Рондо Лютного переулка

Пробуждение было мятым и болезненным, придавленным больным похмельем, но Драко к такому привык. В последний год он все чаще просыпался в грязных забегаловках и сомнительных мотелях и не помнил ни черта. Но сегодня — сегодня утро отличалось от всех прочих. Оно пахло, и не чем-то конкретным, оно благоухало зловонием всех оттенков, от горьких пятен подсыхающей спермы на простынях до гнилого запаха нечистот из мусорных баков. Между лопатками нестерпимо зудело от желания вспомнить, что вчера произошло. Даже если не целиком, то хотя бы половину. Блядь, он бы согласился и на последние двадцать минут, проведенных в кабинке туалета с кем-то совершенно охуенным. Притоны Лютного хороши тем, что посетителям глубоко поебать, кто кого пялит по углам. Голова трещала, сигарета отдавала псиной. Драко с отвращением сплюнул прямо на пол и покосился на забитую окурками пепельницу. В желудке плеснулось вчерашнее дешевое пойло — на что-то менее блевотное не хватило денег, и даже будь у него лишние десять кнатов, он бы купил не элитную выпивку, а порцию чипсов с рыбой. В носу свербело, едкий дым забивал лёгкие и сжигал изнутри. Драко облизал сухие губы, чувствуя каждую трещину, зажал зубами нижнюю, сомкнул плотнее, прокусил насквозь. Слизнул горячее, солёное с промокшего фильтра. — Ты слишком легкомысленно относишься к крови, — вдруг шепнул кто-то за спиной. В шею упёрлось что-то острое, опасное, смертоносное, как и сам голос. Драко вздрогнул. — Не оборачивайся, стой смирно. В наши дни найти вкусную кровь нелегко, а твоя… М-м-м, твоя шикарная. Кровь последнего лорда Малфоя — изысканное блюдо. Увы, ты порядком отравил ее бражкой и подпольным огневиски, но мы это исправим, обещаю. Дыхание перехватило. Драко крутанулся, выворачиваясь из захвата, но некто был проворнее и гораздо сильнее. Крепкие руки перехватили поперек, прижали спиной к твердому каменному телу, одна поползла вниз, пробралась за пояс брюк. Член дёрнулся, в животе потеплело, завибрировало. — Хорошо, что ты не боиш-шься, — прошипел гость. — Обещаю, тебе понравится. Он обхватил член Драко, медленно массируя ствол и поглаживая уже текущую головку, сгреб мошонку в горсть, перекатил яйца между пальцами. — Что ты делаешь? — вырваться из объятий не получалось, Драко едва мог шевельнуться. — А на что это похоже? — рука задвигалась быстрее. Пульсация крови в члене отдавалась прямо в мозг. — Вчера ты был сговорчивей, дарлинг. Укус в шею оказался глубоким, долгожданным, очищающим. Сладкое насилие среди разложившихся полутеней. Тиски вдруг ослабли и через мгновение пропали, как и ласкавшая его рука. По задымленной комнате прошелестел ветер, донёс затхлый аромат трущоб и горячего железа, сочащегося из ран. — Иди сюда. Драко повернулся. Непокорные лохмы, уродливый шрам, наглый взгляд из-под очков. Тонкая струйка крови в углу рта. — Ты?.. Значит, вчера… — И вчера, и сегодня, и месяц назад. И завтра, и всегда. Или ты против? Можешь отказаться. — Ни за что.