***
Пятница, Совместное интервью для Pride-выпуска «Будь собой!» Студия была выдержана в пастельных тонах «спокойствия и принятия», которые уже через пять минут начинали давить на психику. Макс и Джордж утонули в диване цвета «пудровой розы», настолько мягком, что он, казалось, специально создан, чтобы поглощать любую попытку резко встать и сбежать. — Напомни мне ещё раз, что мы здесь делаем, — лениво, не открывая глаз, проворчал Макс. Джордж, безупречный в белой рубашке, листал карточки с вопросами, будто просматривал сводку погоды перед гонкой под дождём. — Мы показываем солидарность, — произнёс он монотонно. — К нашему новому спонсору сети экологичных спортбаров «Радужное что-то там». — Ага, солидарность, — фыркнул Макс, взяв карточку из рук Джорджа. — Первый вопрос: «Как вы поняли, что нашли свою вторую половинку?» Это типа анкета для дружбы? «Опишите ваши отношения тремя эмодзи»? Они что, забивали вопросы для интервью в чат GPT? — Ну ты ответь, — Джордж спрятал карточки и кивнул в сторону приближающегося интервьюера. — Будь остроумен. В комнату впорхнул Кэмерон, ведущий. Молодой человек в очках в радужной оправе и с улыбкой такой яркой, что она, казалось, должна была питаться от отдельной розетки. — Джордж, Макс! Для начала — браво! Просто бра-а-аво! Поздравляю вас с таким смелым и таким… э-э-э… аутентичным шагом в публичное поле! — Спасибо, — кивнул Джордж, включив свою самую обаятельную «пресс-конференционную» улыбку. — Хотя, если честно, это был не столько шаг, сколько… спотыкание. Причём на ровном месте. — Через креветки, мы знаем! Это уже часть фольклора! — Кэмерон хихикнул, устраиваясь напротив них и поправляя свой пиджак с бутоньеркой в виде крошечного радужного флага. — Ну что, как вам быть новыми иконами ЛГБТК+ сообщества в спорте? Макс медленно перевёл на него взгляд, которым обычно смотрит на неправильно выбранный состав шин. — Мы не иконы. Мы два человека. Один иногда быстро ездит, второй, порой, ест то, чего не стоит. Вот и всё. — Но ваш каминг-аут вдохновил тысячи людей по всему миру! — Он вдохновил в основном мемы, фанфики и нелицензионный мерч, — мягко поправил Джордж, пытаясь сохранить дипломатичность. — Но если это кому-то добавило смелости… Что ж, ладно. — Прелестно! Просто прелестно! — Кэмерон захлопал в ладоши, и звук был неестественно громким в звукоизолированной студии. — Ну что, я вижу, вы в тонусе! Давайте проведём небольшую разминку, всколыхнём эмоции! Джордж, внимание! Какой любимый цвет Макса? — Цвет первой позиции на стартовой решётке. — …Принимается. — засмеялся Кэмерон. — Вопрос Максу: что Джордж никогда не забудет купить в магазине? Макс скрестил руки на груди. — Своё чувство превосходства. И смузи. Обычно вместе. — Ха-ха-ха! Вы невероятны! — глаза Кэмерона загорелись азартом режиссёра, видящего, как актёры попадают в роль. — Вижу, вы уже разогрелись! Переходим к главному! Челлендж «Правда или действие»! Он выдержал драматическую паузу. В чате стрима Макса, транслировавшегося на маленьком экране в углу, замельтешили предвкушающие сообщения. — Джордж, твоя очередь! — продолжил Кэмерон. — Правда: Что самое раздражающее в привычках Макса? Или действие: Выпей этот стаканчик нашего спонсорского, супервитаминного, радужного сока залпом, не морщась! Джордж бросил быстрый взгляд на стаканчик с подозрительно яркой жидкостью цвета ядовитого попугая, затем на Макса. Выбор был очевиден. — Правда. — Отлично! Всем ушки на макушку! — Он… оставляет кружки с недопитым кофе по всему дому. На подоконниках, на краю ванны, один раз на беговой дорожке. И когда я собираю их, они всегда холодные и противные. — А ты их моешь и ставишь на место, — парировал Макс, не дожидаясь вопроса. — Что само по себе странно. Просто оставь их в раковине, как нормальный человек. — Так если я оставлю кружки в раковине, то они будут лежать там до Второго пришествия! — голос Джорджа повысился на полтона. — Я же знаю, как оно будет. Ты можешь видеть траекторию в повороте на 250 км/ч, но не замечаешь гору посуды размером с Эверест. Maxiel: ОНИ РУГАЮТСЯ КАК СТАРАЯ СУПРУЖЕСКАЯ ПАРА В СИТКОМЕ TeaAndSympathy: Джордж, родной, я тебя понимаю! Мой тоже так делает! Кэмерон был в экстазе. Рейтинги, он чувствовал это кожей, взлетали до небес. — Идеально! Просто иконично! Теперь твоя очередь, Макс! Правда: Самое смущающее, самое нелепое, что ты когда-либо делал, чтобы впечатлить Джорджа? Или действие: Возьми свой телефон, позвони своему менеджеру и… прокрякай в трубку как можно убедительнее! Макс едва заметно дрогнул уголком губ. — Правда. В студии повисла тишина, полная ожидания. — Я… — он неохотно начал, глядя куда-то поверх камеры. — Я смотрел его интервью после провальной гонки в Джидде и потом написал ему сообщение. Но не со словами поддержки, а с техническим разбором… его ошибок. — Это был ты? — Джордж ахнул. — Анонимный номер с эмодзи гоночного флага? Я думал, это какой-то тролль из фан-клуба Хэмильтона! Я этот номер заблокировал и месяц ходил параноиком! — Ну, я же не мог подписаться «Твой будущий муж, который знает, что ты можешь лучше», — пожал плечами Макс. — Это было бы… странно. Даже ведущий на секунду потерял дар речи. Чат в стриме Макса, который он, вопреки всему, не выключал, просто взорвался. ValyaRossi46: ОН ТАЙНО ПОДДЕРЖИВАЛ ЕГО ЧЕРЕЗ АНОНИМКУ Я НЕ ПЕРЕЖИВУ ЭТОТ ДЕНЬ BHabibiNabibi: он влюбился в него из-за плохой стратегии… PatrickJaneFr: Самый Максовский способ ухаживания из возможных. Инженерный разбор вместо цветов. — Вау! — наконец выдохнул Кэмерон, прижимая руку к груди. — Это… это уровень! Но публика, я чувствую, требует большего! Джордж! Ты выдержал правду, но теперь твой черёд! Действие! И оно будет горячим! Поцелуй человека, сидящего слева от тебя! Слева от Джорджа сидел сам Кэмерон. Он замер, застыв в ожидающей, чуть жеманной позе. В чате наступила мертвая тишина. Британец повернул голову налево и посмотрел на сияющего Кэмерона. Потом направо, на Макса. Голландец сидел, откинувшись на спинку дивана, скрестив руки. Лишь одна его бровь была едва заметно приподнята, а в глазах читалось ясное, безжалостное послание: «Выбирай, британчик. Выбирай с умом. Но помни, кто платит за интернет в нашем доме». Джордж вздохнул, и отправил воздушный поцелуй в сторону ведущего. А потом, не дав никому опомниться, резко развернулся, схватил Макса за подбородок и поцеловал его прямо в губы. Нежно, но уверенно. И на пару секунд явно дольше, чем того требовал бы любой, даже самый отбитый челлендж. Звуковая волна, прокатившаяся по двум чатам — официальному шоу и личному стриму Макса — была почти физической. Донаты на канале MAXVERSTAPPEN1 зазвучали сиреной воздушной тревоги, перекрывая всё. DramaLlama99: Я. УМЕРЛА И Я ВИДЕЛА БОГА, И ОН ЦЕЛУЕТСЯ С ДЖОРДЖЕМ РАССЕЛЛОМ VerstappenToRussell: ОН ВЫБРАЛ «УМЕРЕТЬ СЛАВНОЙ СМЕРТЬЮ» И УБИЛ НАС ВСЕХ!!!!!! MeowMeow81: Э-э-э… дружеское подбадривание! Коллегиальная поддержка в сложный момент эфира! Всё ещё ничё не доказано! TwoOfHearts: КОЛЛЕГАМИ ПО СОВМЕСТНОЙ ЖИЗНИ, ДА??? LogicIsMyWeapon: Логика сдалась. Я иду за попкорном. Когда Джордж наконец отпустил его, Макс остался сидеть с абсолютно пустым лицом. Он медленно облизал губу, как бы проверяя вкус случившегося. Кэмерон, покрасневший, запыхавшийся и счастливый, как будто он только что выиграл «Оскар» за лучшую режиссуру реальности, захлебнулся, пытаясь говорить: — В-вот это да! Вот это и есть… искренность! Настоящая, невыдуманная! Это тот самый момент, ради которого мы все здесь! А теперь… — он сделал театральную паузу, пока звукорежиссёр накладывал джингл, — РЕКЛАМНАЯ ПАУЗА! Не переключайтесь! Свет в студии смягчился, камеры отъехали, сигнализируя о паузе. В полумраке Джордж закрыл лицо ладонями, но его уши предательски горели ярко-алым цветом. — Ну что, — наконец тихо проговорил Макс, его голос был чуть хрипловат. — Доставил публике зрелищ? — Я только что поцеловал тебя на глазах у… всех. — Да, — согласился Макс, всё ещё ухмыляясь. — И знаешь, что самое забавное? — Что? — пробормотал Джордж сквозь пальцы. — Ты не ошибся стороной, — Макс потянулся за бутылкой воды. — Так, ну раз у нас все равно рекламная пауза, то может мы выйдем на перекур и закончим то, на чём остановились…?***
После перерыва они вернулись и плюхнулись обратно на диван — на тон краснее и на порядок лохматее, чем они покидали студию. Кэмерон перелистнул страницу своего блокнота. Его улыбка стала чуть мягче, глаза, хоть и искрились прежним азартом, смотрели внимательнее. — Ребята, теперь официальное интервью и вопрос, который мы, не можем обойти стороной, — начал он, и в его голосе появились ноты серьёзности. — Как вы справляетесь с… ну, знаете, с волной не самого доброжелательного шума, с гомофобными комментариями в соцсетях? Макс посмотрел на Джорджа. Джордж посмотрел на Макса. Казалось, они без слов решали, кто будет отвечать. В итоге Макс слегка кивнул, принимая удар на себя. Он откинулся на спинку дивана, приняв позу преувеличенного расслабления. — Я, — заявил он с непоколебимой уверенностью человека, объявляющего научный факт, — не умею читать. — Да, совершенно аналогичная ситуация, — тут же, с абсолютно каменным лицом, кивнул Джордж. — Грамотность — не наша сильная сторона. Пилоты с покер-фейсом глядели на ведущего. Кэмерон растерянно заморгал. — Реально? — удивился Кэмерон. Макс добавил: — Ну вообще, у меня стоят фильтры, — пояснил Макс. — Ключевые слова: «грех», «ад», «испорченный», названия некоторых политических партий, «Нико Росберг»… Всё, что прорывается сквозь них, обычно настолько примитивно и скучно, что даже не вызывает раздражения. В конце концов, у меня есть жизнь, — он сделал небольшой, но выразительный акцент на последнем слове. Джордж улыбнулся и кивнул, выражая согласие. — А теперь, если можно, более личный вопрос, — мягко продолжил Кэмерон, переходя на следующий пункт. — Как отреагировали ваши семьи? Это всегда один из самых страшных моментов. Макс перевёл взгляд на свои руки, лежащие на коленях, сжал их в замок, потом расслабил. — Моя мама сказала: «Слава богу, а то я уже думала, ты так и останешься вечным подростком с гоночной машиной вместо личности». — Мой отец… — Джордж позволил себе маленькую, настоящую улыбку, — сначала спросил, не будут ли у меня теперь проблемы со спонсорами и контрактами. А через десять минут, когда я уже начал нервничать, он спросил: «А этот твой Макс… он, случаем, не научит меня, как правильно настроить карт для твоего племянника? У него там сход-развал что-то не то». Так что… да. Принял. — Прекрасно! — прошептал Кэмерон, и его голос дрогнул от искреннего умиления. — Это так важно. И… исходя из вашего, скажем так, уникального опыта, что бы вы могли посоветовать молодым людям из ЛГБТК+ сообщества, которые только собираются сделать этот шаг? Которые читают эти самые комментарии и сжимаются от страха? Наступила пауза. Макс посмотрел на Джорджа, Джордж на Макса. — Не делайте этого во время стрима про гонки, — на полном серьёзе сказал Макс. — И не связывайте это с морепродуктами. Серьезно, выберите что-то нейтральное. Например, погоду. — И… будьте готовы к тому, что вас потом ещё долго будут кошмарить, — добавил Джордж с убийственно-милой улыбкой. Кэмерон фыркнул, пытаясь сдержать смех. Макс, поймав в глазах Джорджа что-то большее, чем иронию, неожиданно продолжил. Его голос потерял сарказм, став простым и тёплым, как в интервью после сложных побед. — Но… если уж вышло именно так, — сказал он, глядя куда-то мимо камеры, в прошлое, — то это тоже нормально. Суть-то вообще не в этом. Главное — это быть уверенным в том, кто ты, внутри. А уж как это знание вырвется наружу… — он махнул рукой, — через смех, через слёзы, через ошибку, через какую-нибудь идиотскую случайность… Это уже просто детали. Обстоятельства. Он помолчал, собирая мысли, как собирает команду перед решающим заездом, подбирая может и не самые красивые и умные слова, но точно самые честные. — Да, и… не слушайте слишком много советов. Особенно от тех, кто не живёт вашей жизнью. Найдите своего человека. Или не находите. Главное — найдите себя. А всё остальное… — он наконец посмотрел в камеру, и в его глазах вспыхнула знакомая по подиумам непоколебимая искорка, — … либо само приложится, либо окажется не таким уж важным. Чат на их ноутбуке, на который все уже почти перестали обращать внимание, на мгновение замер. User_RedBull4Life: Вау. Это… на самом деле очень круто. TheKinksLover: я не плачу, это у меня аллергия на эту студийную пыль… KurwaBober: Окей. Даже я, «просто броманс»-адвокат, это уважаю. — О, вы… вы просто чудесны, — прошептал Кэмерон, и в его голосе не осталось ни капли ведущего — только восхищённый, тронутый человек. — И последний, самый простой и одновременно самый главный вопрос: что для вас значит любовь? Макс вздохнул так глубоко, словно его просили объяснить принцип работы гибридного силового агрегата. — Любовь… Это когда ты находишь в холодильнике пустую банку от твоего греческого йогурта, и первое желание это не объявить войну, а спросить: «Вкусный был?». И даже… — он сделал паузу для драматизма, — даже позволяешь виновному время от времени выбирать трассу для совместного заезда в симуляторе. Из великодушия. Джордж положил руку ему на плечо, и его дипломатичная улыбка сменилась самой настоящей. — А для меня любовь, — сказал он тихо, глядя не в камеру, а на Макса. — Это терпеть человека, который считает, что это адекватное и исчерпывающее определение.***
Суббота, домашний стрим «Супружеские гонки: кто быстрее соберёт IKEA» Камера снимала гостиную, превращённую в поле битвы. На ковре, подобно стартовому полю, лежали две плоские, зловещие коробки. Рядом — два одинаковых набора ключей-шестигранников. И два чемпиона мира с сосредоточенными лицами. — Итак, народ, — голос Макса прозвучал торжественно и мрачно. — Спонсорский контент. Мы собираем «Билли» и «Хемнес» на скорость. Ставки в донатах, дерзайте. IkeaWarrior: ДЖОРДЖ ВЫИГРАЕТ. ОН БРИТАНЕЦ. У НИХ В КРОВИ УМЕНИЕ ЧИТАТЬ БЕССМЫСЛЕННЫЕ ИНСТРУКЦИИ KoIsSexy: как левостороннее движение и неумение готовить LeannessJ: Ставлю десять евро на то, что шестигранник полетит в стену до десятой минуты DutchOverlord: МАКС СОБЕРЁТ МЕБЕЛЬ ИНСТИНКТИВНО КАК ИСТИННЫЙ ГОЛЛАНДЕЦ — Три, два, один, поехали! — скомандовал Макс, и они, словно пилоты на старте, ринулись вскрывать упаковки. Первые пять минут царило молчание, нарушаемое лишь шелестом невесомых инструкций-пиктограмм и глухим стуком дерева о дерево. Джордж сидел на корточках, аккуратно раскладывая детали в идеальном порядке, сверяясь с каждым шагом. Макс же стоял над своим творением, скрестив руки, изучая доски так, будто это были данные телеметрии. — Макс, — не выдержал Джордж. — Ты что делаешь? Схема тут для кого? — Так я же читать не умею, — просто ответил Макс. — Другой вопрос, как ты ее собираешь? — Так тут же картинки есть. — Да? Ну тогда это схема для аутсайдеров, — проворчал голландец, взяв в руки доску, явно предназначенную для верха, и попытавшись прикрутить её к боковине. — Ты бы так и гоночную машину собрал бы? «О, а давайте прикрутим антикрыло к воздухозаборнику, будет прикольно выглядеть»? — Мою гоночную машину собирают инженеры, а не я. А это просто полка, она не разгонится до трехсот. Чат ликовал. AssemblyRequired: ОНИ ССОРЯТСЯ КАК НАСТОЯЩИЕ СТАРИКИ В СТРОИТЕЛЬНОМ! MaxBot: МАКС ТОЛЬКО ЧТО НАЗВАЛ ШЕСТИГРАННИК «ЭТОЙ КРИВОЙ ШТУКОЙ». Я УМОЛЯЮ. Через двадцать минут Джордж, красный от усилий, но торжествующий, поставил свою аккуратно собранную тумбочку «Хемнес» на пол. Она стояла ровно, все ящики плавно выезжали. Он погладил её, как прирученного зверя. — Готово! Судейская коллегия, прошу зафиксировать результат! Макс сидел на полу посреди поля битвы. Его творение напоминало скорее скульптуру в стиле деконструктивизма, чем мебель. Несколько деталей явно остались лишними, одна доска была перевёрнута, а сама конструкция стояла под углом, внушающим беспокойство. — Она… функциональна? — спросил Джордж, приглядываясь. — …Вряд ли. Внезапно творение Макса издало тревожный скрип и медленно сложилось, как подкошенное. Британец замер, уставившись на руины. Он прикусил губу и из его горла вырвался сдавленный звук, похожий на «пффф», а потом громко рассмеялся. Голландец, глядя на груду досок у своих ног, тоже начал хохотать. — Ну что ж, — сказал Макс, ещё отдышиваясь от смеха и обращаясь к камере. — Победитель очевиден. Поздравляю Джорджа. Он получает… почётное право заказать пиццу. Потому что мне, — он пнул ногой безобидный винтик, — после этого нужно восстановить силы. И самооценку. Джордж, всё ещё ухмыляясь, повалился на диван рядом с ним. — Ну не расстраивайся ты так, завтра мы её… пересоберём. Вместе. По инструкции. — Это угроза…? Если предложение, то ни за что, — флегматично ответил Макс, уже листая приложение доставки. — Завтра мы её выбросим и скажем спонсорам, что она… не прошла краш-тест. А сейчас пепперони и никаких разговоров про экологичность. Сегодня я заслужил грех.***
Воскресенье, студия шоу «Угадай мужа по прессу» Макс стоял за ширмой, чёрная бархатная повязка на его глазах казалась траурной лентой по его репутации. Выражение лица было настолько страдальческим, что могло бы составить конкуренцию людям, которые болеют за «Феррари». — И следующий конкурс для нашей обворожительной парочки… — ведущая, женщина в платье цвета ядовитой орхидеи, пропела слова, растягивая гласные. — «Узнай своего любимого… на ощупь!». Джордж уже стоит в шеренге с четырьмя другими мужчинами потрясающей внешности. И задача Макса на ощупь определить, какой пресс принадлежит… э-э-э… партнёру по жизни, Джорджу! — Он мой муж, — безжизненно поправил Макс. — Вы можете сказать это слово. Оно же фигурирует в название вашего шоу, значит студию взорвать не должно. Смешок прокатился по студии. — Ну что, готовы? — Я не знаю, можно ли быть готовым к тому, чтобы щупать пресс пятерых мужчин на телевидении! Но, допустим. — Не пятерых, — поправила ведущая. — Одного. Своего. Это же ужасно романтично! В этот момент из-за кулис выкатили платформу с пятью полуобнажёнными, улыбающимися мужчинами-моделями. У всех были идеальные, будто выточенные из камня, торсы. — Да расслабься ты. Твой инстаграм уже все видел. Тут все свои, — успокаивал Макс то ли себя, то ли своего мужа, хотя и не мог его видеть. Джордж медленно закатил глаза и поднял взгляд к потолку, словно ища там божественного вмешательства или хотя бы пожарного спринклера, который мог бы всё это прекратить. От желания показать своему мужу нечто нецензурное его остановило десяток камер, направленных с каждого угла студии и тот факт, что у Макса были завязаны глаза. — Я даже не буду комментировать уровень идиотизма, — спокойно сказал Макс. — Я уже прокомментировал, — пробурчал Джордж себе под нос. — Меня вежливо попросили «сохранять позитив и вовлечённость». Чат Макса, который транслировался в углу экрана на их личном ноутбуке как часть «стрима за кулисами», навязанного продюсерами, начал сходить с ума. User_CatLover: МАКС ВЫГЛЯДИТ ТАК, БУДТО ЕГО ЗАСТАВИЛИ ЧИТАТЬ ТЕХНИЧЕСКИЙ РЕГЛАМЕНТ НА ИВРИТЕ PleaseImAStar: Джордж улыбается, но глаза кричат о помощи. Классика. DracoWhatt: МАМА, ВЫХОДИ СМОТРЕТЬ, НАШ МАЛЬЧИК ВЗРОСЛЫЙ ShiperWifey: Джордж, соберись! Это твой звёздный час! Или минута. 30 секунд! LogicIsMyWeapon: С точки зрения логики, Джордж, как спортсмен, имеет мышечный рельеф, отличный от моделей. Шансы на успех высоки. SimplyLovelyyy: МОИ ГЛАЗА. МОИ БЕДНЫЕ ГЛАЗЕНОЧКИ. ЭТО ЛУЧШИЙ ДЕНЬ В МОЕЙ ЖИЗНИ OrangeLikePapaya: Это так неловко... я не могу смотреть... (продолжает смотреть) Максу затянули повязку туже и подвели к шеренге. Его руки, способные с ювелирной точностью вести машину на грани сцепления, повисли в воздухе с лёгкой дрожью. — Я ничего не вижу, — заявил он. — В смысле, совсем. Если я в процессе трону что-то, что тронуть не предполагалось, считайте это производственной травмой, а не домогательством. Зрители в зале захихикали. Джордж, застывший в очереди между качком-атлетом и томным красавцем со скульптурным торсом, прикрыл лицо ладонью, но его плечи предательски дёргались. — Я тут не на добровольных началах. Помни об этом, Джордж. Я делаю это исключительно ради нашего будущего. Которое, надеюсь, будет проходить далеко от любого вида камер. — Отлично! — провизжала ведущая. — Тогда вперёд! Пресс… номер один! Макс потянулся вперёд. Его пальцы коснулись холодного, твердого, идеально прорисованного живота. Он поморщился. — М-м… Так… Здесь явно не мой диван. Слишком… структурно, — Макс задумался. — Это… восковая фигура? Или, по крайней мере, очень старательный косплеер на Халка. Определённо нет. Ведущая аж подпрыгнула. — Макс действительно прав! Это известный мотогонщик Фабио Квартараро! Пресс номер два! KoCauseIReallyLoveU: мотогп и ф1 в шоу где надо лапать голых мужиков…мультивселенная окончательно схопнулась… BratzBratzBabyy: «СТРУКТУРНО»!!! ОН ТОЛЬКО ТАК МОЖЕТ ОПИСАТЬ ЭТОТ ШИКАРНЫЙ ПРЕСС! Я В АУТЕ! JustABro33: Боже, я чувствую себя вуайеристом. Но оторваться не могу. Макс снова потянулся. На этот раз кожа была тёплой и живой. Он провёл пальцами по кубикам, нахмурился и затем щипнул. — Ай! — раздался сдавленный, но совершенно отчётливый вскрик. — Вот он, — немедленно и безапелляционно заявил Макс, снимая повязку. — Щипнул, и запищал. Как всегда. Макс стоял лицом к лицу с Джорджем, который, покраснев до корней волос, пытался сохранить стоическое выражение лица, но в его глаза сияли с диким блеском. — Я не пищал! Это был… возглас протеста! И это читерство! — В правилах не сказано «не щипать», — парировал Макс, возвращаясь на своё место с видом человека, только что успешно разминировавшего бомбу. Ведущая стояла с раскрытым ртом, совершенно пораженная. Чат в прямом эфире ржал как сумасшедший. OscStrangeAussie: Моего мальчика обижают в прямом эфире! (Продолжает записывать экран) Yourmomisbeautiful: Я всё ещё верю, что это пиар. ОЧЕНЬ ХОРОШИЙ ПИАР. LiveChat_User881: ОН ЕГО ЩИПНУЛ! ЭТО ИНТИМНЕЕ, ЧЕМ ПОЦЕЛУИ! LadyFantasy77: голландская смекалочка)) MaxiesButter: макс провёл полевые испытания как настоящий учёный — Ну что, — сказал Джордж, когда они вернулись на диван. — Удовлетворён? Нащёлкал кубиков? — Я теперь, наверное, должен пройти курс реабилитации для кончиков пальцев, — огрызнулся Макс, но был явно доволен собой. — Зато теперь, если ты потеряешься в толпе полуголых моделей, я знаю, как тебя найти. — Заткнись, Ферстаппен-Расселл. — Ни за что, Расселл-Ферстаппен. Так, ну раз мы закончили, то теперь по матрёшкам и домой…?***
[Трансляция MAXVERSTAPPEN1. Вечер того же дня.] Макс сидел перед камерой. Он выглядел выжатым, но в его глазах плескалось знакомое злорадное веселье. — Я вообще стрим не планировал, но спонсоры захотели «живого общения с аудиторией» после столь… интересных событий, — начал Макс. — Так что сразу предупреждаю, что стрим будет коротеньким. Ну а пока можете писать, что думаете об этих интересных активностях. Пусть спонсоры и почитают. Джордж лежал на диване у него за спиной, укрывшись с головой пледом. Оттуда доносилось лишь подавленное: «Я никогда больше не выйду из дома. Я стал затворником. Социальный контракт расторгнут. Еда будет доставляться через шлюз… Никогда. Никогда больше…» К стене была прислонённа так и несобранная Максом полка оставленная «на потом». — Сегодняшний стрим посвящается всем, кто свято думал, что жизнь публичных лиц после каминг-аута — это только гей-парады и вдохновляющие речи. Нет, друзья. Это ещё и вопросы про кружки и прощупывание чужих прессов. Спасибо за внимание. Чат ликовал. ShipperHeart23: вы прошли через это как герои. как МУЖ И МУЖ. JustABro33: до сих пор не доказано!!!! (я уже почти сдаюсь) — Нет, — сказал он в ответ на один из многочисленных вопросов в чате. — Мы не будем проходить челлендж «Сними футболку мужа зубами за 30 секунд». Это не поддерживает сообщество. Это поддерживает идиотизм. Из-за кадра донёсся едва слышимый, но определённо более воодушевлённый, чем минутой раннее, голос Джорджа: — Хотя технически это требовало бы хорошей координации и взаимопонимания… — Донат от «LGBTQ+F1», — безапелляционно перебил Макс. — «Спасибо вам за то, что вы есть. Вы делаете мир более открытым и нормализуете такие отношения в спорте. Вопрос: планируете ли вы более формальное публичное выступление в поддержку сообщества?» Макс посмотрел на бугорок на диване. Бугорок пошевелился. Из-под пледа появилась растрепанная каштановая макушка Джорджа. — Нормализуют они… нас… через щупание мышц, — произнёс Джордж. — Да, мы планируем. Мы планируем выжить. Это будет нашей главной поддержкой сообщества. — Мы планируем жить, — поправил Макс. Zverevismysunny: Они прошли через это и не убили друг друга. Это и есть настоящая любовь. Multi21Seb: Жду пост от повара с креветками. Единственного виновного во всём этом. User_Philosopher: Если мужчина узнаёт мужа по прессу, но челлендж идиотский, был ли смысл? — Под жизнью я имею в виду иногда, когда нас об этом спрашивают, говорить правду. А иногда — отключать стрим. Та-ак, ну вроде спонсоры почитали, что хотели… Всем добрых снов! — он щёлкнул кнопкой. [ТРАНСЛЯЦИЯ ЗАВЕРШЕНА]. На диване плед окончательно слетел. Джордж сел, волосы торчали в стороны. Он смотрел на тёмный экран, потом на Макса. — Знаешь, — сказал Джордж. — Это было… унизительно, смущающе и немного весело. — Определение всей нашей жизни, — Макс подошёл к своему мужу и лёг рядом, устроив голову у него на животе. — И мне даже немного… понравилось. В каком-то извращённом смысле. Макс хмыкнул вместо ответа. — Ты прав насчёт шума. — продолжил Джордж. — Он действительно затихает. Теперь они пишут не «Они тайно поженились», а «Почему Ферстаппен не может собрать мебель». Прогресс. — Всегда говорил, что я человек-прогресс. И что самый эффективный пиар это когда ты остаёшься собой, — философски заметил Макс. — А все остальные просто пытаются это осмыслить. — Меня только одно беспокоит. Ландо всерьёз организовал петицию о пересвадьбе с ним в качестве шафера и диджея. Уже пятьдесят тысяч подписей. — Пусть собирает, — равнодушно ответил Макс. В тишине дома снова, уже привычно, зазвонил телефон. Джордж вздохнул, но даже не пошевелился. — Если это Ландо с предложением собрать для него «Билли»… — Или Тото с предложением сделать для него нового тест-пилота… Телефон умолк. Сделал паузу, будто заносясь для нового удара. И зазвонил снова. Макс потянулся через Джорджа, взял аппарат. Посмотрел на имя на экране и поднял одну бровь, выражающую целую гамму чувств от «опять» до «серьёзно?». — Ну что там? — спросил Джордж. — Та опять менеджер, — Макс сбросил вызов. — Интересуется, не хочу ли я выступить на каком-то прайд-мероприятии от «Ред Булл» в радужном костюме. Джордж слегка приподнялся на локте. — И? — И я сказал, что если они хотят видеть радугу, пусть лучше настроят машину так, чтобы она летала, как RB19, а не как та полка, что я собрал. Он выключил экран и швырнул телефон на кресло, где тот утонул в мягкой ткани. — Может, хватит? — тихо, но чётко спросил Джордж. — Мы на этих выходных выполнили месячную, нет, годовую квоту по идиотским активностям. Макс повернул голову и посмотрел на него. — Согласен и, кстати, завтра мы выбросим эту тумбу. — Сожжём, — мрачно пообещал Джордж и потянулся к выключателю на стене. — Ритуально. Свет погас, оставив комнату в мягком свете уличного фонаря за окном. Звук машин за окном будто бы стал тише, превратившись в далёкий, убаюкивающий гул. Гора неубранных деталей от «Билли» в углу была теперь лишь тёмным силуэтом — не провалом, а просто фактом. Одним из многих. — Боже, упаси мужчин заниматься публичностью, — пробормотал Макс уже в полусне. — Аминь, — помолился Джордж, натягивая плед на них обоих.