Начало конца

Да, не могу сказать, что в этот момент думал о чём-то, кроме её шикарного тела. Мы были слишком близко, её глаза так и хотели полностью меня поглотить. Она будто давала понять, что я буду принадлежать только ей — соблазняла, вела милые беседы, при этом оставаясь максимально отстранённой, и в целом казалось, что общается со мной кто-то другой. ‎В конечном итоге её игры зашли так далеко, что даже я, в свою очередь, не мог понять — блефует она или кидает наживку, дабы мои инстинкты клюнули, и моя похоть одержала над разумом сокрушительную победу. ‎Чернота её глаз побудила меня, не раздумывая, схватить её за задницу (Господи, она такая упругая, но и мягкая — словно подушка перед сном после утомительного дня). Ничего лучше этого ощущения в тот момент не существовало. Я и вообразить не мог, что обычная девушка может заставить меня так пренебрежительно относиться к устоявшимся моральным принципам. ‎Скажу честно — в ту секунду мне было глубоко насрать, что думают окружающие. Пусть завидуют — мы молодые, полны жизни и переполнены страстью в наших отношениях. Я представлял, как беру тебя, заявляю на тебя права перед всеми: мол, смотрите — «она только моя, её тело принадлежит только мне и моему члену, а вам остаётся лишь завидовать и наблюдать за тем, как мы наслаждаемся друг другом». ‎Твоё нежное касание пробило во мне дрожь, руки тряслись. Твоя ухмылка, а после и покусывание нижней губы… и бам! Я не заметил, как, но мы оказались в примерочной магазина, а твои нежные губы ласкали мой член, всасывая его и облизывая, будто ребёнок, впервые увидевший сладость. Не успев насладиться этим медленным темпом, как твоя голова принялась двигаться всё быстрее, заглатывая меня так глубоко, что мне показалось, как ты перестаёшь на мгновение дышать и закрываешь глаза, но так же быстро ты их и открываешь, принимаясь за дело, которое нам надо довести до конца. Твой сучий взгляд и слюнявый рот с красной шеей… Ангел не может шептать моё имя — ангел не дышит. Так, наверное, я бы описал картину, что тлеет передо мной, и, признаться, твой рот — это нечто! Не могу назвать себя извращенцем, ведь изначально эту игру начала ты, и я неплохо держался, всячески пытаясь не вестись на твои провокации. Твой бывший парень был бы мне благодарен, ведь кто, как не я, смог бы тебя так завести, сделать из заучки-девушки похотливую шлюху, готовую отдать себя прямо в примерочной? Ты присылала мне фото своих бёдер и спрашивала, хорошо ли на тебе сидит майка! Майка! Представить только, что изначально ты якобы хвасталась верхней одеждой, но ракурс был смещён на твой низ… Ты знала, что я захочу тебя, знала, что буду думать о твоих ногах и представлять, как я раздвигаю их. А после и сама призналась в том, что хочешь мой член. Мы переписывались, говорили о таких грязных вещах, что ты начинала надрачивать свою мокрую вагину, обдумывая каждую идею и представляя в роли компаньона… Да, правильно — конечно же меня, иначе и быть не могло. В скором времени ты не могла ни на чём сосредоточиться — ты жаждала лишь нашей встречи, хотела, чтобы я трахнул тебя, как эгоистичную суку в сериале, хотела, чтобы я наказал тебя за твою дерзость. Прошло немало недель, но каждый божий день ты присылала мне свои обнажённые фотографии — причём в разных позах и обязательно с надписью «надо попробовать». А сейчас я держу тебя за твои густые, тёмно-рыжие волосы и жадно заставляю тебя отсасывать, не давая передохнуть, ведь мы оба возжелали этот поворот событий с самого начала. Ты сказала, хочешь почувствовать мой вкус — да! Ты хотела слиться со мной в нечто неразделимое и полное, хотела испробовать вкус моего семени. Я дал тебе это: вставил свой член так глубоко в глотку, что ты начала кашлять, но всё равно не проронила ни единой капли, смотря на меня молящимися глазами. В них ясно читалось: «Возьми меня». Ты поднялась с колен, тяжело дыша, и упёрлась в стенку, приглашая меня. Да! Чёрт возьми! Знаете, такого ведь не бывает — только в сериалах для людей без личной жизни. А у меня это есть! Прямо здесь и прямо сейчас. Я хватаю тебя за бедро, сильно сжимая его и оставляя красный след от своей ладони, поднимаю твою ногу ввысь, срывая с тебя чулки и пробираясь к тебе в нижнее бельё. Ты начинаешь стонать — и это самое лучшее, что есть в тебе, помимо глаз. Голос. Сколько людей вообще при выборе партнёра думают о таких вещах? Процента три? Да, скорее всего, даже меньше. Но я другой — меня возбуждает твой голос и твой кошачий взгляд. Я начинаю сходить с ума — мне нравится. Я, не думая и зная, что ты такая мокрая, что весь пол был в лужах, вставил в тебя. Мы достигли дзена, достигли той точки соприкосновения, где два тела сливаются воедино — всё как ты хотела. Ты чертовски узкая — мне нравится, мой член пылает в тебе. Ты начинаешь стонать, а между тем у нас возникают проблемы. Как же без них? Увы, в жизни постоянно проблемы — и надоедливые люди, жалкие дураки, которые никогда не смогут сделать что-то смелое, ведь боятся осуждения. Но послушай — мы не они. Мы смелее и знаем, чего хотим: я хочу растворяться в тебе, а ты — чувствовать меня в себе так глубоко, как только возможно. Свободной рукой я хватаю тебя за твои пухленькие щёчки (ты очень похожа на домашнего хомячка — такая же милая, когда улыбаешься) и пальцами пытаюсь заткнуть твой чёртов рот. Ведь если ты продолжишь так кричать, прижавшись к стенке, нас могут выгнать и оштрафовать. Нам ведь это ни к чему? Верно. Я хочу закончить, хочу трахать тебя вечность. Хочу твои сиськи, хочу твою задницу — и ты не против. Ты начинаешь посасывать их, но звук такой же громкий! Боже, я обожаю тебя за это. И знаете? К чёрту! Пусть она кричит, стонет, чтобы весь отдел её слышал. Пусть мотают себе на ус — ты моя, вся, и никто на свете не сможет тебя у меня отнять. Как минимум потому, что ты явно довольна тем, как я трахаю тебя, держа на весу твою ногу. Ты начинаешь кусать мои пальцы, а я лишь хочу вдалбливаться в твою кожу сильнее. Этого ты и добиваешься? Азартная сука. Я закрываю твой рот ладонью, сжимая его настолько сильно, насколько позволяет моя хватка. Мы кончаем. Вместе. Клянусь, будто вся жизнь пронеслась перед глазами. Ты начала трястись так, что чуть оба не свалились. ‎Я доволен. Лучший секс в моей жизни — и не последний. Ты меня не отпустишь. Тебе тоже очень понравилось — ты еле повернулась ко мне лицом и одарила меня поцелуем, означающим лишь одно: мы вместе, мы пара.