Реванш крошечных Снейпов

      Короткую соломинку вытянул Колин Криви. Гриффиндорцы замерли в тревожном ожидании, но Колин отправился на отработку к Снейпу бодрой походкой. А когда вернулся два часа спустя, с головы до ног покрытый фиолетовой жижей, то буквально вибрировал от переполнявшего его восторга.       — Все получилось! Я добыл это, ребята!       Общая гостиная взорвалась ликующими криками, что заметно контрастировало с гнетущей тишиной, воцарившейся после ухода Колина. Едва ли не все гриффиндорцы нашли повод задержаться в гостиной, дожидаясь его возвращения. Колин ввалился в комнату, оставляя за собой мокрые фиолетовые следы, и выудил из кармана спутанный клок жирных черных волос, который с благоговением возложил на стол.       — Он заставил меня помешивать зелье почти два часа, но потом оно стало выплескиваться. Когда он подошел посмотреть, что случилось, и наклонился над котлом, чтобы наладить пламя, я «нечаянно» запутался рукой в его волосах и вырвал здоровенный клок!       Фред и Джордж Уизли тут же с энтузиазмом сдавили Колина с двух сторон в медвежьих объятиях.       — Не могу поверить, что ты это провернул! — воскликнул Фред. — Секундочку!       Он стремглав бросился в спальню, но тут же вернулся с внушительной коробкой. Некоторые гриффиндорцы вытянули шеи, желая заглянуть внутрь, но Фред отмахнулся от них с довольной ухмылкой.       — Настал час явить миру наше новейшее творение, — провозгласил Джордж, театрально выставляя коробку напоказ. — Представляем вашему вниманию… кукол-двойников!       Рон — один из немногих гриффиндорцев, кто, наряду с Гарри и Гермионой, не ринулся к коробке, — оторвался от шахматной партии и произнес:       — Джордж, да это же просто комки глины телесного цвета.       Джордж ухмыльнулся:       — Пока да. Но… гляди!       Он выдернул волосок из пучка, добытого Колином, и обвил один из комков. На глазах у всех комок начал меняться, задвигался, вытянулся и превратился в…       — Это Снейп! — воскликнул Колин несколько громче, чем следовало бы. — Вылитый Снейп!       Лицо Фреда расплылось в идентичной Джорджу ухмылке.       — Он и движется точь-в-точь. — Фред постучал палочкой по фигурке высотой в фут и кивнул Джорджу, предлагая водрузить ее на стол. Миниатюрный Снейп немедленно принялся расхаживать взад-вперёд, его крошечная мантия развевалась за спиной.       Гарри бросил шахматную партию — Рон всё равно неизменно его обыгрывал, — и подошел поближе.       — Чёрт побери, какое сходство, Фред, Джордж. Впечатляет!       Фред снова постучал по фигурке. Та перестала расхаживать и сердито уставилась на Гарри.       — Десять баллов с Гриффиндора! — возвестила она пронзительным голоском, тембр которого соответствовал её небольшому размеру, но интонации были несомненно снейповскими.       Комната взорвалась смехом, от чего крошечный Снейп разозлился еще сильнее.       — Десять баллов с Гриффиндора! Десять баллов с Гриффиндора!       Фред еще раз постучал по фигурке, и та опять начала расхаживать, сверля всех свирепым взглядом.       — Кукла может выполнять только два-три действия одновременно, — объяснил Джордж, — и эти действия будут настолько точными, насколько их помнит волшебник или волшебница, произносящие заклинание. Что означает: если он или она видели Снейпа с ярко-синими волосами… — Джордж снова постучал, и жирные волосы фигурки приобрели электрически-синий оттенок — …кукла отреагирует соответственно.       И впрямь, миниатюрный Снейп теперь теребил свои синие волосы и злобно на всё пялился. Фирменная хмурая гримаса на столь крошечном личике вновь вызвала волну хохота. В точности такое выражение было на лице настоящего Снейпа, когда в прошлом году Джорджу удалось подлить ему в чай зелье для окрашивания волос.       — Нарядите его в юбку с оборочками! — потребовал Деннис Криви.       — Никогда его в такой не видел, — отрезал Фред, — так что не могу. Но если ради тебя он надевал такую юбку, то милости просим — давай, действуй!       Деннис покраснел, но его смущение быстро прошло, когда Фред и Джордж принялись раздавать кукол и волоски. Несколько студентов поэкспериментировали с волосами друг друга, но большинство предпочло то, что им дали — в результате появилась целая армия крошечных Снейпов, которые расхаживали по комнате, злобно поглядывая вокруг и требуя снять баллы с Гриффиндора. Они превратили общую гостиную в совершенно непригодное для учёбы место, и Гермиона собрала вещи и ушла к себе.

* * *

      — Я считаю, что это просто неправильно, — сказала Гермиона Рону и Гарри на следующее утро за завтраком. — Профессор Снейп придет в ярость, если узнает.       Рон пожал плечами:       — Ну, нет возможности заставить кукол делать то, чего Снейп не делал на самом деле, скажем, никто не сможет заставить его переспать с куклой Макгонагалл.       — Фу, я себе это представил, — произнес Гарри с набитым тостом ртом.       — Дело не в том, — возразила Гермиона.       — А в чем же? — спросил Рон.       Гермиона нахмурилась, а затем пожала плечами.       — Не знаю. Но мне это не нравится, и я бы хотела, чтобы Фред и Джордж ограничивались безобидными шутками.       — Но это же безобидно, разве нет? — сказал Рон и умудрился запихнуть в рот большую часть своего блинчика.       — Боже, Рон, — сказала Гермиона. — Ты хоть жуёшь?

* * *

      Урок зельеварения в то утро оказался гораздо увлекательнее обычного. С момента, как Снейп вошел в класс, все гриффиндорцы были предельно внимательны и сосредоточены — обычно так поступала только Гермиона. Все высматривали что-нибудь интересное или забавное, чтобы потом приказать своим куклам-двойникам, и никто не желал упустить потенциально смешное выражение лица, оговорку или промах.       — Мне стало любопытно, — наконец произнёс профессор Снейп после пятого неожиданного вопроса, на который все гриффиндорцы тут же подняли руки. Слизеринцы явно находились в растерянности, что только делало ситуацию забавнее. Снейп скрестил руки на груди и пристально посмотрел на гриффиндорцев. — С чего вдруг именно сегодня возник столь сильный и внезапный интерес к зельеварению?       От имени своего факультета ответил Рон (Рон!):       — Мы просто очень хотим учиться! Мы жаждем знаний, сэр.       Снейп прищурился, но он не мог снять баллы с Гриффиндора только потому, что ученик проявил интерес к учебе.       — Есть какая-то особая причина, мистер Уизли?       Рон покраснел, но сохранил ровный тон:       — Нет никакой особой причины, сэр.       Снейп ещё мгновение сверлил его взглядом, затем резко повернулся и зашагал обратно к доске. Его мантия эффектно взметнулась за спиной, и Гермиона подумала, что к концу дня добрая дюжина миниатюрных Снейпов будет поворачиваться так же драматично.

* * *

      Первую куклу Снейпа за пределами гостиной Гриффиндора Гермиона увидела сразу после обеда. Они с Роном и Гарри возвращались в башню за учебниками по уходу за магическими существами, и Гарри чуть не наступил на неё.       — Десять баллов с Гриффиндора! — объявила крошечная фигурка, взмахнув миниатюрной палочкой, и зашагала прочь по коридору. Гарри и Рон с трудом сдержали смех, но Гермиона догнала куклу и сунула обратно в коробку, которую Фред оставил у входа.       Вторая, третья и четвёртая куклы обнаружились на лестнице, в комнате девочек и прямо за воротами замка соответственно. Одна из кукол явно принадлежала Колину Криви, его авторство было очевидным: он единственный, кто видел профессора Снейпа с лицом, залитым фиолетовым зельем, и поэтому фигурка, вытирающая фиолетовую слизь с мантии и волос, явно принадлежала ему.       К счастью, у домика Хагрида кукол не оказалось, но к этому моменту о них уже знали все, даже слизеринцы. Реакция предсказуемо разделилась по факультетам: только слизеринцы и Гермиона не находили фигурки смешными. Однако Гермиона не хотела обсуждать это перед всеми, поэтому в основном просто слушала, как соученики обмениваются историями о проделках кукол.       — Как бы забавно все это ни звучало, — прервал их Хагрид, — но у нас урок.       И они приступили к уроку.

* * *

      На ужине в тот вечер царил хаос. Новость о куклах-двойниках разлетелась по школе, и Фред с Джорджем раздали почти весь свой запас.       — Это пробная партия, — объяснил Фред Рону, вручая полдюжины кукол семикурснику из Хаффлпаффа. — Если мы действительно хотим как следует их проверить, лучше сделать это сейчас, пока Дамблдор их не запретил.       — На твоём месте я бы беспокоился не из-за Дамблдора, — ответил Рон.       Гарри кивнул:       — Ага, Снейп тебе голову оторвёт.       Гермиона нахмурилась и, оставив их, отправилась в Большой зал.       Но когда подали ужин, стало очевидным, что некоторые студенты тайком пронесли с собой кукол. Большая часть фигурок, бродивших под столами, были Снейпами, но не все — некоторые оказались вполне достоверными копиями студентов, а один Дамблдором, который расхаживал вдоль преподавательского стола и весьма настойчиво предлагал всем сидящим микроскопические лимонные дольки. Настоящий Дамблдор, казалось, был в восторге и принял крошечную лимонную дольку от своего двойника, но профессор Снейп, похоже, не разделял его энтузиазма.       — О-о-о, кажется, он в ярости, — прошептал Рон Гарри и Гермионе. — Думаете, он знает, кто виноват?       — Очевидно, что не только Фред и Джордж, — проворчала Гермиона. — Скольким людям они раздали эти штуки?       — Почти всем! И Эрни Макмиллан умудрился заполучить еще один клок волос Снейпа — чуть не сбил его с лестницы возле кабинета Филча, — так что у хаффлпаффцев тоже есть куча Снейпов.       Гермиона нахмурилась и ткнула вилкой в картошку.       — Послушайте, вы же знаете, что Снейп раздражает меня не меньше, чем вас обоих, но разве это правильно?       Но Рон и Гарри были слишком увлечены наблюдением за куклами, чтобы ответить.

* * *

      Именно падение куклы Снейпа с лестницы окончательно убедило Гермиону, что требуется что-то предпринять. После ужина она отделилась от друзей, чтобы взять в библиотеке нужную ей книгу, но по пути её внимание привлек мини-Снейп, который ступенька за ступенькой спускался по лестнице. На каждой ступеньке он терял равновесие и падал вперёд, хватаясь за перила с явным выражением паники в глазах. А затем повторял это на следующей ступеньке. Учитывая, что коридор был пуст, а лестница поднималась ещё на три пролёта, Гермиона предположила, что это продолжается уже долгое время.       Вздохнув, Гермиона подняла куклу и постучала по ней палочкой, прекращая движения. Фигурка, скорее всего, не испытывала смущения из-за неуклюжего падения с лестницы, но настоящий профессор Снейп чувствовал бы себя неловко — и что бы он ни говорил в классе, он не заслуживал того, чтобы каждый его небольшой промах повторялся вечно для развлечения его учеников. Возможно, именно это падение принесло Эрни Макмиллану прядь волос Снейпа, а это означало, что и другие ученики вполне могли начать устраивать Снейпу каверзы, просто чтобы потом бесконечно копировать реакции. Гермиона не любила профессора и была уверена, что тот тоже ее недолюбливает, но он не заслуживал подобного.       Не дав себе времени передумать, она схватила сумку и куклу и направилась к кабинету Снейпа. Гарантии, что он находится там, не было, но она не знала, где его квартира…       — Войдите.       Гермиона подавила сомнения и вошла в кабинет. Профессор сидел за огромным столом, проверяя работы, но, когда Гермиона вошла, он отложил перо и скрестил пальцы в замок.       — Чем могу вам помочь, мисс Грейнджер? — спросил он с ледяной вежливостью.       Гермиона молча протянула ему куклу. Снейп посмотрел на неё, но не сделал ни малейшего движения, чтобы взять куклу из её рук. Гермиона вздохнула и выдернула один из собственных волосков.       — Это куклы-двойники. Оберните их волосом вот так, — она продемонстрировала, — и они обретут облик того, кому принадлежал волос. — Кукла начала меняться и через несколько секунд стала миниатюрной копией Гермионы. — Они способны воспроизводить лишь те действия, свидетелем которых вы были, и только два-три одновременно.       Профессор Снейп разглядывал мини-Гермиону, прищурив глаза. Гермиона легко постучала по кукле и подумала о… впрочем, эта мысль возникла помимо её воли, однако внезапно её миниатюрное подобие принялось отчаянно подпрыгивать и размахивать поднятой рукой в надежде, что её вызовут. Уголок рта Снейпа дрогнул и изогнулся в еле заметной ухмылке.       — Мне прекрасно известно, что представляют собой эти куклы, мисс Грейнджер. Чего я не понимаю, так это почему вы посчитали необходимым принести мне одну из них.       Гермиона судорожно сглотнула:       — Я просто… подумала, что вам будет интересно узнать принцип их действия. На случай, если вы захотите это остановить. — Она почувствовала, как щеки предательски краснеют, и разозлилась на себя за то, что её так легко прочитать. — Несправедливо, что все выбрали вас мишенью, более того, подстраивают несчастные случаи, чтобы завладеть клоком ваших волос.       — Так вот что это было?! — Снейп машинально заправил за ухо выбившуюся прядь волос. — В таком случае, благодарю вас, мисс Грейнджер, за вашу искреннюю, пусть и не слишком необходимую помощь.

* * *

      У Гермионы, Рона и Гарри зельеварение было только в конце следующего дня, поэтому они одними из последних узнали, что творится на уроках зельеварения. Когда профессор Снейп вошёл в класс, он небрежно махнул рукой в сторону своего стола, и полоски клейкой ленты с именами студентов взмыли в воздух и полетели к каждому ученику.       — Каждый из вас сейчас поместит свой волос на клейкую ленту и сложит ее пополам. Поторопитесь, пожалуйста.       Гермиона, Рон и Гарри переглянулись, но последовали указанию. Абсолютная тишина, воцарившаяся в классе, красноречиво свидетельствовала: все присутствующие прекрасно понимали, что именно замышляет профессор. Однако, собрав клейкую ленту и волосы, Снейп продолжил урок как ни в чем не бывало. С обычным хмурым выражением лица он сверлил всех взглядом и бросался едкими замечаниями.

* * *

      Только на следующее утро все в Большом зале обратили внимание на баллы факультетов. И на то, с какой пугающей скоростью они исчезали.       — Десять баллов с Хаффлпаффа! — рявкнул миниатюрный Снейп откуда-то из-под стола Хаффлпаффа, и десять жёлтых алмазов послушно поднялись по песочным часам. Рон и Гарри пораженно разинули рты, но Гермиона не слишком удивилась.       — Что происходит? — спросил Рон, указывая на песочные часы тем соседям по столу, которые еще ничего не заметили. — Как Слизерин смог так сильно оторваться по баллам?       — Ой, попробуй угадать, Рон, — сказала Гермиона. — Подозреваю, что профессор Снейп устроил так, что всякий раз, когда один из его двойников снимает баллы с факультета, те снимаются по-настоящему. А поскольку мало кто на Слизерине потешается над ним с помощью этих дурацких кукол, они не теряют баллы.       Рон метнул в неё возмущенный взгляд:       — Они совсем не дурацкие! Это изобретение просто гениально!       Джордж посмотрел на них с другого конца стола и кивнул брату в знак признательности за похвалу.       Гермиона опустила взгляд на свою тарелку:       — Куклы впечатляют, не спорю, но так всем и надо за их поведение. Это только справедливо.       — Ты что, запала на профессора Севви? — Гарри игриво толкнул Гермиону в колено под столом.       Она прекрасно понимала, что Гарри дразнит её, но все равно резко отстранилась.       — Я просто терпеть не могу травлю.       Рон в недоумении нахмурился:       — Но он же профессор, Гермиона!       — И что с того? Это не значит, что он должен терпеть подобные выходки, — резко ответила она и схватила книги. — Мне пора на урок.

* * *

      Ко времени, когда тем же днем они пришли в класс зельеварения, Гарри и Рон всё еще не смогли улучшить её дурного настроения. Правда, когда они проходили по коридору мимо группы второкурсников-слизеринцев, столпившихся вокруг миниатюрной фигурки Гарри, раз за разом падающей с метлы — очевидно, его создал некто, видевший тот злосчастный матч по квиддичу, — Гермиона хихикнула, увидев выражение лица Гарри, но, помимо этого, вид кукол только злил её.       Однако её настроение круто изменилось, когда она переступила порог класса зельеварения и узрела множество крошечных столиков, выстроенных на массивном столе профессора Снейпа. За столиками восседали двойники всех студентов класса, включая слизеринцев. И все они воспроизводили нечто конфузное.       Двойник Невилла Лонгботтома, как и следовало ожидать, отчаянно боролся с котлом, который постоянно плевался зельем и извергал дым ему в лицо. Драко Малфой предстал в облике удивительно жизнерадостного и энергично подпрыгивающего хорька (каким образом Снейп стал свидетелем этой сцены?). Гермиона с облегчением заметила, что её двойник просто нетерпеливо тянет руку, а не демонстрирует нечто более унизительное. Большинство других студентов наглядно показывали, к чему привели их фиаско в зельеварении: у них были гротескно раздутые конечности, странный цвет кожи и волос, а от одного исходило такое зловоние, что хотелось зажать нос. Двойник Рона крепко спал, уткнувшись лицом в котёл.       — Такого никогда не было, — пошипел Рон.       — Ещё как было, на третьем курсе, — прошептала Гермиона в ответ. — Просто ты этого не помнишь, потому что дрых как убитый.       Профессор Снейп стремительно вошёл и громко захлопнул за собой дверь, эффективно прекратив болтовню в классе. Он небрежно взмахнул в сторону доски, и та мгновенно покрылась его характерным убористым почерком.       — У вас есть полтора часа на приготовление зелья неотлипания. Обратите особое внимание на температуру вашего котла: если варить это зелье при слишком высокой температуре, поверхностный слой испарится, заполнив комнату зловонным газом, который оставит вашу кожу липкой на несколько часов. Я вполне допускаю, что по крайней мере один из вас не последует инструкциям, поэтому на время приготовления я буду находиться за защитным барьером у своего стола. Однако не стоит думать, что я не слежу за вашей работой.       Гермиона постаралась быть особенно осторожной при приготовлении зелья. Ей пришлось вмешаться только однажды, когда Рон, погрузившись в свои мысли, случайно постучал палочкой по котлу и, сам того не заметив, увеличил пламя. На самом деле процесс приготовления был не таким уж сложным, если не считать строгих требований к температуре, поэтому в конце Гермиона немного отвлеклась. И её взгляд скользнул к столу Снейпа.       Профессор сидел, расслабленно откинувшись на спинку стула, но продолжал осматривать комнату ястребиным взглядом. Время от времени он подносил палочку к горлу и что-то шептал.       — Проблемы, мисс Грейнджер? — прошипел ей в ухо его голос.       Гермиона подскочила. Профессор Снейп зловеще ухмыльнулся, убрал палочку от горла и, наклонившись вперед, легонько постучал по её двойнику. Миниатюрная Гермиона тут же перестала размахивать рукой и вздрогнула, чуть не расплескав содержимое котла, как и настоящая Гермиона. А потом повторила это снова и снова…       Он постукивал и по другим двойникам, по ходу урока обновляя неловкие моменты учеников. Что бы он ни сказал Панси Паркинсон, та сильно вздрогнула и уронила палочку в котел, покрыв её зельем, и вскоре её двойник снова и снова вылавливал миниатюрную палочку из миниатюрного котла.       Полтора часа тянулись целую вечность, но Гермиона с радостью отметила, что не только её зелье получилось идеальной консистенции, но и единственным студентом, перегревшим котёл и выпустившим ужасный поток зловонного газа, оказался слизеринец. Гриффиндорцы находились достаточно далеко, чтобы избежать побочного эффекта в виде липкой кожи, но Драко и Панси получили целую порцию газа прямо в лицо. Вероятно, отмыть его с волос будет сущим адом.       Удивительно, но в общем и целом этот урок принес удовлетворение.

* * *

      Никто особо не удивился, когда тем же вечером во время ужина директор Дамблдор обратился к студентам и сообщил, что куклы-двойники прямо сейчас изымаются, а в будущем будут запрещены в Хогвартсе. Тем не менее, Фред и Джордж выглядели очень довольными собой.       — Продадим миллион штук, — прошептал Фред Рону, когда Дамблдор закончил свою речь и сел. — Ими будет здорово дразнить младших братьев и сестер!       — В конце концов, — добавил Джордж, — мы видели вас в подгузниках…       — Отвали, — проворчал Рон, при этом улыбаясь.       Гермиона подняла взгляд на стол преподавателей, где с чрезвычайно довольной ухмылкой на лице сидел профессор Снейп. Впрочем, она выглядела практически как все его ухмылки, но Гермиона решила для себя, что она именно довольная. В конце концов, он отомстил, и он больше всех выиграл от того, что Дамблдор запретил куклы. Снейп заслужил эту победу.

* * *

      Оказалось, что запрет директора не был абсолютным. В течение следующих нескольких недель на столе профессора Снейпа оставалась одна кукла. Чаще всего она изображала Гарри, но иногда это был Невилл или Рон, еще реже — кто-то из слизеринцев. Кукла всегда воспроизводила самый неловкий момент предыдущего занятия.       А на следующий день после объявления Дамблдора профессор Снейп поймал взгляд Гермионы — и подмигнул ей.