Тайник Кетцалькоатля

Хлипкая дверь с размаху влетела в стену, пошедшую трещинами краски от ненадлежащего пользования. Аврор, яростно прошептавший себе через плечо заклинание, вновь захлопнул дверь, на что кактусы на рабочих столах завизжали и принялись пускать свои колючки в пришедшего. Брюнет привычно отразил иглы заклятьем так, что они на долю секунды застыли в воздухе, а после рухнули на пол. Растения злобно заскрежетали, но оставили попытки поразить работника. Гарри протопал к своему столу с видом разъярённого гиппогрифа и упал в старое, видавшее виды, кресло, на вес мужчины отреагировшее жалобным стоном. Поттер неторопливо выдохнул, пытаясь обуздать раздражение, после чего,наконец поднял голову на напарника. Рон, привыкший к импульсивному поведению друга, невозмутимо глядел на него. — Что сказал Бруствер? – спросил рыжий, скучающе уперевшись щекой в руку. Гарри поднял измученный, всё еще раздражённый взгляд, после чего глянул на оставленный им беспорядок и прошептал набор чар, испаряя весь мусор. — Ничего нового. Помнишь то дело о несанкционированном казино? Так назначенная группа окончательно руки развесила, уже как с месяц "висяк". Кингсли успокоится не может, сейчас ездил по ушам, всё заставляет меня этим заняться. Я не пойму, мне что, делать нечего? Я, блядь, главный аврор, а он хочет чтобы я с этими жуликами носился? А дальше что? Книззлов идти с деревьев снимать? – Поттер заканчивал пересказ на повышенных тонах, активно всплескивая руками, выражая свое недовольство. — Да уж, – протянул Рон, — Разве твоя группа уже закончила с артефактами Пожирателей? — Разумеется нет! – вновь вспыхнул Поттер, – у меня двое с проклятьями в Мунго и полторы зацепки за две недели. Уизли в ответ лишь прыснул, разыгрывая на лице лишь ему понятную пантомиму, но не успел он и рта раскрыть, как в кабинет влетел самолётик с штампом бухгалтерии. Рон с ужасом на него уставился, и, схватив записку, развернул. Гарри, в ответ на сереющее с каждой секундой лицо друга, лишь поднял вопросительно бровь. — Эти крысы канцелярские мёртвого заебут, – проблеял Рон – который день заставляют переписывать отчеты. Встав, с маской вселенской тоски, рыжий подошёл и хлопнул друга по плечу. — Уж совсем не кисни тут, а я пошёл, но если придет уведомление о непростительных, то знай, я предупреждал.

***

Оставшись в тишине кабинета, Гарри окинул взглядом стол. Папки с отчётами, заполненными кривым почерком, валялись в неизвестном никому порядке, а башня из стаканчиков, куда разливалось нечто, называемое кофе из минцистерны, косились, наровя с каждой секундой рухнуть. Пока аврору хотелось только пару раз приложится головой об стол, который видимо был против такой авантюры и местом не располагал. Тогда у Поттера был запасной план: откинуться в кресле и взмолится о помиловании всевышним, наградивших его всем этим дерьмом. Но и тут были недовольные: как известно, кресло доживало свои последние деньки, и облокотившись на его спинку слишком сильно, был риск отчалить в Мунго с сотрясением от удара об бетонный пол кабинета. За неимением другого плана, Гарри упёрся локтями в колени, начиная негромко, монотонно перечислять всеизвестные ему ругательства, абсолютно не варьируя их от самых безобидных до максимально социально неприемлемых. Остыв, Гарри начал методично восстанавливать дыхание по приему одного из колдопсихологов, которых авроров обязывало посещать министерство. Видимо, святые не успели насладиться муками героя, поэтому его голову наполнил рой скрекочущих, визжащих мыслей, которые, видимо, танцевали джигу в его черепной коробке. Ничем иначе появившуюся головную боль Гарри объяснить не мог.                                  

***

Дом на Гриммо 12 дышит жизнью. Ну, не сказать, что "дышит", пока лишь похрипывает. Гостинная и столовая кишат пустыми бутылками алкоголя, где только возможно разбросаны переполненные пепельницы, трансфигурируемые из подручных ненужных побрякушек, а пустые склянки из под зелья Сна Без Сновидений можно найти на любой поверхности. Раньше Критчер регулярно закатывал истерики Гарри, ведь "увидь госпожа Вальбурга весь срам, устроенный ничтожным мальчишкой-полукровкой, недостойным жизни в древнейшем фамильном особняке Блэков, разнесла бы всё в щепки и сравняла наглеца с землёй от ярости, да так, что его волшебные мозги только и осталось, что соскребать с асфальта у подножья поместья!" Но недобившись должного успеха, эльф усмирил пыл, и теперь только и бродил, бубня и ворча себе под нос проклятия, и браня на чём свет стоит нового хозяина особняка. Проигнорировав диван в гостиной, Поттер расположился на полу близь камина, отплясывающего на его лице золотыми всполыхами, обложившись материалами дела о Quetzal's Cache. На старые папки, все ещё не отнесенные в реестр он устроил пепельницу, ловко трансфигурируемую из старой стеклянной безделушки, одной из оставшихся вещей старухи Блэк. Представляя её возможную реакцию на такую наглость, он с удовольствием поджег кончик сигареты, крепко затягиваясь и смахия пепел в ёмкость. При окончательном переезде он утащил визжащий, вечно недовольный портрет на чердак, вынуждая Критчера беседовать с хозяйкой в сырой, промозглой тьме. Сигареты же появились в волшебном королевстве не так давно. Конечно, были маги, которые таскали табак с магловских рынков, аппарируя за ним специально, но популяризировал его, как не странно, магазин Всевозможных Вредилок Джоржа Уизли. С концом войны, не выдерживающий гнёта и напоминаний о трагедии, Джордж оборвал все связи с родными, и бежал в магловский Лондон, в поиске покоя. Долгих шесть месяцев его не было дома, он не слал писем ни семье, ни друзьям. Вернулся он поистине другим человеком, привезя с собой гору невысказанных тайн и дурманящий никотин. Целый вечер Гарри провел зарывшись с носом в документы, которые смог на правах назначенного аврора утащить домой. Вперившись взглядом в материалы, он который раз перечитывал папки, не зная, за что и зацепиться. Казино "Quetzal's Cache" — идеально чистое с магической точки зрения. Никаких запрещённых артефактов. Никаких происшествий из ряда вон. Никаких подрывов и набегов. Никаких взяток. Единственное — мелкая, но незарегистрированная магия, которая, технически, была нарушением бюрократических порядков Отдела магических игр и спорта. Откинув от себя бумаги, Гарри с звонким щелчком открыл бутылку огневиски, разлив в рокс напитка на два пальца. Уставившись взглядом в стену, он мысленно материл Кингсли, брюзжавшего о срочности дела, идиотов в отряде, не имевших даже зачатка мозга, чтобы отправить инспекцию в казино и самим справиться с бюрократической вознёй, горевал по полевой работе, к которой он временно недопущен. "Ты должен пустить все силы и ресурсы на это дело, Гарри," —бормотал в голове голос Кингсли. Послав всех к Мордредовой матери, Гарри закрыл глаза. Тишину нарушал лишь треск поленьев, пожираемых огнем, да очередная брань и возня Критчера в какой-то из комнат дома. Но в голове, вопреки выпитой бутылке огневиски и ужасной усталости, набатом повторялось: "Несанкционированная магия... Идеально чисто...Никаких происшествий...". Слишком чисто. До скрежета зубов идеально. Чертовски скучно и чертовски подозрительно. Утром. Да, он решит, что делать утром