Dispatch: Крово S.O.S

Первое, что я осознал, очнувшись — эта глубокая тьма, которую сопровождалась звенящей тишиной. Не просто отсутствие света и звука, а их полное, подавляющее отрицание. Я лежал на чём-то мягком и шелковистом, а со всех сторон меня обнимала гладкая, слегка прохладная поверхность, что-то похожее на мраморную плиту. "Неужель я..." — пронеслось в голове панической искрой. Я инстинктивно вдохнул. Воздух вошёл в лёгкие, но… Странно. Без привычного чувства наполнения, будто это была формальность. Пахло пылью, затхлостью, а во рту стоял черствый привкус — будто кошки кошмарились всю ночь. Я упёрся руками в «потолок», что был в тридцати сантиметрах от моего лица, чтобы ещё раз как следует ощупать свои пару квадратов собственности. Пальцами я нащупал какие-то углубления, переходившие в витиеватые силуэты, то ли иероглифы, то ли старинные руны. Как бы там ни было, рассмотреть в этой кромешной тьме не было под силу даже Супермену. Но это не помешало мне построить единственную логическую цепочку к итоговому результату. "Я в чёртовом каменном гробу!" — выкрикнул я от всего сердца, но только в своей голове. Страх, холодный и липкий, пополз от желудка к горлу. "Сердце... оно ведь должно бешено колотиться?" Но почему-то оно отозвалось лишь одним глухим, одиноким ударом где-то глубоко в груди. После чего тишина снова поглотила всё пространство, словно истязая свою жертву, до момента пока она сама не сломается. Мысль была такой чудовищной, что мой мозг отказывался её принять. "Нет. Не может этого быть!" *** Последнее, что я помнил — это свет экрана, выхватывающий из темноты английские буквы. “DISPATCH” Игра не грузилась. Вернее, грузилась бесконечно долго, показывая логотип студии AdHoc. Я, Сергей Морозов, двадцатитрехлетний житель подмосковных Мытищ, раздражённо бил по клавише Enter, чтобы хоть как-то ускорить процесс. Одновременно потягивая тёплую колу из пластмассового стакана, что раньше был контейнером для хранения карандашей. Так как все чистые кружки были давно использованы, а иных альтернатив я не наблюдал. — Ну давай же, — ворчал я. — Всего-то обновление скачать. Неужто сервера опять легли? На форумах писали, что Dispatch — игра особенная. Эпизодическая. Каждая глава — история про суперов со сверхспособностями, основанными на "проклятиях". Во всяком случае, так считал я. Ну, правда, надо же было такое придумать. У каждого персонажа есть крутые способности и огромные минусы к ним же. Взять того же Водобоя — чувак может управлять водой, да ещё и создавать её с нуля, но при этом постоянно ходит мокрым, как будто его только что обкатили здоровенной лужей. Или та же НевиСтерва, она могла становиться невидимой задержав дыхание, но при этом у неё астма последней стадии. Вообще, именно из-за идеи такой вселенной я и заинтересовался этой игрой. Говорили также, что у игры странная атмосфера: вроде сатира на всю эту супергеройскую чушь, но с приправой психологической драмы и романтики. Мне нравились подобные сеттинги. Чувствовать себя тем, кто распутывает узлы чужих трагедий, сидя в уютной комнате. Прогресс-бар дёрнулся. Пошёл один процент. Второй. — Фух, поехало, — я откинулся на спинку кресла, смачно при этом потягиваясь. — *Кап-кап-кап* Мое внимание привлекла окружающая обстановку за окном. Стояли предпоследние деньки мокрого как сам Водобой октября. Люди из-за начинающего ливня расходились в спешке по домам, возвращаясь к семье или на вечернюю тусовку к друзьям после рабочей смены. Что, к горю или к счастью, ко мне никак это не относилось. В квартире было тихо, так же тихо, как и в моей жизни. Ни друзей, ни родных. Только гул системного блока да прерывистый щелчок мыши. Скучный, привычный мир, где самое страшное — это дедлайн на работе или заканчивающийся кофе. —Хотя бы мокнуть не приходиться... На экране, поверх логотипа, вдруг поплыли строчки текста. Без всякого интерфейса, будто системное сообщение. “Так, а это еще что за...” *…обнаружено несоответствие. * *Сигнатура аномалии: НИЗКАЯ. * *Протокол: ДИАГНОСТИКА. * Инициирую погружение… Я нахмурился. «Глюк какой-то. Или пасхалка разработчиков?» Придвинулся ближе. Текст сменился. Привязка к точке входа… УСПЕШНО. Найден совместимый носитель. Состояние носителя: ГИБЕРНАЦИЯ. Ожидание команды… Ощущение было странным — будто я не просто читаю текст, а слышу его. Низкий, металлический голос где-то на границе сознания. «Что за бред?» — я потянулся к мышке, чтобы закрыть игру. В этот момент экран погас. Но не просто стал чуть темнее, как бывает при долгом не использовании ПК, а погас будто вырвали шнур. В комнате воцарилась абсолютная тьма. Тишина стала вдруг оглушительной — пропал даже гул компьютера. Я заморгал, пытаясь привыкнуть. «Наверное, свет отключили…» А потом я, собственно, осознал, в какой чёртовой заднице оказалось моё максимально “удачливое тельце”. *** Паника захватила разум. Она была немой. Она была слепой. Она была чистой, животной агонией запертого в клетке сознания. — "Нет! Я не хочу умирать! Уж точно не в каменном ящике, смертью Гоголя!" Мой мозг, отчаянно цепляясь за ниточку дальнейших действий, он начал лихорадочно перебирать все возможные лайфхаки "что делать при захоронении заживо". Может, попробовать закричать? Набрав побольше воздуха, я попытался издать хотя бы намек на звук, но из горла вырвалась лишь хриплая, сдавленная нота “бЛя” — будто голосовые связки были налиты свинцом. "Бесполезно. Даже если бы получилось, кто бы услышал хоть что-то под тоннами камня и земли?" — в заключение дал мой головной дивайс ответ. — "Ну спасибо, а на ещё какие-то варианты у тебя извилин не хватает?" — обратился я к своему собственному органу. “Биться в истерике?” Я попробовал дёрнуться — тело отозвалось странной, тягучей слабостью. Паника была только в голове, которая никак не могла призвать к активным действиям тело, которое было спокойным как удав. Слишком спокойным. Всплыл отрывок из фильма «Убить Билла». Я вспомнил, как Ума Турман ударом кулака пробивала крышку толстого дерева вскрикивая как удалой мастер карате. Безумие, доведённое до абсолюта. Я не смогу так. Это не грёбное кино, где режиссёр может выкрикнуть: "СНЯТО! А теперь перерыв на вылизывание ноги главной героини." Да и поверить, что я могу разбить этот гроб... Да ну нафиг! Он ведь каменный. И тогда пришла вторая, отчаянная мысль, порождённая страхом: а что, если всё это не по-настоящему? Мозг стал лихорадочно предлагать идеи, завязанные на этой мысли. Я вспомнил про осознанные сны. Про то, как люди рассказывали, что достаточно сильно захотеть или поверить — и всё станет возможным. Но... а если? Если я просто заснул за компом? Тогда всё объяснимо. И тьма, и странное поведение тела, и это... отсутствие дыхания. Это же сон! — стал я убеждать себя в этой единственной логической мысли. Надежда, иррациональная и жгучая, впрыснула в парализованный ужас толику адреналина. “Хорошо. Если это сон... То я могу его контролировать. Нужно просто очень сильно захотеть выйти отсюда.” Сейчас представлю, что я где-нибудь на пляже Малибу рядом с горячими цыпочками и обязательно окажусь там вместе с коктейлем в руке, внутри которого есть маленький зонтик. Разваливаясь всем телом на шезлонге под знойным солнышком. И это всё случится через... Три... Два... Сейчас! Открыв глаза, я увидел ровно то, что и ожидал, а именно — ничего! — "Блять! Да что за хуйня здесь творится! К чёрту, пошло оно всё, я умирать здесь не собираюсь!" — со всей данной мне силой мой кулак передал кинетическую энергию, которую смог набрать в этом замкнутом пространстве по ненавистному камню. От чего он, в свою очередь, треснул в нескольких местах. — "Э-э-э... Да ладно." — я замер, сбито дыша. Рука, которой я ударил, не болела совсем. На костяшках не было ни ссадин, ни крови. Только странное, ледяное онемение, которое быстро рассеялось. Я прислушался. Из трещины, которую я только что создал, сочился воздух. Не тот спёртый, затхлый воздух склепа, а другой — прохладный, ночной, пахнущий сыростью, травой и… чем-то цветущим. И ещё — доносился далёкий, приглушённый гул жизни. Машины? Голоса? Отсюда я не мог разобрать наверняка. Надежда, дикая и безрассудная, вновь ударила в виски. Я смогу. У меня есть сила. Нечеловеческая, абсурдная сила, которая только что расколола камень. Не понимая наверняка – сон это или просто удача. Я собрался силами, упёрся руками и ногами в стенки саркофага и напрягся. Не просто толкнул, а сконцентрировал всё это странное, холодное чувство силы в мышцах спины и плеч. Раздался оглушительный, сухой “КРЯК!” Камень снова треснул, после чего крышка саркофага распалась на несколько крупных кусков, которые с грохотом обрушились вниз. Я вывалился из развороченного захоронения, грузно шлёпнувшись на каменный пол, усыпанный обломками. Лежал, уставившись в полумрак высокого сводчатого потолка. Лунный свет лился через треснувшее витражное окно, окрашивая стены в синевато-серебристые тона, покрытые толстым слоем пыли. Перевёл взгляд на неподвижные статуи — ангелов, плакальщиц. Нащупал зелёные побеги травы под ладонью, пробивающиеся между плит. Эта бредовая деталь снова засела в моем мозгу, не давая сойти с ума от ужаса. Я поднялся. Моё тело двигалось плавно, почти грациозно, без обычной утренней зажатости. Внимательно оглядел себя: бархатный камзол, кружева, чулки, нелепые туфли с пряжками. Рукава были в пыли и мелких осколках камня. Ну вот. Я или в самом сюрреалистичном косплее в истории, или я действительно сплю, а может, просто кукухой... Не договаривая свое предположение. Передо мной снова встал новая помеха, но уже в виде массивной каменной плиты, закрывавшей своей массой единственный выход. Она выглядела неподъёмной, намного больше чем-то, что разбил ранее. Я прикоснулся к ней ладонью. Камень был холодным и шероховатым. Надавив на нее, плита как следовало ожидать, так просто не поддалась. “Да сколько можно, я просто хочу на воздух, разве я многого прошу!?” Я отступил на шаг и ударил по ней плечом. Удар вышел неловким, но в нём была вся накопленная за эти минуты ярость и отчаяние. —Арх-ха! — что-то подобие рыка вышло из моего рта, да с таким звучанием, что если бы это было не из моих уст, то наверняка бы обделался. Но на обдумывание времени совершенно не было. Камень сдвинулся. С противным скрежетом, оставляя за собой борозду в полу, плита съехала в сторону, открыв проход. Воздух снаружи ударил в лицо — прохладный, влажный, пахнущий морем и чем-то цветущим. Я шагнул вперёд и замер. Передо мной расстилалось кладбище, но такое, какого я никогда не видел. Аккуратные дорожки, готические мавзолеи, и… газон. Идеально подстриженная, изумрудно-зелёная трава покрывала каждую свободную пядь земли между памятниками. Ни одного опавшего листа, ни сорняка. Чистота была маниакальной, почти нереальной. "Так, единственное в чем я точно уверен – это не Россия. Ну никак наше кладбище не может походить на... Вот это!" Мысли путались. Я шагнул вперёд, мои туфли бесшумно ступали по мягкой траве. Где-то вдалеке, за деревьями и оградой, горели огни большого города. Доносился гул машин. А ещё — сладкий и манящий запах. С такой силой, будто я стоял рядом с самой божественной шавермой в мире. “ Не знаю, что или кто меня сюда засунуло, но я точно заслужил кусочек этого невероятного... чем бы там оно не было вкусняшкой.” Именно на этот запах мои ноги и повели меня в сторону огней и шума. **** Идя в таком режиме, мой мозг почти ничего не соображал. Единственное, чего я хотел, — это Еды. «СоЧнОй, ВкУсНой, СЛАДКОЙ!» В итоге пришел я в себя только уже в спящем квартале. И с удивлением ощутил, как слюна переливается и медленно стекает у меня изо рта. Вытерев совершенно для меня чуждую субстанцию, я огляделся по сторонам. Фонари отбрасывали жёлтые круги света на асфальт. И сразу же я почувствовал на себе десятки взглядов. Редкие прохожие — пара поздних гуляк, мужчина с собакой — буквально отпрыгивали в сторону, их лица искажались смесью брезгливости и страха. Они не просто смотрели — они пялились, а потом спешно отводили глаза и ускоряли шаг. Я всегда был неприметным парнем. Сейчас же чувствовал себя каким-то прокажённым. Опустив голову, стараясь идти быстрее. Мои ноги в неудобных туфлях двигались бесшумно, что было странно, но не так странно, как ощущение запахов. Город обрушился на меня лавиной ароматов: выхлопы, пицца, парфюм. И под всем этим — сладковато-металлический, тёплый, невероятно притягательный запах, исходящий от самих людей. От него сводило челюсти, а во рту что-то ныло и пульсировало, заполняясь слюной. Желая понять, что со мной не так, я поднял руки, чтобы нащупать черты лица, но не успев до браться до них я яростно вгляделся в сами поднятые конечности и впервые при ярком свете фонаря рассмотрел их. Руки были мертвенно-белыми, как у фарфоровой куклы. Кожа, тонкая и прозрачная, обтягивала кости и сухожилия. Из-под неё на тыльной стороне ладоней и на запястьях отчётливо проступали синеватые, пухлые, как у старика, вены. — “Что… что это?” Я в ужасе провёл пальцами по лицу. Высокие худощавые скулы, прямой длинный нос, тонкие губы, длинные, сухие белые волосы. Всё был чужим. Я зашагал быстрее, почти бежал, пока не наткнулся на ярко освещённую витрину магазина электроники. На экранах телевизоров мелькали картинки. Я сразу же переключил внимание на стекло, надеясь увидеть своё отражение. И не увидел. Чёрный бархатный силуэт моего костюма чётко отражался в стекле. Воротник, складки ткани, пряжка на туфле. Но внутри этого силуэта, там, где должно было быть моё лицо, мои руки — была лишь пустота. Тёмный провал, окружённый контурами одежды. Я замер, не в силах оторвать взгляд. Поднял руку. В отражении поднялся пустой рукав. “Я… не отражаюсь.” Мысли понеслись с бешеной скоростью. Гроб. Сила. Бледность. Отсутствие отражения. Тёплый, манящий запах людей… Острые клыки, которые я сейчас нащупал языком. “Словно как... вампир. Ну почему «как»? Я и есть чёртов вампир!” Моё внимание переключил звук. Из динамиков телевизора доносился бодрый голос диктора: «…и снова наш герой, Мехамэн, спасает город от происков Доктора Декогеля! В этот раз ...» На экране здоровенный робот в воздухе ловко уворачивался от струй странной слизи. Графика была отличной, даже покруче, чем в самой игре. Я уставился. Костюм, вампиризм, супергерои по телевизору… “Это… это всё похоже на ту игру «Dispatch». Только я не за компьютером. Я внутри этой самой игры. — Ой! Мамочки, что-то мне поплохело.” Рядом прошла женщина с маленькой девочкой. Девочка, лет пяти, указала на меня пальцем: — Мама, смотри, какой дядя страшный! Вон там! — маленькая девочка лет семи вытянула руку с указательным пальцем в мою сторону. Женщина, не глядя на меня, резко отдёрнула дочь за руку и грозно шикнула: — Не смотри на него! — и ускорив шаг, увлекла ребёнка, оглядываясь через плечо с неподдельным страхом в глазах. Я почувствовал, как готов провалиться сквозь землю. Стыд, унижение и животный страх смешались в один клубок. Я пугаю детей. Я пугаю окружающих. Но что ещё хуже — я пугаю самого себя. Запах людей становился невыносимым. Я уже не просто чуял его — я хотел его всеми фибрами души. Что-то внутри, тёмное и древнее, потянулось к этому теплу. Я стиснул зубы, и острые клыки больно впились в нижнюю губу. “Нет. Лучше стоит уйти от сюда, да как можно быстрее.” Я рванул с места и побежал в сторону ближайшего тёмного переулка. Мои движения были нечеловечески быстрыми и бесшумными. В несколько прыжков я оказался в глухой боковой улочке, заваленной мусорными контейнерами. Здесь пахло гнилью и ржавчиной, что было в тысячу раз лучше, так как это отвлекало от столь манящих ароматов и не обдуманных поступков. Я прислонился спиной к холодной кирпичной стене, пытаясь перевести несуществующее дыхание. Сердце или то, что его имитировало стучало глухими, редкими ударами. А живот скрутило в несколько тугих узлов, завывая о своём несчастье. “Что со мной происходит?” Просидев так несколько минут, а возможно и часов, я понял простую вещь: “Я хочу есть.” Мысль была простая, животно-навязчивой – Голод. Не тот, что урчит в животе, а другой — глубокий, холодный, выворачивающий наизнанку. Жажда никуда не ушла, она только крепла, превращаясь в навязчивый гул в костях. Каждая клетка этого странного, холодного тела вопила о жажде насыщения. “Мне нужно было поесть: СоЧнОй, СлАдКой и ТёПлОй — КРОВИ.” Я резко встряхнул головой, отгоняя навязчивые мысли. “Нет, Серёга, ты это дело давай бросай,” — мысленно прошипел я сам себе. — “Ты не грёбный каннибал Лектор. Ты человек. Ты человек, хоть и в теле…” Я замялся, не в силах договорить. — “Чёрт!” Я сжал голову бледными руками, стараясь подавить нарастающий рёв инстинкта. Логика была на моей стороне, но инстинктам было глубоко насрать на неё. А здесь, в темноте переулка, оставались только запахи, звуки и этот всепоглощающий, мучительный голод. «Нужно немного крови, я голоден. Дай мне напиться,» — завёл в моей голове внутренний слабый отголосок. “Нет! Нельзя, я не смогу. Я вообще-то боюсь этой самой крови хлеще любого додика с кучей фобий. А тут, да еще и… нет. Хрен там, я отказываюсь!” «Ты должен!» — кричало моё тело. Вдруг мои мысленные баталии прервали голоса, что раздались неподалеку от моего укрытия. — О, смотри-ка, какая пугливая киска заблудилась, — прозвучало совсем рядом. — Куда это ты так поздно, сладкая? Может, тебя проводить? — Да замолчи ты, — отозвался второй, более низкий голос. — Видишь, как она вся трясётся. Словно сейчас скинет последнюю листву со своего бревна. — Да ты поэт. Ха-ха-ха, — отозвался первый, смеясь будто Гиена из Короля Льва. — А то, видишь, сколько у неё макулатуры. Наверняка её такие заводят. Да, милая? Сцена разворачивалась метрах в двадцати. Фигуры вышли из-за угла. Двое — крупные, плечистые, в тёмных толстовках с капюшонами, натянутыми на бейсболки. Третьей оказалась хрупкая, сутулящаяся, в простом пальто и с большими очками девушка - блондинка. Она прижимала к груди потрёпанную сумку, полную книг. Видимо студентка, задержавшаяся на учёбе. Мозг наблюдателя попытался включить привычный анализ. Заключение было таким: “Лучше не вмешиваться. У нас и своих проблем полон рот. Жаль, что он не полон ВкУсНой кро…» — будто кто-то перехватил мои же мысли также вместе с телом, перестроив под свои нужды закончив мысль. Некий зверь замер, как хищник, уловивший первый шорох добычи. Мускулы под странной одеждой напряглись сами по себе. В глубине черепа что-то устрашающи зарычало и рванулось к решётке. Оно не видела людей. Оно видело тепло, движение, запах страха. Один из парней, повыше ростом, шагнул вперёд и грубо схватил девушку за локоть. — Не дергайся, красавица. Мы просто познакомиться хотим. По-соседски. — Отстаньте! — её голос сорвался на визгливый шёпот. Она вырвалась, отступив к стене. — Я… я закричу! — Кричи, не кричи, — усмехнулся второй, пошире в плечах, блокируя отход. — Здесь кроме крыс и таких же отбросов, как ты, никого нет. Расслабься. Мы подарим тебе массу веселья. — Ой, да заткнись ты со своими уговорами, — первый парень провёл тыльной стороной ладони по её щеке. Девушка дёрнулась, как от удара током. — Я вот думаю… Можно сначала и поиграться? А то быстро — не интересно. Я люблю, когда сопротивляются. Второй хрипло засмеялся. — У меня до смены ещё два часа. Успеем и поиграть, и всё остальное. Только давай быстрее, а то заснёт наша принцесса от скуки. — Идите к чёрту! — это был уже не крик, а хриплый, полный ужаса выдох. Она замахнулась сумкой. Книги брякнули внутри. И острым концом, что был натянут энциклопедиями, таки настигло обидчика, полоснув им по плечу здоровяка. После неуклюжего удара молодой девушки, высокий парень поймал её запястье и резко дёрнул на себя. — Это ты зря…