Ненасытные страдания.

Высушить одну слезу — больше доблести, чем пролить море крови. ㅤ      ㅤㅤ      ㅤㅤ      ㅤ Поэт Дж. Г. Байрон. ㅤ      ㅤСтояла зима, декабрьское светило опускалось всё ниже. Холод перекатывался по улицам одиноким и злым призраком. Царь Морфей, он же великий портной, собственной персоной преследовал каждого, желая умыкнуть к себе во льды. Гул ветра завывал неприятно в проводах, верхушках обледеневших деревьев, запугивая прохожих. Метель. Смысла проживать жизнь не было: хотелось в спячку до появления первого ростка, вылезшего из под снега. Он бы порадовал. И птички, и благословение трели их, которое повествовало о чём-то хорошем, счастливом и беззаботном. А пока стоит выживать в этой непроглядной буре, чтобы не пропустить жизнь. ㅤ      ㅤА зачем? Зачем искать то, чего не знаешь сам, но это "что-то" должно быть как бы твоим путём, смыслом жизни, целью, любовью по крайней мере! А ведь прекрасно понимаешь, что этого не поймать сразу, как птицу, ведь кажется, что после девятнадцати лет жизни нет совсем. Нет даже малейшего представления о той жизни, которая была раньше у мамы, у папы, у дедушки. У всех. Что они делали, чтобы стать такими каковы есть сейчас же? А если нет цели и жить не по заготовленному сценарию, шаблочнику, который приготовили тебе заранее родные мама и папа в случае твоей рассеянности или тупости? Что будет? Что будет, если ты не знаешь кем хочешь или нужно стать уже завтра? Каким человеком, о котором будет говорить общество? А есть ли вообще дело до общества, до новостей в мире, до родных и близких? Не эгоизм ли это, что, как болото, затягивает тебя и убивает в тебе всё самое хорошее, что было раньше? Доброту, эмпатию, честность, нужду в ком-то. Каким станет человек, если он останется без этих качеств? Не умрёт ли в гуще своих потребств, убеждений и страхов? Точно, потребности. Останется одна мерзкая потребность внутри. Она будет ползать червяками по всей твоей плоти души, размножаться и убивать тебя. Останется голова с бесконечными мыслями, которые будут ложечкой выедать собственный мозг. Сойдет ли с ума? Наступит ли русская хандра, сплин? И что это такое вообще? ㅤ      ㅤПрежде уже никогда не будет. Не будет того знойного солнца и надежд, которые прямо говорили о приходе хороших дней. Чонгук понял это недавно, смирился с тем (правда, очень тяжко и горько, будто бы вся его жизнь не являлось той ямой, в которой он колупал свои раны и боялся той палки помощи, принимая за врага какого нибудь), что он мелкий невзрачный хлюпик в бездонной яме сумасшеств. Он — никто. Даже меньше пылинки. Он никогда не был себе интересен и, значит, никому тоже. В нём таилось много чувств, нравов, замыслов и идей. Но он по-прежнему был маленькой серой пылинкой в округе, которую даже сдувать не нужно — сама самоуничтожится. И он никогда не хотел стать кем-то большим: не хотел славы, избегал крупных профессий, при этом ярко мечтая о обеспеченной и независимой жизни; боялся и презирал кучку народу подле него, а входить в какую-то малую, не дай бог и в большую группу ему совершенно не хотелось. Он хотел оставаться самим собой: таким же скромным мальчиком, на которого никто не обратит внимание. Это хорошо, что он незаметен. Ему не хочеться алеть и икать перед незнакомцем, который мог с милою улыбкой спросить его о чём-то. Когда такие моменты случались, то он чувствовал себя маленьким, безрассудным и неумным человечком. Но эта есть его черта. Её не убрать, это то, что идёт с рождения. Он не то, чтобы боялся людей, он оставил одного человека рядом с собой и ему было хорошо, а другие.... Других не было. Он не знал наверняка почему его тело сковывается при малейшем контакте с кем-либо, не знал, что делать и из-за чего потеют ладони, а щёки больно горят. ㅤ      ㅤОднажды его попросили показать дорогу (помахать руками в воздухе, рисуя карту-невидимку) до пекарни, возле которой жил раньше он сам. Чонгук знает этот район наизусть. Он много тут гулял в детстве: то от магазина к пекарне, то до больницы и обратно домой. Особо не гулял по вечерам, дворовских детей боялся и стеснялся, хотя очень хотел поиграть с ними. Может слепым носиться по двору и побежать куда ноги ведут и уйдёт от туда спокойно, свернув там, где надо. Но резко он забыл всё. « Стоп, а как эта улица называлась? Было ли название? — заговорил Чонгук внутри себя после резкого столкновения ». Может, он, как обезумевший, носился по закаулкам и не помнил ничего? ㅤ      ㅤЭто было в порядке вещей: разговаривать с самим собой внутри. Так было легче обойти стороной тоску и печаль, но она возвращалась во снах. Но иногда это пугало. И ещё реже, что парой мысли не было за что зацепиться. Это означало утрату жизни для Чонгука. И это было страшно одновременно и ни капли не вызывало причин для беспокойства. Апатия налегала пластрем на гнев и другие всевозможные эмоции. Мозг был серым веществом без всякой мысли и потребности. Сердце можно было забирать на показ в музей, демонстрируя сроение органа. Всё ровно оно не излучало какого либо света, который мог направить кого-то по истинному пути, дать настоящие надежды. Всё ровно оно бы не сгодилось в жертвоприношение. Бесполезная плоть. ㅤ      ㅤГорький кофе к утру, а рядом тлеющая в пальцах сигарета. Её запах раздражал горло каждый день, заставляя противиться, хотя Чонгук может и думал обойтись без этой романтики каждое утро и вечер, но почему-то не прекращал. Его даже бесила это последовательность, но думал, что если сделает по-другому, то случится дисбаланс и его будущее станет не таким привычным. Придётся терпеть неприятности. Жизнь его скучна и особой радости не приносила, но боялся менять что-то. Потому ему приходилось вставать раньше обычного: в 6:00, но он всегда спал до 6:30 - 6:45 с мыслями: « Полежу до 30 минут и встану. », а когда каждый раз смотрел на часы, то в последний момент засыпал окончательно и только отчим будил с криками. После сигареты принимал холодный душ, желания смыть пот, при котором проснулся. Медленно одевался в школу и считал свои шаги по квартире, чтобы не застрять в думе какой. Никогда не завтракал не потому, что хочет похудеть (Чонгук был щуплый и серый, но личико очаровательным, хоть и впалые его щёки были всегда), не потому, что не лезет в горло, а потому что это был его личный обряд, ведь как пойдёт день, если внести что-то ощутимое? Парой он не укладывался вовремя и пропускал даже кофе. О завтраке и речи не могло идти. До школы добирался пешком, там же напяливал на себя кофту поверх рубашки и всегда хмурился из-за плохого отопления. Там он всегда был один. ㅤ      ㅤПак Чимин был центром сего мира внешнего, а его центром было его собственное Я. Юноша всегда волновался на свой собственный счёт: как он выглядит, как его видит со стороны общество, которое так любит, а Чонгук боится, но видит частичку чего-то любопытного. Чимин — эпатажный и громкий человек, занимающий всё место в пространстве разом (Чона чаще всего это раздражает, но он научился принимать сначала чиминовы изъяны и слабости, а потом уже достоинства). Они знакомы с детства, давно привыкли, узнают друг друга постепенно. Не так давно Чонгук понял, что вечное восхищение Чимина самим собой не делает его человеком эгоистичным или невоспитанным, а это показывает его силу характера и духа, а так же и способность научить других, чему он только завидует. Чимин всегда знал, что его дружочек невероятно боязливый и стеснительный (что всегда умиляло, когда к младшему подходили знакомиться другие люди, а тот молчал. Парой бесило, ведь хотелось счастья для него), но и то, что его многое совершенно не волнует: отношения, тусовки, разгар и разгром, мир; но знал, что Чонгук хотел бы себе спокойного молодого человека, который доверяет ему и будет рядом. Чонгук и Чимин после многих ссор и тайн, раскрыв их, научились жить в гармонии друг с другом. Они больше не боятся подойти к друг другу, обнять просто так, поцеловать в щёчку или попросить о чём-то существенном. Спят с обнимку, иногда плачут в жилетку, болтают о мечтаниях. ㅤ      ㅤСотканный из хлопка или ещё из какого волокна свитер учтельницы мозолил и выжигал глаза, поэтому Чонгук отвернулся к окну. Он слабо слушал её, но знал о чём говорила, а говорила она о " Природе человека. Психоанлиз поведения ". Было непонятно как могли переплетаться между собой эти две темы. Не будь молода учительница, что вела биологию, то психологии вообще бы не было, а, значит, и интересна тоже. Она умела подходить к людям. За окном вечерело, опускалось кроваво-карамельное солнце на сугробы. Небо приобрело более сиреневатый оттенок, завиднелась луна, а на горизонте малиновый переход. Это нравилось омеге. Он сгорбился, опустив вялые руки на колени и мечтательно занежался. В классе едва слышался шорох от учеников: кто-то перевернул хрустящую страницу исписанной тетради; другой поменял позу и удобнее лег, засыпая под размерный и мелодичный голос учительницы; слышались ленивые шептания позади девушек, которые хотят поскорее домой. Чонгук, вздохнул. « ... Скоро её день.. — он почувствовал, как больно кольнуло в груди и тревога подзывала сердце стучать более усердно, когда он вспомнил силуэт чёрноволосой женщины. — Мама, позвони, ты же знаешь мой номер.. Хотя нет, лучше не помни обо мне. - он нахмурился и выдохнул, сгоняя напряжение с сердца, что не давало нормально дышать. А мысли все шли, казалось бы, нескончаемым потоком. — В кругу настоящей семьи тебе лучше будет, если уйдёт прошлое. Больно же признавать себя ненужным маме. — Чонгука оторвали от грустной мысли и сказали записывать термины, но он лишь положил руки на парту и взял чёрную ручку в пальцы, крутя и также смотря в окно. Именно зимой они гуляли чаще. Мама всегда любила зиму, снег, лёд. Она сама была как лёд. — Может в её сердце есть льдинка? Или она уже успела растаить в новой семье, с новыми детьми и мужем, с новой работой и новой жизнью? Знал бы, что уедет, то... Да чтобы я сделал? Запрыгнул бы к ней в багажник? Она не любит меня и никогда не любила. Она любила отца, а Со Джуна из-за денег... Ясно же... Может, ещё повод спихнуть меня к нему? К этому уроду...». Парень поправил длинный волос, упавший с плеча и начал рисовать какие-то каракули, в ожидании звонка. ㅤ      ㅤСо звонком на парту прилетела записка. Мимо прошёл расслабленной походкой высокий парень. Чонгук застегнул рюкзак и злобно посмотрел снизу вверх на лицо ненавистника, но тот одарил его мимолётным взглядом суровости и ушёл из класса. Чон, сглотнув вязкую слюну, раскрыл бумажку. От обиды он закусил губу и смял в кулаке художества. Грудь снова заныла от непонимания. Что он им такого сделал? Там был Чонгук и кучка других парней. Ясно, что он им делал на коленях. Эти пошлые шутки надоели и он шмыгнул носом, опустив голову. « За что... — пронеслось в его голове ». Он всегда был к ним добр, за что? Хотел бы он прямо тут разреветься, да только учитель в классе сидит. Она пока ещё не заметила долгое и лишние присутствие ученика. Схватившись за лямку сумки, Чонгук пулей выбежал из класса, проталкиваясь сквозь толпу. Он правда боялся их. Они мерзкие и грубые, а ещё один из его одноклассников изнасиловал девочку младше него самого на два или три года. Было относительно понятно почему осуждали Чонгука: за длинные волосы и за то, что парней, как он, было крайне мало в их обществе. Долго терпеть эти издевательства не было сил, самим он бы ни за что не смог, Чимина нет в этой школе, отчиму плевать на пасынка. Кто бы встал на защиту? ㅤ      ㅤВ гардеробной, где ваняло немытыми ногами и потом из ботинок, Чонгук пытался сдержать наваждение слёз. Он закинул сумку на облезший подоконник, шмыгая носом, выравнивал все тетради. Берёг каждую из них, они были аккуратные, внутри красивый почерк. Но нащупав кожуру от мандаринов на дне, это стало последней каплей и, видимо, она была сочная, потому что оставила темные разводы на ткани рюкзака. Подкинули. — Сука... - горько выдохнул он. Защипали глаза от обиды и беспомощности. Солёные капли покатились с щёк на руки. Чон не сразу понял, что к нему подошли сзади, пока он не обернулся, чтобы отдышаться и согнать чувства. Испугался. ㅤ      ㅤУлыбающаяся морда красивого парня смотрела на него, а в глазах точные демоны пляшут макабр. С чего он тут возник? Дело какое? Ну да. — Вечером дела есть, Чонгук-а? – от него несло сигаретами и его природным: мятой. Эта мята прожигала легкие вместе с горлом, не вызывая явной симпатии и той тяги, к которой запростно можно привыкнуть. И всё же, Чонгук знал насколько тому, кто сейчас смотрит на него с чёрт пойми какими мыслями, сносит крышу от слова "нет", поэтому он покачал головой и свёл взгляд на пол. За Миндже висела его куртка. — Отлично, тогда одевайся! - он улыбнулся шире, завидев блестящие дорожки на щеках. Это ему понравилось. — Плачешь? - альфа чуть наклонился. Чонгук ощущал его жар и прогнившую душу. — Нет, - прошептал он, смахивая пальцами слёзы. Раздался смешок, что говорил: « Ну да, конечно. » ㅤ      ㅤЧонгук стоял, пока тот не понял, что нужны вещи. Старший начал указывать на куртки и с первого раза угадал. Заулыбался шире, понимая, насколько этот пацан молчаливый и будет лучше ждать, чем попросить отойти. — Давай помогу. - голос его имел радость достижения цели. Захват. Чон думал, что с ним будет. Страх занял всё тело. Его повернули к себе спиной грубо, за плечи. Плакать хотелось ещё сильнее. От их прикосновений всегда остаются следы синяков. Чон судорожно выдохнул и просунул руки в рукава чёрной куртки. Сменив обувь, Миндже обнял за плечи омегу, взяв сумку. Он увидел его обеспокоенный взгляд. — Она у тебя такая тяжелая просто, устанешь же идти. ㅤ      ㅤВыйдя со школы, их встретило ещё человек пять, две из которых были девушки. Они те стервы. Чонгук всей душой не понимал их. Эти дамы тоже участвовали в унижениях над ним, но редко. Кажется, они просто смеялись в стороне. Щёки от этого тот час начали гореть с ушами вместе. — А вот и мы! ㅤ      ㅤПарни заулыбались все. Девчонки выдохнули едкий дым сигарет и тоже вспыхнули усмешки на их круглолицых мордашках. Чонгук поёжился, а рука на плече обняла сильнее. Такое внимание к себе заставляло больно тянуть живот и волновать. Руки затряслись. — Тогда выходим! ㅤ      ㅤПо дороге парни распрашивали Чона о его делах, есть ли на личном кто-то. Как будто им интересно. В ответ лишь мычание. Миндже, кажется первый занял место, ведь младший видел многообещающие и игривые взгляды парней, что оборачивались на них. Они что-то задумали. ㅤ      ㅤРука уже прожгла плечи. Время быстро подкрадывалось к шести часам. Что скажет отчим по поводу ужина? Чонгук ещё давно должен был прибраться, чтобы Со Джун спокойно поел в чистоте после смены и не кричал на него. Его снова ударят за холтурство? Он опустил голову и смотрел под ноги. Его сумку отдали короткоподстриженному парню, что травил абсурдные шутки про всех. Девчонки шли вместе под ручку, двое парней — друг другу друзья — флиртовалм с ними и звали в баню. Мерзко. А те, дурочки, заливались смехом и давали непонятные ответы, но априори были положительными. — О чём задумался? - усмехнулся Миндже, рукой беря прядку чонгуковых волос. В своих ладонях он опознавал его волос, с прищуром глядя то на губы, то на глаза и ресницы. — Ни о чём, – махнул головой в ответ. — А? - Миндже не расслышал специально и опустил голову к Чонгуку, сильнее сжимая плечо через тонкую куртку. Больно. Юноша сразу попытался спихнуть руку. — Ни о чём! - сказал он громче и другие обернулись, а девчонки из-за своего смеха не услышали, продолжая кого-то поливать грязью. Чонгук принял на свой счёт. Он впервые подал голоса в компании сегодня. — М-м-м, - выпрямился и перестал сжимать плечо. ㅤ      ㅤВоздух стал холоднее. Компания подходила к небольшому магазину. Народа на окраине становилось всё меньше и меньше. Все возвращались домой. — Мы выходим из города? - спросил он у альфы, наконец смотря на него хмуро, но без храбрости с некой грустью. Хотя Чонгук всегда страдалец. — Да. — Но зачем?... — Хочу, чтобы ты стал нашим другом. - они все зашли в помещение и страший плотнее застегнул куртку Чонгука. Тот опустил голову. Это забота? — Хорошо? ㅤ      ㅤСердце упало. Как? Как эти ублюдки, что травили его на протяжении нескольких лет, вдруг захотели стать друзьями? Ни для кого не секрет, что они хотят той связи, интимной. Ту, что Чонгук очень боится, боится этих липких прикосновений, после которых стоновится тошнотворно и возникает ненависть к себе и своей природе. Боится последствий, которых, возможно, не избежать. Боится этих вздохов, ахов, боится захотеть больше и сильнее. Боится метки, что очернит его кожу, а затем и средце. « Боже, спаси и сохрани меня.. ». — Мне надо домой, много учить же, - заговорил Чонгук и попытался сделать дружелюбных вид, но один из свиты прыскнул. — Зубрила, занчит? А, Хосок. Это так? ㅤ      ㅤХосок повернул голову в сторону Чонгука и одарил безразличным взглядом, обнимая одну из девушек. Они пришли за алкоголем. — Ну да, умный немного, только молчит постоянно. — Ты же с ним на биологии, да? ㅤ      ㅤХосок кивнул. ㅤ      ㅤЧон Хосок — немногословный парень, никогда не паникует и ведёт себя как гепард — быстр, но суетится. Он, по аналогии, должен возглавлять их компанию, но здесь нет лидеров и шестёрок, да и не хотел бы. Одевается он неброско, но одежда всегда от какого-либо бренда, выделяется из своей компании некой задумчивостью и рациональностью. На уроках парень мыслит, решает задачи и всегда слышит похвалу в свою сторону, но принимает с каменным лицом, хотя его сердце каждый раз радуется. Трудности — вот, что его привлекает. Он никогда не боится спросить, потребовать объяснения и всегда смотрит на всех с высока. Он говорит о себе, что он как будто не из того мира, у него другой разум и восприятие, а социум его не страшит, но бесит. Поэтому редко видно его в компании. Кажется, что он всю жизнь посвятил интеллектуальным изысканиям (что неудивительно) только для себя самого. Чонгук видит его, как недостаточно художественно выразительного: характера как будто нет, эмоций тоже. Они схожи, только Хосок не думал о смерти и жизни, не ставил их на весы. А Чонгук не лез под юбку, забывая про чужое мнение. ㅤ      ㅤЗакатное солнце постепенно уходило за горизонт. Время не стояло на месте и Чонгук всё больше паниковал. Ребята гремели бутылками на всю полупустую улицу. Под ногами хрумкал снег, стало холодно. Миндже уже держал дистанцию и смеялся с друзьми, оставив парня позади себя. И слава богу. Но облегчённо выдохнуть нельзя было. Они ведь не домой идут. Пройдя ещё долгих пол часа и заброшенную железную дорогу, компания вышла к ржавым гаражам, Один из которых был их "штаб-квартирой". Самый убранный, надёждный и крепкий. Оно и понятно. Кто бы стал жрать пиво на кусках старого дряхлово железа? — Вот и пришли, - Миндже повернулся к Чонгуку, который, на удивление почему-то не сбежал. Омегу трясло от холода и лихорадки — не ел нормально ничего. — Welcome! ㅤ      ㅤПока Чонгук шёл следом за ними, думал, как уйти. Хотелось высказать Хосоку за рукописи, но полоной решимости и храбрости не находил в себе. Понятно, что сам он не рисовал: он бы в жизни не взял карандаш с целью нарисовать кружки, что имели эмоции. Хотелось показать всем им, что он не такой, каким они его видят. Но как? — Я хочу домой, - выдохнул он клубок пара и все подняли на него глаза. И снова это нытье, которое всех заранее затрепало. ㅤ      ㅤХосок подошёл к нему медленно, но Миндже остановил и оттолкнул. Разберётся сам. Он же его поймал. ㅤ      ㅤТемнорусый парень положил ладонь на его затылок. Сжал волосы и руки Чонгука полезли к чужой. Боль снова окутала, которая каждый раз казалось ему новой, а паника и страх взяли контроль над телом. Слезы покрыли глаза и губа задрожала. Что дальше будет? Все затаили дыхание с улыбками на лицах. Девушки громко открыли бутылки пива и закурили. Они смотрели на это, как на бесплатный цирк. — Слушай сюда, гундос, - он за волосы тряхнул младшего, желая, чтобы мозги встали на место. — Хватит ныть постоянно. Скажи нам "большое спасибо" за то, что взяли как щенка с собой и пьёшь за наш счёт. - Миндже взял его лицо за щёки и смотрел в большие слезливые глаза. Там страх, который заставляет скрутить приятно живот, а длинные волосы Чонгука — сжать на затылке и... ㅤ      ㅤОмега кивнул. — Не слышу. — Да-а!- просипел в ответ и его отпустили, а потом вручили в руку бутылку пива, — Я не пью. - замялся он, глядя, как они все начали смеяться. Хосок усмехнулся и сел на корточки, смотря на Чонгука снизу вверх, но с таким превосходством, что становится противно. « Такой жалкий. — подумал Хосок и начал тянуть пиво.» — И не куришь блять, - добавил тот, что нёс его сумку (он кинул её к старой двери гаража позади себя). Смех стал ещё громче и жёстче. ㅤ      ㅤСлёзы. Первые горючие капли упали на морозные щёки. Парень отвернулся, чувствуя стыд, обиду и страх. Бутылка так и морозила руки. Хотелось уйти в дебри леса подальше от этих нелюдей, которые явно хотели от него что-то ужасное, хотели, чтобы на дице было лишь подобострастие. Он не кинется в их грубые руки. Ни за что. ㅤ      ㅤХотелось написать Чимину и попросить помощи, но что сделает вечно сидящий за мольбертом парень против всех этих дур? Звонить некому. ㅤ      ㅤ Кто-то опустил руки на его плечи и прижал к груди со спины, а потом показался и сам Миндже. Его хитрая улыбка страшила. Сердце застучало с такой силой, что воздуха стало не хватать. — Пусти! - Чонгук вывернулся из рук, но Миндже с кулака заехал ему в скулу, чей удар соскользнул и задел нос. Чонгук попятился назад, рухнув усталым грузом в сугроб. В ушах резко зазвенело, хлынула кровь по лицу точно так же, как и слёзы. Он заныл в голос, заскулил. Отчим бил его, но в лицо никогда и не так частно, как его новоиспечённые друзья. Это было очень сильно, очень небрежно. Его за шкирку подняли, словно облезлую кошку, и смеялись прямо в лицо. — Полегче! - сделал замечание Хосок и смех утих, — Ты в своём уме? - он подошёл к "приятелю" и дал пощёчину, — Напился? Ты в курсе кто его батя? Если не знаешь - не лезь. Хули вы такие тупорылые? - он окатил каждого взглядом презрения и только потом начал подходить к Чонгуку, который снова осел на холодную землю. Этот паренёк казался таким, что сочувствия не проявить нельзя. Но Хосоку реально плевать, только проблем не хочет. Не хочет опуститься на дно в глазах своего отца и семьи. — Да ладно тебе.. Его отчим сам избивает, думаешь, из-за нас ещё пойдёт жаловаться? Он же ссыкло чистое! — Хватит! - рявкнул он и затих. Точно хотел что-то гадкое, но отрезвляющее добавить, чтобы они начали думать. Но скрежет снега нескольких пар ног и тихий бас речи начал тревожить каждого. Девочки начали спрашивать у парней с паникой: « Кто это? ». Им было лучше видно, ведь не прятались за другой одинокий гараж. Страх подступил к самому старшему — Хосоку. Он понял. Узнал. — Какого чёрта... ㅤ      ㅤШестеро мужчин шли с угрозой, но один спокойно, только лицо его выражало недовольство. Аура у этих была угнетающая, пугающая и властная. Хосок поднялся и замахал всем собирать бутылки и убираться от сюда, да только они не поняли. Гнев разлился внутри и Чон чуть ли не схватился за голову. Хотел он врезать каждому, дать пощёчину и накричать. — Что случилось? - занервничала девчонка, взявшись за локоть альфы. Тот отмахнулся от неё, вызвал недопонимание и хмурые бровки. Да что ему эти бровки! Сейчас с него будут снимать шкукру! Почему? Потому что эту землю выкупил Он, да только Хосок, кажется, перепутал доату и пришёл позже. Пришёл на саму встречу... ㅤ      ㅤВо главе стоял он: высокий, стастный, деловой, контролирующий всё. На нём была длинная куртка, похожая на пальто, но тёплая; массивные берцы топтали этот грязный снег, а во взгляде сибиркий холод, там сильные колючие ветра и пытки. Жестокие. Альфа, коим и являлся, смотрел на каждого изучающе, строго, пытался даже найти знакомое лицо и нашёл. Чон Хосок. Сынишка его подчинённого, который занимает пост охраны. Он отдаёт им большие деньги за защиту. Хмыкнув, мужчина подошёл к Хосоку, но опустил глаза но подростка, истекающего кровью. — Гуляешь? Весело ли тебе, деточка? - удивительно спокойно начал свой говор, да только понятно, что это всегда ведёт к худшему. Руки в карманы засунул и установил зрительный контакт с юношей, что стоял перед ним и молчал, но с вызывом смотрел в глаза. — Тебе говорю, Чон Хосок. Это что? - Он кивает на парня. ㅤ      ㅤВ ответ тишина. Напряжение среди подростков наколялось. Девочки спрятались за своих друзей, строя из себя хрупких роз, которые тут же сломаются от одного порыва ветра. Миндже стоял поодаль от Хосока, будучи на готове защищать, как верный пёс. И всё это смотрелось по-театральному смешно. Круглая луна вышла из-за леса и показалась всем своим дурманящим видом. Чонгук поднял голову, смотря на мужчину, а позади него спутник. Прекрасный. И точно такой же одинокий, как и он сам. Боль уже не долбила в висках, а лишь ныла. Из чувств лишь апатия и полная потеря сил. ㅤ      ㅤАльфа, за которым шли все эти люди, не дождавшись ответа присел на корточки и аккуратно поднял голову за кровавый подбородок. Повеялсь нотки вишни с холодного ветерка, который шёл от реки. — Омега.. - прохрипел он себе, хмурясь сильнее. Плохо дело. — Ты меня слышишь ? - робкий кивок, — Как ты себя чувствуешь? - угуканье означало, что в порядке, но кровь говорила, что нет. — Отлично, - мужчина покрутил его голову аккуратно и медленно, заглядывая самим, ища новые раны, но их не было. Только опухала скула и кровь текла из носа, — Запрокинь голову.. да, вот так, - тёплые руки с родительским переживанием поглаживали по волосам. Он приметил насколько они были красивы в такой сумеречной темноте, которая подошла к концу. — Вингдинс, - грубый и резкий голос заставил обернуться того, кто был Вингдинсом. Он продолжал сидеть на корточках и держать за голову подростока. — Нужна помощь? — Да.. - выдохнул, — В машину его проводите, а то весь холодный и первую помощь окажите. А ты, - он взглянул на уже красивого мужчину лет тридцати в очках, — Пообщайся с этими и объясни, почему сюда нельзя. Только аккуратно. — А вы? — А я с ним, - кинув на парня и встал, взглянув на пальцы своей правой руки. В крови. Вингдинс улыбнулся слабо, видя в чужих глазах страх и слёзы, да только не было того чувства греховного, а лишь желание помочь бедняжке. ㅤ      ㅤЭто всё на яву?