Наказание

Корделия Фокс не любила слово «ученица». Оно звучало так, будто стирало всё, что было до — годы, опыт, тишину, в которой она научилась выживать.  Корделия попала в Академию не по приглашению и не по собственному желанию. Несколько дней назад она узнала о измене мужа. Хэнк не сам признался ей в содеянном — Делия увидела это, коснувшись его плеча. Будто картинки промелькнули в ее голове. «Кто это рыжая?» — испуганно произнесла блондинка. «Откуда ты узнала?» — буквально сразу Фокс сдал самого себя. Ссора началась внезапно, и в конце Хэнк сказал, что не обязан отчитываться перед Корделией и направился к выходу. Как вдруг куртка мужа внезапно вспыхнула огнем. Женщина успела быстро среагировать и помогла потушить одежду Хэнка, но мужчина был доставлен в больницу с тяжелыми ожогами. Теперь к разводу добавились судебные разбирательства. История сразу дошла до Академии мисс Робишо, и ведьмы отправили ей приглашение, сказав, что помогут разобраться с этим.  Академия встретила её запахом прохлады и старых стен. Корделия шла медленно, будто каждое её движение могли оценить со стороны. Белые стены, большая лестница наверх, все было так величественно и совсем не напоминало учебное заведение.  — Вы можете оставить вещи здесь, — прозвучал сзади спокойный и молодой голос. Корделия обернулась. Мисти Дэй выглядела не так, как она ожидала. Не холодной, не величественной. Ни тени показной власти. Одежда в стиле Хиппи, растрёпанные волосы, внимательный взгляд — слишком внимательный. — Вы директор? — спросила Корделия. — Да, — кивнула Мисти. — И Верховная. «Такая молодая, а уже Верховная?» — пронеслась мысль в голове Гуд. Она совсем не так представляла себе женщину, с которой пару дней назад говорила по телефону. Мисти показалась ей очень миловидной и светлой девушкой.  — Я Корделия, — сказала она. — Мне сказали, что здесь помогут… разобраться. Мисти смотрела на неё дольше, чем позволяли правила вежливости. Что-то зацепило во взгляде женщины, в ее блондинистых волосах, которые аккуратно спадали на плечи, в тонкой талии и аккуратных руках.  — Вам не нужно здесь «учиться», — сказала она наконец. — Вам нужно место, где вы перестанете справляться со всем в одиночку и научитесь контролировать свои силы, а моя задача помочь Вам.  Корделия едва заметно напряглась. — Я справлялась, — сухо ответила она. — Я вижу, — мягко сказала Мисти. — Именно поэтому вы здесь. И в этих словах не было превосходства. Было — понимание, готовность помочь Корделии понять саму себя и свои силы.  *** Корделия была аккуратной, вежливой, успешно справлялась с задачами, которые ставили перед ней ведьмы-преподавательницы. Все замечали, что она очень способная и сильная. Мисти отмечала, что такая стабильная магия может быть из-за возраста — у женщины не бурлят гормоны, она состоялась как личность, поэтому ее магия хоть и поздняя, но довольно окрепшая. Также Верховная часто наблюдала за успехами Гуд со стороны, какое-то неизвестное притяжение каждый раз заставляло Дэй просто стоять в проходе и следить как тонкая фигура раскладывала камни, что-то шептала растениям, готовила зелья. В Ковене шептались, что Корделия старше и в дальнейшем может сравняться по силе с самой Верховной, а та наблюдает за ней из-за страха потерять власть. Корделия слышала это, пусть она и не пыталась соревноваться с Верховной, это придавало ей некоторой уверенности. В один из дней ритуал пошёл не по плану. Корделия верила, что может справиться с огнем, и не услышала предупреждение, не потому что не верила Мисти, а потому что хотела опираться на свой, пусть и небольшой, опыт.  Взмахнув уверенно рукой, она подожгла ковер, лежавший неподалеку от камина, который она собиралась зажечь. Он вспыхнул как спичка, пламя стремительно стало подбираться к ногам ведьмы. Мисти оказалась рядом мгновенно. Она одним движением потушила огонь, заслоняя собой напуганную блондинку.  — Смотри на меня. Дыши. Я здесь, — Проговорила Мисти, кладя руку на лицо Корделии.  Верховная впервые увидела перед собой не уверенную женщину, а девочку, которая до ужаса боится огня. Что-то в во взгляде Мисти заставило дыхание Делии сбиться, она думала уже не о своем провале, а о том, какая теплая рука у ее наставницы, какие большие у нее глаза и манящие губы. Они стояли так несколько секунд, смотря друг на друга. Дэй первая поняла, что нужно взять себя в руки и пригласить Гуд на разговор, которого нельзя было избежать.  — Поднимайся к себе в комнату и приведи себя в порядок, я подойду через несколько минут, — приказала Верховная.  Корделия нехотя подчинилась приказу младшей ведьмы, направляясь в сторону своей спальни. В голове кипела куча эмоций: воспоминания, как она в ярости подожгла бывшего мужа, осознание, что как раньше ничего уже не будет. И эта Академия, она сводила ее с ума. Какие ведьмы? Какая магия? Все было в порядке раньше, так к чему ей эти испытания сейчас?  Корделия села на край кровати, вытирая слезы. И эта Мисти… почему вдруг женщине захотелось проявиться перед ней, похвастаться и показать себя. Возможно, это все разговоры других ведьм, вселили в нее такую уверенность, что ей захотелось продемонстрировать на что она способна. «Как же это наивно и глупо» — подумала блондинка. Подвергла опасности не только себя, но и Верховную. В комнату тихо постучали. Показалось лицо Мисти.  — Ты здесь? — не дождавшись ответа, Верховная продолжила. — К чему эта самовольность? Ты тут, чтобы научиться контролировать свои силы. Если бы ты навредила самой себе? Или ранила кого-то из Ковена?  Корделия лишь помотала головой, опуская взгляд.  — Ты не можешь так делать, — сказала Мисти. — Не здесь. Не со мной. — Я повела себя как идиотка, — резко ответила блондинка. — Наслушалась разговоры других ведьм и их восхищения моими способностями и поверила в себя. Хотелось что-то доказать, показать на что способна.  Мисти выдержала паузу. — Я понимаю, Корделия.  Женщина опешила. «Понимает?» — Пронеслось у нее в голове. Что за психологические приемы использует на ней болотная ведьма? Мисти взяла стул стоящий у стены, подставляя его напротив блондинки. Она впервые хотела поделиться с кем-то откровенным, рассказать про себя и свой путь. Корделия создавала для нее впечатление безопасного человека, который сможет понять ее. — Порой мне тоже хочется доказать всем, что я не простушка с болот. Я Верховенствую уже два года, но до сих пор сталкиваюсь с насмешками, особенно со стороны колдунов. Они все никак не могут смириться с тем, что деревенская девушка получила такую власть. Но как я за нее боролась, почти никто не знает… — Расскажешь? — С интересом произнесла Делия.  — Три года назад меня сожгли на костре собственные соседи, — Начала Дэй. — Это не фигурально. Буквально привязали посреди поля и сожгли как ведьму. Но мой дар воскрешения помог мне — я возродила саму себя, жила на болотах, скрываясь от людей. Затем познакомилась с Зоуи, помогла ей исцелить ее парня, Кайла. Возродила Миртл Сноу, которую сожгла предыдущая Верховная, а она поверила в меня, привела в Ковен, сказав, что я могу стать следующей Верховной. Да, только кто бы знал, что это настроит против меня других ведьм. Меня пыталась убить прошлая верховная, девочки унижали меня, подставляли, одна их них, похоронила меня заживо.  — О, Господи! - Воскликнула Корделия, внимательно слушая рассказ Мисти. — Поэтому всегда приходилось доказывать свое право на то, чтобы претендовать на звание Верховной. Если честно, я ни раз хотела сбежать обратно на болота, спрятаться там среди деревьев и просто залечь на дно, но от судьбы не убежишь. Я успешно прошла испытание Семи чудес и доказала свое право быть Верховной этого Ковена.  Впервые Корделия увидела в Мисти что-то большее, чем слоняющуюся по Академии девушку в одежде Хиппи. Молодая, но ответственная и серьезная Верховная предстала пред ней обычной девушкой со своими переживаниями и проблемами.  — Прости, что подрываю твой авторитет, Мисти. Ты кажешься мне совсем юной, я не привыкла думать о том какой опыт за спиной человека.  — А я не привыкла, — сказала она спокойно, — когда меня игнорируют.  Мисти наклонилась ближе, опираясь руками о кровать, склоняясь над сидящей Делией. Она часто так делала, чтобы взять контроль в свои руки, обозначить границу. Обычно этого хватало, чтобы ведьмы отводили взгляд. Корделия не отвела. И в этот момент Мисти поняла, что она не давит, а ждёт, что Корделия возьмет инициативу в свои руки и позволит ей смягчиться перед ней.  — Я Верховная, — тихо сказала Мисти. — И ты в моём Ковене. Слова были правильные, она произносила их десятки раз, но в этот раз они не были произнесены как приказ, а просто повисли между ними.  Корделия подняла на неё взгляд. Она смотрела снизу вверх. В ее глазах не было вызова ради вызова — только спокойная взрослая уверенность человека, который не боится чужого статуса.  Мисти улыбнулась. Она поймала себя на мысли, что готова позволить Делии стать ближе. Она протянула руку и коснулась подбородка Гуд, заставляя поднять голову. — Иногда, — сказала она, — полезно позволить кому-то взять ситуацию в свои руки, но сегодня не этот случай. Мне бы следовало придумать для тебя наказание, но боюсь, что запрет выходить из академии не так напугает тебя, как двадцатилетних девочек.  Корделию поразил напор Мисти. В этом было что-то новое. Женщина, словно хищник, готова была вступить в эту игру с Верховной. Доказать. Сыграть. Взять верх. Корделия перехватила запястье молодой ведьмы, которая все также держала ее за подбородок и смотрела в голубые глаза. В закатных лучах Мисти выглядела еще более красивой — золотистые кудри будто светились в лучах, которые пробивались в окно, внимательные глаза смотрели прямо на Гуд, дыхание было ровным и уверенным.  — Кажется вы начинаете путать власть и контроль, госпожа Верховная, — Делия закусила губу. — Думаю, вам придется придумать наказание соответствующее возрасту.  Она не прикасалась. Только приблизилась, чтобы Мисти почувствовала её тепло, чужое дыхание слишком близкое к губам. Корделия намеренно тянула время, давая Верховной возможность отступить или остаться. Мисти замерла. Дыхание впервые сбилось. Она увидела этот взгляд — хищный, полный уверенности и напора. Впервые ей не хотелось спорить с Корделией, только соглашаться со всеми ее словами, даже, если она начнет нести полный бред.  — И, что ты предлагаешь? — спросила она, уже не так уверенно. Корделия наклонилась ближе, почувствовав как Верховная расслабляется под ее взглядом. Мысль о том, чтобы предложить молодой Верховной потрахаться прямо в стенах Академии еще больше заводила женщину. Но хочет ли того же Мисти Дэй? Что она имеет ввиду, говоря про наказание? Она подняла руку и, наконец, коснулась Мисти чуть ниже ключицы, кончиками пальцев, почти невесомо. Провела линию — медленно, проверяя реакцию. Мисти вздрогнула, и этого оказалось достаточно.  — Я предлагаю продемонстрировать тебе, какое наказание может соответствовать моему возрасту, — томно произнесла Корделия, приблизившись к лицу Мисти.  — Тогда покажи, — сказала она. Корделия наклонилась ближе, касаясь лбом лба Мисти, останавливаясь за секунду до поцелуя. Намеренно выдерживая эту паузу, проверяя границы дозволенного.  — Скажи, если остановиться, — прошептала она. Мисти закрыла глаза. — Если остановишься, — ответила она, — я пожалею. Это было разрешение. Впервые Дэй готова была ослабить пыл, дать возможность кому-то взять контроль над ситуацией. Корделия всегда выглядела в ее глазах той, кому хотелось отдаться. Прямо здесь и сейчас.  Корделия поцеловала её не сразу, сначала коснулась губ уголком рта, едва-едва, как будто проверяя границу. Только потом — медленно, уверенно, без спешки. В этом поцелуе чувствовалось, что дальше будет глубже. Мисти первой нарушила дистанцию. Она приподнялась, отвечая на поцелуй уже не осторожно, а глубже, позволяя себе больше, чем планировала. В этом движении не было подчинения — только честность. Признание того, что она хочет продолжения. Одним движением Корделия перевернула Мисти, от чего та отказалась на кровати, будто это было самым естественным местом для неё сейчас. Не столкнувшись с сопротивлением со стороны Дэй, блондинка уверенно склонилась над ней, запуская руки в кудрявые волосы и медленно и вдумчиво целуя ее прямо в губы. Болотная ведьма ответила на поцелуй, расслабляясь в руках женщины. Руки Корделии двигались осторожно, словно она изучала, запоминала — где Мисти напрягается, где расслабляется, где замирает, а где тянется навстречу сама. Блондинка подняла руки Мисти над головой, сняв ремень со своих черных брюк, она одним движением зафиксировала ее руки у изголовья кровати. Делия склонилась над любовницей, страстно целуя ее в губы, спускаясь по подбородку и щекам к шее. Мисти издала сладкий стон, дыхание стало прерывистым.  В одно мгновение руки женщины оказались под легким свитером девушки, поглаживая ее ребра и грудь. Приподняв его, Корделия опустилась к груди Мисти, осыпая ее поцелуями. — Ах, Делия! — Простонала Верховная, закатывая глаза. — Это ведь демонстрация, запоминай, — усмехнулась Корделия, напоминая болотной ведьме для чего это всё затевалось.  — Черт, ты ведь понимаешь, что в следующий раз не отвертишься, Гуд?  — Да, в следующий раз придется поджечь что-нибудь посерьезнее. С губ болотной ведьмы сорвался стон, когда блондинка забралась рукой под юбку той и начала водить пальцами по влажным трусикам. Отстранившись от груди, Корделия принялась снимать с Мисти ее длинную юбку оливкового оттенка. Вслед за юбкой на пол полетело белье младшей ведьмы.  Перекидывая блондинистые волосы на одно плечо, Гуд склонилась над промежностью Дэй. Целуя внутреннюю сторону бедра, она медленно приблизилась к клитору, уверенно проводя языком.  — О, Черт! — Вырвалось из уст болотной ведьмы. Она покраснела, когда встретилась с довольным взглядом Корделии, которая умело работала языком.  Ведьма проводила руками по бедрам и бокам, наблюдая как Верховная стонет и скулит от каждого ее касания. Через несколько мгновений Мисти сама стала поддаваться бедрами навстречу Корделии, и та добавила пальцы, помогая Дэй достичь желанного оргазма.  Дыхание Мисти сбилось, и разрядка пробежала по всему телу. Корделия склонилась над тяжело дышащей Верховной, освобождая ее руки и целуя ее в уголок рта.  — Так что загорится в следующий раз? — Ухмыльнулась Мисти.