Мальвина

Михаил, как обычно, встал первее. Всё утро его терзали мысли о том, что за Владиславом придут, что они все готовы убить его, что они так долго отсутствуют из-за плана, которому он не сможет противостоять. Несмотря на сильную тревогу, охотник выполнял свои обязательства: прибрался, сходил на охоту. Со своей «прогулки» он принёс подстреленных уток. Сегодня везло. Но даже при наличии огнестрельного оружия беспокойство не исчезало. Медленными шагами он отправился к двери вниз. На удивление, юноша не спал. В руках вертел всё ту же статуэтку совы, нарисовав ржавчиной на полу что-то вроде схемы «дома». На секунду Михаил почувствовал спокойствие, глядя на вампирёнка. Но тут же начал себя ругать: «он опасен», «нельзя привязываться, ты его убьёшь» и многие другие аргументы. Из мыслей его выдернул пристальный взгляд парня с голубой макушкой, что склонил голову в интересе, как какой-то зверёк. — Ты что-то хотел? Михаил вздохнул, двигаясь ближе. Он не хочет его убивать. — Скажи, за тобой кто-то вообще собирается? Ты сидишь тут уже трое суток. Где они? Влад склонил голову. Врать не имеет смысла: он умрёт либо от этого охотника, либо от других. Есть ли вообще смысл бороться за свободу? Тем более когда ты живёшь с симпатичным парнем. — Они не придут. — холодно отрезал вампир, отворачиваясь к стене. — Пиздишь. Михаил не хотел навредить, но это же явно ложь! Он же просто хочет безопасности, так почему Владислав не даёт ему такой элементарной вещи? Рука замахнулась сама собой, звонко ударяя по виску. Влад отлетел к стенке, след начал краснеть: уж слишком он нежный. — Ай! Вампирёнок съёжился, прикладывая ладонь к будущему синяку. — Ты, блядь, отвечай, когда с тобой разговаривают! — А я что сделал?! Миша на секунду отпустил злобу: он же ответил... Но холодно. Это не должно поощряться. — Хорошо, ответил, умница. Но где они? И почему не придут? Влад всё ещё сидел на полу, он поднял взгляд на Мишу, прикусив щёку, как ответ на похвалу. — Умерли все они. Суки. Михаил склонил голову. — Суки? — Да. Именно так. Собственноручно их сжёг. Охотник замер. Перед ним настоящая угроза. Но... Он вредил своим. Нет, это же не может быть просто так? Должен ли он умереть? — Зачем? Тон Михаила звучал ровно. Влад же еле сдерживал слёзы от удара и нахлынувших воспоминаний. — Матери было всё равно. Она рожала от всех подряд и требовала алименты. На те деньги она нанимала нам нянек. Я хотел убить только её, но в её комнате было что-то с газом, от чего всполыхнул весь дом. Успел убежать только я и какая-то мелкая девочка. Они все мертвы по моей вине, понимаешь?! Я... Не хотел, они... Влад говорил быстрее, чувствуя, как подступают слёзы и критически не хватает кислорода. Голос начал срываться. Охотник же сидел абсолютно без эмоций, хоть внутри и хотелось обнять его, защитить. — Ты просто на мать обиделся и устроил геноцид? Влад опустил голову, сжимая ткань брюк. — Она держала меня в изоляции, в одной комнате. Мне 160 лет, я всё это время... Кх... Влад сделал паузу, жадно хватая воздух. Охотника же леденил факт, что ему 160 лет. Это измеряется как 16. Получается, его привлекают дети? Нет, к чёрту, какой это ребёнок? Возраст согласия... — ...Сидел в четырёх стенах. Как только я выбежал, ты увязался за мной. Я... Я правда не хотел их всех ранить! Только её! Влад начинал истерить, за что Миша положил руку ему на рот. — Всё, всё. Ты — бедный и невинный подросток. Не ной. Мысль об убийстве начала утихать, всё стало ощущаться «нормально». Когда Владислав затих, охотник снял руку с лица, проведя пальцами по губам, подбородку, шее, груди... Обострилась потребность «защитить» вампирёнка. Голос Миши звучал уже мягче, он попытался как-то успокоить... Младшего? — Ты хочешь погулять? Влад поднял глаза, которые уже высохли от слёз. И без того тихий голос звучал ещё тише. — Да... --- На улице стемнело, был прохладный вечер. Михаил для безопасности повязал толстую верёвку на запястье вампира, а сам намотал второй конец на свой кулак. На улице мальчишка вёл себя как малый ребёнок: трогал и валялся на траве, рассматривал мох на деревьях, собирал палки. Несмотря на весну и рубашку, крылья мёрзли, дрожали. Он был счастлив: первый раз он видел улицу, когда за ним бежал охотник. А сейчас тот же человек дал ему впервые спокойно погулять. Влад начал неуверенно идти к Михаилу, что стоял у дерева, дёрнул его за рукав пончо, задрав голову. Голос был тише и мягче обычного: — Миша, холодно... Он моментально привлёк внимание охотника. Повернув голову, Миша положил руку на плечо Влада, массируя большим пальцем. Он отвечал с отрывом, медленно. Почему-то сейчас у Михаила возникло странное чувство безопасности и спокойствия, он скользил взглядом по хрупкому тельцу напротив. — Раз замёрз, пошли домой. Миша взял его за руку, повёл к дому. Но не завершил маршрут, останавливаясь у какого-то дерева. Влад с недопониманием посмотрел на Михаила, после чего его нагло прижали к стволу дерева. Владислав даже близко с подобным не сталкивался, отчего наивно краснел, как четырнадцатилетняя девственница на первом свидании. Он даже и не сопротивлялся. Рука Михаила заползла за спину Влада, а вторая — к затылку, перебирая пряди и зарываясь в голубых локонах. Влад понимал, к чему идёт дело, лишь гуще покрываясь румянцем. — Миша? Что Миша? Миша наклонился и начал жадно целовать вампирёнка, лаская его язык своим, обводя очертания клыков. Он поглаживал его по спине, задевая крылья. Реакция была тихой, но бурной. Влад простонал в поцелуй. Он совсем-совсем невинный, нецелованный. В книгах описывалось подобное, он положил руки на плечи охотника, позволив углубить поцелуй. — М-м! Миша отстранился. Владислав начал глотать воздух с такой же жадностью, с которой целовался. Он не знал, что можно дышать. — Ты чего? Взгляд Михаила упал на раскрасневшегося юношу, что дрожал уже не только от холода. Но он молчал, игнорируя все вопросы. Охотник не упустил шанса поиздеваться. — Владик, расскажи мне, ты же послушный умница, верно? Из Влада выбило воздух, он поднял смущённое лицо на Мишу, продолжая молчать. А что он скажет? «Миша, выеби меня»? Нет, не сейчас уж точно. Влад пошёл в сторону хижины. «Ну, не хочешь — не говори», — мелькнуло в мыслях Миши. --- Дома вампир начал отогреваться, хоть и всё ещё дрожал. Миша провёл его в дом, запер дверь. — Пошли греться. Ты замёрз. И устал. Шаги Михаила были уверенными, большими, по сравнению с осторожными и спрашивающими разрешения на существование шажками Влада. Охотник вёл его к печи. — Сядь. И Влад, как настоящий пай-мальчик, сел у разогретой печи. Миша опустился рядом, разглядывая силуэт парнишки. Вроде, можно и поговорить? — Ты краснел так, тебе нравятся поцелуи? Владислав с тихим «а?» повернулся и кивнул, протягивая руки к огню. — Ещё хочешь? — Хочу. Уверенное согласие. Влад подполз ближе, протягивая голову для поцелуя. И он получает желанное, без условий на этот раз. Миша взял лицо младшего в ладони, целуя. Ручки Владислава скользили то по шее, то по спине. Когда Влад немного отстранился, он прошептал в губы: — Ты тёплый такой... Миша ухмыльнулся с такой детской фразы. Он аккуратно положил руку вампирёнка под пончо, вздрагивая от холода. — Можешь погреть руки под одеждой. Очень холодные. Михаилу было непривычно говорить так заботливо, но это давалось легко. Владислав покорно положил руки на рёбра охотника, ложась головой ему на ляжку. — Спасибо. Как глупо. Благодарит за обычное внимание и тепло. Но искренне. Чертовски искренне... ...Вскоре он так и уснул, а Миша сквозь страх решил не будить этого бедолагу.