трехцветная кошка приносит удачу

Довольный щенок боролся с высокими сугробами на своем пути. А если и встревал по самые уши, то ему на подмогу всегда подбегал Чонвон, чтобы раскопать свой маленький клад. Сложно было не найти щенка в сугробах. Не столько из-за ярко-красного ошейника, сколько из-за окраса. Чонвон забрал бы Тишу, будь она даже чистого белоснежного цвета. Ему же повезло с тем, что весь щенок был черного цвета. Неважно, что он мечтал о самоеде. Платить за него крупную сумму вместо того, чтобы взять того, кто в нём сейчас больше всего нуждается — кощунство. «Сгоревший блинчик» — любимое второе прозвище, на которое Тиша уже начала откликаться, потому что звал ее любимый Чонвон. К Сонхуну же она относилась крайне подозрительно и подпускала к себе лишь на короткое время, прежде чем отдать предпочтение своему настоящему папе. Чонвон всегда смеялся, когда видел обиженную гримасу на красивом лице. Нет, ну а чего он ожидал? Что к нему сразу же привыкнут и побегут на ручки с распростертыми лапками? Нужно время подружиться. Может, высокие серьезные дяди просто не в приоритете у Тиши. Тем более, что Чонвон всегда улыбчивый и добрый, готовый свернуть хоть Эверест ради защиты и помощи своей малышке. Зато на день рождения решила сделать свой личный подарок. Наложила целую горку продуктов жизнедеятельности в сонхуновы ботинки, чего раньше она не делала ни разу. Зато именно в этот важный день, на двадцать девятый день рождения, решила сделать своеобразный сюрприз. Чонвон отмахнулся от такого проявления внимания тем, что она просто ревнует своего папу к какому-то двуногому. Чем это он может быть лучше Тиши? У нее вон даже три ноги есть в отличие от этого дядьки. В чем она не права? — Я надеюсь, что кошки не будут нападать на мою малышку, — Чонвон потрепал собачку за ушком, когда она снова медленно поковыляла вперед. — Твоя бабушка ведь не против? — Нет, она сама сказала, что хочет посмотреть на собаку, которую я решил завести, — Сонхун благополучно решил промолчать перед пожилой женщиной о том, что инициатива пошла даже не от него. — Кошки смогут посидеть и в спальне, если будут шалить. — Но ведь Вандер совсем не такая, — Чонвон говорил абсолютно уверенно, потому что чувствовал исключительное тепло и нежность от котенка. — Я не удивлюсь, если твоя бабушка сразу понравится Тише. — Да что со мной-то не так? — возмутился Сонхун от такой неслыханной наглости. — Просто чувствует, что ты дядя-врач в белом халате и с синими перчатками, — Чонвон подхватил на руки щенка и гордо понес сам. Скоро она станет еще больше, а носить взрослого лабрадора на своих руках ему будет намного тяжелее. Хотя учитывая невиданное упрямство, он обязательно будет носить даже несмотря на большой вес. То, что он решил взять девочку, ни капли не поможет в том, чтобы она была сильно легкой. Каково же будет ее разочарование, когда любимый папа будет кряхтеть как дед, когда будет поднимать сопротивляющуюся, но очень любвеобильную тушку. Вот тогда-то Тиша и вспомнит про существование Сонхуна. Но поезд уже ушел. Он не будет идти на поводу у капризной собаки. Чонвон сам ее разбаловал за то короткое время, что они пробыли вместе. — Я же не лезу со шприцем, — Сонхун закатил глаза и даже цокнул языком. Не без короткого смешка. — Я просто хочу подружиться. — Просто дай ей время. Она всё еще ребенок. Со временем поймет, какой алмаз постоянно пыталась закопать в какашках, — Чонвон же не терял свой оптимизм. Всё такой же простой и открытый со своими душевными травмами. Всё-таки не первый год на свете живет. Дорога до квартиры бабушки не составила много времени. Чонвон немного переживал и совершенно не имел представления, как ему стоит представиться. Самый оптимистичный вариант — друг. Но ведь сам ругал Сонхуна за то, что его так назвал. Парень? Так ведь неизвестно, как пожилая женщина среагирует на данную информацию. Вдруг откажется от своего осиротевшего внука, которому всё-таки нужен взрослый родитель. Оставить дело на выбор Сонхуна? Пиши пропало. Опять какую-то глупость сморозит. Чонвон вцепился ногтями в ладонь своей единственной опоры со всей силы и замер на месте, пока в его ногах ходила сосредоточенная Тиша. Она что-то активно вынюхивала в подъезде. — Ты чего? — тихо спросил Сонхун и всеми силами желал лишь ослабить эту крепкую хватку. — У меня сейчас кровь перестанет поступать в пальцы, Чонвон. — Как ты меня представишь? — сквозь зубы процедил он в ответ. Сам не понял, как перешел в состояние пассивной агрессии. — Скажи сейчас же. — Сам представишься. Отпусти ладонь, будь добр, — Сонхун слушал копошение по ту сторону, но, видимо, женщина просто смотрела в глазок, кого занесло к ее дверям. — Да сейчас, блять, — еще сильнее впился пальцами Чонвон. — Я не каждый день знакомлюсь с бабушкой моего парня. — С родителями бывшей жены охотнее знакомился? — Сонхун сам подключился к войне пассивной агрессии и цедил каждое новое слово через зубы. — Ты должен быть благодарен, что ее отец не пришиб меня на месте, — тихо шипел Чонвон и смотрел с широкой улыбкой на дверь. — Иначе никогда не узнал бы меня. — А вот нечего косячить перед мужчиной, чтобы по зубам не хотели дать, — в отместку Сонхун получил по коленке со всей силы. Откуда в нем столько силы, если он настолько тощий? Это же издевательство. — Блять, больно же. — Не матерись при бабушке, дурак. Страх перед неизвестным сковал тело Чонвона, что он даже забыл как дышать и шевелиться, когда дверь в квартиру открылась перед ними. Обе руки раскинул по бокам как солдат, сделав глубокий вдох. Сонхун потирал ушибленное место и тихо стонал от боли. Настолько сильно к нему приложился Чонвон. И за что? За то что нервничает? Почему тогда должен страдать другой парень?! — Сонхун? — несмотря на свой вид, разговаривала женщина крайне бодро. — Чего ты там скорчился? Хватит симулировать. Опять ты на жалость давишь. — Ты вообще-то моя бабушка, — одним лишь напором его смогла сбить маленькая собачка в ногах. — Ай! Сонхун был завален на спину Тишей, которая сразу же начала в извиняющемся тоне вылизывать его лицо. Как еще соседи не вышли на этот шум? Видимо, остались одни пенсионеры, которым мелодрамы по телевизору интереснее соседских разборок. Сила гравитации уже в который раз одолевает Сонхуна в неравной схватке. Но кто будет лгать? Он даже не сильно пытался оказать сопротивление. — Милый мой, а ты почему молчишь? — обратилась госпожа Чхве (неудивительно, что у дочери и внука была другая фамилия) к замершему Чонвону. Ни единого слова из себя так и не смог выдавить. Просто смотрел шокированными глазами вперед себя. Лицо скоро посинеет. — Я… Я… Ян Чонвон. Я встречаюсь с вашим внуком. У нас всё хорошо, всё супер. Только Сонхун начал в последнее время часто падать, а ещё его не воспринимают за хорошего человека, пока он в гражданской форме, а не в рабочем. И… И… У Чонвона аж перехватило дыхание. Лицо пожилой женщины расплылось в доброй улыбке после озвученных слов, будто она всё это время только и ждала, чтобы убедиться в благополучии личной жизни внука. Совсем не важно, какого пола будет его кавалер. Главное, чтобы его наконец-то кто-то полюбил и видел в нем партнера в длительной перспективе. — А собачка? — лицо женщины удивленно вытянулось, когда она вспомнила про еще одну гостью. — Тиша, ко мне, — щенок перестал атаковать лицо Сонхуна своей лаской и счастливо поковылял к своему настоящему и любимому хозяину. Чонвон с легкостью подхватил на руки щенка и поднес ближе к лицу пожилой женщины. К удивлению, на бабушку Тиша среагировала более радостно, чем на Сонхуна при первой встрече. По протянутой сухой и жилистой ладони радостно скользнул влажный розовый язычок. Собака крайне благоприятно восприняла новую знакомую. А в самой квартире Чонвон заприметил два бегающих длинных хвостика. Лаки и Вандер тоже вышли посмотреть на гостей, которые посмели потревожить их хозяюшку. Заранее пришлось даже принять таблетки от аллергии, чтобы не чихать от контакта с кошками. Хорошо, целовать в лобик обеих не станет. Сонхун подошел ближе к входной двери в ожидании, когда их впустят внутрь. Но, кажется, пожилой женщине нужно было чуть больше времени на близкое знакомство с маленькой Тишей. — Вандер, — Сонхун тихо прошмыгнул в квартиру и сразу же быстрым шагом подскочил к своей любимой Вандер, о которой заботился всё это время. — Моя ты хорошая. Лаки вздрогнула и резко двинулась с места, когда увидела угрозу в лице гостя. Она уже обустроилась в просторной квартире, так что новым лицам она была не шибко рада. Особенно Сонхуну, которого знала уже давно. Будто он был виновником её горькой участи. Что-то с этим нужно делать. Ну, ладно. Она еще молодая, так что у них будет достаточно времени подружиться. Вандер с радостью дала взять себя на руки и довольно замурчала, совсем не переживая о собаке в дверном проёме. Теперь понятно, кто любит его здесь больше всех. — Вандер, а ты знаешь, кто пришел к тебе в гости? — заговорщическим тоном спросил Сонхун. — Это же Тандер! Е-ей! — Кажется, о моем существовании уже совсем забыли, — Чонвон закатил глаза, когда наконец-то смог зайти в квартиру. Как бедный родственник он терся на месте и пытался понять, куда можно бросить свои вещи. Блять, Пак-дырявая бошка-Сонхун. Совсем на радостях забыл о гостинцах для бабушки и для кошечек. — Где пакет с продуктами? Ты в машине оставил? — Чонвон только сейчас опомнился, что они пришли с пустыми руками. — А… — Сонхун замер на месте вместе с Тишей, подошедшей на своих лапках познакомиться. — Ты вообще-то тоже из машины выходил. Мог и вспомнить. — Не раздражай меня! — возмутился Чонвон. Под тяжким взглядом кошачьих глаз Сонхун не смог выдавить из своих уст ни слова. А так хотелось еще пустить шуточку про его отношения с бывшей женой, хоть ничего толком о них и не знал. Если разошлись, то так и должно было быть. Нужно же было освободить свое сердце для отношений с Сонхуном. Он бы не смог долго ходить в статусе любовника. Либо взыграла совесть, либо желание официально заявить о романе. — Ладно, не расслабляйся. Сходим до машины так, — Чонвон снова направился к двери. — Госпожа Пак, мы еще вернемся. — А Тиша? — удивлённо спросила женщина, когда щенка даже не планировали с собой брать. — Останется с вами пока что. Мы ненадолго, — Чонвон выпорхнул из квартиры первым, будто сейчас на улице +20 градусов по Цельсию и он как в детстве побежит гулять с ребятами до поздней ночи. В пакете, который они оба благополучно оставили в машине, помимо торта и закусок, лежал и подарок для Сонхуна. Зато появится идеальный момент подарить в скромной и тихой обстановке. Скромно, конечно, но отражает чувства Чонвона и его искренность. Хоть сам он еще ни разу не сказал про свою глубокую любовь. Причин не говорить этого не существует. Причин сказать тоже нет, потому что нужно в первую очередь доказывать это действиями. Чонвон медленно плелся бок о бок с Сонхуном по улице, смотря себе под ноги. Снег приятно хрустел под ногами, но также там был и обман: одно неверное движение и можно со всей силы поцеловать задницей лед. Только вот набивать шишки на заднице совсем не хотелось. Никто другой не понимал, каково это, кроме как Сонхун. Что-то ему совсем не везет в холодную пору, когда он сам является декабрьским парнем. Неожиданный нежный жест — Сонхун забрал болтающуюся в воздухе покрасневшую от холода ладонь, переплел их пальцы и сложил в свой карман как ни в чем не бывало. Очень мило. Совсем недавно они еще нападали друг на друга с пассивной агрессией, а сейчас снова льнут друг к другу с любовью. Чонвон хорошо усвоил одну вещь. Не тот факт, что Сонхун менее решительный человек. Не тот факт, что он еще может глупость какую-то сморозить. Его война с силой притяжения. Не предвещающему беды бедолаге прилетел удар сбоку. Только Чонвон не учел, что за его руку держались до сих пор так же крепко. Громко вскрикнув, Сонхун полетел в сугроб. Соответственно, горит сарай — гори и хата. Чонвон упал в сугроб следом за ним с писком. Блять, а вот этот вариант совсем не рассматривался. — Опять я поскользнулся и упал, — пробормотал Сонхун. Нулевые подозрения на другого парня, поспособствовавшему падению. — Как по мне, самое больше притяжение у меня только к тебе. — Маленькие тела всегда притягиваются к большим телам. Учил же физику? — Чонвон оставил короткий поцелуй на кончике носа и рассмеялся. — Вместе будем болеть? Хотя смысл использовать угрозу, которая еще ни разу не сработала? — Давно я не был на больничном, — Сонхун даже призадумался на пару минут, расценивая свое финансовое положение при таком исходе. — Ты же обо мне ещё не заботился. — Так ты тоже обо мне не заботился, когда у меня была лихорадка, — без особого желания Чонвон освободил свою ладонь и медленно поднялся с Сонхуна, а вместе с тем и из сугроба. — Я к тебе и не напрашивался в гости, — сам из кучи снега выбрался, так еще и решил помочь отряхнуть брюки. — Мы были знакомы целое ничего. — Ну, ничего. Я на тебе еще отыграюсь, — недовольно проворчал Чонвон, возвращаясь к вытоптанному маршруту к машине. Идти и иногда ехидничать в сторону друг друга казалось чем-то обыденным, будто они встречаются уже целую вечность. Скоро ещё начнут обсуждать капризное поведение своего маленького подростка. По возрасту вполне годится им в дочери. Чонвон и представить себе не мог, что будет так комфортно и легко. Вообще-то в расчет было взято и то, что они даже не помирятся. Сонхун, например, не осмелится взять инициативу в свои руки и даже не попытается побороться с Джеем за свое маленькое счастье. Чонвону было легко на душе. Собственное эго щекотало удовлетворение от знания, что его любят. Главное, чтобы Сонхун больше не стеснялся проявлять свои чувства. Взрослый мужчина, в конце-то концов! Коим и сам являлся Чонвон в данный момент времени. Что бы делал Сонхун, если бы ему прилетела информация, что он переспал с малолеткой? Он бы точно бросился в бега, но плюхнулся на первом же повороте, где его бы и смогли повязать грозные дяди в форме. Чонвон, к счастью, был уже достаточно взрослым, чтобы вести половую жизнь со всеми такими же зрелыми людьми. Как раз Сонхун под руку подвернулся. Хорошо, что удастся посмотреть на его удивленное лицо, когда он увидит свой подарок на день рождения. Это, конечно, не развратный костюм для сексуальных утех, но тоже сойдет. Нет, Чонвон бы даже под взгляд, полный мольбы, не стал надевать полный разврат. Зато с радостью бы предложил примерить Сонхуну, если ему захотелось какого-то разнообразия в половой жизни. Может, попозже и подумает. Явно не сейчас, когда у него другая цель и подарок направлен на другое. — Сядь со мной на заднее сидение, — Чонвон забрался в салон машины в ожидании, когда к нему присоединится Сонхун. — Зачем? Пакет не такой уж и тяжелый. — Просто хочу с тобой поцеловаться на заднем сидении. Это же романтично, — слова Чонвона прозвучали как будто в пустоту, потому что реакции никакой не было. — Так… Сонхуна слушать никто не планировал. Вместо повторения ответа Чонвон просто вжал Сонхуна в сидение автомобиля, жадно целуя его в ответ. Уже по привычке ладони поползли по стройной талии, прижимая ближе к себе. Им просто нужно еще немного личного времени наедине. Тише постоянно нужны внимание и забота, из-за чего у них практически не оставалось времени остаться наедине и просто банально пообжиматься. А сейчас, в тесном салоне автомобиля, у них было достаточно времени для друг друга. Им требуется еще несколько минут поцелуев, чтобы наконец-то отлипнуть, чего Чонвон желал меньше всего. Так бы и остался сидеть на заднем сидении рядом с Сонхуном, просто слушая его сбивчивое тяжелое дыхание. Тем более так приятно ощущать прикосновения его больших ладоней по своему телу. — У меня для тебя есть подарок, — с трудом прошептал Чонвон, пока его тело сгорало от нетерпения. — Мы же не будем заниматься сексом в машине? — все их движения будто только к этому и вели. — Дурак. Об одном и думаешь, — Чонвон несильно хлопнул по плечу в ответ и потянулся за содержимым пакета. — Подержи торт. — У тебя еще один торт есть? — с невозмутимым видом поинтересовался Сонхун. — Нет. На твоих бедрах неудобно сидеть, чтоб ты знал. Набери уже мышечную массу, — пробурчал Чонвон. На самом дне пакета лежала небольшая коробочка. — Это, конечно, не предложение руки и сердца, но, надеюсь, будет иметь для тебя хоть какое-то значение. — Твои сюрпризы всегда будут значимы для меня, — Сонхун уперся носом в чужой подбородок и хихикнул. — Что там? — Отдай торт и возьми коробочку, — в небольшом пространстве между ними было неудобно много шевелиться. Так и торт упадет на заднее сидение. — Другого времени и места для этого не нашлось? — сетовал Сонхун. У них было целое свободное утро в постели, когда между ними единственной преградой была активная и шумная Тиша. У них было достаточно времени во время поездки до бабушки. В то же время была в этой обстановке особая интимность. Даже ближе, чем когда они голые лежали вместе в одной постели под одеялом. Точно! Нужно еще прикупить себе отдельное белье и покрывало, потому что по ночам неприятно просыпаться от холода с голой задницей. Коробочка маленькая. Значит, в ней скрыто что-то другое. Лучше бы там был новый комплект постельного белья, о котором Сонхун благополучно забывает уже не первую неделю. И даже не месяц. — Что это тут у нас, — крышка от коробочки оказалась в другом месте, когда лицо озарило удивление и восторг. Будто ему только что принесли на десятый день рождения щеночка в качестве подарка. Только вот там был обычный металл, который только хранит воспоминания, а не создает их вместе с хозяином. — Это что… Кольцо? — удивился Сонхун. Чонвон не хотел раскрывать правду, как он добыл размер пальца. Всего-то лишь нужно было на короткий промежуток времени выкрасть старую безделушку, которую Сонхун периодически надевал, периодически снимал. В основном даже не носил, а хранил в безопасном месте дома. Конечно, он удивился пропаже и даже тщательно рылся в своих вещах в поисках аксессуара. Но так ничего раздобыть не смог. Оно и не мудрено. Чонвон просто на небольшой промежуток времени отнес к ювелиру, который смог бы за короткий срок из существующих материалов изготовить особенную вещь, которая могла бы ассоциироваться только с Чонвоном. — V значит Vендетта, — хихикнул Сонхун, рассматривая на кольце особо крупную букву, выложенную из ярких камней. — О, даже глазки у котика и собачки с камнями. — Я зря что ли вложил в подарок деньги? — фальшивый обиженный тон, чтобы сразу же получить в выпяченные от досады губы поцелуй. — Тебе не нравится? — Мне очень нравится. Это самый лучший подарок на мой день рождения, — Сонхун внимательно рассматривал небольшой аксессуар. — Ты же не отдал под него мое кольцо? — Что за вздор! — возмутился Чонвон, хотя без него тоже не обошлось. — Я просто брал его, чтобы с размером не прогадать. Будешь теперь как арабский шейх ходить в украшениях. — Прости, но тогда эту роль придется отдать тебе. Осталось только накопить на украшения. До февраля у него еще будет время, чтобы придумать аналогичный подарок в ответ. Что-то символичное, что показывало бы их как пару. Можно даже без росписи в ЗАГСе ходить как гордая женатая парочка, отдавшая трех своих детей на воспитание бабушки, чтобы «строить свою карьеру и заниматься образованием без груза в виде детей». Второе высшее тоже можно успеть получить, хоть оба и не стремились к этому. — Ладно, я тебя обманул, — Чонвон внутренне сжался, готовый к любому повороту событий в этой ситуации. — Что же ты мне такого лживого сказал? — напряженно спросил Чонвон. В голове уже поплыли картинки разных вариантов, где мог таиться обман. — Мой лучший подарок на день рождения — ты. Даже если ты родился позже и совсем не на мой день рождения. От сердца что-то отлегло. С такими шуточками и до тридцати можно не дожить. Особенно учитывая то, как они оба открылись с новой стороны друг перед другом. Чонвону приятно грели сердце слова Сонхуна. Будто тот залез внутрь него и подбрасывает поленья в камин эмоций и добавляет для усиления пламени. О своем дне рождения он совсем не думал. Да, надеялся на хоть какой-то скромный подарок. Может, даже вторую собачку, чтобы они могли радоваться и играть вместе, когда хозяев нет. Того самого пушистого белого самоеда, от которого по всему дому будет шерсть. Трехцветная кошка, спасенная Сонхуном, принесла с собой на хвосте не только удачу. Но и счастье, любовь и много приключений на будущее.