Вне зоны стрима

Утро в квартире началось не с будильника, а с мокрого носа Юки, который настойчиво тыкался в щеку Даниэля. Маленькая сиба-ину, казалось, обладала внутренними часами, которые всегда срабатывали на десять минут раньше положенного. Даниэль приоткрыл один глаз и увидел рыжую мордочку, замершую в ожидании. — Ну всё, всё, встаю, — прошептал он, стараясь не разбудить Мишу. Миша спал рядом, смешно уткнувшись носом в подушку. В утреннем свете он выглядел совсем юным, почти подростком, хотя им обоим уже исполнилось по двадцать. Даниэль на мгновение замер, любуясь этой картиной. Рост Миши в 178 сантиметров позволял ему почти полностью скрываться под огромным одеялом, оставляя снаружи только вихор волос. Сам Даниэль, будучи на шесть сантиметров выше, часто чувствовал себя рядом с Мишей каким-то защитником, огромным зонтом, укрывающим от жизненных бурь. Осторожно выбравшись из постели, Даниэль направился на кухню, сопровождаемый цоканьем когтей Юки по ламинату. Пока закипал чайник, мысли Даниэля вернулись к событиям вчерашнего вечера. Глава тридцать вторая стала переломной. Теперь он знал. Знал о кольцах, об особняке, о планах на свадьбу, которые Миша так бережно и неумело пытался скрыть. «Свадьба», — пронеслось в голове Даниэля. Слово звучало весомо, почти пугающе для двадцатилетнего парня, чья жизнь в основном состояла из нарезки роликов, стримов и бесконечных шуток в компании «Настоящих Перцев». Но пугало не само событие, а та ответственность и та глубина чувств, которую оно подразумевало. Даниэль облокотился на кухонную столешницу, глядя в окно. Он начал представлять их медовый месяц. Где бы они могли провести его? Это должно быть место «вне зоны стрима». Никаких компьютеров, никаких микрофонов, никакой необходимости быть «ИксДанилом» и «Клайпом». Только Даниэль и Миша. Может быть, это будет уединенный домик в горах, где единственным звуком будет шум ветра и треск камина? Или затерянный остров, где песок такой белый, что режет глаза? Даниэль улыбнулся своим мыслям. Главное, чтобы там была Юки — она ведь тоже часть их маленькой семьи. Но за сладкими мечтами всегда следовала суровая реальность. И имя этой реальности — Эдуард. Эдисон. Глава их команды, человек, которому сейчас было тридцать, и который был для них всех не просто боссом, а старшим братом. Эд был проницательным, у него был нюх на интриги и секреты. Как не проболтаться ему? Это была главная задача Даниэля на ближайшие месяцы. Из комнаты послышалось сонное копошение, и вскоре в дверях кухни появился Миша. Он тер глаза и выглядел немного растерянным, как будто всё еще не до конца верил, что вчерашний разговор действительно состоялся. — Доброе утро, — тихо сказал Миша, подходя к Дане и утыкаясь лбом в его плечо. — Доброе, жених, — поддразнил его Даниэль, обнимая за талию. Миша вздрогнул и поднял взгляд. — Ты теперь всегда будешь меня так называть? — Только когда мы наедине, — Даня стал серьезнее. — Миш, я всё утро об этом думаю. О том, как нам вести себя на записи с ребятами. Сосиска, Локи, Гречка и Наташа — они молодцы, они умеют хранить тайны. Но теперь еще и Бишка… Ты уверен, что Булат не ляпнет лишнего на стриме? Ему шестнадцать, у него язык иногда бежит впереди паровоза. Миша вздохнул и сел за стол, принимая из рук Дани кружку чая. — Булат обещал. Я вчера еще долго переписывался с ним в Дискорде после того, как ты уснул. Он клянется всеми своими алмазами в Майнкрафте, что будет молчать. Для него это как секретная миссия. Он чувствует себя важным, потому что знает то, чего не знает Эд. — Это-то и пугает, — Даниэль сел напротив. — Бишка любит подкалывать. Если он начнет намекать Эдуарду на «особые отношения» между нами, Эд распутает этот клубок за пять минут. Ты же знаешь Эда, он из любой мелочи может раздуть контент. А я не хочу, чтобы наши отношения стали контентом. — Я тоже не хочу, — Миша накрыл ладонь Дани своей. — Мы будем осторожны. Как обычно. Просто «бро», просто напарники. На записи будем больше спорить или подкалывать друг друга. Это всегда отвлекает внимание. Даниэль кивнул, но на душе всё равно было неспокойно. Впереди была запись новой серии с «Настоящими Перцами». Весь состав должен был быть в сборе. *** Вечер того же дня. Дискорд разрывался от уведомлений. — Так, все в сборе? — раздался в наушниках громкий, энергичный голос Эдуарда. — Перцы, сегодня пишем выживание в экстремальных условиях. Клайп, ты тут? Данил? — Тут мы, тут, — отозвался Миша, стараясь, чтобы его голос звучал максимально обыденно. — Что-то вы сегодня притихли, — заметил Эд, и Даниэль почувствовал, как сердце пропустило удар. — Опять что ли полдня вдвоем в какой-то новой игре зависали? — Да нет, Эд, я просто… э-э… Юки выгуливал долго, — быстро нашелся Даниэль. — Собака — это хорошо, — пробасил Дед. Константин в свои восемьдесят один год был душой компании, и его спокойствие всегда немного приземляло ребят. — Собака человека дисциплинирует. Я вот в Лопухово тоже свою Альму вывел, так она меня чуть в овраг не утащила. — Дед, какая Альма, у нас запись! — засмеялась Сосиска. Александра, чей рост в 188 сантиметров всегда был поводом для добрых шуток, сегодня звучала особенно бодро. Даниэль знал, почему — она уже прислала Мише в личку новый вариант оформления пригласительных. — Саш, ты чего такая радостная? — подозрительно спросил Эд. — Опять Клайпа какими-то секретами в личке закидываешь? В канале повисла секундная тишина. Даниэль затаил дыхание. — Ой, Эд, не завидуй, — вклинилась Наташа. — Мы просто обсуждали… эм… новые шейдеры. Да, Влада? — Именно, — подтвердила Гречка. — Очень красивые шейдеры. Прямо… свадебные. Ой! Даниэль почувствовал, как у него на лбу выступил холодный пот. — В смысле, светлые! — быстро поправила себя Влада. — Очень светлые шейдеры. — Странные вы какие-то сегодня, — пробормотал Эдуард. — Ладно, заходим на сервер. Бишка, ты где застрял? — Я тут! — голос Булата прозвучал слишком звонко. — Я просто смотрел на кольца! Тьфу, то есть на кольчугу! Кольчужную броню крафтил! Даниэль закрыл лицо рукой. Это было невыносимо. Они были в шаге от провала каждую секунду. Он посмотрел на Мишу через монитор (они сидели в разных углах комнаты для лучшего звука). Миша выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю. Запись началась. В Майнкрафте их персонажи бегали по заснеженной биоме. Даниэль старался держаться подальше от Клайпа, чтобы не провоцировать лишних разговоров, но ирония судьбы заключалась в том, что по сценарию они оказались в одной команде. — Данил, прикрой Клайпа! — скомандовал Эд. — Что ты на него смотришь, как на первое свидание? Стреляй в крипера! — Я стреляю! — огрызнулся Даня, хотя в душе его разрывало от смеха и ужаса одновременно. Локи и Наташа в это время тихо пересмеивались в чате, кидая друг другу зашифрованные сообщения. Они наслаждались ситуацией, зная правду. Для них это было похоже на просмотр эксклюзивного романтического сериала в прямом эфире. Когда запись наконец подошла к концу, и Эд, попрощавшись со всеми, вышел из канала, Даниэль с облегчением сорвал с себя наушники. — Это было близко, — сказал он, выходя в центр комнаты. Миша тоже вышел из-за своего стола. Он выглядел измотанным. — Влада чуть всё не испортила. «Свадебные шейдеры»… Серьезно? — А Бишка со своей кольчугой? — Даня подошел к Мише и обнял его, прижимая к себе. — Мы ходим по очень тонкому льду, Миш. Если Эд узнает об этом вот так, из-за глупой шутки, он может обидеться, что мы не доверяли ему. — Я знаю, — вздохнул Миша, обнимая Даню в ответ. — Но как сказать человеку, который привык делать шоу из всего, что наши чувства — это не шоу? Он ведь сразу захочет «Свадьбу Клайпа и Дани в прямом эфире на 100 тысяч зрителей». С донатами, конкурсами и тамадой-Дедом. Даниэль невольно представил Деда в роли тамады и прыснул со скулы Миши. — «А теперь, дорогие внучки, горько!» — процитировал он дребезжащим голосом Деда. Миша рассмеялся, и напряжение дня начало уходить. — Вот видишь, даже ты смеешься. А представь, если это будет всерьез. Они перебрались на свой уютный диван. Юки тут же запрыгнула к ним, устраиваясь в ногах. Даниэль откинулся на спинку, увлекая Мишу за собой. — Знаешь, — тихо заговорил Даниэль, перебирая пальцами волосы Миши. — Я сегодня думал про медовый месяц. Миша замер, прислушиваясь. — И что придумал? — Хочу, чтобы мы уехали куда-нибудь, где нас никто не знает. Где нет интернета. Только ты, я и, может быть, горы. Помнишь, Сосиска присылала фото того особняка? Он ведь в лесу. Может, поищем что-то подобное для отдыха? Чтобы можно было просто ходить за руку и не оглядываться по сторонам. — Это звучит как мечта, — прошептал Миша. — Но сначала нам нужно пережить подготовку. Саша уже составила список гостей, в котором почему-то есть Херейд, хотя он вообще не в курсе. — Саша просто хочет масштабности, — улыбнулся Даня. — Но мы сделаем так, как хотим мы. Маленькая церемония. Только «те, кто знает». Ну и Эд, когда мы наконец наберемся смелости ему сказать. — Когда-нибудь, — согласился Миша. — Но не сегодня. Даниэль мягко повернул голову Миши к себе. В полумраке комнаты его глаза казались почти черными, полными нежности и какой-то новой, взрослой решимости. — Я люблю тебя, Михаил. Не Клайпа, а именно тебя. — И я тебя люблю, Даниэль, — ответил Миша, подаваясь вперед. Их поцелуй на этом диване был совсем другим, не таким, как вчера. Вчера это была страсть и открытие тайны. Сегодня — это было спокойное, уверенное обещание будущего. Это был поцелуй двух людей, которые точно знают, чего хотят, несмотря на то, что им всего по двадцать, и их жизнь кажется миллионам людей всего лишь картинкой на экране. Даниэль углублял поцелуй, чувствуя, как Миша расслабляется в его руках. Его ладонь скользнула по щеке Миши, большим пальцем очерчивая линию губ. В этот момент не существовало «Настоящих Перцев», не существовало подписчиков и графиков записей. Существовала только тишина, нарушаемая мерным дыханием Юки, и два сердца, которые нашли свой ритм. — Мы справимся, — прошептал Даниэль против губ Миши. — Со всеми секретами, с Эдом, со свадьбой. Главное, что мы вместе. Миша только кивнул, не в силах разорвать контакт. Он знал, что впереди еще много глав их истории, и тридцать третья была лишь началом долгого пути к тому самому «вне зоны стрима», о котором они оба так мечтали. Юки во сне дернула лапкой, словно подтверждая его слова. Жизнь продолжалась, и в этой жизни, полной пикселей и виртуальных миров, они нашли нечто абсолютно реальное. И это реальное было самым дорогим, что у них когда-либо было. Даниэль еще крепче прижал к себе Мишу, накрывая их обоих пледом. Завтра снова будет работа, снова нужно будет играть роли, снова нужно будет следить за каждым словом Бишки. Но сейчас… сейчас было время для них двоих. И это время было бесценным.