Моё исключение

      Человеческий мозг поистине удивительная вещь: он может напрочь стереть из памяти, что ты ел на завтрак, но напомнить как в свои восемь месяцев от роду плакал на взрыд из-за тетушки, которую видел впервые. С такого можно и посмеяться, но вот когда тебя ударили по голове или подсыпали нечто в напиток из-за чего просыпаешься и не осознаешь где находишься — вот это уже совсем не смешно. До пробуждения Лисы в незнакомом месте оставались считанные минуты, а пока она сладко вытягивалась и собиралась нащупать на противоположной стороне кровати мягкие подушки Кифы или саму подругу. Только вместо этого ощутила лишь приятный холод шелковой наволочки и простыни. Совершенно ей незнакомая кровать, даже тишина и запах были чуждыми. Нахмурившись она постаралась открыть свинцовые веки, голова гудела, а не такой уж яркий свет бил так, словно в глаза светил прожектор. Хоть спать хотелось адски, но нарастающая паника и подскочивший адреналин перекрывали это. Стоило привыкнуть к свету и осмотреться, как даже дыхание стало громче.       Лиса надеялась, что Кифа уложила ее в другую комнату, но это даже не был ее дом. Справа от кровати сложно не заметить огромное панорамное окно, а за ним город как на ладони. По ощущениям этаж тридцатый не меньше, в городе таких высоких жилых комплексов было немного, а потому чтобы хотя бы разглядеть примерный район или узнать знакомую улицу она решила встать с кровати. Только тогда Лиса осознала одну пугающую вещь: она абсолютно голая. Единственный предмет одежды на ней это скатившаяся и запутанная в волосах резинка. Тут уже было не до окна и даже не до незнакомого места в скучных серых тонах. Покопавшись в памяти, Лиса осознала, что практически ничего не помнит со вчерашнего вечера: «Так Лиса, успокойся, давай попытаемся вспомнить своими куриными мозгами хоть что-то. Мы с Кифой прошмыгнули из ее комнаты так чтобы Фри и Идмир не узнали, что я улизнула из-под их охраны. А поехали мы кажется в клуб? Да, точно, я помню громкую музыку и множество людей. Кажется на нас обратили внимание какие-то парни и Кифа ушла знакомиться. Хм, наверняка второй подсел ко мне. Точно! Кифа пропала! Я пошла ее искать и в итоге не нашла. Было бы глупо отходить от точки сбора, так что я наверняка вернулась к бару. Хоть бы она была в порядке.»       Память начинала складываться как пазл в голове, множество воспоминаний вернулось и о том загадочном мужчине с красными глазами, и как она сидела с другим, попивая коктейль, а потом вновь неизвестность. Завернувшись в одеяло и придерживая его на груди, она решила одеться, но ни в пустом шкафу, ни на стульях и туалетном столике ничего похожего на платье, купленное по пути в бар она не нашла. Даже банального халата в смежном туалете не оказалось. Она резко сдернула второе одеяло с кровати и провела рукой по серой простыне. «Скорее всего меня либо споили либо чем-то накачали, крови на кровати нет, да и чувствую я себя только слегка уставшей, а значит меня не трогали, хотя к врачу всё равно стоит сходить.»       Руки начинали трястись от непонимания что же сейчас делать, однозначно бежать, но куда и как если из предметов одежды только одеяло. Неподалёку Лиса услышала вибрацию. На задвинутом к туалетному столику стуле лежала ее сумочка, а в нем телефон. Немного странно было не находить одежду, но найти телефон с помощью которого можно вызвать полицию и тогда хозяину квартиры непоздоровится, если он вообще сейчас тут. На экране высвечивался звонок от Кифы, сердце словно упало. Она тут же нажала на зеленую кнопку и они на перебой стали чуть ли не плакать в трубку: — Боги, Лиса, это ты? Скажи что это ты! — Кифа, — она зажала рот рукой, в надежде не заставить своими слезами и дрожащим голосом переживать, — я тут, я в порядке. Тут уже заплакала подруга: — Ты меня до ужаса напугала, я вернулась к бару, а тебя нет и того урода тоже. Я звоню тебе без остановки с самой ночи, — Лиса глянула на часы, стрелки на стене медленно двигались к двум, — Где ты? Он что-то сделал с тобой? — Не знаю, Кифа, я в какой-то богатенькой квартире, из комнаты пока не выхожу. Тут нет моей одежды и я не знаю как выйти без ничего, — она закусила губу, чтобы слезы не хлынули, — из окна видно, что я в многоэтажке, очень высоко, похоже я где-то в районе университета. — Лиса, ты не ответила. С тобой что-то сделали? — очень серьезно спросила Кифа. Девушка наклонилась чтобы посмотреть на себя в зеркало: тушь и косметика размазаны, волосы превратились в колтун, но в остальном она была абсолютно в порядке. — Не знаю, на первый взгляд в норме. Я проверила кровать, следов крови нет. Попробую оставить свои биологические материалы и отпечатки пальцев на всяких поверхностях, волосы там под кроватью, резинку от волос может быть спрячу. — Не пугай меня, — прикрикнула Кифа, — я приеду за тобой, этот урод у меня поплатится! — Что с тобой? Знаю, ты переживаешь, но тут что-то еще. Кифа? — Та заревела совсем не скрывая этого. — Эти два придурка хотели нас изнасиловать. Когда мы с тем парнем вышли на улицу, чтобы поболтать без шума, он прямо под носом у охранника потащил меня к парковке. У них там стоял минивэн в котором они собирались нас… нас… ну ты поняла, — только услышав, как Лиса набирает в легкие воздуха, чтобы выпалить слова, как та сразу ее перебила, — всё хорошо, ты же знаешь у меня тяжелая рука, ублюдок и не ожидал, что положу его на лопатки. Лиса осела на пол и прикрыла глаза рукой: — Кифа, ты умничка. — Знаю, знаю, — та грустно посмеялась, — я виновата перед тобой, хотела как лучше, а вышло как всегда. Нужно вытащить тебя оттуда. — Нет, пока я буду пытаться выбраться ты должна уладить вопрос с дедушкой, пусть хоть мертвой в канаве буду валяться, но он не должен узнать, что я сбежала с тобой от охранников. Не хочу подставлять тебя, пусть лучше вся вина будет на мне. Придумай что-нибудь, но Фри и Идмир не должны прийти за мной. — Есть подруга, я не подведу тебя! И прошу, будь осторожней. — Ты тоже, никому не говори о случившемся иначе плакала твоя свободная жизнь.       Связь оборвалась. Для них всё обошлось не то по счастливой случайности, не то потому что они просто очень хотели жить. Что-то в голове Лисы не сходилось: Кифу сразу потащили в машину, а ее пытались накачать чем-то из-за чего и появились провалы в памяти, у них определенно были намерения надругаться, но тогда почему она не ощущает боли где бы то ни было кроме головы после выпитого алкоголя. Гадать не было смысла: поправив одеяло, она решила, что пора осмотреть квартиру. Приоткрыв дверь на носочках прошла в коридор, там было еще несколько закрытых комнат и проход в большое пространство совмещенной кухни с гостиной. Дизайнерский ремонт который явно обошелся в копеечку был богато обставлен, над камином висела огромная плазма, а перед ним лежала шкура большого зверя. За гостиной с диваном расположилась кухня. «Надо бы прихватить оружие, мало ли. Те ножи выглядят острыми», — с этими мыслями она прошмыгнула к столу с подставкой для набора ножей.       Схватив самый крупный для разделки мяса, Лиса спрятала под часть одеяла, придерживая рукой. Стоило ей закончить с мерами по защите, как входная дверь, неподалеку от кухни затрещала и пропиликала. В прихожей кто-то шуршал пакетом и разувался. Лиса чуть не выронила одеяло от удивления, когда хозяином этого места оказался тот самый красноглазый мужчина. Выглядел тот хоть и не так презентабельно как в клубе, но черная футболка, обтягивающая подкачанное тело тоже смотрелась неплохо. Со стороны Айвена всё было еще неожиданней, конечно он понимал, что спящая красавица проснется довольно скоро, но не ожидал увидеть как к его возвращению она уже будет спокойно расхаживать по его дому. Завернутая в одеяло Лиса стояла подобно статуе посреди открытого пространства и старалась не дышать. Ей не хватало только ушек и хвоста чтобы быть полностью похожей на дикую полярную лисицу в попытке слиться с окружением. Голубые глаза смотрели не то с враждебностью, не то с осторожностью. Конечно, на мгновенные благодарности рассчитывать не стоило, но девушка словно что-то задумала. Не отрывая от «хвостатой» взор, он положил на небольшую тумбу в коридоре пакет из аптеки. Почему-то Айвену, которому всегда было что сказать сейчас не лезла ни одна мысль в голову: как поздороваться, как представиться? Он поправил собранный хвост, Лиса как и раньше молчала: — Эм, доброе утро, наверное. Ты прости, что оставил одну, мне сказали у тебя может болеть голова, потому пошёл за таблетками, аптечка была пустая, — он развернулся к ней спиной, чтобы покопаться в пакете и помимо других лекарств, купленных по совету аптекаря, найти заветное обезболивающее.       Над тумбой висело декоративное небольшое зеркальце. Краем глаза он приметил в нем неестественный мимолетный блеск. Айвен изогнул бровь, когда за своим плечом в отражении увидел, как Лиса одной рукой придерживала на себе одеяло, а другой направила на него нож. Он развернулся и протянул с тяжелым вздохом ей таблетки, словно для него такое поведение было привычно. — Почему я голая? — Она проглотила неприятный ком в горле. Такого делать ей раньше не приходилось и искренне надеялась тот нападать не станет, ведь порезать или даже убить она вряд ли сможет. — Ты ничего не помнишь? — Усмехнулся Айвен. — Не отвечай вопросом на вопрос! — нож в руке затрясся, от напряжения в теле и головной боли становилось всё сложнее не показывать слабость. — Не думаю, что ты хочешь, знать. Выпей уже таблетку, рука устала держать, — он тряхнул кистью, совершенно невозмутимо.       Лиса подкралась чуть ближе и не разрывая зрительного контакта ухватилась двумя пальцами за коробочку. И тут Айвен схватился свободной рукой за запястье с ножом, отпустил коробок и мастерски выбил холодное лезвие из тонких пальцев. Затем зашел ей за спину и развел руки, так чтобы Лиса ничего не могла сделать в его крепкой хватке. Вот только Айвен не учел, что девушка под одеялом окажется абсолютно голой, а перед ними зеркало, от которого он старался отвести смущенный взгляд. «Как же стыдно», — щеки Лисы покраснели, она и сама не горела желанием смотреть на себя. — Итак, сумасшедшая, я с тобой лично ничего не делал: дрянь, что ты выпила подсыпал тебе мудак с которым ты сидела. Я лишь увидел, как тебе плохо и решил вытащить из клуба, но ты мне не смогла ответить куда тебя вести, потому по доброте душевной отвез к себе. Почему нет твоей одежды? Потому что у тебя случился приход когда ты выспалась в машине и тебе стало жарко. Сначала выкинула туфли с балкона, а потом и платье попыталась снять, я конечно тебе не позволил, но ты решила опустошить на него желудок поэтому считай нет твоего платья, стирать его не собираюсь, — Айвен нервно выпалил всю правду на ошарашенную Лису, от такого обилия информации голова у нее заболела только сильнее, — а теперь, прошу по хорошему последний раз, медленно опустись, завернись в одеяло и иди в комнату, я сейчас принесу тебе какую-нибудь одежду.       Лиса выполнила просьбу, нож ускользнул далековато от нее, а прикрыться и правда хотелось. Затем Айвен выпустил ее из своего хвата и та насупившись повернулась на него: — Где мое нижнее белье? — Спросила девушка, закусив губу. — У тебя спросить надо, но боюсь там же где и туфли.       Айвен перестал смотреть как прежде, вместо изучающего взгляда он теперь и вовсе старался не смотреть в ее сторону. Только когда она протопала до комнаты и скрылась за дверью, он сдвинулся с места, чтобы принести ей футболку и шорты. Долгое время в его доме не было гостей, не считая Лоргона, но тот не оставался ночевать, даже запасной зубной щетки не было не говоря про дополнительный халат и уж тем более женскую одежду. Судя по звуку воды она решила принять душ и привести себя в порядок, а сам Айвен пока решил сделать завтрак, ведь после утренней пробежки и таких приключений разыгрался голод. Пока мужчина жарил яичницу и резал к ней овощи, Лиса выползла из своей комнаты как можно тише подбираясь к пространству кухни. Айвен стоял спиной и рубил бекон. — Если думаешь, что я тебя не слышу, то ошибаешься. Попытаешься взять нож и напасть в моем доме снова, клянусь, уже не посмотрю на то что ты хрупкая принцесса. — Не буду, — она сделала еще пару шагов ближе к кухне.       Айвен обернулся, чтобы предложить завтрак, но девушка отвлекла его: влажные распущенные волосы, небрежная челка, без размазанного макияжа она словно помолодела и была похожа на невинного подростка. В его футболке, что ей по длине как платье, выглядела так по домашнему и родному, словно она всегда жила тут. Вот только он не увидел на ней шорт, которые давал. — Эм, они с меня спадают, я не специально их не надела. Мужчина в последний раз скользнул по ней взглядом, прежде чем отвернуться: — Садись завтракать, а потом иди куда хочешь.       Девушка не сдвинулась с места: — Меня зовут Лиса, а тебя? — Знаю, ты говорила прежде чем отключиться и еще несколько часов назад я был рад встрече, сейчас уже не очень. Ты посмела в моем доме мне же и угрожать, хотя во-первых, я тебя не трогал, а во-вторых любезно спас от возможного изнасилования. — Спасибо за спасение, — пробурчала она, — но что мне было думать! Я лежу голая у какого-то странного мужика дома, уж извини, что переживала за свою жизнь. Лиса уселась за стол, пока Айвен перекладывал бекон к яичнице на тарелку. — Прощаю, поешь, высуши волосы и уходи.       Перед Лисой опустилась вкусно пахнущая тарелка. Веллер уселся рядом и принялся есть, пока девушка даже не притронулась к завтраку и к стакану сока, хотя бурчащий живот и требовал еды. — Что еще? — недовольно зыркнул Айвен. — Меняемся тарелками, — гордо вскинула головой Лиса. — С чего бы? Я в отличие от тебя уже начал есть, — она помолчала, отвернулась. — Не доверяешь. Боишься подсыпал тебе что-то? — Та вся сжалась на стуле, — Ладно, держи. Если хочешь стакан сока тоже поменяю, налью в чистый при тебе. Лиса словно расцвела и наблюдала за манипуляциями, пока красноглазый не уселся и не продолжил трапезу. Прежде чем взять хоть кусочек, она отсыпала ему бекон со своей тарелки: — Я не ем мясо. — Понимаю, прости что не спросил.       Ели они в тишине, изредка переглядываясь. Казалось если бы Лиса всё не испортила, то несомненно они бы могли провести отличный день вместе, а может даже осталась бы на свою первую ночь с мужчиной, хотя и поцелуя хватило бы. Но теперь оба выглядели так словно двух нелицеприятных друг для друга незнакомцев посадили за общий стол. — У меня к тебе есть вопрос, Лиса, — та встрепенулась, не ожидая, что он еще заговорит с ней, — что последнее ты помнишь? Она призадумалась: — Помню как мы столкнулись с тобой. Я искала свою подругу, а когда не нашла решила, что лучше вернуться к месту, где мы разошлись. — Значит твою подругу тоже могли похитить? — Да, их было двое, но Кифа раньше меня поняла, что что-то не так и сбежала. Она звонила мне, с ней всё в порядке, — Айвен выдохнул, глаза на такое он закрыть не мог, потому расслабился, что на одну проблему больше не стало. — Ты знала того парня? — Нет, решила, что раз я не оставила с ним бокал, то мне ничего не грозит. Видимо он как-то незаметно подмешал мне в другой напиток, — Лиса призадумалась, не моргая всматриваясь в недопитый сок, — я правда пила немного, но видимо этого хватило, даже боюсь представить что бы было допей я до конца.       Судя по Айвену тот пытался запомнить каждую деталь сказанную Лисой, словно он не просто из приличия вслушивался, а был заинтересован для какой-то цели. — М, а зачем тебе это знать? — Лиса повернула голову на бок. — Да так, просто любопытство, — Айвен призадумался и твердо решил, что стоит о подобном рассказать Лоргону чтобы в свободное время разобраться с подобным безобразием. Только насильников в клубе не хватало.       На деле у Веллера был еще один вопрос к девушке, но вряд ли та знала почему из всех людей на планете только к ней он не испытывал неприязни, касаясь. Даже когда та спала, он поправлял ее волосы с лица, проверял на всякий случай пульс и сквозь сон, отпаивая водой, по совету брата и по совместительству врача.       Их молчание затянулось, затем Лиса потрогала волосы, даже слегка огорчившись. Она поела, волосы высохли, а значит добрый, но не гостеприимный незнакомец выставит ее за дверь. Испытывать его терпение больше не хотелось, а потому она решила уйти раньше: — У тебя нет случайно другой одежды, я не могу выйти на улицу, — она натянула майку до колен, — без ничего. Уши Айвена покраснели, когда та сжала колени, он прекрасно понимал, что под этой футболкой совсем ничего нет: — Кхм, сейчас поищу, у меня должны были остаться спортивные вещи на резинках.       В итоге готовый вид Лисы вышел смешной: футболка с логотипом какой-то компании сидела так, словно еще немного и та завопит «Помогите!» от своего возраста. Единственным подходящим низом оказались даже не какие-нибудь шорты, а оранжевые плавки чуть выше колена, явно мужские, явно большие и широкие для хрупкой и стройной женской фигуры, зато резинка плотно сидела на талии и предмет не просвечивался. Лиса была готова выходить, вот только не делать же ей это босиком. Айвену пришлось перерыть пол дома и готов уже был молиться Высшему лишь бы найти хоть что-то кроме начищенных до блеска туфель и кроссовок, в которых она тонула. Но спасение пришло откуда не ждали: шуточный подарок брата Зегеля на его последний день рождение пришелся как-никогда кстати. Желтые кроксы с небольшими значками «ура, старость!» сначала заставили Лису посмеяться, а потом скривиться, ведь ей в этом безобразии ходить. Делать было нечего — либо так, либо босиком. Теперь она не знала что было за сегодня более смущающим: быть голой перед ним, слушать как она буянила пол ночи, попутно обблевав квартиру или выходить в таком виде на улицу. Тем не менее набравшись смелости и вооружившись телефоном она взялась за ручку входной двери. И не смогла выйти.       Лиса никогда не была одна и никуда не ходила без сопровождения Фри и Идмира, те были не просто телохранителями, а теми кто брал все заботы о ее перемещении на себя. Она никогда не была на улице одна с самого детства и не то что не знала как ездить на автобусе, а даже как вызвать такси. Сейчас без денег ей нужно было добраться до Кифы, при том, что она абсолютно не была приспособлена для долгих прогулок, тем более на окраину города. В добавок ко всему прочему Лиса даже не знала как добраться куда-то по карте, приложение которого даже не было скачано на телефон. — Лиса? Всё хорошо? Она встрепенулась. Смахнув предательские слезы, развернулась к Айвену: — Это может прозвучать странно, но ты не мог бы вызвать мне такси? — Почему странно, я сам должен был предложить тебе это, не переживай и диктуй адрес, — он достал из треников телефон, готовый вбивать пункт назначения. — Я… я не знаю, — голубые глаза в панике забегали. Айвен удивленно поднял на нее глаза, так словно девушка над ним издевалась, — мне нужно к Кифе, но совершенно не знаю какой у нее адрес. — Ты же не серьезно сейчас? Сколько ты ее знаешь? Может тебе лучше домой? — Нет! Куда угодно только не домой! — вскрикнув, она испуганно от своего тона прикрыла рот. — Хорошо, ты главное не переживай, можно найти по карте, держи, — Айвен дал Лисе телефон. Девушка посмотрела на карту и спустя минуту так и не нажала ни на один графический домики или улицу. — Прости, я не понимаю как по ним ориентироваться.       Нервы у Айвена сдавали, ведь не могла она быть такой беспомощной. Тем не менее кое-как по описаниям мест по близости они нашли примерный район, где жила Кифа. Веллер сразу обратил внимание, что улица с домом подруги была не простой, а находилась в элитном районе, где не то что дом купить тяжело, а даже попасть на территорию невозможно. Он пытался прикупить там небольшой домишко, но не прошел «тест на надежность» и это при всех его активах и деньгам на карте. Когда приложение прислало оповещение, что такси будет через минуту, Лиса, а за ней и Айвен вышли наконец в подъезд к лифту. Девушка с каждым часов становилась для него всё загадочнее. Она была достаточно умной чтобы взять в клубе бокал с собой на всякий случай, отчаянной хвататься перед ним за нож, но ее неприспособленность к жизни и детская наивность в глазах в купе с богатой подругой смущали. Если по началу он считал девушку расчетливой и смелой лисицей, то от ее растерянности и незнании базовых вещей она стала выглядеть несмышлёным щенком, у которого только только открылись глаза.       Айвен не только был среди своих братьев и сестер самым старшим, но и самым заботливым. С самого приюта у него была черта брать ответственность за каждого обитателя и окружать его непомерной заботой, как курица-наседка. Теперь же этот материнский инстинкт проснулся к той, к кому он не хотел его испытывать. Мозг и сердце боролись за главенство. Тем не менее к удивлению Айвена, рядом с ней его хладнокровие пропадало: — Лиса, если вдруг понадобится помощь, обращайся. Я это говорю не из вежливости, а потому что считаю, что тебе не к кому обратиться в случае чего.       Что-то в ее голубых глазах сменилось и заблестело, словно для себя она вновь решила вернуть доверие к людям, которое потеряла ночью. Она кивнула и улыбнулась. Впервые. Искренне. С теми ямочками на щеках, которые он видел в клубе. Айвен никогда и никому не жал руки, от чего протягивать ладонь при встрече не вошло в привычку. Тем не менее он вытащил руку из кармана и протянул ей. — Меня зовут Айвен, кстати, — она пожала в ответ, не отрывая взор от его рубиновых на свету глаз.       Лифт пиликнул, раскрывая перед ними железные двери. Лиса вошла, нажала кнопку лифта, положила руку на сердце и поклонилась в почтении, так как учил ее дедушка: — Спасибо тебе, Айвен, спасибо за всё что ты сделал для меня.       Дверь захлопнулась отделяя пару друг от друга, когда та подняла белую макушку с блондинистыми отросшими корнями. Такая странная встреча казалась поистине судьбоносной, ведь каждому было о чем подумать. Айвен надеялся, что скоро забудет хвостатую принцессу, чей вздорный характер раздражал, но вряд ли даже позабыв как она выглядит, он перестанет искать ее в толпе, а тепло ее кожи еще долго будет фантомом ощущать на руках. Лиса будет благодарна, искренне благодарна за хмурый взгляд, мимолетную стычку и заботу, что лилась искренностью от него. Он оказался принцем на коне, который впервые заставит ее задуматься о своей жизни и как стать той, кем ей всегда хотелось. Нет, это была не любовь, по крайней мере пока. Они пропадут из жизни друг друга в надежде встретиться вновь, а пока про них можно сказать лишь одно: два мира, что никогда не должны были притянуться вновь разделены бездушной дверью лифта и обстоятельствами.