Строптивая

Переход между лагерями затянулся. Сначала рыцари были вынуждены переждать грозу в случайно встретившейся им по пути пещере, где провели несколько ночей в промокшей до нитки амуниции, не имея возможности развести нормальный огонь. После на них напали придорожные бандиты, явно ничего не знавшие о тех, на кого нападают. Разобраться с ними не составило труда, но эта стычка отняла последние силы у и так измотанных людей. Дойти до следующего лагеря с парой больных и раненых было бы настоящей пыткой, потому когда Варка заметил на горизонте поместье средних размеров, надежда на крышу над головой придала ему сил. Приближаясь, магистр смог разглядеть сам дом. Было видно, что строили его давно, но на совесть — каменная кладка выглядела мощной и незыблемой, несмотря на потёртость. Окружали усадьбу несколько ухоженных рядов виноградников. Из-за них Варка не сразу заметил на подходах к дому девушку в простом, выцветшем от солнца платье, с убранными в небрежную косу волосами цвета спелой пшеницы. Она поливала из деревянного кувшина небольшую цветочную клумбу у крыльца, движения её были скупыми и уставшими. Вероятно, одна из служанок. Приближение отряда в потёртых плащах  не могло остаться незамеченным. Девушка подняла взгляд с земли, поставила кувшин на ступеньку и выпрямилась, утирая тыльной стороной ладони пот со лба. Её взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по измученным лицам рыцарей, задержался на груженой поклаже, и наконец упёрся в Варку. Ни страха, ни любопытства, лишь настороженная усталость. Варка вскинул руку, приказывая отряду остановиться, и подошёл ближе, оставив между собой и девушкой шагов пять. Пахло нагретой землёй, полынью и влажной глиной от недавнего полива. —Мир вашему дому.— поприветствовал он, голос звучал хрипло от усталости, но сохранял силу. Теперь он мог рассмотреть её лучше: тонкие, упрямо сжатые губы, под тонкой кожей щек лёгкий румянец от работы. Но взгляд… взгляд был холодным и расчётливым, слишком острым для простой прислуги. —Могу я поговорить с хозяином поместья? Девушка бросила взгляд на дверь дома, но её поза оставалась закрытой, почти враждебной. —Ему сейчас нездоровится. Чем могу помочь? —Я прошу дать мне и моему отряду кров на несколько дней. Мы измотаны погодой и дорожными бандитами. Боюсь, без отдыха мы не дойдём до следующего лагеря. Его слова заставили её едва заметно поморщиться. Губы сжались ещё крепче, а взгляд ушёл куда-то в сторону, к виноградникам, будто она мысленно подсчитывала убытки. —Карина, с кем ты тут говоришь? Дверь в дом отворилась, и на пороге показался мужчина средних лет, худощавый, с добрым, но осунувшимся лицом. Накинутый на плечи поношенный камзол сидел на нём мешковато. Он оглядел Варку с ног до головы, перевёл глаза на дочь, потом на молчаливый отряд в двадцати метрах, и снова на Варку. Его взгляд едва заметно смягчился.  —Отец, врач же запретил тебе вставать.— голос Карины прозвучал резко, с беспокойством, в котором тут же утонула прежняя холодность. Мужчина лишь отмахнулся слабым жестом. Значит, дочка, мгновенно сообразил Варка. А не служанка. Тогда почему она одна тут за работой? —Господин, меня зовут Варка. Я магистр Ордо Фавониус. Смиренно прошу вас дать мне и моему отряду кров на несколько дней.— повторил он, уже обращаясь к хозяину. Этот человек выглядел в разы сговорчивее своей дочери, а значит, добиться его расположения будет легче. Лицо мужчины озарилось слабой, но тёплой улыбкой. В его взгляде вспыхнул огонёк, похожий на облегчение. —Рыцари Ордо Фавониус… Далеко же вас занесла судьба от стен Мондштадта. Конечно, я дам вам кров. Но прошу простить, моё поместье ныне не так богато, как хотелось бы. Часть ваших людей мы разместим в главном доме, часть же в старом флигеле. Он пустует, но крыша цела. —Но, отец!— воскликнула Карина, обернувшись к нему. Её глаза, широко распахнутые, отражали не просто удивление, а настоящую панику. —У нас и своих-то зимних запасов в обрез! Мы не сможем прокормить такой отряд! Если уж принимать, то возьми с них хотя бы плату за хлеб и кров! Её слова, высказанные с прямой, неженской суровостью, повисли в воздухе. Теперь картина стала окончательно ясна: прислуги здесь не было вовсе. Всё хозяйство лежало на её плечах, и её отчаяние было весьма понятно. Хозяин покачал головой, и его взгляд стал твёрже, обращённый к дочери. —Зимние запасы пополним. А насчёт денег… Ты же знаешь историю. Знаешь, как рыцари Фавониуса когда-то спасли от гибели твою бабку и ее дочь. Настало и наше время помочь. Долг чести это не пустой звук, Карина.— он снова повернулся к Варке, и в его глазах читалась непоколебимая решимость, контрастирующая с хрупким телом.—Введите ваших людей, магистр. Вы теперь наши гости. Карина, проводи их, распорядись насчёт помещений. И принеси из погреба оставшееся вино. Гости должны быть встречены по достоинству. Карина в безмолвном ужасе закрыла лицо руками, её плечи на мгновение сникли под тяжестью этого решения. Потом она резко опустила руки, взгляд её стал остекленевшим, отстранённым. Она кивнула, не глядя ни на отца, ни на Варку. —Как прикажете, отец.— процедила она сквозь зубы глухо, и в этих словах прозвучала вся её загнанная ярость и покорность судьбе. —Прошу, господин магистр, за мной. Она повернулась и пошла к дому, её прямая спина говорила о поражении куда красноречивее любых слов. Варка же, кивнув хозяину в благодарность, сделал знак отряду следовать. Проходя мимо девушки, он уловил лёгкий, едва заметный запах лаванды, а затем заглянул в её уставшие глаза и понял, что его долг только что удвоился: теперь он должен был не просто найти кров, но и не сломать хрупкий мир, державшийся на упрямстве больного старика и усталых руках его дочери. Подвал встретил её сырой прохладой, спасающей от летней жары. Карина, спускаясь по скрипучим ступеням, уже чувствовала тяжесть предстоящей работы. Две бочки, полные молодого вина, стояли у дальней стены неподъемным грузом. Одно дело их сюда спустить, другое - поднять.  Подходя к бочке она вздохнула и попыталась наклонить первую, упираясь в неё всем весом, стараясь не уронить её и не расколоть. Дуб жалобно скрипнул, бочка поддалась, стала медленно опускаться на бок, пока руки девушки изо всех сил старались её не уронить. Пыль взметнулась в воздух. Карина отпрянула, вытирая потный лоб и начиная катить бочку к выходу. В этот момент на ступенях скрипнула доска, и в подвал шагнул Варка, мгновенно заполнив собой тесное пространство. —Нужна помощь?— спросил он просто, без привычной шутливости в голосе. Карина даже не подняла на него взгляд, продолжая катить к лестнице бочку. —Не нужна. Я сама прекрасно справляюсь с тем, что сама же и затеяла.— её слова повисли в сыром воздухе. Варка промолчал пару секунд. —Твой отец просил подать вино. Это не твоя прихоть. И не моя.— он сделал шаг вперёд, и его тень легла на бочку и на нее саму.—Давай я подниму, а ты покажешь, куда нести. —А вы уверены, что у вас хватит сил, господин магистр?— язвительно бросила она, наконец глядя на него.—Вас же, кажется, донимают последствия стычки с теми жалкими бандитами. Не надорвётесь? Он посмотрел на неё своим тяжёлым, понимающим взглядом. В нём не было ни обиды, ни раздражения. —Хватит.  Не дожидаясь дальнейших пререканий, он наклонился. Его руки обхватили бочку, и мускулы напряглись под тканью одежд. Одним плавным, мощным движением он оторвал её от пола и поднял на грудь, прижав к себе. Дерево мягко скрипнуло. Карина застыла, заворожённая противоестественной лёгкостью этого действия. Всё её саркастическое ехидство повисло в воздухе глупой, жалкой фразой. Он держал то, что она не могла поднять.  —Куда? — спросил он, и его голос вывел её из ступора. —Наверх. В зал.— буркнула она, отводя взгляд. Он понёс бочку к лестнице, двигаясь в тесном пространстве с удивительной для его габаритов ловкостью. Она шла следом, и её взгляд против воли прилип к его спине, к игре мышц на предплечьях. В голове, громче всякой язвительности, звучал один только факт: Он был сильным. До безумия сильным и большим. И это зрелище вызывало не просто досаду. Оно сжимало низ живота тугой, стыдной теплотой. Он вернулся за второй бочкой и повторил всё с той же будничной невозмутимостью. Поставив её рядом с первой, он даже не запыхался. Карина стояла, чувствуя, как её колени предательски подрагивают. Вся её строптивость казалась теперь дешёвым фарсом, разыгранным перед лицом настоящей, неоспоримой силы. Несколько дней пролетели в тягучем противостоянии. Рыцари, выздоравливая, пытались помогать по хозяйству, но их помощь лишь подчёркивала бедность поместья. Карина отмеряла скудные припасы, стараясь избегать взглядов гостей, особенно взгляда Варки, залезающего под кожу.  Он же встраивался в жизнь дома с тихой настойчивостью. Долгие беседы с её отцом заставляли старика смеяться, а погреб опустевать ещё быстрее. Карине иногда казалось, что они с отцом даже чем то похожи, ведь все же она замечала, как Варка заботился о своих рыцарях, а те между собой упоминали, как Варка на родине  лично тренировал талантливых детей, а некоторым и вовсе заменял родителя.  Но главное, что он был чертовски хорошо сложен. Рост под два метра, красивые черты лица и такие сильные, большие руки. Как на зло эти мысли застали её перед сном, заставляя волну легкого возбуждения разлиться по телу. В памяти всплыл самоуверенный взгляд его голубых глаз, низкий голос и широкая спина, а воображение рисовала картины, как его ладонь легко обхватывает её шею. Пальцы сами, будто помимо её воли, потянулись вниз, скользнули по животу, задержались на внутренней стороне бедра, уже забираясь под ткань нижнего белья. Она резко одёрнула руку, как от ожога, и с силой выдохнула. Нет. Это было глупо. Это было предательство самой себя, своего гнева. Но сон не шёл. Воздух в комнате казался густым и невыносимым, то ли от возбуждения, то ли от жаркой августовской ночи. Одежда прилипла к телу от пота. Ей нужно было срочно остыть. Сбросив сорочку, она накинула лёгкое платье и выскользнула из дома. Хотелось искупаться в прохладной воде медленной реки, что текла неподалеку. Она быстро дошла до знакомого пологого берега, оглянулась и, сбросив одежду, быстро вошла в воду. Прохлада обняла кожу, смывая липкий жар и стыд. Она погрузилась с головой, пытаясь утопить в темноте и тишине реки навязчивый образ и собственное предательское тело, но получалось плохо. Этот поганец отказывался выходить из головы, затягивал узел все сильнее, заставлял пальцы нежно оглаживать грудь, спускаться по животу, проходиться между нежных складочек, задевая ту самую точку. Сперва нерешительно, но с каждой секундой все более настойчиво.  Она закусила губу, заглушая стон, пальцы двигались быстрее, подстраиваясь под ритм его вымышленных толчков в воображении, бедра подмахивали в такт. Она уже почти достигла оргазма, когда чёткий, низкий голос разрезал тишину.  —Красивое зрелище. В эту же секунду сердце упало в пятки, заставляя дернуться и перевести взгляд полный смущения и обиды на прервавшего оргазм.  Это был никто иной как сам Варка. Он тяжелыми шагами проходил от небольшого леса на берегу до песчаного пляжа и в конечном итоге остановился прямо у её скинутого платья, отрезая путь к отступлению. Его взгляд был самодовольным и даже… предвкушающим.  —Думала обо мне в этот момент? — спросил он просто, без прелюдий. Его голос был спокоен, но в нём слышалось едва заметное удовлетворение.  Ужас, стыд и бешенство смешались в ней в один момент. Одна лишь мысль, что он все видел заставляла все внутри похолодеть. А он видел всё. Каждый её жест, каждый судорожный вздох наслаждения. И теперь стоял и спрашивал об этом с таким… с таким спокойствием. —Уйдите!— выкрикнула она, но её голос предательски дрогнул. Она пыталась скрыться глубже, но вода здесь была кристально чистой, и это укрытие было жалким. —Отвечай на вопрос, девочка,— он сделал шаг вперёд, и вода омыла его сапоги.—Думала обо мне? Его приказной тон парализовал её, заставляя щеки налиться румянцем и снова почувствовать то возбуждение. Строптивость вырвалась наружу последней попыткой сохранить собственное достоинство. —Нет!— соврала она, смотря на него глазами, полными слёз ярости и унижения.—Совершенно не о вас! Варка медленно, с наслаждением растягивая паузу, покачал головой. —Врёшь. Я видел твои взгляды на мне. Ты представляла именно меня. Мою силу. Мои руки на тебе.— он говорил тихо, но каждое слово долетало до неё с пугающей чёткостью, врезаясь прямо в мозг.—И знаешь что? Я тоже. Тоже думал о тебе во время… От этих слов у неё перехватило дыхание и она просто не могла позволить ему договорить. Фантазия вдруг стала осязаемой, почти реальной. И от этой реальности не было спасения. —Отвернитесь.— прошептала она наконец, сдаваясь. Это был уже не приказ, а просьба, надежда что он послушается. Ей нужно было сохранить хотя бы кроху достоинства, чтобы выйти на берег. Чтобы не делать это под его пожирающим с ног до головы взглядом.  Но Варка лишь усмехнулся, коротко и низко. —Не хочу. Карина не до конца осознала что он сказал, но сердце пропустило удар. Как он может так просто это говорить? —Что?— тихо, потерянно и с неверием откликнулась она, надеясь, что ей послышалось.  —Я сказал - не хочу.— Варка улыбался, не отводил глаз, казалось даже не моргал.—Ты же хочешь чтоб я смотрел. Чтобы видел как ты выходишь из воды, как сексуально капли скатываются по твоему телу. По груди, по животу, по бедрам. Хочешь ведь? Под его взглядом тело откликалось само по себе. Соски затвердели, напрягшись от прохлады и его слов, щеки налились румянцем, а между ног заныла та самая, только что утихшая пульсация, но теперь в сто раз сильнее. Она не могла этого скрыть. —Ну же, иди к папочке.  Эта фраза стала последней. Карина  зажмурилась, пытаясь собрать в кулак рассыпавшуюся волю. Но перед глазами стоял только он. Невзирая на смущение и страх, она сделала шаг ему навстречу, стыдливо прикрываясь грудь рукой, затем еще и еще, пока не оказалась в полуметре от него. —Умница. А теперь скажи о чем думала.— он говорил мягко, но ослушаться его у Карины не хватило бы решимости. Варка медленно зашел ей за спину, кладя руки на упругую задницу, жадно сжимая её, поднимался руками выше, собирая капли с мягкой кожи. Его пальцы могли полностью сомкнуться вокруг её талии. Это простое осознание вызвало табун мурашек у Карины, едва набравшей воздух в легкие для ответа.  —Как ты подминаешь меня под себя. Как входишь до упора. Как прижимаешь к полу, не даешь двигаться.— подобное описание заставило уже самого Варку судорожно выдохнуть ей в шею и прижаться пахом к её спине, руки дошли до груди, сминая мягкую плоть чуть ли не до боли. Ему же и самому хотелось сделать это все с ней. Но оставался один вопрос.  —Ты девственница?— Карина замерла, думая как лучше ответить. Соврать, чтобы казаться опытнее? Или быть честной? —Я… да.— Варка припал губами к шее, поднимаясь дорожкой поцелуев от плеча к уху. Рука от груди медленно переползла к промежности, ласково оглаживая низ живота и спускаясь к клитору.  —Тогда папочка будет с тобой нежен.— в ту же секунду мужчина нажал на чувствительную точку, заставляя Карину сдавленно ахнуть и схватиться за его руку, в попытке убрать ее, что Варке явно не понравилось.  Скидывая с плеч на землю свой плащ, мужчина одним ловким движением уложил девушку спиной на него, нависая над её обнаженным телом. Обе её руки оказались прижаты к песку над головой. Одной своей ладонью он держал сразу два её запястья без какого либо труда. От этого ощущения беспомощности хотелось сжаться, подтянуть ноги к себе, но и их не удавалось свести. Однако от этого узел в животе завязывался все сильнее.   —Нет-нет, милая. Не закрывайся от папочки, я ведь хочу сделать тебе хорошо. Поняла?— Карина глядела на него глазами испуганного оленя, а все ее тело било мелкой дрожью, но она кивнула. Варка соврал бы, если бы сказал, что его такое зрелище не возбуждает. Юная, никем не тронутая девушка дрожит от страха и возбуждения под ним.—Скажи вслух. —Я поняла тебя, папочка.— сгорая со стыда смогла произнести она, видя, что Варка явно оценил её старания, а именно обращение.  —Хорошая девочка.— все еще не отпуская ее рук Варка припал губами к соску, нежно слизывая капли воды с кожи, посасывая мягкую горошину, перекатывая её между зубами. Карина часто дышала, подавалась телом навстречу ласкам, выгибалась спиной,  лишь иногда тихо постановала, стараясь не издавать слишком много шума.  Варка решил не терять зря время, его свободная рука сползла со второй груди, поползла вниз по животу и вновь замерла за несколько сантиметров до промежности.  —Милая, я постараюсь быть нежным, но придется немного потерпеть.—Карина лишь кивнула, а внутри все сжалось. О сексе ей было известно совсем мало, лишь то что от этого появляются дети, ни о какой боли она не слышала, но сейчас это звучало вполне логично. Палец Варки пару раз круговым движением прошелся по клитору, а после скользнул внутрь. Карина вздохнула, но не от боли, от неожиданности, сейчас боли не было, было необычное ощущение наполненности, но оно было приятным, в какой то степени даже правильным. Варка начал двигать рукой, не забывая задевать клитор при каждом движении. Смазки на удивлении было очень много, оно и к лучшему, будет легче вставлять.  Незаметно добавился второй палец, натяжение от которого чувствовалось сильнее и болезненнее, Карина тихо всхлипнула, но как и обещала, не дернулась. Наверно, папочка должен был похвалить свою девочку за такое послушание.  Варка оторвался от притягательной груди с неохотой, вытащил пальцы из лона и в одно движение стянул с пояса ремень. Пряжка холодно звякнула металлом, не предвещая ничего хорошего. Вот только Карина даже не успела испугаться, ведь её резко перевернули на живот так быстро, что осознала она это лишь когда руки начали стягивать за спиной грубой кожей.  —Посидишь у папочки на лице, хорошо?— оленьи глазки распахнулись, на щеках выступил румянец, голос вовсе пропал. Возражения слушать он был явно не намерен, да и нужны ли они были?  Варка схватил её за бедра, ладони почти полностью обхватывали стройные ноги, приподнимая и заставляя встать в самую унизительную позу. Карина стояла на коленях, с отставленной к верху задницей, ведь опереться на руки не могла - они были плотно стянуть за спиной его ремнем. Потому оставалось опираться на плечи и щеку. Видел бы их отец сейчас, интересно, пустил бы он этого нахального, но чертовски сексуального рыцаря в свой дом.  Варка пристроился сзади, уже почти без усилий на пробу вставляя в нее два пальца,совершая всего пару фрикций. После он лег на спину, подстраиваясь под бедра Карины, притянул сочащуюсь киски к своему лицу, широко проходясь языком по складочкам. Девушка, едва не плачущая от возбуждения и стыда, всхлипнула. Ощущения были новыми и до ужаса приятными. Несмотря на всю свою гордость Карина бы умоляла Варку повторить это, если бы он попросил, но магистр решил не измываться над и так настрадавшейся девушкой. Пусть получит свою дозу, ведь кто еще во всем тейвате сможет так классно ее оттрахать? Движения языком продолжились. Варка проходился по всей длине киски, но особое внимание конечно уделял клитору, обводя круговыми движениями, посасывая и оттягивая. Карина казалось не понимала как справиться со столь сильными ощущениями. Пыталась отстраниться, дергала бедрами, хныкала, но останавливаться не просила. Её вело. Отстраниться ей, конечно, не давали. Одной рукой Варка прижал её бедра к своему лицу, а другой вошел внутрь сразу на три пальца. Карина замерла, не издав ни звука.  —Больно…— прошептала она, на что магистр мягко погладил её рукой по бедру, но пальцы не убрал.  —Потерпи немного, милая, скоро все пройдет.— на пару секунд отрываясь от клитора успокоил Варка, и ей хотелось ему верить. Он вернулся к прежнему занятию, медленно наращивая темп фрикций уже тремя пальцами.  Карина слышала, что у девственниц всегда идет кровь от первого секса, но никогда не задумывалась почему. Только сейчас до нее дошло осознание. Если всего три пальца ощущаются таким натяжением, то как же будет член, размер которого у Варки был явно не маленький, если судить по бугорку на белых штанах? У нее тоже пойдет кровь? На мгновенье стало ужасно страшно, но в ту же секунду пальцы Варки удачно нашли чувствительную точку на передней стенке влагалища, заставляя Карину вернуться в реальность. Девушка не совсем понимала что это было, да и в целом ей без разницы, если магистр повторит это движение еще раз. И он повторил.  Её пробило мелкой дрожью, что не укрылось от рыцаря, который наращивал темп фрикций, входя с каждым разом немного глубже и поглаживая ту самую точку. Карина не понимала что с ней происходит, мозг переставал думать от количества получаемого дофамина, ноги ощущались слабыми, словно совсем не держали её вес, а внутри все сжалось до того момента, пока внизу что-то не лопнуло, а пальцы на ногах поджались. Нечто подобное она испытывала от своих пальцев, но в разы слабее.  Варка почувствовал это тоже, ощущая как на его подбородок капает новая порция естественной смазки.  —Впервые кончила от мужчины, а не от самой себя, да?— магистр вытащил из нее пальцы, небрежно облизывая их, а после ушел из под её бедер, освобождая руки Карины от ремня и давая лечь в позу, которая будет удобна ей.—Как бы ты хотела чтобы папочка тебя взял? —Хочу тебя видеть.— Варка упустил момент, когда она из строптивой девицы превратилась в такую нуждающуюся и принимающую. Быть может после первого оргазма или немного раньше? Услышав её просьбу, Варка уложил девушку на спину, а сам пристроился между её ног, потираясь сквозь ткань брюк о её горячую, влажную киску, закатывая глаза и блаженно выдыхая. Желания ждать у него больше не было, поэтому магистр одним движением расстегнул ширинку и наспех стянул брюки до середины бедра, освобождая колом стоящий член.  Карина нерешительно опустила взгляд, боясь посмотреть на его член, который действительно был крупного размера, с набухшими от долгого ожидания венами и сочащейся головкой. Варка приставил ее к уже порядком растянутой дырочке, но входить не стал. Вместо этого он опустился на локтях к её лицу, нежно целуя в висок.  —Пока моей девочке будет больно, она будет кусать меня. Хорошо?— Карина обреченно выдохнула и обвила его шею своими руками, тыкаясь лбом ему в плечо.—Я вхожу. Варка оказался прав, боль действительно была достаточно сильной, от чего Карина тут же укусила  его за трапециевидную мышцу, стараясь не заплакать и не закричать, но слезы все равно предательски покатились по щекам, что мужчина почувствовал горячей кожей. Он продолжил медленно входить, несмотря на тихие всхлипы над ухом и тупую боль от укуса на плече, пока не коснулся её бедер своими, а после замер. Сразу дать почувствовать его размер казалось самым простым и гуманным вариантом. Карина чувствовала, как яйца трутся о её мокрую киску, как его член растягивает чувствительные стенки и как он пульсирует внутри и как его горячее дыхание опаляет шею. Варка гладил её по голове широкой ладонью где-то пару минут, пока не почувствовал, что Карина оторвалась от его плеча и сама подалась бедрами на пробу. Толчок заставил жгучее возбуждение разлиться по телу, магистр был просто не в силах сдержать хрип. Мужчина расценил этот жест как призыв к действию и сам слабо толкнулся внутрь, выбивая тихий стон то ли боли, то ли удовольствия из девушки. В нерешительности он замер, но Карина обвила его талию своими ногами, прижимаясь ближе. Ее пробивало мелкой дрожью от страха, от чего киска, вероятно, сжималась еще туже.  —Умница, расслабься, об остальном папочка позаботится.— толчки постепенно наращивали темп и амплитуду, Варка держался из последних сил чтобы сразу не начать вбиваться в нее со всем накопившемся желанием. Все же такие милые девушки с таким колким языком не каждый день встречались на его пути. Но сейчас он собирается трахать её за каждый взгляд, за каждое колкое слово, за каждую мысль и действие. Он просто вытрахает из нее эту строптивость так, что она станет самой послушной девочкой в Тейвате, просящей только о его члене.    Карина мычала от удовольствия, беспорядочно шарила руками по его спине, чувствуя как мышцы под кожей одна за одной напрягаются при каждом движении, царапала и впивалась ногтями от пока еще легкой стимуляции стенок. Больно уже не было, теперь её напоняло странное, но однозначно приятное ощущение наполненности.  В один момент, незаметно даже для самого себя, Варка сорвался с медленных плавных толчков и нетерпеливо, грубо вошел до упора, замирая на секунду. Карина от неожиданности вскрикнула, её руки сильнее притянули шею магистра к себе, но сопротивления не было, это навело его на мысль, что она окончательно привыкла к его длине и обхвату, а значит можно больше не сдерживаться. Варка повторил прошлый толчок, шлепок кожи о кожу эхом разнесся по берегу, а затем еще и еще раз, ответом на это ему стал стон явного наслаждения и сжавшиеся плотнее на его бедрах ноги.  Шлепки стали в разы громче, да и сам магистр едва ли мог сдерживать стоны от того, как хорошо его принимает эта милая девушка и ее еще пару минут назад девственная киска, как она жадно сжимается на нем при каждом толчке, как с её губок слетают одни из самых эротичных стонов в его жизни. Он утробно зарычал, припадая губами к нежной коже её шеи и оставляя красные метки на ней, чтобы ни один рыцарь из его отряда не смел на нее заглядываться.  Неожиданно Варка остановился, а его руки забрались под спину Карины. Он без особых усилий подхватил девушку на руки под бедра, поднимаясь на ноги и усаживая её на себя, меняя угол проникновения и от того входя еще глубже. Испуганная таким резким изменением позы, она сильнее прижалась к рыцарю, боясь упасть. Магистр сделал пару шагов от реки, скрываясь под кронами деревьев и упирая девушку спиной в гладкий ствол березы.  —Скажи кому принадлежишь.— не просьба, а приказ. Его ладони сползли с её талии и грубо вцепились в задницу, оглаживая её и жадно сжимая. Карина уже давно поняла - Варке нравится когда его зовут папочкой. Она сыграет по его правилам.  —Тебе, папочка.— до безумия томно прошептала девушка, после чего мужчина был просто не в силах сдерживать собственное желание.  Он впился в её бедра со всей своей силой, осознавая, что завтра там будут синяки и стал в новом, до ужаса быстром темпе входить в нее. Карина могла лишь крепче прижиматься к нему, закатывать глаза от удовольствия и просто принимать, принимать все что он сейчас ей дает. Мышцы по всему телу были напряжены, а пальчики на ногах поджимались от слишком быстрого темпа и большого члена внутри.  —Черт… Он так глубоко, блять…— Варка ни разу не слышал чтобы она ругалась раньше, но ей это ужасно шло, особенно когда личико раскраснелось от сбитого дыхания, а она старалась не задохнуться в череде свистящих вдохов и выдохов. Карина между тем успевала кусать его за шею, тянуть блондинистые волосы и царапать спину, стараясь не сойти с ума от происходящего.—Папочка, мне так хорошо, не останавливайся! Да, ему однозначно это нравилось. Ему удалось укротить эту дикую лошадь. Сейчас она не огрызается ему в ответ, а жмется ближе, стонет и плачет от удовольствия и умоляет его продолжать. Вот только от такого быстрого темпа даже сам магистр начал понемногу уставать. На загривке выступил пот, дыхание сбилось к чертям и теперь он шумно дышал, иногда срываясь на низкие стоны, член подрагивал внутри от перевозбуждения, но рыцарь чувствовал что и она близка к разрядке. Значит останавливаться нельзя.  —Эта милая киска примет всю мою сперму до последней капли.— после этих слов пара толчков получилась особенно остервенелой, настолько, что Карина начала давиться собственной слюной.—Ты ведь готова? —Конечно, папочка, пожалуйста!— она окончательно стала игрушкой в его игре, позабыв о своей бестолковой и никому не нужной гордыне. Казалось, девушка изначально была задумана только для этого - принимать его член, а Варка был только рад. Карина полностью соответствовала всем его фетишам. Ему нравилось подчинять таких непокорных девчонок, ломать их маску честолюбивости и заставлять плакать от возбуждения. Он любил миниатюрных девушек, ведь любил чувствовать себя в разы больше, а от одного обращения «папочка» у него член каждый раз дергался. Внезапно одна из её рук поползла вниз, что Варка не мог предотвратить, ведь уже давно вцепился в её задницу мертвой хваткой, да и был сосредоточен только на ощущениях ниже пояса. Оставалось лишь наблюдать, как она парой движений пальцев по клитору вместе с отчаянным всхлипом довела себя до пика, обильно кончая на член и туго обхватывая его внутри. От такой внезапности магистр опешил и хотел было наказать за неповиновение, но не успел осознать как кончил от резкого сжатия, изливаясь горячей спермой внутрь. У него сперло дыхание, глаза закатились, но его бедра на автомате сделали еще пару толчков внутрь, проталкивая сперму глубже.  Они оставались в таком положении еще около пары минут, пытаясь отдышаться и придти в себя. Первым, конечно, был Варка. Он вынул член из нее, позволяя паре белых капель упасть на землю, и вернул их к его лежащему на земле плащу, куда и положил еще немного дергающееся тело Карины. Кончать таким образом было не в его планах, но он просто не был готов к тому, что она решит закончить все так резко, но… у этого были и свои плюсы. Варка повернул голову и вспомнил о медленной речке рядом, захотелось войти в прохладную воду и прийти в себя. Когда он уже полностью стянул брюки, сзади послышался тихий голос.  —Мне понравилось, папочка.