Клан Лорда Катона

Азулон родился в семье простых обывателей проживающих в деревне скртытого листа. К сожалению из-за недостатка денег старшие члены семьи умерли в следствие чего ребенок попал в обычный приют. Жизнь в детском доме была для Азулона сложна, но вместе с тем и заставляла в нужные моменты проявлять гордость и смотреть опоненту в глаза с искрами из глаз и резким словом, а в другие точным ударом детским кулачком в такое же детское лицо. Все изменилось когда в разборки, действительно челяди из приютов которые по взраслению станут в большинстве случаев разнорабочими, влезли клановые дети. Азулон не был глупым, а наоборот довольно смышленным, просто без какого бы ни было обучения, не считая базового читать/считать/писать. И ему хватило вражденного ума чтобы понять уровень между ним, просто уверенным в себе мальчишкой, и детьми с клановым обучением. Поза, взгляд, мелкая моторика тела, слова, что они говорили им, как они говорили, каким голосом. Вроде бы просто попросили разойтись, но... Азулон любил читать, полезно увеличивать свой словарный запас, но он не смог бы так составить слова, что без единого оскорбительного слова втоптать в гумус настолько глубоко, что гордость трещала по швам. Но выдержала. Он ушел под сильным впечетлением, мякго говоря. Начиная с того момента Азулон стал часто думать на одну и ту же тему. Как стать таким же? По началу он даже не думал в сторону становления шиноби, но чем дальше уходили его думы тем ярче становилась мысль: "Без. Силы. Ты. Беспомощен." Начинал он с простого, с денег. Он видел детей очень богатых торговцев, конечно они не внушали такой трепет, как от детей клановых шиноби, хотя бы из-за шарообразной комплекции, но все же они могли себе это позволить, ведь их торговые дома выгодны всем и никто не захочет с ними враждовать... кроме конкурентов, которые могут просто заказать голову торговца шиноби. Конечно, никто не отменял охрану из тех же ниндзя, но отобьются раз, два, три и на четвертый врагов будет больше и они убьют охрану или просто как-то изощренно достанут самого торговца. Минус вариант. Стать кем-то востребованым? Не тот уровень. Поровняться с кем-то с длинной фамилией, например из гос. аппарата? А кто он такой? Просто сирота без роду и племени. Да даже если и выйдет и он сможет вскружить голову дочке кого-то важного, он уверен, найдётся кто-то кто устроит ему очень несчастный случай. Так он и пришел к выводу, что стать шиноби и создать свой клан является единственным способом стать великим и вседозволенным, прямо как тем детям из великих кланов. И с этой мысли началась новая веха в жизни Азулона, что пока фамилии не имеет. В своем пятилетнем возрасте он был не плохо развит, как для ребенка, частые драки хороший к тому стимул, а богатво Страны Огня в целом и Конохи в частности давали даже самым плохим приютам достаточно еды и воды. Раньше Азулон не тренировался сверх необходимого в приюте, но начал это делать много больше всех детей, возможно даже вместе взятых. Воспитатели не могли не заметить активную деятельность своего подопечного и спросили для чего он тренируется, узнав же лишь о желании стать шиноби, обрадовали его, что все дети проходят проверку потенциала в шестилетнем возрасте. Азулон после подобной информации лишь сильнее стал заниматься своим телом. Конечно детские тела простых людей не предрасположенных к использованию чакры такого бы не выдержали, что лишь подвердило наличие предрасположенности у Азулона к становлению шиноби. Но не телом едины. Мальчишка также продолжал двигаться в сторону кланового воспитания, библиотеки же в Конохе были и книги по клановому этикету также присутствовали, да и не только этикет но и книги по истории кланов, деревень шиноби и частично, обобщенно клановое воспитание, в котором были на первый взгляд малополезные для шиноби навыки такие как: каллиграфия, для усидчивости и терпения, рисование пейзажей с условием, что на сам пейзаж можно глянуть лишь раз, память, танцы для развития гибкости тела и чувства локтя. И из самых доступных и дающих результат, Азулон выбрал танцы, ведь десткую гибкость нужно сохронять и развивать, все те кто думал слишком громко о том, что танцы для девчонок получали снисходительный взгляд и слова о глупых коноховских мальчиках. Так продолжалось в течении года, пока его и других приютских одногодок не отправили на медицинское обследование. Уже шестилетний Азулон сильно выделялся среди толпы своих сверстников, в том числе и тех детей, что пришли в госпиталь из элитных приютов, в которые попадают только дети шиноби. Когда остальные как бы то ни было показывали признаки стресса, Азулон был спокоен... внешне, все таки года не достаточно, чтобы сирота простых людей стал действительно гордым аристократом, но внешне выглядел... хорошо, детям много не надо и они бы вряд-ли нашли разницу в Азулоне и настоящем клановом мальчишке, а взрослые просто умилялись такой картине, редко когда детдомовец имеет цель стать местным аристократом и действительно неплохо делает вид своей элитарности. И вот настала его очередь к осмотру. Азулон разделся, лег на кушетку к нему подключили неизвестного строения приборы и затаив дыхание начал ждать вердикта. Итоги его... огорчили. Да, чакра была, но общий потенциал и её количество имеют неприятную для эго оценку "Ниже среднего". Ирьенины же наоборот начали успокаивать ребенка, ведь такой результат для ребенка простых людей, это хорошие перспективы к спокойной службе генином или даже чунином. Но молодому ученику академии было плевать на эти пустые слова, что лишь растягивали время избиения самого себя. Ведь как же? Мало чакры > мало силы > мало возможностей. Простая логика с которой мальчи... юноша не собирался мириться. По возвращению детей в приют, директор уведомил Азулона, что его как возможного ученика академии шиноби переведут в более подходящие место. Таким образом через некоторое время юношу переселили в детский дом для детей погибших шиноби. Первым, что бросалось в глаза так это явно большее финансирование, количество воспитателей и самое важное, периодически в приют приглашают шиноби, в основном такие же сироты, только уже ставшие шиноби. Конечно они не давали ничего более ведения и наблюдения за физическим развитием детей, а также пропоганды Воли Огня, но и это лучше чем ничего. Вторым главным отличием лично для Азулона было то, что сироты продолжают проживать в приюте и во время обучения в академии. То есть можно подружиться с учеником академии продивающем в детском доме и начать учиться раньше. Азулон неплохо мог налаживать контакты, что со сверстниками, что с детьми постарше, что помладше. Началось все с простого общения со всем населением приюта, даже время тренировок было уменьшено, ведь награда за труд была приоритетней, пропущенных часов тренировок. Так Азулон зарекомендовал себя хорошо воспитанным и старательным ребенком в новом коллективе, в том числе и показал свое желание стать шиноби. В один из дней Азулон начал активно разговаривать с учеником 2 курса академии шиноби – Тесу Рай. С его слов он был отличником в классе 2С, то есть класс для детей "ниже среднего", что как раз подходит для аккуратного сбора знаний до начала учебы. Началось все с заведомо неправильных слов о шиноби в целом и учениках академии в частности, ребенок не мог упустить возможности поправить "глупого" сироту, что в свою очередь вызвало "детский интерес" и более хорошие вопросы. В похожем ключе прошло чуть больше недели и уже начались вопросы о том как пробудить, использовать чакру, но Рей не желал говорить об этом, мотивировав свою упертость заботой о молодом поколении, ведь "Азулон-чан может навредить себе". Пришлось прибегать к хитрости. У Азулона все ещё оставались недображелатели, с которыми можно было встретиться случайно начать конфликт и назначить стрелку, и о какое совпадение рядом с местом встречи, его новый друг постоянно именно в это время возвращается с уроков и именно в момент самого разгара потасовки нужно начать поддаваться, и когда он почти начал заваливатся на землю, появился Рей и всех побил и спас своего друга. По пути обратно в приют Азулон, говорил о том, что будь у него хотя бы минимальные знания он бы не оказался в такой ситуации, да и вдохновившись примером сенпая, тоже станет защищать слабых. Рей в конце концов согласился рассказать о чакре и о том как её пробудить. Тесу говорил о отстранении от реальности, заглядывания во внутрь себя через медитации и прощупывании собственного внутреннего огня и постепенному взятию его под контроль и прогону по чакроканалам. Этого было достаточно для Азулона. На все ушло около месяца, времени до нового набора детей в академию осталось 11 месяцев. Тренировки по открытию чакры проходили... плохо, Азулону хватало осознания своего положения вчерашнего деревенщины и понимания, что именно с чакрой у него будут проблемы относительно потомственных или клановых ниндзя, поэтому нужен другой подход. Азулон начал пытаться ощутить чакру в движении, в танце если быть точным. Его логика была проста, обычные медитации должы помочь найти источник чакры в спокойном состоянии, но его источник слишком маленький в спокойном состоянии, поэтому он пытался войти в себя в движении заставляя организм инстинктивно использовать капли, еще не пробужденной энергии. И чем сильнее Азулон уставал тем сильнее тело будет искать ресурсы для тренировки в том числе и не активные и именно этот момент нужно ощутить и закрепить. И при таком методе результаты появились спустя несколько недель интенсивных тренировок, заместо нескольких месяцев сидения на месте, он уже начал чувствовать чакру с самого начала тренировки, но все ещё чего-то не хватает, резкости, давления... не ясно. В таких тренировках прошло 2 месяца. Была зима, холодно, зябко, влажно, поэтому на тренировочным месте, поляна в лесу, был разведен костер вокруг которого и проходила тренировка активной медитации, несколько часов к ряду Азулон только и делал, пытался расшевелить свой источник чакры, но все еще чакра внутри очага не поддавалась даже в самые жесткие нагрузки для детского организма. Время отдыха наступило и Азулон стал отогреваться и отдыхать после много часовых танцев с бубном вокруг костра. Дыхание его было мощным, словно хотел забрать тепло у костра, сам огонь поворачивал в его сторону, пока он не почувствовал... что-то. Это было словно он вечно дышал чем-то не тем, но лишь сделав вдох эм... правильного воздуха, как что-то внутри него изменилось. Всего на сотую долю процента от нормы, но изменилось причем в лучшую сторону. Азулон попытался повторить тот вдох и... он начал дышать словно силы возращались быстрее и... качественней? Не понятно. Спустя всего час он восстановился достаточно для продолжения тренировки, но с новым условием, нужно правильно дышать. И лишь спустя несколько часов источник чакры смог поддаваться и пойти по воле хозяина энергии, силы словно и были потрачены на многочасовую тренировку на холоде, а ощущения словно огня внутри тела не позволяло остановиться еще около часа и лишь после он потушил костер и начал возвращаться в приют. Все время до начала нового учебного года Азулон только и делал, что совершенствовался, другие дети из приюта его не волновали, никак надежные друзья, никак серьёзные противники. Помимо тренировок тела он не забывал и о умственных способностях, так что в библиотеке он был не частым но постоянным поситителем, предпочтение Азулон отдавал все таки телу. И вот настал тот миг ради которого Азулон рвал жилы. Поступление в академию шиноби. Толпы детей, семей и членов кланов. Все переговариваются, гомонят, говорят пожелания успешного распределения по классам, старшие поддерживают младших, но все смолкли при появлении одной фигуры. Тень огня 3 поколения. Хирузен Сарутоби. О да, он умел производить впечатление, при первом взляде добрый мудрый правитель, но если присмотреться даже по факту просто гражданский Азулон видел скрытую мощь. Речь Третьего была коротка, но вдохновляющая. Началось распределение. Оно проходило с помощью некого инструмента определяющего нынешний уровень чакры и по проявившемуся цвету проверяющие отправляли к соответствующим классным руководителям. Азулон к сожалению или счастью попал в класс 1С, второй с конца из 4 имеющихся, А, Б, С, D. Теперь у него 5 лет чтобы стать шиноби, заработать репутацию, обрести знакомства и друзей. Он ведь будующий глава своего клана, он должен думать не только о силе, но и о других полезных инструментах.