Жизнь через призму тьмы

Тусклое освещение догорающих свеч, объяло маленькую, серую ,комнату общежития, бросая свой свет на деревянные ножки старой кровати. По цветастому, выгоревшему покрывалу, были разорванны клочки фотографий, датированные 1990-ми годами. На них можно было разглядеть счастливые моменты со свадьбы молодой пары, где они клялись перед Господом, быть вместе и в горе и в радости, и в здравии и в болезни, пока смерть не разлучит их. Рядом, точно так же разорванным, лежало письмо от бабушки, оповещавшее о смерти матери и отца от передозировки наркотическими веществами. Само ложе, звавшееся, кроватью, больше походила на больничную койку, чем на место, на котором нужно забывать о своих проблемах и погружаться в прекрасные сновидения. Но, к сожалению, в нынешней реальности, на этом месте, может приснится лишь адский котёл и зазывающие тебя черти, если ты всё же не выдержишь и спалишь всё это к чертям, оставаясь лежать на той же кровати. Так же, лучи захватывали и прикроватную тумбочку с облупившейся краской и сломанной дверцей, которая была аккуратно укрыта самолично вязаной салфеткой и расположенного на ней, маленького цветочного горшка, в каком распускались, фиалки. Единственное украшение как комнаты, так и жизни. Их лепестки были окрашены природными красками в нежный, лавандовый цвет, что сейчас, под покровом полночи и не попадающих, на них, лучиков света от свечей- казались мрачного, тёмно-фиолетового оттенка. А так же на откинутый в противоположную сторону, старый, красновато-серого, из-за слоя пыли, цвета, с нарисованными по округе коричневыми завитками- ковёр. Посредине, на старом ламинате, находились и сами свечи, так, чтобы тонкая, неровная, белая полоса, предварительно купленного в магазинчике под общежитием - мела, соединяла все 5 свечей в единый рисунок перевёрнутой звезды, заточённой в два круга, поменьше и немного больше. Возле каждого луча звезды, были изображены надписи на латыни, непонятные обычному человеку. Изящной, аристократично бледной кожи, тонкого запястья юношеской руки, на которой виднелись, ещё более белые- шрамы где каждый свежее предыдущего, коснулось, словно, предзнаменующее, холодное лезвие. Новый порез не заставил себя долго ждать. Из достаточно глубокой раны хлынули алые струйки крови. На лице появилась лёгкая улыбка Тонкие, покусанные , и израненные губы приоткрылись. Из них вырвался шёпот. Тихое, латинское предложение разносится по мёртвой тишине, царящей в комнате. -Veni, spiritus tenebrum, et appareas ante me. Fac somnia mea vera et pecuniam tuam accipe. “Приди, дух тьмы, и явись предо мной. Воплоти мои мечты, и плату свою -забери” За произнесённой трижды фразой, последовало, такое же тихое, неумело-произнесённое имя демона. -Вергилий Когда последняя капля крови коснулась сухого мела, пламя свечей замерло, превратившись в неподвижные ледяные иглы. Тишина стала настолько густой, что её можно было почувствовать кожей. Стало невыносимо холодно. Кожа покрылась мелкими мурашками, а изо рта вылетали размашистые клубки пара. Старые, местами порванные, выцветшие обои- покрылись слоем инея. А тень из уголков комнаты до которых не доставал свет, с каждым, нервным взглядом и неровным вздохом становилась всё темнее и глубже. Словно бы, липкими, длинными, тягучими нитями, она медленно начала передвигаться по комнате, проходя сквозь озарённые светом участки комнаты, заставляя тех превращаться в такую же, безжизненную, зловещую тень. Продолжая двигаться навстречу друг другу, собираясь воедино, в большую, высотою около двух метров, беспросветную, непроглядную, источающую потусторонний ужас-Мглу. Наконец, когда последний свет в помещении погас, оставляя после себя лишь кромешную темноту, молодой парень остался один на один с чернее чем сама темнота, большой, дымчатой, но от того, не менее глубокой, завораживающей, исчадьем потустороннего мира- Мглой Мгла затряслась. Из глубины вспыхнула вспышка алого света, пронзающую насквозь плотную, дымчатую структуру и освещая застывшее от ужаса, и в то же время- восторга,лицо вызывающего. Вдруг, мгла зашевелилась. Она медленно разошлась словно приоткрытые двери, ослепляя юношу ярким, потусторонним свечением, посреди которого появился чёрный силуэт приближающийся к «выходу» становясь всё чётче, благодаря чему можно было разглядеть его получше. Звенящий звук каблуков от мужских туфель, словно, осколками, рассыпался по ламинату. Пред ним стоял высокий человек, с чёрными, как смерть, длинными, пушистыми локонами, аккуратно спадавшими на широкие плечи. Чёлка мягко огибала острые бледные скулы и угол челюсти. Плотное, велюровое пальто аккуратно огибало изгибы мужских фигуры, а подол аккуратно спадал на сам пол и веерообразным, небольшим шлейфом, тянулось следом за хозяином. Воротник шёлковой, чёрной рубашки, был украшен толстой золотой цепью с перевёрнутыми крестами, середина которых мерцала алым блеском драгоценных камней. Сверху, на рубашку был надет, велюровый жилет, с золотыми пуговицами, и выгравированными на них какими то элементами. А так же, вензелями, обвившую каждую из пуговиц. Жилет спадал на чёрный кожаный ремень брюк с золотой бляшкой. Сами брюки небыли украшены дополнительными элементами так же как и туфли, которым, в свою очередь, и вовсе они не нужны. Элегантные туфли из блестящей, лаковой кожи и красной подошвой стояли на старом, стёртом, тоже, когда-то лаковом, полу. Хищный взгляд, молодого , на вид, мужчины, подведённый чёрным цветом, был будто бы направлен в самую душу. Взгляд перевёлся на руку. Кроваво красный, большой камень на его среднем пальце- словно, на миг сверкнул, неизвестно откуда взявшемся, бликом. -Для чего вызвал меня, человек? Низкий, бархатный голос, прозвучал, будто бы, в голове и в то же время, и с каждого уголка мира Парень вдохнул чуть больше воздуха. Затаил страх. Выровнял поставу, подошёл поближе, почти в плотную к воплощению обитателя потустороннего мира. Кожу обдал мороз а нутро сковал дикий страх. Сглотнув склизкий комок нарастающей паники и произнёс: — Видите ли, у меня несправедливо тяжёлая судьба. Я думаю, начать стоит с того, что когда мама была мной беременна, уже на последнем месяце, её сильно избил мой отец, из-за чего случились преждевременные роды. В больницу её вести не хотели, поэтому родила она меня на том же, где она лежала вся в синяках и ссадинах, правда, я запутался в пуповине, которая меня практически задушила, но отец видимо испугался и всё же вызвал скорую, которая помогла меня вытащить и откачать. После этой ситуации, моей маме удалось оправится и она решилась сбежать от него со мной на руках. Ей улыбнулась удача и спустя год, она познакомилась с богатым человеком, который в последствии и стал её мужем и моим отцом, как документально, так и морально. Она и мне, помнится, после этого, всегда твердила, на протяжении все моей жизни с ними всю мою жизнь, что в моей судьбе заложено найти вечную любовь. Хотелось бы в это верить, но за мои девятнадцать лет, я не встретил ещё такого человека. У меня она увлекалась эзотерикой, мифами и демонологией. Я в это всё не слишком верю, поэтому и насчёт слов сомневаюсь. За всё время она себе нормальной работы не нашла, работал отец, у него был завод по производству мебели. Жизнь у на была хорошей, не бедной. Намного лучше чем сейчас, что нету денег даже на еду. Но вот, в день моего девятилетия- моя жизнь изменилась раз и навсегда. Когда мы сидели за столом у окна и мне предстояло задуть свечу. За окном начала падать звезда, я восторженно взял торт в руки и повернулся к звезде, чтобы загадать 2 желания одновременно. Набрал в лёгкие воздуха, и дунул на свечу. Пламя от неё разошлось по всем шторам, а затем распространилось на мебель. По окончанию пожара, кухни почти не осталось, а у меня были сильнейшие ожоги, шрамы от которых до сих пор остались со мной. Он закатил рукав свитера, демонстрируя маленькие, белые рубцы шрамов, охватывающие всё предплечье После этого и на отцовском заводе произошёл сильнейший пожав, в ходе которого сгорело всё, включая работников. Ещё долго, в нашем доме, слышалось, что, «лучше, бы, я там был, чем все они». После такого сильнейшего стресса, отец начал принимать наркотики. По началу просто временами баловался, а потом полностью подсел, давая такой же пример и матери. Спустя время им начало не хватать денег, из-за чего они и начали продавать сначала мелочи, постепенно переходя на вещи, мебель, и в конце, квартиру. и вот сейчас, я нахожусь в старом общежитии, живу только на стипендию и еле-еле свожу концы с концами. И как мне в такой состоянии найти ту любовь, про которую мама мне твердила? По правде, вся надежда была только на нее, но после письма, я понял что дальше так жить не может продолжаться. Несколько часов назад, я получил письмо от бабушки, в котором говорилось что их не стало… И вот, призвал вас, чтобы вы подарили мне все чего я так желаю Глаза у демона расширились, а тонкие губы расплылись в улыбке, которая больше походила на хищный оскал. Он стал похож на сумасшедшего маньяка что сходил с ума от оргазма агоний жертвы. -И сегодня, смею предположить, твой день рождения? -Да, вы правы Демон залился смехом -А я всё ждал этого момента, а оно вот как! Мужчина сложил руки на груди и взглянул на недоумевающего человека. Кольцо на его руке снова заблестело, но на этот раз не торопилось погаснуть. Он обошёл парня со всех сторон, рассматривая его словно товар на рыночном прилавке. -Какого момента? Я ничего не понимаю Демон словно бы не услышал вопроса , или попросту решив проигнорировать его, выносит своё решение. -Я исполню твоё желание. -Чего ты жаждешь, больше всего на свете? Не медля ни на секунду, мужчина коснулся своей холодной, бархатной рукой, худощавого, тёплого плеча парня, и сжал его, оставляя красные следы острыми ногтями, на нежной коже, под лёгкой тканью старой футболки. Голос раскатился эхом словно по всему миру, который доносится будто-бы из самой преисподни. Его взгляд стал пронзительным. Он пожирал душу и всё нутро лишь одним взглядом. Его карие, почти, чёрные глаза, стали ярко-алыми. Цвета крови. Они впились в очи смертного, приковывая к себе, словно метафорическими цепями, не давая отвести взор, или, попросту- шевельнутся. Застывший на месте, словно кукла во властных руках кукловода, живой мальчик, поддается непреодолимым силам потустороннего Властелина Душ, и излагает свой ответ, не моргая -Я жажду славы и королевского богатства, роскошной жизни и безудержной любви… Демон протянул руку, к бледным ключицам застывшего парня. Его мертвенно хладный палец силой впился в кожу под ключицами, выцарапывая рисунок. Каждое движение руки, разливалось по телу огнём, принося невероятные муки. Крик бьётся крыльями в груди, словно птица пытавшаяся выбраться на волю, но каждый раз сталкивается с железными, холодными, стенами клетки. На кроваво-красной коже неповинного человека, появился выцарапанный, истекающий струйками крови, рисунок перевёрнутой чаши из которой исходит полоса, пересечённая тремя равными линиями. Кукловод выпустил нити из своих рук, и парень обессиленной упал на землю. Замыленным взглядом, он видел стоящего над собой демона, улыбающегося шире чем любой человек, и ничего не выражающими, красными глазами, произнёс - Я дарую тебе то что ты желаешь, но запомни, по истечению десяти человеческих лет, я прийду, чтобы получить свою плату. После своих слов, он щёлкнул пальцами, и растворился во тьме, медленно возвращая все на круги своя.