rush

      — Аки, за четвертым столом ожидает гость, — вместо приветствия говорит мисс Макима.       — Принято.       Почти каждый рабочий день в клубе проходит одинаково: его смена, как и у остальных хостов и хостес, начинается с семи вечера и длится до трех ночи. Перед этим ему, конечно же, нужно переодеться по дресс-коду, потому что не получится вытягивать деньги из посетителей на одной только красивой мордашке и, как говорило начальство, на его «холодной харизме».       После всех формальностей Аки должен выходить в зал и следить за тем, чтобы ни один гость не оставался без компании. Как наиболее опытному сотруднику, ему также надлежало следить за младшими, потому что, ах, его детский сад, состоящий сначала из одной только Пауэр, — а теперь еще и Денджи — вообще не облегчал ему работу.       Аки кинул быстрый взгляд на столы, за которыми они сидели. Что ж, этим вечером они не пугают никого своими выходками и ведут себя подобающе обходительно. Будто по учебнику.       Прекрасно, видимо сегодня все пройдет довольно тихо (но смотря как на это посмотреть, потому что музыка в клубе долбит по ушам).       На диване за четвертым столом сидел парень. Он копался в телефоне, пока коралловые волосы скрывали лицо.       Аки остановился напротив и заговорил негромко, чтобы не напугать своим внезапным появлением, но достаточно, чтобы быть услышанным сквозь биты.       — Добрый вечер, — Аки поклонился. — Меня зовут Аки, и я буду вашим хостом сегодня. Как я могу к вам обращаться?       Парень сразу же выпрямился и отложил телефон на край стола. Аки проследил взглядом, как гость изящным жестом откинул волосы назад, обнажая принт на футболке. «Гвен Стефани» выложенное золотистыми стразами и обложка ее альбома «Love. Angel. Music. Baby.». Это даже немного повеселило Аки. Не так уж часто встречаешь её фанатов сегодня.       — Ангел.       — Приятно познакомиться с вами, Ангел, — он садится на расстоянии вытянутой руки, хотя гость все равно дергается и почти отсаживается от него подальше. Аки подталкивает к нему планшет с открытым меню бара и кухни. — Вы предпочтёте сначала выпить или заказать десерт?       Ангел сначала смотрит на меню, потом на Аки, а затем утыкается в пол. Он нервно покусывает нижнюю губу до того момента, что она меняет свой цвет с пыльно-розового до вишнёвого.       — Я не совсем знаком с концепцией хост-клубов… — на выдохе признается Ангел.       — Вы можете попросить другого хоста или хостес, либо… выбрать меня. Но это стоит семь тысяч йен в час.       — Мне все равно, сколько это стоит. Я не хочу знакомиться с другими хостами, — выходит резко, но Аки видит, что это напускное: пальцы Ангела нервно подрагивают на столе.       — После этого посетители заказывают что-то из меню не только себе, но и хосту…       — Короче, тянете деньги разными способами, — прерывает его Ангел.       Аки ухмыляется, но ничего не добавляет к такому комментарию. Как никак, ему нельзя очернять имидж клуба, в котором он работает.       — …а за это посетители получают компанию и ухаживания. Хосты могут быть как молчаливыми партнерами по выпивке, так и собеседниками.       Ангел смотрит на Аки с прищуром.       — Тогда выпить и десерт.       — Отлично, — вежливо ответил Аки. — Хотите, чтобы я помог с выбором?       — Хм-м, — задумчиво тянет Ангел. — Что подойдет к розовому шампанскому?       Аки наклонился чуть ближе к Ангелу и почувствовал аромат чужих духов: сладкий и обволакивающий, мягкость персика и игривая кислинка маракуйи.       — Вы можете заказать корзиночки с клубникой и мятой. Сочетание получается довольно свежим и не забивает рецепторы, — Аки провел пальцем по экрану планшета, указывая на позиции. — Муссовые пирожные тоже хорошо подойдут, как и любое мороженое.

//

      Ангел приходит и на следующей неделе. И через неделю. Ещё и ещё. Они не так уж и много разговаривают, изредко — Ангел интересуется коктейлями из меню, но все равно после них возвращается к шампанскому, и это становится приятным окончанием смен.       Ангел хмурится в один из вечеров, когда Аки садится на диван рядом с ним.       — Вы курите?       Почему-то это замечание ощущается как удар под дых, хотя Аки сложно смутить в принципе.       Не только пальцы сохранили табачный запах (хотя он несколько раз помыл руки), но и лацкан пиджака. Аки вздохнул.       — Простите. Вы хотите позвать другого хоста?       — Нет-нет, — Ангел качает головой. — Вы никогда не курили при мне. Почему?       Наверное, чтобы не ассоциироваться у тебя с чем-то плохим? Ты совсем не такой, как большинство гостей; а то, зачем ты продолжаешь возвращаться сюда для меня загадка. Никогда не просишь сделать что-то лишнее и почему-то думаешь о моем комфорте.       — Не всем посетителям это нравится, — уклончиво отвечает Аки. — Тем более вы никогда не просили пепельницу, поэтому я предположил, что вы не курите.       — Вы… правы, — как-то помявшись ответил Ангел, теребя прядку волос. — Но я не буду против, если вы закурите.       Аки специально медлит. Даёт возможность Ангелу передумать, но никаких возражений не поступает. Надо же. Аки постукивает по пачке сигарет и достает одну. Вспыхивает зажигалка, и делает первую затяжку.       — Почему вы начали? — красивые глаза напротив неотрывно следят за действиями Аки.       — Старшая коллега как-то уговорила попробовать, — пожимает плечами, — А потом не захотелось бросать.       Ангел задумчиво склоняет голову к плечу. Распущенные волосы, как и всегда, мягко скользят по черной футболке с принтом альбома «The Neighbourhood».       — Могу ли я?..       Аки сам подносит сигарету к лицу Ангела, заставляя того немного наклониться. Губы Ангела находятся в опасной близости к пальцам Аки. Еще чуть-чуть и такое действие может показаться слишком интимным, но погрузиться в мысли не дал чужой кашель после затяжки.

//

      — Вы часто поглядываете на Денджи на Пауэр, — замечает Ангел и возвращается к десерту. Аккуратно набирает два слоя парфе на ложку, сливки и клубничное желе, и отправляет в рот. — Вы ближе, чем просто коллеги, да?       — Моя семья, — Аки делает паузу, делая глоток из бокала. Шампанское игриво щекочет язык и нёбо. — И Денджи, и Пауэр были в… незавидной ситуации до знакомства со мной, но теперь все намного лучше. Пока ребята здесь, я могу одновременно работать и приглядывать за ними.       — Мило, — лаконично отвечает Ангел.       — Кем работаете вы?       — Скажите тоже… рабо-о-отаю, — тихий смешок под нос. — Выкладываю всякие фотографии, а потом получаю деньги от всяких задротов, любящих на твинков… смотреть. Вы же меня поняли, правда, Аки?       Кивает. Довольно забавно, что по сути работают в похожих областях: угождают другим с помощью красивого вида.       — Знаете, я хочу, чтобы вы тоже взглянули на мои фотографии. Ничего, если я?..       Ангел не дожидается ответа (Аки все равно не против), вынимает из нагрудного кармана на пиджаке Аки ручку и берёт его за запястье. Его пальцы ощущаются на коже чертовски горячими и обжигающими, хотя ничего такого не происходит.       Аки молчит. На внутренней стороне теперь красуется ник Ангела в «инсте».

//

      Выведенные буквы на ладони не дают покоя.       Денджи и Пауэр уже давно спят в своих комнатах, а сам Аки лежит и тупо пялит в потолок около часа. Он даже не может подняться с постели и заняться домашними делами, типа глажки и стирки, иначе разбудит свой детский сад включенным светом в коридоре.       Яркость телефона по началу слепит, Аки находит профили Ангела. Не только в «инсте», потому что, ники, конечно же, везде одинаковые.       Скроллит ленту, пока палец не останавливается на фотографии: коралловые волосы, собранные в хвост, элегантным каскадом струятся по спине; надпись «кельвин кляйн» лукаво дразнится из-под приспущенных джинсов.       Аки смотрит, смотрит, смотрит.       Следующим он открывает видео: глаза Ангела подведены чёрным кайалом, а волосы в небрежной укладке. Он не включает звук, но на сто процентов уверен, что на фоне играет что-то из репертуара «Айеши Эротики», под которую Ангел открывает рот.       Аки залип надолго, зато у него у него сложилась четкая картинка в голове, что кожа Ангела — чистый холст, который Аки бы с радостью запятнал разными цветами: красным, когда он только-только поставит засосы на бледной шее и ниже; синим и фиолетовым от следов его пальцев на бёдрах; белым, когда бы Ангел кончил на свой же живот от одних касаний и слов.       Аки положил включенный телефон рядом с собой. Образ Ангела настолько укоренился в его голове, что даже с закрытыми глазами Аки видел его. Он достает из-под кровати бутылку смазки и щедро выливает на руку.       Ангел в воображении сначала обхватывает его с театральной неуверенностью. Ох, Аки абсолютно уверен, что Ангел просто играется с ним в милого и невинного, а потом выдает то, чем является на самом деле: пылкий и страстный. Бесконечный источник, из которого невозможно напиться.       Он раскрывает глаза и случайно перелистывает на следующее фото, где Ангел смотрит этим невыносимо красивым взглядом из-под полуприкрытых век. Аки сильно кусает ладонь и судорожно выдыхает через нос. Другая рука вся мокрая, он достает салфетки и вытирает кожу досуха.       Ему кажется, что Ангел с фотографии смотрит на него с издёвкой.       Как же он вляпался.

//

      — Сыграем в «Я никогда не…», Аки? — в один из вечеров предлагает Ангел, пока листает меню бара. — Кто выпьет меньше пяти раз — победит. С проигравшего выполнение желания.       Что ж, это звучит неплохо, если не учитывать тот факт, что Аки очень нравится Ангел, а из этого следует: он чертовски слаб перед ним. Даже если Ангел попросит достать ему Луну с неба, он что-нибудь сможет придумать.       — Без дополнительных вопросов? — Аки по ощущениям тонет, хоть и умеет плавать. Пока что он не готов делится всем бэкграундом.       — Без дополнительных вопросов, — соглашается Ангел, метафорично бросая в Аки спасательный круг.       И вот так перед ними оказывается поднос с шотами.       — Я начну? — спрашивает Ангел, и Аки кивает, отрывая взгляд от рюмок. — Я никогда не думал о самоубийстве.       Они оба тянутся за рюмками и пьют залпом. На губах Аки расцветает настоящая ухмылка, и он принимает правила игры.       О, это будет интересно…       Аки сразу же берёт следующий шот и в опасной близости к пальцам болтает содержимое.       — Я никогда не целовался с мужчиной.       Ангел фыркает и всем своим видом показывает недовольство, но послушно пьёт вслед за Аки.       — Я никогда не делал пирсинг.       — Грязно играете, — Аки закатывает глаза, что является нежелательным поведением для хоста. — Так хотите победить?       — Без вопросов, Аки, — напоминает Ангел с улыбкой. — Ваша очередь.       — Я никогда не получал в подарок секс-игрушку.       Ангел усмехается и выпивает шот. Аки скептично выгибает бровь, отчего Ангел решает рассказать подробнее:       — Я не был такому подарку, сразу говорю! Мне это отправил один подписчик пару месяцев назад, когда я случайно хайпанул в «тиктоке». Типа, он делает такие штуки на заказ и, вдохновившись моим контентом, слепил резиновое нечто в тридцать сантиметров, — Ангел стыдливо жмурится. — Ужас, проехали… Я никогда не участвовал в драке.       Аки опрокидывает шот и поясняет:       — Я не был зачинщиком. Молодой человек одной из посетительниц не обрадовался, что она ходит в хост-клубы, поэтому решил прийти и по-мужски разобраться. Только я уложил его быстрее, чем он успел ударить кого-то из персонала, — Аки ухмыляется. — Я никогда не снимал себя обнажённым.       Ангел пьёт.       — Издеваетесь надо мной, — хитро прищуривается. — Я никогда не дрочил на своих клиентов.       Аки замирает. Вот и всё. Чем дольше он «раздумывает», тем глубже он себя закапывает. Под внимательным взглядом Ангела он поднимает последнюю рюмку со стола и опрокидывает её. Вкуса Аки не почувствовал.       — Это был я? — облизнув нижнюю губу, уточняет Ангел с нетерпением. — Или на кого-то другого?       — Ваше желание — это вопрос? — с усмешкой парирует Аки. О-о, он не будет так легко сдаваться.       — Нет. Мне важно это знать, — умоляюще просит Ангел и выдает жалобным тоном, — Пожалуйста.       Его точно уволят. Его точно уволят, потому что Ангел — самый настоящий демон-искуситель, из-за которого Аки так и нарушает правила клуба.       — Ты.       — Посмотри на меня внимательнее, — требует Ангел, и, конечно, он повторяет приём, заметив, как на Аки действует его одно слово, — Пожалуйста.       О, Ангел точно знал, что он творит с Аки. Демоненок.       Аки скользит взглядом с макушки, опускается по красивому лбу, цепляется за этот магнетический взгляд, но продолжает блуждать по выточенному носу, подбородку, голой шее, на которой Аки хочет оставить следы, сделать ее красной. Футболка, типа рокерского стиля, с принтом «Меган Фокс». А потом он спускается к нижней части тела.       Аки замечает, ох.       Подсветка в зале абсолютно не помогала разглядеть получше, но очертания кружева на бедрах Ангела сквозь тонкую ткань брюк он увидел.       Он не мог назвать себя каким-то поклонником таких вещей: многие хосты экспериментировали со внешним видом, добавляя в свои образы как кружево, так и атлас, и сетку. Ничего не возбранялось, а только поощрялось, если таким способом получалось заработать больше денег, но сам Аки всё равно придерживался более спокойного и сдержанного вида.       Если это было не приглашение, то что? Самый настоящий красный флаг перед быком на корриде.       Аки поднял взгляд и почувствовал, как жар прилил к лицу. Хотелось бы списать это на выпитый алкоголь, но у него высокая толерантность к алкоголю.       — Смена заканчивается через час. Дождёшься?

//

      Руки Ангела заметно подрагивают, пока сам он возится с ключами от своей квартиры. Ангел проходит внутрь, оставляя небрежно снятые «конверсы» в прихожей. Аки аккуратно снимает лоферы и ставит их в обувницу. Ставит туда же чужие кеды.       Квартира у Ангела просторная и светлая, почти минимализм, если бы не выделяющиеся полки с томами манги и фигурками по разным франшизам. Вместо основного света Ангел включает торшер в гостиной, и комната озаряется уютным свечением.       — Что ж, чувствуй себя как дома? — Ангел становится четко в центр мягкого белого ковра на полу между диваном и тумбой с телевизором. — Эм-м, может, хочешь чай или кофе?       — Ты правда пытаешься быть гостеприимным… — медленно говорит Аки, пока к нему не приходит осознание, — … или теперь ты боишься?       Ангел прячет лицо в ладонях, издает невнятно-страдальческий звук прежде, чем произносит:       — А-а! Конечно, я нервничаю! Как тут не нервничать, когда парень, который мне очень симпатичен, находится в моей квартире? — Ангел раскрывает пальцы и смотрит на него. — Я не понимаю, как ты не нервничаешь!       Поцелуй выходит немного смазанным, потому что Ангел не успел вовремя среагировать на то, как Аки отодвинул его руки от лица.       — Лучше?       — Пф-ф, — Ангел пытается выглядеть недовольным, но нежный румянец появляется на его щеках и выдает настоящие эмоции. Ангел тянет Аки в спальню.       Там Аки снимает с него футболку и небрежно сбрасывает её на пол. Простите, «Меган Фокс», за такое неуважение. Следом летят его брюки и одежда Аки (но перед этим Аки вытянул из заднего кармана штанов пакетики с презервативом и смазкой).       Аки мягко подталкивает Ангела к кровати, укладывая его спиной, а сам нависает над ним. Вид обнажённого Ангела, не считая чулок на его бедрах, прекрасен.       Аки ведёт пальцем по кружеву и подцепляет его. Бедная кожа под резинкой красная. Аки тянет вниз и отправляет сначала первый чулок, а затем второй на пол рядом со сброшенной футболкой. Разводит ноги Ангела, чтобы осыпать нежными поцелуями и касаниями его бёдра.       Он не просто какой-то там задрот, любящих твинков. Ему нравится Ангел, и Аки в восторге от того, как на него реагирует Ангел.       Наверняка Ангела задевают моменты, когда его путают с женщиной, потому что всё выдавало в нем мужчину, стоит только взглянуть внимательнее: прямые черты лица, словно высеченные скульптором из мрамора, высокий лоб и четкая линия подбородка, а тело без типичных «мягких» изгибов.       — Что, теперь твоя очередь медлить? — Ангел дразнится, а голос немного дрожит от возбуждения.       — Любуюсь.       — Фу.       Первый палец входит в Ангела свободно, второй — с напряжением, а когда добавляет третий и начинает ими двигать, то наконец слышит стоны Ангела от попадания по нужному месту.       Аки скользит в него медленно и осторожно, но даже после растяжки Ангел ощущается узким. Аки ловит судорожный вздох и мягко прижимается к чужим губам в ласковом поцелуе. Он не двигается, пока не слышит тихое «давай» от Ангела. И… Аки делает сильный первый толчок.       Простынь сминается от движений. Ангел тяжело дышит под ним, царапает ногтями его спину и самым прекрасным звучанием стонет.       Ангел сильнее прижимается к нему, кусает в изгиб плеча, заглушая свой финальный стон. Спустя пару толчков Аки кончает следом. Морщась из-за повышенной чувствительности, Аки аккуратно выходит из Ангела и завязывает презерватив в узелок.       После оргазма Аки ощущает себя разомлённым, и вся усталость после работы и выпитых шотов накатывает с особой силой. Он без зазрения совести ложится на Ангела сверху, обнимая его за талию, как мягкую игрушку.       Сквозь дремоту Аки чувствует нежные прикосновения пальцев Ангела к его волосам, а потом — тёплое дыхание рядом с ухом.       — В следующий раз я нагну тебя, — шепчет Ангел, а в тоне его голоса так и сквозит улыбкой.       — Как скажешь.