Мальвина

Сознание вернулось резко, как удар хлыста. Влад нервно мотал головой, осматриваясь. Напротив сидел Макар, а рядом, в углу бетонных стен — Мигас. — Наша прелестная дама проснулась! Ах, как же я рад нашей встрече... Макар тянется, целует руку Владислава, который тут же отпрыгивает к стене. — Моя дорогая, не стоит меня так бояться. «Дорогая»?! У Владислава мир перевернулся с ног на голову, но он упорно молчал. Раздался громкий и глубокий голос Макара вновь. — Что ж, не хочешь говорить — не говори. Но я найду способ открыть твой изящный ротик. Влад вздрогнул, пытаясь отмыться от этого греха. Было неприятно и мерзко здесь. — Отстань, отстань, отстань! Парниша дернулся, и цепь вцепилась в кожу. Он капризничал, как малый ребенок. — Да что вам всем от меня надо?! Вампир начал истерить, слезы наворачиваются на глазах. Какое счастье, господин как раз более драйфилией. Внутри что-то гулко и тепло ударило, вытекая вниз живота мужчины. Он не отрывал глаз от мальчишки, что рыдал. Тон голоса стал вязким, медленным, тихим. Как стекающая смола. — Ну же, ну же... Не плачь, маленькая... Или плачь, если нравится. Любишь пускать слезы? Хорошо, я люблю... Наблюдать за этим. Влад замотал головой. Не отрывая глаз, Даертег скомандовал: — Покорми нашу гостью. У меня важное дело. Мужчина скрылся за стенами, а высокий парниша вышел. Влад тихо плакал, но начал уже успокаиваться. Как вдруг перед ним очутился Мигас с подносом. Ходил он бесшумно. — Еда... Тебе... Кушать... На медном подносе стоял стеклянный стакан с морсом, фарфоровая тарелка с картофельным пюре и серебряная ложка в баночке с медом. Влад с голодом смотрел на еду, быстро поглощая и запивая еду. Степан даже не заскучал, как тарелка опустела, а вампир делал последний глоток, не отрывая взгляд от янтарной сласти. — Ммм... Не можешь... Серебро жжет... Он широко улыбается. От чего Влад сжался. — Мигас поможет... Хорошо поможет... Он полностью окунул два тонких и длинных пальца в баночку с медом, поднося их к губам испуганного Владислава и размазывая золотистый десерт по нижней губе. — Ну же... Открой ротик... Влад хотел инстинктивно слизнуть каплю, чтобы не упала с губ, как пальцы Степана скользнули внутрь. Сопротивление отсутствовало. — Оо... Нет рвотного рефлекса... Хозяину повезло... Мигас облизнулся, представляя развратные сценки с парнишей. А второй леденел от страха, пронзающего насквозь. Пальцы начали нежно гладить язык, стирая остатки меда. Влад жадно глотал сладость, пока Степан медленно извлек пальцы изо рта, отходя на пару шагов и выстукивая по стене безумный ритм. Дверь распахнулась. На пороге стоял мужчина с темным каре. Его взгляд зацепился за влажные губы Владислава и красноту его лица. — Вы тут чем занимались? До дрожи пробивающий тон, густой, как смола. Степан промолчал. — Мигас, сними с нашей дамы эту рубашечку. Она, вероятно, ей жмет. Владислав вжался в бетон за спиной, крича, пока длинная фигура подходила к нему ближе. — Нет, нет! Не трогайте... Не трогайте! — повторял он, захлебываясь слезами. И вот парой резких движений Мигас оголил молодую плоть, заставляя Влада дрожать от холода. Степан начал речь восторженным шепотом: — Хозяин... Она не человек... Крылья... Даертег замер. Вампирша, груди нет... Но он усмехнулся, стирая следы волнения с лица. — Что ж! Моя дорогая, видимо... Он сделал круг в воздухе, охватывая грудную клетку Влада. — Природа не наградила тебя. А жаль, жаль, очень жаль. Но я смогу помочь тебе. Мигас, составь специальную диету. Она должна иметь женское тело. Степан резко кивнул, оставаясь стоять рядом. Влад перебил Макара, выкрикивая: — Я мальчик! Олигарх замер. Мальчик. Он посмеялся с волнением, отводя взгляд. Его никогда не привлекали мужчины. Но он думал, что это девушка, получается, он все же гетеросексуален. — В таком случае... Ммм... Мужчина задумался. — Мигас, делай с ним что хочешь. Мне он не нужен. Лицо Степана расплылось в улыбке. Он кивнул, пока на испуганном лице Владислава расплывался ужас, а шаги Макара медленно отдалялись. Как только дверь захлопнулась, Степан ринулся к мальчику, скользя руками по его талии и раздвигая его ноги, пока второй дергался и рыдал. — Мое, мое, мое! Хриплый крик Степана, что сжимал бедра мальчишки до синяков, нащупывая ширинку под его всхлипы. Дверь распахнулась вновь, вид у Даертега был взволнованный, он явно бежал и пытается отдышаться сейчас. Мигас моментально отполз к стене, вновь выстукивая свои ритмы длинными пальцами по бетону. — Отбой. За ним пришли. Макар отцепил мальчишку, что трясся от страха. Показав направление, куда идти, он исчез в глубине коридора, шепча: «Псих этот чертов Михаил, псих». Со слезами на глазах Влад выбежал в объятия Миши, утыкаясь ему в плечо и громко плача. — Чшш... Чшш... Тише, что с тобой случилось? Они сделали что-то плохое с тобой? Влад помотал головой, продолжая молчать. Они двинулись домой.