. в силу своего зрения, денис двигается по инерции. илья не жалуется, а значит, что не все так плохо. а коряков наслаждается моментом. чувствует себя совершенно по-другому, пока под боком денис сосредоточенно кусает губы. вся его черствость притуплялась в компании младшего. ему хочется продумать больше планов на совместные встречи. хочет отправиться с палатками с товарищами на природу, занудно рыбачить, кататься по живописным местам. но определенно приписывает во все свои фантазии светловолосого. чувствует себя самым лучшим человеком, когда тот доверяется ему. смотрит на профиль сосредоточенного парня, а после подмечает в нем черты максима. друг сейчас бы ему голову открутил. илье по боку, даже если он пойдет против шабанова. тому рано или поздно придется смириться с тем, что не сможет опекать младшего до седины. – стоять! – неожиданно вскрикивает коряков, игнорируя денисово "как?". с горем пополам останавливает бумер, пока коряков тут же выскакивает, исчезая в неизвестном направлении. в удивлении приоткрыв рот, коломиец выбегает за ним, после чего видит водную гладь, спрятанную за деревьями. осторожными шагами пробирается через ветки к берегу, увидев во тьме фигуру ильи. – ты что творишь? – неверяще вытаращивает глаза. коряков, которого можно развидеть лишь под светом луны, неспешно стягивает с себя лишнюю одежду, раздеваясь до нижнего белья. младший отказывается верить в то, что тот действительно решил искупаться. будто смотрит на что-то запрещенное, жадным взглядом впиваясь в крепкую спину, где очаровательно рассыпались родинки. не успевает моргнуть, как брюнет с разбега прыгает в воду, пока капли плещатся вокруг. водная гладь разносит его довольный смех. денис уверен в том, что коряков безумец. – прыгай ко мне, принцесса, – завывает тот. – вода, как парное молоко! думать долго не приходится. все-таки одному ночью в лесу страшно, а брюнет то и дело заманчиво ныряет. илья внимательно наблюдает за действиями младшего на берегу. ничего не может с собой поделать, пока ухмылка сама по себе появляется на лице. коломиец неторопливо бросает одежду на до сих пор не остывший песок, чувствуя себя слишком неловко. оставляет очки на кучке смятых вещей, а после неспешно двигается к воде. предвкушает, как ему "приятно" будет ехать в мокром белье, из-за чего тяжело вздыхает. но все же делает шаг вперед, все-таки соглашаясь с коряковым. вода и правда, словно парное молоко. – ты просто идиот, – смеется русоволосый, нагоняя старшего. – мы же не обсохнем. – зато как приятно, – илья позволяет себе расслабленно прикрыть глаза. голубоглазый, не смотря на свое зрение, сверженно поглядывает на илью, что походил больше на чертова аполлона. смотрит и понимает, что никогда так ни с кем не веселился за всю свою жизнь. и никогда не видел настолько открытых людей. пусть тот выглядел неординарно, да и его стоило бы обходить стороной, но денис лишь тянется ближе. поэтому, взбирается тому на спину, крепко ухватившись за шею. хочет прикосновений и его смеха. – малой, ты давно пизды не получал? – не может скрыть того, что ему нравится внезапная перемена настроения. татуированные пальцы крепко подхватывают за бедра в воде, а денис ощутимо расслабляется, обжигающе дыша ему на ухо. илья же чувствует, как его щеки нещадно горят. он рад, что в темноте не видно его яркого румянца. – спасибо тебе, илья, – резко начинает коломиец, ощущая жар чужой кожи. – это еще за что? а денис не готов, чтобы тот сейчас видел его. обнимает за шею крепче, прижимаясь всей грудью к его спине, из-за чего мурашки щекотно бегут по коже. у него слишком много мыслей, которые так хочет высказать илье, но боится, что не скажет даже половины. не привык так открыто с кем-то говорить, поэтому пересиливает себя. все-таки илья его учит тому, что нужно веселиться на полную катушку, как и говорить то, что думаешь. – это самые лучшие дни в моей жизни, – голос становится тише, словно их может кто-то услышать. – я очень счастлив прямо сейчас. илья, словно на пороховой бочке. готов вот-вот взорваться от сладкого голоса, пока денис, будто бы специально прижимается кожа к коже. не может подобрать нужных слов, кажется, впервые в жизни. а язык у него был подвешен всегда. – скажи мне это в глаза, – строго проговаривает брюнет. чувствует легкое разочарование, когда отпускает крепкие бедра, а руки пропадают с шеи. готов задохнуться от внезапного признания. и точно исчезает, когда перед замечает собой искру голубых глаз, что слепит его. – я говорю, что мне нравится с тобой. и денис точно не врет. метался в своих сомнениях, считая, что с ним что-то не так, если люди к нему не тянутся. только коряков из раза в раз смотрит лишь на него, желая встретить хотя бы еще раз. нашел свое место здесь, где пахнет вишневыми сигаретами и елочкой, висящей в салоне девяностого бумера. коряков, наверное, впервые чувствует себя слишком потерянным. знает, чего хочет, но только боится поторопиться. боится ошибиться в ответной искре. не желает оттолкнуть младшего, пока глаза сами по себе опускаются на чужие губы. вся его уверенность в моменте пропадает, а кончики пальцев подрагивают от накрывающих чувств. они, словно снег на голову. как и денис, взявшийся из ниоткуда. и этот самый денис, будто бы читает его мысли. берет инициативу на себя и тянется вперед, пока ладони осторожно накрывают щеки, из-за чего сердце корякова в эту же секунду взрывается. татуированные пальцы зарываются в русых волосах на затылке, когда поддается на мягкость горячих губ. плевать, кто что подумает, ведь это лишь одно слово — любовь. никто не спешит, довольствуясь каждой секундой вместе. илья запоминает вкус его губ, пока коломиец смущенно улыбается в поцелуй, как только они сталкиваются кончиками языков. чувствует, как начинает замерзать в воде, поэтому прижимается к брюнету сильнее, пока тот сгребает в крепких объятиях. илья не уверен в том, что будет дальше, но четко уверен лишь в одном – ему без дениса пиздец.