Небо

Отношения у Юры с Ильёй всегда были странные - они не напоминали ни один вид человеческих взаимоотношений. Нет, что вы, они далеко не ненавидели друг друга, они, вроде, если разобраться, даже особой неприязни друг к другу как таковой не испытывали. Друзьями их назвать было нельзя - не настолько близки и радушны, но и просто знакомыми не назовёшь - товарищи слишком много времени проводили вместе, так уж повелось. С их первой встречи в училище прошли годы, многое изменилось, то, что сначала они друг в друге не могли разгадать - разгадано, но появились новые задачки, по уровню сложности выше. Сходства - страсть к небу, облакам, пространству, различия - миллион и одна вещь. Они не признавались в этом даже себе, но многое друг о друге они не просто выяснили за годы совместных лекций и практик, но и запомнили. Юра никогда не предложит Илье чёрный чай, а тот, в свою очередь, никогда не разбудит Исаковского, если даже тот уснул в совершенно неподходящее время. Они повзрослели, а небо их смягчило, взять даже первые совместные практики, где до этих самых высот ещё далеко, а они где-то внизу, парни прошли через это вместе. Конечно, у каждого были и свои друзья, целый набор, так сказать, стартер-пак, но, хоть оба они и не входили в данное число друг у друга, всё равно всегда были где-то рядом. Попадались на глаза, определялись в одну группу, выполняли те же задания. Это была отдельная категория знакомого, особенное "Илья" у Юры, и, соответственно, такое же выделяющееся "Юра" у Ильи. Такой вид взаимоотношений не понимал никто из окружающих, что часто ограничивались какой-то звонкой фразой типа "те придурки", когда дело касалось этих двоих парней. Прошло время. И вот, они закончили учёбу, теперь они оба - пилоты. На самом деле, их так ещё нельзя назвать, потому что толком парни почти ещё не летали, но очень гордо себя так кличут. Себя и друг друга. Так уж получилось (наверное, по чистой случайности), что они устроились работать в одну и ту же авиакомпанию, после полного обучения полётам на, опять же, просто совпало, боинге. Первые рейсы, конечно же, оба провели с более опытными командирами воздушного судна, выступая в роли вторых пилотов. Но спустя отведённое количество времени Илье наконец доверили должность командира корабля, дав ему, на этот раз точно по чистой случайности, Юрия Исаковского в помощники. Полёт прошёл прекрасно, штатно и спокойно, несмотря на тысячу и одну шутку в обе стороны. Тихонов признался себе, что он действительно был рад, что первый его ответственный настоящий полёт прошёл так. Хорошо. Потому что с Юрой. Конечно же, с ним было привычнее находиться рядом. И в небе, и на земле. А ещё, ему очень шёл этот костюм от авиакомпании, это был первый раз, когда Илья увидел парня в новом амплуа. После того случая, судьба их будто бы разделила вновь - совместные рейсы не ставили, да и в аэропорту они не пересекались. Спустя некоторое время Илья почувствовал, что Юры ему стало не хватать. Будто отняли что-то важное. Нет бубнежа под ухом. Надоедливого, но привычного. Раздражающего, но приятного. А ещё он почувствовал, что находится в постоянном ожидании их следующего совместного рейса. В постоянной надежде, что в кабине пилота с ним будет сидеть никто иной как Юра. И в один день его надежды сбылись. Прошло около месяца прежде, чем это произошло. На этот раз в роли помощника был Илья, чему несказанно удивился и обрадовался. Коллегу он, конечно же, встретил фразой "что, дослужился наконец?" и ухмылкой на лице. "Да меня хотя бы назначили, смотря на качество моей работы, спустя адекватное количество времени, а не как тебя, за красивые глазки", дразнящий тон и такая же полуулыбка встретили его в ответ. Тихонов не мог отрицать - он по Юре скучал. Когда необходимая высота была набрана и оба уже пили чай, включив автопилот, Исаковский неожиданно начал диалог. - Знаешь, я даже ждал совместного полёта. - Это была обычная фраза, но только не для них. Для них это явно было чем-то очень откровенным и нетипичным. - Честно говоря, я тоже. С тобой спокойно летать. - Промолвил в ответ Тихонов, засматриваясь на синее небо и облака снизу. Юра посмотрел прямо на него и Илье пришлось перестать любоваться однообразным пейзажем и взглянуть в ответ. Не то чтобы он был против. - Может мы... будем поддерживать общение, как нормальные люди? - А мы ненормальные, Юр? - Иногда мне начинает казаться, что да. - Пилот легко улыбнулся, отвернувшись от собеседника. Диалог был закончен, казалось, но Илье хотелось растянуть его ещё немного. - Хорошо, я напишу тебе как-нибудь. - Буду очень ждать. Спустя пару дней парень и вправду написал. Илья Ну привет, Исаковский Юра Написал таки Ну привет, Тихонов Этот самый Исаковский не поставил скобку, но второй этот самый Тихонов чувствовал, что тот улыбается своей любимой улыбкой с прищуром. И дальше диалог полился рекой. Они обсуждали многое - сначала полёты, работу, людей на этой самой работе, потом общих знакомых, потом разговор уже ушёл в совершенно отвлечённое русло. Блондин валялся на кровати перед сном в свой законный выходной и, когда писал, даже не подумал о том, что Юра может быть в небе сейчас. Но ему повезло, и тот, судя по всему, тоже дома. Настолько много и... содержательно они ни разу не общались за один подход. Парень ощущал себя необычно, но ему... нравилось. Пожалуй, ему очень даже нравилось, и вряд ли этого нельзя сказать о его собеседнике, учитывая, что полночи они проболтали вдвоём, и это был далеко не монолог Ильи. У них всё-таки нашлось больше общего, чем они оба думали. Просто надо было поболтать обо всём на свете, чтобы это выяснить. Но всё когда-то кончается, и их диалог тоже, беспокоился об этом пилот только до тех пор, пока, открыв глаза с утра, не увидел радующее "доброе утро" со скобочкой. Спустя ещё больше времени, они выбрались погулять. Не в перерывах между парами, не в перерывах между полётами, а по настоящему, по-нормальному, по-человечески - просто погулять. И тогда оказалось, что они очень многого друг о друге не знали, и что их великие и ужасные различия были просто... стереотипом, который они сами себе и заработали в первые пару месяцев после знакомства. Возможно, тогда это и имело долю правды, но сейчас - почти нет. Более того, оказалось, что и общего у них куда больше. О, первокурсник Юра никогда бы не поверил, что когда-нибудь будет гулять по парку в морозный февральский день, смеяться и пить горячее какао в попытках согреться с Ильёй Тихоновым, а главное - сам организует эту встречу и будет наслаждаться ей больше, чем ощущением скорости при взлёте самолёта. - Как думаешь, теперь мы достаточно нормальные? Начали нормально общаться, теперь нормально гуляем. - Сидя на одной из лавочек, спросил Илья. - Мы с тобой - Исаковский и Тихонов. Нам "нормальными" не стать уже никогда. - Юра сказал это довольнее, чем следовало, и, сидя на той же лавке, закрыл глаза и откинулся назад, раскинув руки. - Наверное, ты прав. - Я всегда прав. Одной прогулкой они не ограничились - тут также, как с перепиской, как с совместными полётами. Один раз попробуешь - больше не остановишься. Хотелось ещё и ещё. И вот - они гуляли, общались, летали, и, честно говоря, настолько сблизились, что Илья не помнил жизни без Юры, не представлял её даже. В тот момент, когда он это осознал, он сразу начал думать над тем, как же Исаковскому об этом сообщить красиво, ведь зачем медлить? Тот же сам говорил - им нормальными не стать никогда уже, а значит, не надо и пытаться. А значит, можно делать всё, что хочется. Не с каким-то призывом к действию, совсем нет, а просто, чтобы знал. И делал с этой информацией, что хочет. Тихонов ждал, пока идея сама придёт к нему в голову, но всё никак не приходила. А вот список ближайших рейсов пришёл. Отлично - один с Юрой, один с Ромой, два со старшими коллегами и один с незнакомым ещё мужчиной. Рома тоже был его однокурсником, и тоже попал к ним в компанию. Илье с ним рейсы давали нечасто, почти как с Юрой, а вот самому Исаковскому везло, он с Ромкой налетался уже вдоволь. Почти сразу после внимательного изучения расписания, Илья уж было хотел написать и обрадовать друга совместным полётом, ведь они теперь так делали всегда, но тот его опередил. Юра Слетаем вместе 18-го! Один раз, правда, но ничего Илья Ееее Ещё и я помощник, значит можно расслабиться Юра А пару месяцев назад так кичился званием капитана воздушного судна) Илья Ну, времена меняются Юра Кстати, вы там с Ромкой в Сочи летите 21-го Я пассажир К семье полечу Илья Ого Тогда постараемся обеспечить приятный взлёт и мягкую посадку, уважаемый господин Юра Уж постарайтесь План созрел мгновенно. Такой подходящий случай! Осуществить не составит никакого труда. Тихонов смиренно принялся ждать 21-го числа, даже больше, чем 18-го. Полёт с Юрой прошёл обычно - штатно, и по правилам перелётов, и по их устоям взаимоотношений. Дружбы, вернее. Они подолгу разговаривали, иногда отвлекаясь на облака, виды и, конечно, работу, а когда уставали болтать - играли в слова, города и прочее. С Юрой не было скучно летать, по неведомой (или уже ведомой) причине. И вот, солнечный и тёплый день Х - 21 мая. - Ооо, привет, коллега! - Весело поприветствовал Илью Ромка в аэропорту. - Здравствуй, здравствуй, как поживаешь? - Да хорошо, знаешь ли, летаю вот... За разговором они уже прошли в кабину. Перед взлётом Тихонов решил немного подготовить Рому к маленькому экспириенсу, что сегодня случится. - Там закат кажется скоро? Красиво будет. Как раз прибавит атмосферы к тому, что я хочу сделать. - Ну ладно, или не подготовить, а сказать в лоб. - А что ты хочешь сделать? Извини, но я на массовое убийство и крушение самолёта не подписывался... - Рома, хоть и шутил, действительно выглядел испуганным. Пожалуй, надо было переформулировать. Илья неловко усмехнулся. Не мастер он в выражениях. - Да нет, не это. Конечно нет. Там... Пассажир один летит. Я хочу немножко изменить речь послевзлётную. - Юрка Исаковский, что ли? Тихонов не думал, что Рома об этом знает, но, видимо, они достаточно близко общаются. Сдружились за все совместные полёты. Илья чуть задумался, но деваться было уже некуда. - Ну ладно, да, он. - И что ты собираешься сказать? - На лицо пилота наползла хитрющая улыбка. - Сам услышишь. - Ответив, Илья заразился выражением на лице собеседника, и уголки его губ поползли вверх. - Тц, ну Илья! Пару минут и они уже летят, стремительно набирая высоту. Ромка стреляет заинтересованными взглядами и пора бы начинать. Стандартная речь: "Уважаемые пассажиры", ля-ля-ля... Представился, о наборе высоты сказал, о времени в пути тоже, и об этом, и о том, и время уже заканчивать речь, но наступил самый ответственный момент. - ... Уважаемые пассажиры, спешу вам объявить, что сегодня на борту нашего воздушного судна находится очень дорогой моему сердцу человек. Поэтому весь полёт и посадка пройдут особенно гладко. Теперь всё то же самое быстрым темпом на английском и речь завершена. Как только динамик отключен, Илья выдыхает, слушая восторженные аплодисменты сбоку. - Ну-ну, что вы, коллега, не стоит... - Вжившись в какую-то роль, нервно улыбнулся Тихонов. - Не, молодец, даже красиво сказал, ему понравится. - Да он там... в ахуе сейчас сидит. - В счастливом! - Надеюсь... Они в небе - связи нет, поэтому наверняка этого Илья не узнает до конца полёта. Не будет же Юра пытаться достучаться до пилотов, он же понимающий. Дело сделано - до земли можно расслабиться. Отдых в Сочи будет всего час, потом обратный рейс на том же самолёте. Надеялся ли Тихонов случайно встретиться с "особенным" пассажиром в аэропорту или просто получить от него пару сообщений - он и сам не понимал, но начал волноваться, когда они приземлились. В Сочи им определили бизнес-зал для часового отдыха, пока они с Ромой и остальной командой бортпроводников шли до него, Илья искал глазами виновника собственного волнения. Но тот нашёл его быстрее, встав перед пилотами. - О, привет, Юрка. Как полёт прошёл? - Начал было Рома, но по взгляду парня быстро понял, что к чему, и не стал докучать с вопросами больше. - Привет, Ром, отличный перелёт и посадочка мягкая. - Искусственно улыбнулся Исаковский, показушно, можно сказать. Тот в ответ неловко улыбнулся и пошёл дальше с остатками экипажа, бросая по пути коллеге резвое "догонишь!". - Ну? - Что? - Илья любил включать дурачка, когда ему было невыгодно или неловко что-то говорить. Тут второй вариант. - Что это было? - А на что было похоже? - После этого вопроса Юра и впрямь слегка задумался, растеряв былую уверенность в расспросе. - Ну, то, что я тебе как друг дорог ты мне мог и так сказать. А раз уж я - тот самый очень дорогой твоему сердцу человек, может, ты и сам соизволишь рассказать, что такое сподвигло тебя на такой подвиг? Илье потребовалось пару секунд на переваривание этого ответа и воображение такого же красивого. - Да это и не подвиг вовсе. Просто один из достаточно креативных и уместных способов признаться в симпатии такому необычайному романтику, как ты. - Выпалив без запинок такой поток слов, парень был вполне собой доволен. Он такое выдавал нечасто. И правда, в плане речевых оборотов, Юра был настоящим романтиком и за словом в карман не лез. Выражение его лица сейчас слегка поменялось на смущённо-удивлённое. В мыслях блондина пронеслось "ого, он так умеет!". - Слушай, ну дальше по всем канонам только поцелуй прямо в небе. - Рома утверждал, что когда я сказал свою речь, ты сидел в счастливом ахуе, поэтому - пожалуйста, просим, следующий шаг за вами, ожидайте ещё одного совместного полёта, коллега! - Удивляясь себе всё больше, "ого, Я так умею!", он пафосно развернулся, готовый показательно и довольно топать к уже покинувшим основную зону участникам экипажа, но Юра остановил его, взяв за руку и резко развернув к себе. - Стоять. - Прозвучало в приказном тоне, о чём Илья уже собирался заявить, но не сумел, Исаковский схватил его за галстук, одновременно с этим сняв другой рукой с него фуражку, притянул и впился своими губами в чужие. Тихонов только и успел прикрыть глаза и тут же осознал, что он вовсе не был довольным после своих красивых ответов секунду назад, он не был доволен вообще никогда до этого в своей жизни и только сейчас почувствовал самое настоящее удовольствие. Это длилось, увы, недолго. Юра нехотя отцепился от него, вернув головной убор на место. - Всё, уяснил, надеюсь. Дома поговорим, я возвращаюсь через три дня. - Он очень старался делать вид, что ничего не произошло и что ему ничуть не неловко после содеянного посреди такого людного места, и выходило у него, честно говоря, хорошо. Если бы Илья не был собой, он бы даже поверил. - Давай, шагай, тебя заждались. - Кивнув в сторону зала, добавил "особенный" пассажир и слегка хлопнул пилота по плечу. Парень повиновался. С улыбкой развернулся и бодро пошагал туда, ещё несколько раз оборачиваясь, чтобы поймать ответные взгляды. Влетел в практически пустой бизнес-зал, где к его удивлению не было никого из пассажиров. Второй пилот подскочил к нему с предвкушением. - Ну что? - Нетерпеливо спросил парень. - Догадайся! - Вы встречаетесь? - Ещё, вроде, нет, но... - Вы поцеловались? В ответ Илья быстро закивал, а Ромка победно захлопал в ладоши, будто только этого и ждал всю жизнь. - Хочешь, секрет открою? - Спросил он. - Давай. - Тихонов всё ещё был в состоянии восторга и даже не подозревал, что такого сейчас может поведать ему собеседник. - Юра тоже так хотел сделать, но ты пассажиром не летаешь, вот ты его и опередил. Илья обомлел. - Что, прям также? И давно? - Не, даже круче! Ты с "очень дорогим сердцу" ещё поскромничал. А остальное он тебе сам расскажет. - Ну Рома! - Сам расскажет! В это время Юра ехал домой, к семье, такой же счастливый, как и Илья, и думал, рассказывать ли обо всём маме или ещё рано. Всё же, последнее, что та слышала о Тихонове - "он такая язва, вечно угрюмый ходит и командует, настроение ещё всем портит, лидер нашёлся, не дай бог потом с ним в одном самолёте слетать, я же с ума сойду!"...