вкус помады на родных губах

      – Нет, ну можете себе представить, каков наглец! – не отвлекаясь от своего отражения в зеркале, причитала Вероника. – И в него я была по уши влюблена!       – Да что ты говоришь! Не ты одна попалась на его уловку, – указывая помадой на Веронику, добавила Лариса. – Между прочим, я тоже была тогда в кинотеатре. И без него!       Девушки одновременно вздохнули. Да уж, этот парень их обеих обвел вокруг пальца, да еще и как ловко! Протяжный гул звонка раздался по всему коридору, заставляя особо чувствительных тут же закрыть уши во избежание ужасных последствий. Это не обошло стороной и Ларису.       Девушка недовольно цокнула.       – Когда они уже сделают что-нибудь с этой тарахтелкой! Сил уже никаких нет, – вдоволь нажаловавшись, Лариса принялась собирать все добро, что успела разложить за перемену. Осталось добавить последний штрих и ее безупречный макияж будет полностью готов!       – О нет! – воскликнула девушка, перерыв и выпотрошив только что собранную косметичку. – Это катастрофа!       – Ты чего кричишь-то, – стоявшая рядом Вероника с удивлением посмотрела на подругу. – Что случилось?       – Как что! Моя любимая помада закончилась, вот что! И как же я не заметила. – Лариса готова была расплакаться в любую секунду. – И ни одна другая не подходит к моему сегодняшнему образу.       – Сейчас все решим, – жестом успокоив подругу, Вероника принялась за поиски нужного оттенка.       – Ты лучшая!!! – лицо Кирсановой засияло так, словно ей только что пообещали гору сокровищ. – Что бы я без тебя делала!       – Пошла бы с не сочетающимся цветом помады, конечно, – обе вздрогнули, словно сбрасывая мысли о таком ужасе.       – О, это новый цвет? – Обратив внимание на новый оттенок на губах подруги, спросила Лариса. – Он же просто идеален!       – Ты думаешь? – Немного помешкав, словно обдумывая слова подруги, Вероника кивнула. – И правда! Он отлично подойдет к твоему образу!       – Отлично! Давай быстрее, а то мы уже действительно опаздываем, – протянув руку, поторопила Кирсанова.       – Конечно, – улыбнувшись, Леонова уже была собиралась передать подруге помаду, но казалось бы, передумала в последний момент.       Слегка наклонившись, Вероника нежно приподняла подбородок подруги, осторожно притянув ее к себе. В считанные секунды, ее теплые губы коснулись губ ошеломленной Кирсановой.       Действие длилось не долго: нежное прикосновение было мимолетным и Вероника тут же отстранилась, внимательно изучая выражение лица подруги.       – Как я и говорила – идеально! – Одобряюще покачав головой произнесла Леонова. – на вот, – бросив подруге помаду, девушка уже развернулась, чтобы уйти, но остановившись в дверном проеме, добавила, – тебе очень идет.       Вероника ушла, а Лариса так и осталась в уборной, пытаясь переварить случившееся.       На урок девушка так и не пошла. Да и какая тут учеба, когда произошло такое. Под предлогом изнывающего от боли живота, Кирсанова отправилась прямиком домой, не забыв при этом обойти кучу магазинчиков, чтобы хоть как-то оправить в небытие мысли о сегодняшнем инциденте.       Но мысли не уходили. Придя домой и переодевшись в домашнее, Лариса тут же села за ноутбук, открывая строку поисковика.       – Дуристика, – выдала девушка, после десятиминутного гипнотизирования этой самой, несчастной строки. – Что это на нее нашло.       Румянец, что прочно засел на щеках и кончиках ушей, как и все еще яркое воспоминание, уходить явно не собирался. И сердце, как бешеное, колотилось все быстрее и быстрее при мысли об инциденте в уборной.       – Ну, была не была, – вздохнула Лариса, быстро печатая интересующий ее вопрос.       В школу на следующий день Лариса шла с тяжелыми мыслями. С одной стороны, ей хотелось увидеть Веронику, улыбающуюся и как обычно болтающую о новой модной коллекции. С другой стороны, ей хотелось узнать о... нет! Все же первый вариант ей хотелось увидеть куда больше.       Сама того не заметив, Лариса пришла за двадцать минут до урока, что было ей совершенно не свойственно. А вот Аглаю Тимофеевну это явление удивило сразу.       – Будильник раньше прозвенел, – отмахнувшись от вопроса старушки, Кирсанова поплелась в сторону класса.       В практически пустом классе сидели только те, с кем обычно Лариса не перебрасывалась и словечком. Опустившись за свою парту, Кирсанова вдруг почувствовала резкую усталость. Положив голову на слегка холодную поверхность, Лариса на секунду закрыла глаза. В сознании тут же вспыхнула сцена поцелуя, но в этот раз она была куда четче и казалось, окрасилась новыми деталями.       – Да что ж ты будешь делать, – хотевшая выругаться девушка тут же остановилась.       – Ты чего это, – смотревшая на нее сверху вниз Алена недоуменно хлопала глазами, – кошмар что ли?       – Да если бы, – Кирсанова вмиг помрачнела.       "Стоит ли рассказать ей?" подумала про себя Лариса, стуча по столу недавно сделанными ноготками. "А если проболтается? Потом еще невесть что обо мне подумают! Ну, а если не проболтается?"       Из мыслей девушку вывел звонкий голос Алены и ее шумные побрякушки, которые девушка вечно цепляла на себя, словно сорока.       – Ты о чем так задумалась, а? Я уже минут пять кричу, дай домашку списать. – Алена вновь одарила подругу недоумевающим взглядом. Подсев ближе, девушка со всей серьезностью посмотрела на Кирсанову. – Рассказывай!       – Да ладно, задумалась и задумалась, тебе то что? – Попыталась отмахнуться Лариса, но Алена не спешила сдаваться без боя.       – Рассказывай!       Лариса боялась. И по сути, даже не понимала, чего больше: то ли осуждения со стороны друзей, то ли своих собственных чувств. Своих собственных чувств….       – Ладно. Уговорила. – Нахмурившись и собравшись, Лариса быстро выпалила, – мы с Вероникой поцеловались.       Между девушками повисло неловкое молчание. Но совсем ненадолго.       – Ну наконец-то! – воскликнула Кизякова, чуть ли не танцуя от радости, но тут же прикрыла рот рукой, увидев удивленную Ларису. – Ой, то есть, я имела в виду, что наконец-то ты рассказала мне, я уж думала так и будем в молчанку играть, – поправила Алена. В ее глазах блеснул огонек.       – Ну рассказала и рассказала, а что толку то, – отмахнулась Лариса. – Ты то мне как поможешь?       Алена хмыкнула. Поправив воображаемые очки, девушка начала:       – Ты говоришь с человеком, который разбирается в этом лучше всех! По крайней мере в этом классе, – добавила девушка чуть тише. – Вот скажи мне, есть ли в этом классе хоть один гетеро?       – Что за глупые вопросы? – Кирсанова поморщилась. – Конечно есть! Все здесь гетеро!       – Отлично, значит, за терминологию шаришь, – записала Алена в откуда ни возьмись взявшийся блокнот. – Но при этом, ты совершенно не права. Тут гетеро по пальцам пересчитать можно! И перед собой я тоже ни одного не вижу. – Смастерив из ладошек импровизированные очки, Алена внимательно посмотрела на подругу. Кирсанова легонько хлопнула ее по макушке.       – Дурочка ты, Ален, – буркнула Лариса. – Начиталась своей дуристики, этих всех, как-их-там, фантиков, а теперь честных людей клеймишь!       – Никого я не клеймлю, – надув губки ответила Алена. – И говорю я факты, и только факты!       – Ну-ну, давай. Докажи, – словно бросая вызов произнесла Кирсанова.       – Да с легкостью! Вот хоть взять Никиту, – начала Алена. – Ну бисексуал чистой воды!       – Да какой же он бисексуал! Ему вон, Катька нравится! Да и с Олей он встречался! – Со знанием дела запротестовала Лариса – уж кто-кто, а она точно знала о любовных похождениях ребят из своей школы.       – Ну это понятно, поэтому и бисексуал, ведь это не мешает ему влюбленно смотреть на Горд… – девушка не успела договорить, как тут же обнаружила ладони подруги на своем лице.       – Ты что за ерунду несешь! Тише, а то услышат и засмеют не дай Бог!       – Ну и пусть! У нас свобода слова!       – Тьфу, тоже блин, связалась на свою голову, – посетовала Лариса.       Но все же Алена была права, как бы сложно ни было это признать это. Да и вчерашние тесты, во всю пестревшие единогласным ответом "поздравляем, вы бисексуальны" лишь подливали масла в огонь.       – А тебе понравилось? – резко спросила Алена.       – Что?       – Поцелуй с Вероникой? Тебе понравилось?       – Так, все! Закрыли тему! У меня вон, вообще, свидание сегодня! – выталкивая подругу со своего места протараторила Лариса, заливаясь румянцем и тысячу раз пожалев, что вообще завела этот разговор. – Давай-давай, скоро уже звонок прозвенит.       – Ну и ладно, – встав и отряхнувшись, слегка обиженно, ответила Алена. – Но я всегда здесь, если нужна помощь, – и сомкнув губы в поцелуе, девушка убежала за свою парту, оставив Кирсанову наедине с вернувшимися мыслями и разгоревшимися от смущения щеками.       Вероника пришла как обычно, к своему положенному времени, не опаздывая ни на минуту. Ровно в 8:10 она пересекла порог класса и, извинившись, прошла на свое место, не забыв поздороваться со своими подружками.       Урок прошел на удивление быстро. Или же, Лариса была во вовсе на нем, а, витая в своих мыслях, думала лишь об одном. О том, что тревожило ее больше всего.       – Девочки, я такой комплект вчера в журнале увидела, – из мыслей ее вывел нежный голос Вероники, снова говорившей об очередном наряде. Стоп... нежный? С каких это пор Лариса считает ее голос нежным?       – Ларис, все в порядке? – потрепав подругу за плечо спросила Леонова. – Ты сегодня какая-то сама не своя.       – Д-да, все отлично! – поспешно ответила Кирсанова, прокашлявшись. – Так, о чем ты там говорила?       – Алена, наблюдавшая за Ларисой с их утреннего разговора, заговорщически улыбнулась, заставив Ларису неловко улыбнуться.       Остаток дня прошел без происшествий и, к удивлению Ларисы, без мыслей о том самом, о чем девушка все никак не могла забыть. Видимо, разговор на любимые темы вернул ее в привычное русло, чему Кирсанова не могла нарадоваться.       – И здесь мне придется покинуть вас, девчонки, – поклонившись, сказала Лариса. – Сегодня у меня важная встреча. – помахав мобильником, с очередным номером телефона, горящим на экране, объяснила Кирсанова. – Аревуар, дамы. Пожелайте мне удачи!       – Удачи, Ларис! – сжав руку в кулак и зазвенев своими браслетиками, ответила Алена.       – Удачи, – без всякого энтузиазма ответила Вероника. Схватив за руку Алену, она резко развернулась и помахав Ларисе рукой бросила "До скорой" и тут же, потащив с собой подругу, пошла в противоположную сторону.       Не обратив внимание на странное поведение подруги, Лариса вприпрыжку отправилась на место встречи, радуясь окончательному избавлению от навязчивых мыслей. Лариса любила Веронику, но всегда считала эту любовь дружеской и мысль о том, что эта любовь может быть иной, пугала девушку. Предстоящее свидание было отличным способом убедиться в том, во что она верила и продолжала верить до их пор.       Прибыв на место раньше своего партнера, Лариса приняла решение немного прогуляться, осматривая вывески новых фильмов, что показывал их кинотеатр на этой неделе. Внезапно зазвонивший телефон заставил девушку вздрогнуть.       – Алло, – улыбаясь произнесла девушка, ожидая приятных новостей. Но новости ее ждали совсем иные.       – Прости Лар, совсем запара на тренировке, – мужской голос на том конце трубке звучал болезненно устало. – Сегодня никак не получится, прости–       Не дослушав оправдания парня, Лариса сбросила трубку. Да как он посмел! Лариса была очень зла. Как он мог отменить свидания, когда она уже пришла на назначенное место! Окончательно испорченное настроение тут же отразилось на лице Ларисы, превратив его из светящегося радостью, в пугающее мрачностью. Обратно идти не хотелось. В кино одной – тоже.       – И так всегда, - пнув стоящее рядом мусорное ведро, Лариса окончательно потеряла самообладание. Хотелось разорвать постеры, висящие на стенах, и побить себя прошлую, за то, что согласилась на это свидание.       Она бы так и продолжила обрушивать гнев на все вокруг, если бы откуда ни возьмись взявшийся голос не остановил ее.       – Ларис, ты чего? – Вероника, поднявшаяся на первую ступеньку, теперь казалась на полголовы ниже девушки, стоявшей на верху.       Вероника была последним человеком из тех, кого она сегодня хотела видеть. Злость, смущение, и вновь появившиеся мысли о том случае, смешались воедино. Не выдержав, девушка заплакала. Леонова, опешившая от такого, хотела было подойти и успокоить подругу, но Кирсанова оттолкнула ее.       – Это все из-за тебя! – найдя в себе силу говорить, начала Лариса. – Все после того поцелуя! Зачем ты это сделала? Ты всегда отбираешь моих парней, а теперь что, решила и за меня взяться? Ненавижу!       Последнее слово было абсолютно случайным – Лариса вовсе не хотела его говорить. Это не было тем, что она чувствовала на самом деле.       "Мне понравилось и я ненавижу себя за это" было бы более правильным вариантом, но именно он и застрял в горле, не желая выходить, как бы Лариса не старалась.       Она ненавидела себя. Ненавидела те чертовы тесты, что один за другим говорили ей о возможной любви к девушкам. Ненавидела Алену, что вместо отрицания, поддержала эту ерунду.       Сейчас она ненавидела многое, но девушку, стоящую напротив и протягивающую к ней руку, совсем как тогда, она ненавидеть не могла. Даже если бы сильно-сильно захотела, не смогла бы.       Вновь застряв в своих мыслях, Кирсанова не заметила, как снова почувствовала знакомое тепло, на этот раз распространившееся по всему телу, оставив нетронутыми лишь губы. Вероника обняла ее, нежно поглаживая по распущенным волосам.       – Дурашка, – девушка улыбнулась, посмотрев в заплаканные глаза Ларисы. – Ну вот, вся тушь растеклась.       Знакомая улыбка позволила Кирсановой немного успокоиться.       – Ты, ты не ушла? – шмыгнув носом, Лариса продолжила, – я ведь сказала, что ненавижу тебя.       – Да? Наверное я не расслышала, – пожав плечами, Вероника принялась рыться в сумке, в поисках ватного диска и туши.       – Ты слышала, Ник, – Лариса схватила Веронику за руку, сжимая запястье. – Зачем?       – Зачем? – с минуту помолчав, Леонова вздохнула. – Вот такая вот я влюбленная дурочка. Влюбилась до одури и не знала что делать. – Вероника издала нервный смешок. – А парни твои мне и не нравились вовсе! Околачивались вокруг тебя, продыху не давали! И ничего лучше, кроме как увести их, я и не придумала. – Девушка густо покраснела. – Прости, сейчас я понимаю, что это действительно глупо.       Лариса слушала ее, не зная, что и ответить. Когда Вероника закончила и залившись румянцем продолжила неловко стирать тушь с лица Кирсановой, та резко засмеялась, заставив подругу покраснеть еще больше.       – Т-ты чего? Что смешного?       – В с Аленой обе странные до жути, – не переставая смеяться, начала Лариса. – Но я вас обеих сильно люблю! – Убрав руку Вероники от своего лица, Лариса осторожно поцеловала пальцы девушки, а затем, поддавшись вперед, неловко поцеловала подругу в щеку. – А кого-то, как оказалось, даже сильнее.       Вероника, казалось, покраснела до корней волос, заставив Ларису рассмеяться еще громче, совсем позабыв о недавних слезах.       – Знаешь, а пойдем-ка в кино! – предложила Лариса, хватая под локоть опешившую от поцелуя Веронику. – Чего билетам зря пропадать, правильно?       – Это свидание? – Вероника повернулась к Ларисе, улыбаясь при виде улыбки Кирсановой.       – А что, если да? – улыбнулась Лариса, чмокнув Веронику в пухлые губы и потащила девушку в кинотеатр, громко смеясь с вновь покрасневшей, уже не совсем подруги, Вероники Леоновой.