Невзаимность.

— Знаешь... Я хочу тебе сказать нечто важное, — бормочет Ястреб в след уходящему Даби. Злодей, услышав эти слова, резко остановился. Он обернулся, окинув Кейго ожидающим взглядом, отчего пташка потерял дар речи. Стоило ему только открыть свой рот, как слова застряли в горле. Герой прикрывает рот, кусает нижнюю губу, по его телу проходятся неприятные мурашки. Он не может ничего сказать. Ему что-то мешает. Даби выжидал ещё некоторое время, но долго стоять и ждать, когда эта пташка осмелиться открыть свой клюв, он тоже не мог, отчего он безмолвно пошел дальше. И когда он оставил Ястреба одного среди тихого, ночного городка, мужчина прокашлялся, выплянув в ладонь лепестки цветов. Лепестки цветов, которые всегда ограничивали его. Лепестки цветов, которые прорастали в важный для него момент – в тот момент, когда ему было необходимо выразить свои чувства, но он будто бы наперед знал ответ на них. Это ведь... невзаимно.

***

Ястреб открывает глаза, со лба течет холодный пот. Он приподнимается на локтях, присаживается на кровать, пытаясь переварить остатки дурного сна. Он вытирает лоб, тяжело и глубоко дышит, пытаясь успокоиться. Но с каждым новым вдохом, мужчина просто сдается. На глазах наворачиваются слезы, по телу начинает проходить дрожь. Он ненавидел свои чувства. Он ненавидел то, что ему просто не хватает смелости побороть страх невзаимности. Но больше всего он ненавидел именно себя. Почему именно в Даби? Его всегда окружали хорошие люди. Те, кто готов о нем позаботиться, проявляют уважение и всегда отзывчивы к его эмоциям и чувствам. Но среди окружающих ему людей, из всей этой толпы он отметил того, кто явно к нему безразличен: он агрессивен, инфантилен, блещет высоким эгоизмом. Ему ничего не интересно, кроме тех целей, о которых он никогда не говорил вслух. Он саркастичен, лжив, хитёр. И несмотря на это недостатки, Таками всё равно умудрился влюбиться. Его сердце начинает биться чаще, крылья слегка трепещут, губы расплываются в нелепой улыбке, а лицо приобретает румяный цвет. И ему необязательно находится с ним рядом, ему достаточно только подумать об этом уродливым злодее. В какой-то степени он даже к нему привязался. Общение с ним казалось... Приятным. Необычайно приятным, несмотря на саркастичность или открытом недоверии со стороны Даби. Но даже так, они смогли немного сблизиться, хотя никогда не рассказывали о себе больше, чем требовалось. Обычно они стояли в ночное время суток на улице, любуясь ночным небом, где в уютной атмосфере закуривали сигарету. Точнее, курил сигареты только Даби, а Кейго лишь морщился от неприятного запаха едкого дыма. Однако после некоторых совместных посиделок, Таками даже начал немного перенимать на себя привычки злодея. Если ранее он отказывался от предложенной сигареты, то со временем начал соглашаться. Даже покупал в дневное время любимые сигареты Даби, чтобы поделиться ими, ведь для злодея было проблематичным достать из самостоятельно из-за некой известности от лица злодея. В такие моменты Кейго хотел казаться уверенным в его глазах, ведь со временем он вел себя более рассеянно и нервно, хотя, в конечном счёте, нередок был момент, когда он вдыхал слишком много дыма от своей нервозности, отчего почти всегда им давился. А Даби лишь негромко смеялся, слегка постукивая ему ладонью по спине, чтобы бедолага не задохнулся. И эти хоть короткие, но приятные моменты сближали их постепенно. Часто их беседы были в неком роде "терапии", когда Даби жаловался на всю свою команду. То Шигараки он любил называть обиженным ребенком, то Тогу навязчивой глупышкой. Ястреб лишь безмолвно это слушал, позволяя злодею выговорить весь накопившийся негатив, мысленно соглашаясь с его мнением. Сам он недолюбливал альянс злодеев, что и понятно. Его причина была более очевидной, ведь они вредили мирным жителям, что он вовсе не приветствовал. Только это не касалось Даби... Он его не ненавидел, скорее относился нейтрально, как к человеку, который был ужасно травмирован. Хотя другие участники были такими же, но к ним он так не проникался, как в историю того же Тойи. Он будто бы его оправдывал, романтизировал его действия. Ему будто бы сыпали пыль в глаза, заставляя смотреть на Тойю по другому, не так, как было на самом деле. Но он его все равно осуждал до тех пор, пока не понял, что испытывает чувства к этому мерзавцу. Кейго отрицал эти чувства до последнего, он не хотел в них верить. Ему было мерзко от того, что ему нравился ужасный человек, он пытался отрицать эти чувства до последнего. Он боялся сказать вслух о том, что Даби не то, чтобы ему нравился, но и просто был небезразличен. Это было неправильно для того, кто хотел расправиться со злодеями. Каждую ночь, прямо перед сном, он думал о Даби. Он думал о его взъерошенных волосах, о шрамах по всему телу. О его словах, которые он говорил Кейго. А со временем стало только хуже, когда в фантазиях Таками стали появляться обнаженные образы злодея. Он фантазировал о том, в каких местах у него присутствовал ещё пирсинг, который был скрыт за слоем одежды. Он думал о том, как располагались его не такие уж и ужасные шрамы. Ему было интересно разглядеть Даби в полной красе. И эти фантазии он оправдывал обычным любопытством. Ровно до тех пор, пока в голове не пронеслись мысли о том, каково это – прикасаться к его телу. К его грудным мышцам, изучая его тело своими тёплыми руками. А каковы на вкус его губы? Щеки Ястреба приобретали яркий цвет, когда он зарывался лицом в свою подушку, начиная проклинать себя за подобное. Это ведь... Ужасно? Это было неправильно? Но становилось только хуже. Ястреб начинал постепенно признавать свои чувства, хоть и не так смело, как хотелось. Он даже не мог поделиться ни с кем своими чувствами, ведь знал – его никто не поймет. Ни окружение из героев, ни окружение из злодеев. Он понимал, что любить злодея, особенно Даби, который преследовал месть по отношению своей семьи – это уже проигрышный, обречённый иначе говоря, вариант. У него не было и шанса на взаимность. Вместе с чувствами начал зарождаться сильный страх. Он не знал реакцию Тойи на это, да и не хотел интересоваться ею даже, но он был уверен – это невзаимно. С тех пор, каждый раз, когда он думал о том, что ему нравится Тодороки, его сердце покрывали стебли розы, чьи шипы болезненно втыкались ему в сердце. Когда он видел Даби у него перестала появляется нелепая улыбка и румянец на щеках, а только дрожь во всем теле и тошнотворное чувство. Когда он шел в уборную комнату, а после сидел возле унитаза, пока из него выходила алая жидкость в перемешку с цветами и их лепестков. Мужчина сидел рядом с унитазом, уткнувшись спиной в кафельную стенку, когда он пытался прийти в себя. Это был не первый раз, когда его рвало от волнения, и он хотел бы не придавать этому значению, однако цветы, которые он выпускал из себя не давали никакого покоя. По щеке проходятся жгучие слезы, которые после того, как капали с лица, превращались в лепестки. Кейго собирал разные виды этих листов, сжимая в своих ладонях с такой яростью, которую он не мог объяснить. Неожиданно дверь в ванную комнату открылась, где на пороге объявился знакомый силуэт. Тойя... Ястреб приподнял на него усталый взгляд, когда злодей медленно прошел к измученному герою. Тодороки присел на корточки, протягивая руку к его растрёпанные волосам, осторожно проходясь по ним. — Ты выглядишь отвратительно, — бормочет Даби, когда на его лице появился ухмылка. Он поднялся на ноги, протягивая руку Таками. Ястреб вяло виляет своими крыльями, когда от его замечания на его лице образовывается улыбка. Ему не хватало услышать колких замечаний от Тойи, от которых он почувствовал себя намного лучше. Принимая помощь от него, ему помогают встать на ноги, и они оба покидают эту проклятую комнату. Ястреб выпускает из ладоней лепестки. Они оказались на крыше здания, откуда был неплохой вид на ночной Токио. Даби протягивает сигарету Кейго, который он с нетерпением принимает, помогает ему поджечь своей огненной причудой, после чего усаживается рядом с пташкой. Холодный ветер обдувает лицо, Ястреб шмыгает носом, обхватывая губами сигарету. Он делает первую тягу, после которой выпускает дым. Даби следует его примеру. Они сидели в полной тишине, но она была умиротворенной. Она не казалась напряжённой или неловкой, а наоборот, будто бы так и должно было быть. Поджав губы в тонкую линию, Кейго поднял на Тойю глаза, набрав в лёгкие побольше воздуха. — Даби, — жалостливо и тихо произносит он, заставив мужчину на себя взглянуть. Даби, склонив голову на бок, приподнял бровь, — я хочу тебе сказать нечто важное. — и вот вновь в груди сердце колит, будто шипы вонзаются глубже, заставляя от этой боли молчать. Но он устал. Устал мучать себя навязчивыми мыслями и излишними тревогами; пришло время рассказать все, что было у него на душе. Ему не было дело до того, какая реакция могла возникнуть в этот момент у злодея: злость, осуждение, принятие? Нет, это все не важно. Он не искал у него взаимности, больше нет. — Как долго мы знаем друг друга? Как часто мы собираемся вечером, чтобы покурить в спокойно обстановке? Мы с тобой обсуждаем все, что накопилось за день или даже за несколько лет. Я чувствую себя свободным, общаясь с тобой. Знаешь... Иногда мне кажется, что мы стали близки. Хотя, возможно я это просто придумал, — с губ срывается тяжёлый вздох. Даби слушал, не перебивая, но он быстро отвернул свою голову, понимая, к чему ведёт этот диалог. Брови нахмурились, когда он делал глубокую тягу, — так вот. Я хочу поделиться с тобой тем, что меня беспокоит долгое время. Я не буду лгать, что хотел бы услышать одобрения или взаимность, но на нее я не претендую. Я словил себя на мысли, что ты мне небезразличен... Если ты понимаешь, что я имею ввиду. Я часто думаю о тебе, о том, как мы проводим время. Мне кажется, я намного счастливее, когда провожу время не со своими коллегами, а именно с тобой. Я в тебя влюблен. Эти слова наконец-то срываются с его губ. Слова, которых он всегда боялся. Слова, которые он не хотел принимать. Ястреб замолкает, ожидая хоть какой-то реакции, а в груди бушевала буря. Сильная боль охватила его, плечи заметно напряглись, когда он опустил взгляд, засунув сигарету между зубов. Даби безмолвно смотрел куда-то, будто бы не планируя как-либо отвечать на это признание. Он тщательно обдумывал эти слова. И спустя время, все же нарушает тишину между ними. — Это невзаимно. — произносит Тойя, тихо усмехаясь. Его смешила абсурдность этой ситуации. Он отрицательно покачал головой, приложив руку к своему лицу. Мужчина выбросил сигарету, прежде чем подняться на ноги, оставляя Кейго здесь одного в своих чувствах. — Без обид, приятель. Ты... хороший собеседник? Однако я не ищу отношений. Я ненавижу всю эту телячью нежность. После этих оправданий он уходит. Ястреб пытается переварить услышанное, осознать и принять. Он делает глубокую тягу, после чего практически задыхается. И пока он кашляет, из его рта выходит цветок с острыми шипами. Белая роза... Он держит ее в руках, крутит, изучает взглядом. Кейго ужасно боялся этих слов, но получив их, мужчина испытывает некое облегчение? Несмотря на прямоту о том, что Даби не разделяет этих чувств с ним, он был рад одному – он это рассказал. Таками говорил сквозь сильную боль, он посмотрел страху в глаза... Теперь он свободен от ветвей, обхватывающие его сердце.