Правила игры

Когда отец уехал, Кирилл вспомнил важную деталь. Разговор с Сашей у клуба.  Чёрт. Он же хотел попросить отца о помощи. Чтобы их отмазали. Чтобы он заплатил.  Согласится ли отец сейчас? Скорее нет, чем да. Он и так не одобрил его «союз» с Сашей. Что будет, если Сергей Сергеевич узнает о том, что Кирилл набил морду за неё, и сам же это прилетел в ментовку? Но он же в конце концов всё ещё его сын, правильно? Единственный ребёнок. Единственный наследник. И единственный, кто потенциально может произвести на свет внуков.  Звонок дался Кириллу трудно. Он наворачивал круги по своей квартире, переставлял вещи с одного места на другое, чиркал листок бумаги, рисуя там замысловатые узоры отдалённо напоминающие буквы «К», «А» и «В». Казанцева Александра Вадимовна.  Отец сначала слушал его спокойно. Потом пришёл в ярость — что, в целом, не удивительно. Затем снова продолжал слушать, пытаясь понять, что сын хочет от него. Выслушав его требования, отец тяжело вздохнул. Кирилл когда-нибудь доведёт его до седины.  — Я попробую, — сказал Сергей Сергеевич в конце разговора. Кирилл облегчённо выдохнул. — Но ты же понимаешь, что у всего есть своя цена.  И снова бабки.  — И какая же цена для спасения твоего сына? — спросил Кирилл.  Бросить Сашу? Бред, он же не маленький. Сам решит.  Бросить хоккей? Вполне похоже на отца. Но и Кирилл был из упрямых. Он продолжит играть назло.  Какой-то замысловатый ультиматум? Скорее всего.  — Такая ситуация в первый и последний раз, — строго сказал отец.  Всего лишь? — И всё? — уточнил Кирилл. Это было как-то странно.  — А, ну и давай для профилактики в этом месяце ты сам за квартиру заплатишь. Чтобы меньше по клубам шастал.  Кирилл прикрыл глаза, пытаясь представить, сколько это будет стоить. Сколько вообще отец платит за эту квартиру? Двушка с современным ремонтом и со всеми удобствами, в центре их горда. Тридцать тысяч? Возможно. А коммуналка? Он даже не знал, сколько кубометров воды он тратит за месяц. Про цену за один кубометр он даже не задумывался. А электричество? У него постоянно горит свет. Это же тоже дорого выходит? А интернет? Домофон? А Саша… Сашу хотелось радовать. Цветочки, кафе всякие, украшения, которые она любит. Это тоже деньги. А ещё послезавтра 14 февраля. Этот долбанный праздник, на который ей хотелось подарить хотя бы букетик. Может, уже не пионов. Но хоть что-то.  — Ладно, — выдавил из себя Кирилл. Придётся всё-таки учиться финансовой грамотности.  — Не слышу энтузиазма в твоём голосе, — сказал отец.  Попрощавшись, отец положил трубку.  Кирилл начал думать. Не об отце, а о Саше. Что она любит. И что он вообще о ней знает.  Ей двадцать. Из Питера. Живёт с отцом. Модель. Учится на дизайнера. Не девственница, значит, всё-таки встречалась с кем-то. Если расстались, то ключик к ней так и не смогли подобрать. А он хотел. Хотел найти тот золотой ключик, который откроет дверь в её мир.  Когда у неё день рождения? Осенью? Зимой? Она переехала, когда ей уже было двадцать? Или ей стукнуло двадцать, когда она жила с отцом? Она любит золото или серебро? А что именно? Кольца, браслеты, подвески, серьги, цепочки? Комплектами или по отдельности? Поступила на дизайнера… Любила рисовать? Ходила в художку? Или просто талант? От кого? От матери или от отца? Вопросов слишком много. А ответов ничтожно мало. Выхода было два.  Первый: посмотреть её социальные сети, где информации вообще не было. Ни даты рождения, ничего.  Второй: позвонить ей. Раньше бы Кирилл отмёл эту затею. Но сейчас. Сейчас она казалось уместной. Время десять вечера, и Саша наверняка ещё не спит.  — Алло? — её голос раздался в трубке, когда она ответила на звонок. Немного хриплый и вязкий. Как будто она выпила.  — Что ты любишь? — сразу сходу спросил Кирилл.  Саша от такого вопроса села на кровати. Что она любит?  — Спать, — сказала она, не раздумывая.  — А если что-то более материальное? — уточнил Кирилл.  — А тебе зачем? — насторожилась Саша.  — Сань, ответь, пожалуйста, — попросил он.  — Деньги, — бросила Казанцева.  Она сама понятия не имела, что любила. Любила покушать вкусно с минимумом калорий. Поспать. Пионы. И как будто бы всё.  Подсознательно мозг подкинул опцию «Кирилл», но Саша её мигом отмела. Пока рано. Пусть заслужит её любви.  — Хорошо, — бросил Егоров, перед тем как положить трубку.  Его идея потерпела полный крах.  Но на ум взамен пришла другая мысль. Составить обычный опросник и скинуть ей ссылку. Пусть напишет всё конкретно, а он потом прочитает.  На составление опросника ушло полтора часа. Кирилл кропотливо выбирал вопросы, старался делать формулировки понятнее — хотя Саша не была дурой. Отправив ссылку он захлопнул ноутбук и отбросил телефон подальше от себя. Будто тринадцатилетний школьник, который пишет девчонке. 

***

Саша скептично отнеслась к отправленной ссылке. Им что, по пятнадцать лет, чтобы заполнять анкеты? Сначала она отвечала нехотя, но затем вошла во вкус.  «Если не пионы, то какие любимые цветы?» Гипсофилы.  «Сколько парней было?» Не считая Егорова, два.  «Со сколькими спала?» А вот это уже походило на допрос ревнивого парня. Хотя, наблюдая за Егоровым, когда он был в отношениях с Лизой… Это было ожидаемо.  С одним. Со вторым.  «Серебро или золото?» Серебро. В золоте как цыганка.  «Дата рождения?» Вопрос стоял в самом конце, как будто бы добавленный ради приличия. Саша быстро напечатала «21.11.2003». И добавила «Я скорпион, если что :)». Зная сколько вопросов насчёт её знака зодиака вызывает дата рождения.  Кирилл прикинул. Разница полгода. Почти неощутимая. Они оба третьекурсники. Иногда пересекались на потоковых лекциях. Но Саша… Саша казалась старше. Лет на пять минимум. По мышлению, по манере речи, по умению действовать в критических ситуациях.  А ещё Кирилл получил свой ответ на вопрос. Двадцать ей исполнилось уже после переезда.  Этот опросник дал ему всё. Ключ к ней.  Да, это было нечестно. Но это был единственный выход.  А Саше… Саше это понравилось. Вспоминать, что она любит. Не потому что надо любить. А потому что это было хо-ро-шо.