В идзакае

Сакура тащила Ино в идзакаю, а та не сопротивлялась. По измученному лицу первой девушки было понятно, что ей нужно напиться. — Кто бы мог подумать, что Наруто нравится Саске, — пожаловалась Сакура, опрокидывая в себя гуиноми саке. Сейчас она понимала свою наставницу Цунаде как никогда раньше. А ведь на долю Хокаге пришлось куда больше, чем на её. — Я могла. Это же очевидно, — ответила Ино, лишь пригубив. Пить не хотелось, но за компанию приходилось. — Правда? А почему мне не сказала? Сакура явно не ожидала такого ответа, и Ино могла её понять. Она ведь так долго лгала, что ей нравится Саске, что это уже вошло в привычку. — А зачем? Что бы от этого изменилось? Зато Ино с точностью могла сказать, почему продолжает врать: только из-за этого Сакура, её «соперница», обращает на неё внимание. — Действительно, — Сакура выпила ещё порцию. — Ну… А как ты это понимаешь? В смысле, кто кому нравится? — По поведению. По языку тела. По поступкам. По словам. В общем, по всему сразу. Что-нибудь да выдаст чувства, — пожала плечами Ино. — Надо же… И кто с кем? Будут ещё сюрпризы? — Хочешь посплетничать? Как в старые добрые времена? — ухмыльнулась Ино. «Старые добрые времена» были до того, как девушки разругались из-за Саске. Тогда они обе были детьми, даже не подростками, и такой пустяковый повод сильно подпортил их дружбу. Лишь повзрослев, став менее вспыльчивыми, они помирились. Из-за столь длительного разрыва и постоянной лжи Ино их отношения до сих пор несколько неловкие, неуклюжие. Сакура кивнула. Ино вздохнула и принялась перечислять любовные связи половины деревни. Сакура то кивала, будто сама об этом знала или догадывалась, то недоверчиво спрашивала «Да ну?» или «Никогда бы не подумала», а с некоторыми решительно не соглашалась. Ино не стала её переубеждать. — А тебе кто-то нравится? Как-то я это упустила. Или ты намеренно не сказала? — поинтересовалась Сакура, когда Ино закончила докладывать разведку с любовного фронта. Вот он — момент истины. Признаться, что включился защитный механизм и Ино «выбрала» Саске — самого популярного мальчика, в которого была влюблена половина класса, если не школы. Это ведь нормально, правильно, что девочкам нравятся мальчики и наоборот. Прежде, чем ответить, Ино залпом выпила почти полную гуиноми саке. — Ты. Мне нравишься ты. Сакура хлопала ресницами, пытаясь переварить информацию. — И давно? — спросила она. — С того дня, как подарила тебе повязку. Но осознала намного позже. Примерно когда стали генинами. — Это очень долго... Сакура выпила ещё, и Ино последовала её примеру. — Прости. Это очень не вовремя, когда ты всё ещё расстроена из-за Саске. Я, наверное, пойду, — попыталась выйти из-за стола Ино. — Постой. Посиди со мной ещё, пожалуйста. Не хочу пить в одиночестве, — попросила Сакура, вцепившись в руку девушки чуть выше запястья. И Ино села обратно. Осталась. Какая разница, что собственное сердце разбито, если любимой нужна помощь. Так было всегда: всего одно слово — и она сделает что угодно. Пойдёт на край света, убьёт себя или кого-нибудь. Или останется сидеть в идзакае, пока смысл её жизни надирается в хлам. И потом поможет дойти до дома, будет держать волосы, пока её тошнит, а утром подаст стакан воды и таблетки от похмелья, которые Сакура сама же и слепила. — На самом деле я рада за них. Они заслуживают счастья. И если их счастье друг в друге... Что ж, пускай так, — сказала Сакура. — Но за себя больно. От этого ты меньше любить Саске не стала, — кивнула Ино, разлив саке по гуиноми. — Да. Но ничего, я справлюсь. Мало ли на свете парней. — И девушек, — поддакнула Ино, сама не веря в то, что говорит. И они снова выпили.