Живущий в холодильнике

Он назвал его Джини, даже узнав, что к джинам тот не имеет никакого отношения. Джини был ёкай, или что-то подобное, Реджи так и не запомнил. Он вообще мало что помнил из того дня, когда подписался на все это. Приличная квартира, всегда полный холодильник, докупить только хлеб и макароны, помощник по хозяйству и кот. Наличие кота обнаружилось случайно. Реджи вообще не был уверен, что кот хозяйский. Казалось, что он перемещается тенями и пропадает, стоит появиться Джини. Хотя, нет, скорее наоборот. Кот попадался под ноги днем, а демон появлялся с заходом солнца. Он выходил из посудомоечной машины, чайника или плиты, смотря что именно Реджи требовалось особенно сильно. Чаще всего демон жил в холодильнике. Его можно понять, будь Реджи демоном, он бы тоже поселился в холодильнике. Он бы и сейчас из него не вылезал по причине жары и вечного голода, но там уже властвовал Джини и требовал дань. — Джини, я хочу есть! — Так глотай же, он весь твой! Джини — озабоченная язва. Высокий, сильный, с шикарной задницей и нехилым членом — мокрая мечта Реджи. Увидев его впервые, Реджи закапал слюною пол, а на сосках залипал до сих пор. Ничего не поделаешь, личный фетиш. Джини утверждал, что ради Реджи готов выделять молоко, но Реджи хватало того, что выделялось из члена. — Я хочу чего-нибудь горячего! — Могу отшлепать, — деловито предложил демон, а сам довольно блестит глазами. — Я говорю про сосиски с хреном! — не сдавался Реджи. — Мне надо уменьшить мою сардельку? И разве это не хрен? Реджи понимает, что проиграл. Пока не потрахаются, Джини не отстанет. А когда потрахаются, Реджи уже перехочется есть. Он и так уже потерял десять килограммов за прошедший месяц. Есть запас лишнего веса еще на два месяца, но как быть дальше, Реджи не знал. Менять квартиру? Он не хочет умирать от истощения. И бросать Джини тоже. — Все будет хорошо. Иди ко мне. Джини лежит в позе морской звезды на огромной двуспальной кровати и ждет, поглаживая торчащий колом член. Реджи знает, что вид весьма обманчив. Сейчас тот полностью скрывается в кулаке, но стоит ему попасть внутрь Реджи, как все изменится. — Мне надо промыться, — вздыхает Реджи. — Люблю смотреть, как ты это делаешь, — приподнимается на локте Джини. — Но сегодня обойдемся так. Он щелкает пальцами, и живот Реджи уменьшается вдвое. Сколько же в человеке дерь… всего лишнего. — И смазку наколдуешь? Пустота внутри требует срочно ее заполнить. Быстро скинув одежду, Реджи выключает свет и забирается на кровать. Демон тут же затаскивает его на себя, ухватив за ноги. Реджи достается член, демону — задница. Смазкой служит слюна, которая тоже не совсем слюна. Она отлично скользит и долго не высыхает. Джини сворачивает язык трубкой и трахает им дырочку Реджи, постепенно растягивая и смазывая снаружи и изнутри. Язык такой длинный, что с легкостью достает до самых чувствительных мест. Реджи не может кончить одной простатой, но уже очень близок к этому. Ему и раньше нравилось ходить к врачу на осмотр, а теперь он может насладиться по полной, одобрительно постанывая в член Джини, упирающийся в нёбо. — Перейдем к спортивным упражнениям. Начнем с приседаний, — заявляет демон, вытащив свой язык из его задницы. Начинается. Тяжело вздыхая и пыхтя, Реджи садится и перемещается вперед, ближе к крепким коленям, подбирает ноги, приседая на корточки. Демон хватает его за бедра и насаживает на свой член без всякого пиетета. Ух! Пока Реджи устраивается удобнее, член внутри него наливается и крепнет, особенно прибавляя в длину. Теперь не соскочить, как не старайся. — Двигайся давай, — шлепает его по бедру Джини и сам подается вверх, заставляя Реджи вскрикнуть от неожиданности. Второй раз просить не приходится. Реджи уже на крючке удовольствия. Он медленно привстает и также медленно опускается, наслаждаясь движением внутри, повторяет несколько раз. Слабые мышцы начинают гореть, заставляя менять положение и темп. Вредный демон совершенно не помогает, заставляя Реджи трудиться. Каждое движение дается все тяжелее, ноги дрожат, начинают болеть пресс и спина, а разрядка даже не рядом. — Джини, пожалуйста, ну пожалуйста! — хнычет Реджи едва не плача. — Пожалуйста что? — Двигайся, ты, ленивый поганец! Шурх, и вот уже Реджи лежит грудью на краю кровати, а демон стоит между его ног, держа за бедра. Член все так же внутри и беспорядочно подергивается между зажатых ягодиц, скользя по нежной коже. — Вставай на руки, планка, — командует демон и приподнимает его за таз, помогая оторваться от кровати. — Пока стоишь — трахаю, упадешь — остановлюсь. Шантажист проклятый. Реджи изо всех сил напрягает руки и пресс, а демон толкается, каждым движением делая хорошо. Если бы еще руки так быстро не уставали. — Улучшим твою гибкость, — командует Джини и переворачивает Реджи на спину, тут же сгибая пополам. В огромном зеркале шкафа-купе Реджи видит свою нелепую задницу и раскрытое очко. Джини хорошо постарался, приходится приложить усилие, чтобы сжать мышцы, но едва кольцо смыкается, как в него снова упирается демонический елдак. Такой уже в кулаке не спрячешь, он толстый и длинный, обрезанный, с блестящей массивной головкой, раздвигающей уже не сопротивляющиеся мышцы. Реджи чувствует и видит одновременно, как его натягивают будто на бейсбольную биту. — Ты хочешь битой? — тут же интересуется демон. — Это еще немного побольше. Совсем чуть-чуть. Реджи знает его «чуть-чуть», дай волю, целиком заберется. — Двигайся уже, — придушенно хрипит Реджи. В таком положении особенно не подышишь и жутко тянет поясницу и спину. Демон перехватывает его удобнее и долбит изо всех сил, заставляя вывалить язык от удовольствия. Некоторый недостаток кислорода заставляет мозг сбоить, в голове мечутся картинки, одна непристойнее другой, Джини перекладывает обе его ноги на одно плечо, меняя угол, и Реджи стонет отрывисто и хрипло в такт толчкам. Возбуждение выворачивает, уровень максимальный, но он не кончит, пока Джини не наиграется. Поставив Реджи на четвереньки, демон чередует убойную скорость и плавные движения, выходя до конца. Мышцы больше не смыкаются, и он длинными пальцами гладит Реджи изнутри, любуясь видом. — Джини, пожалуйста, не мучай меня! Реджи очень хочется кончить. За все это время его член не получил ни мгновенья ласки, он то наливается, то опадает, яйца тоже требуют внимания. И если к члену демон так и не прикоснется, то яйца дождутся своей очереди. Поставив Реджи на разъезжающиеся колени лицом вниз, демон держит его открытым сразу четырьмя пальцами, а сам неестественно выгибается и всасывает бритую мошонку. Горячий рот и скользкая слюна. Реджи не понимает, как он не кончает. Не переставая сосать и перекатывать яйца, демон вставляет руку в разомлевшего Реджи, сложив пальцы кульком. Даже с предыдущей подготовкой это очень много. Кулак демона настойчиво вкручивается внутрь, заставляя закатывать глаза. Когда мышцы смыкаются на запястье, Реджи почти без сознания, и все же он чувствует малейшее шевеление пальцев, костяшки кулака на припухшей простате, и прозрачную струйку, текущую из собственного члена. Теперь его яйца не сосут, а крепко держат в кулаке, не давая податься вперед. Кулак внутри поворачивается буром, проникая глубже. Так далеко они еще ни разу не заходили, хоть к этому и шло. Реджи мечтал попробовать, его мечта сбылась. Найдя самое удачное место, демон трахает его кулаком, медленно подводя к краю. Когда до финала остается пара движений, не больше, демон вынимает кулак, подхватывает Реджи на руки, встает и насаживает на член, мгновенно подгоняя его под нужный размер. — Держись, детка, папочка постарается быстро, — гудит он и быстро толкается бедрами, разжигая в Реджи настоящий пожар. Счастливый Реджи уже давно видел луну и звезды, а сейчас узрел солнце. Все его тело превратилось в сплошной сгусток удовольствия, готового взорваться и поглотить вселенную. Призрачная конча ударила лавовым потоком в его внутренности и подтолкнула к краю. Реджи трясло в конвульсиях оргазма, нити спермы разлетались по всей комнате, а живот все наполнялся. Ненасытный демон продолжал трахать своего человека по собственной конче, брызжущей из растянутой задницы. Реджи кричал, демон рычал, где-то в другой реальности соседи колотили по батарее, грозя вызвать полицию. — Я все уберу, — заверил Джини, заботливо закутывая Реджи в одеяло. — Спи. Завтрак в семь. — Я так умру от голода, — сквозь сон пробормотал Реджи. — Не умрешь, я прослежу, — поправил подушку Джини. — И не забудь покормить кота.