«Цыганочка»

Никогда ещё не жилось так спокойно и счастливо, как сейчас. Всего Харрингтона поглощало ощущение, что всё наконец-то правильно, всё на своих места. Стив на своём месте. Нет, дело было не в работе — он всё ещё менял её как перчатки на пару с Робин. Дети уже выросли, но не переставали донимать своим присутствием. Единственным различием стало только то, что теперь вместо детского идиотизма на его место встала взрослая придурковатость, но и тут все не так плохо, так как Стив привык, живя с одним из главных взрослым представителем. Но своего, родного, близкого. И имя этому придурку был Эдвард Мансон. Самый необычный, самый понимающий, самый удивительный, самый ласковый и забавный парень, которого Стив только мог повстречать за свою жизнь. Да и во многом ещё он был и остаётся "Самый-самый", но если Харрингтон окунётся в перечисление, то тут же потеряет вид серьёзного и собранного человека, расплывётся от преисполняющих его тепла и нежности, которые дарит сам факт присутствия Эдди в его жизни. А главное, его искренней и неподдельной любви, что стала для Харрингтона неземным подарком, которого он не заслужил. И плевать на всё, что говорят про Эдди окружающие. Они никогда не знали и не узнают его настоящей доброй и пронзительной натуры. Честно говоря, это понимание даже вызывало в Стиве некое горделивое злорадство. Он то его понял, нашёл к нему подход, стал тем недостающим кусочком, которым является для него и сам Эдс. Осталось только его беречь и отдавать столько же тепла, сколько он получается сам, а то и больше. Только вот планы на сегодня решили играть не по списку Стива. Смена в этот день выдалась очень тяжёлой: к ним в магазин завезли товары с утра, и весь день и до поздно Харрингтон с Бакли принимали его, попутно бегая к кассе, разнести, пробить, подсказать. Весь день на ногах стал самым сущим адом. Стив уже надеялся, что хотя бы конец дня его порадует. Вот он выходит на улицу, закрывая уже магазин и попрощавшись с Робин. Бродит мимо домов и фонарных столбов, так как машина недавно только была сдана в ремонт после очередной очень "удачной" поездки за рулём Мансона. Спасибо ему огромное, конечно, за такой внезапный подарок, мог бы в таком случае и встречать с работы, раз уж ремонт даже не он оплачивает! Не то чтобы в этом была необходимость, наоборот, тишина ночи действовала очень даже успокаивающе на нервную систему, а зная Мансона, как бы Стив его не обожал, обязательно найдётся что-то, что сейчас бы его взбесило. Не потому что есть причина, а просто потому что так и хочется на кого-то сорваться, либо же продолжать молчать. Доходя до моста, мимо которого Харрингтон проходил столько раз, что уже глаза замыливаются при одном его виде, пришла назойливая мысль закурить и успокоиться после тяжёлого дня настолько, насколько это вообще возможно. Сделать во вред себе быстрее, чем он это сделает кому-то другому, так сказать, тем более, кого любит. Только вот хлопая по карманам куртки и штанов, Стив не обнаруживает заветной желанной пачки никотина. Раздражение разрасталось с каждым пустым хлопком, маты вырывались шёпотом по улице. Тишина лишь усилила громкость слов, чего работяга не стеснялся. Но зато знатно испугался, когда услышал едкий смешок со стороны. Подскачив на месте, Стив уже чувствовал, как сердце не пробивает лишние пару ударов. – Что-то потерял? Обернувшись в сторону заговорившего с ним, глазам представился незнакомец. Под сплошь черной одеждой, кожонкой, ничего у мужчины не было, зато выражение лица украшало его больше. Тяжёлые пронзительные глаза и поддельная улыбка с зажатой в зубах сигаретой так и предлагали подойти, завлечь, заговорить. Только вот это были не внутренние ощущения Стива, те наоборот кричали возвращаться быстрее домой. Незнакомец же вытянул пачку полную сигарет быстрее, чем Харрингтон успел развернуться. – Дать стрельнуть? Ненавязчиво предложил незнакомец, ещё больше вводя Стива в сомнения. С одной стороны — непонятно кто, может и невменяемый его предположительно ровесник, с другой стороны — очень хотелось выкурить сигарету, прям нет сил терпеть. В итоге раздумывание так затянулось, что от мужчины донёсся раздражительный цокающий звук, и тот отвернулся. — Такие нежные. Так и предлагай добро. Некоторое недоумение с возмущением нахлынули на Стива, но... И правда, что это он? Человек просто предложил, выручил в беде, так сказать. Да и, если так присмотреться, он стоял у самого бортика, один, в безлюдной части города. Вся картина выглядела безумно тоскливо и сподвигающая на хотя бы короткий разговор. Можно было бы, конечно, дотерпеть до дома и стрельнуть сигареты у Эдди. Ну а почему бы и нет? Засунув руки в теплые карманы куртки, Стив подошёл в метре-полтора от незнакомца и опёрся спиной о бортик. — Что куришь? — Salem. — Пойдёт. Незнакомец в одно движение протянул сигарету с бирюзовой пачкой — ментоловые. Не то, что Стив обычно курит, но сойдёт на разок. Вслед за сигаретой подоспела и зажигалка, такой же окраски, как и пачка, от Salem. Стив слабо улыбнулся, прикуриваясь. — Фанат? — Скорее жертва маркетинга. А ты что куришь обычно? — Самое лучшее. Мальборо? Винстон? Они более качественные. — задумался Стив, делая глубокую затяжку и долго выдыхая клубы дыма. Ментол чувствовался сильно, разбавляя горечь табака где-то в области нёба и гортани, но после себя оставлял неприятное жжение. Вспомнился Эдди со своим пряно-ореховым Винстоном. Нежная улыбка сама собой появилась на лице. — Сейчас больше по желтому Винстону. Незнакомец кивнул, сам выдыхая дым через нос. Снова настигла тишина, в которой было слышно только два спокойных дыхания и жжение табака, разбавленные поддуванием ветра и тихим журчанием реки под мостом. — День тяжёлый? — Работы много было. Товары приехали, кое-как разгрузили за день. А у тебя? — Что-то похожее. Только не работаю. Больше из них ни о чём не промолвился. Слов и не нужно было, хватало и чужой молчаливой, ненавязчивой компании. Потихоньку, но напряжение после долгого дня спадало, и взамен на него пришла мысль: а как там Эдди? Ждет ли его? Чем занимается? А может спит? Судя по тому, что звонков пока не поступало, последнее. Захотелось вдруг увидеть его, растекшегося по пастели, беззащитного, такого уютного и родного. Поскорее бы сигарета докурилась. — King Size который? — слишком резко и внезапно прозвучал вопрос, разрушая мысленную идиллию Стива. — Что? — Куришь. — Да. Пар.. тнёр подсадил. — Оо, партнёр. — задумчиво повторил незнакомец, переводя на Стива ехидный взгляд. — Не встречаетесь, но ебётесь? Харрингтон поперхнулся. Ошарашенный таким личным вопросом, слова не хотели собираться. Вроде бы... Блин, что за ерунда? Конечно же хотелось отвергнуть догадку! Ну а с другой стороны нельзя было сказать лишнего, во имя их же общей с Эдди безопасности. — Это не так. Всё серьёзно. — И ты разве счастлив? Вопрос был странным для Стива. Будто в нём сомневались. И это так раздражало, будто он не мог быть счастлив с Эдди. Да Эддисон великолепный человек, с ним каждый день радостный, каждое мгновение жизни красочней. Так хочется к нему. — Безумно. — Но скрываешься? — Нет, но... А тебя колышет? — не выдерживал уже Стив, затушив сигарету. Разговор этот ни к чему хорошему не вёл. Сзади же послышался приглушённый смех. — Стоит ли оно того, скажи? — Я беру только самое лучшее. Не мог Стив не оставить последнего слова за собой. Потому что Эдди и был лучшим. И он стоит того. Стоил всего мира, всех звезд, всего Стива и больше. Остального пути он не помнил, дошёл до дома в раздумьях, быстро, мимолётно даже. "Проснулся" уже в моменте, когда в свете уже знакомых стен навстречу вышел растрепанный кудрявый парень. Его парень. — Ты поздно, что-то на работе случилось? Я не хотел беспокоить тебя, поэтому не звонил, всё нормально? Мансон зевал, облокачиваясь на стену рядом, и это всё, чего нужно было Стиву. Ответа не последовало, но вместо него Харрингтон с порога настиг Эдса и сгрёб в объятия. — Я так устал. Стиву не было заметно удивление на лице Мансона. Тот его молча похлопал по спине, давая минуту молчания на перевести дыхание. И только запах незнакомых сигарет казался ему сомнительным.