Останься

Сяо Чжань не любил вечеринки, не терпел громкую музыку, не пил алкоголь, довольствуясь только газировками, не собирался большими компаниями и старался их избегать, предпочитая общаться со своей кошкой и проводить с ней наедине всё время. Это был самый обычный летний вечер. Ветер за окном потрёпывал листву деревьев, пели птицы, а на небе расцвёл розовый закат. Красота, да и только. Чжань сидел за столом, неторопливо рисуя в планшете, когда телефон оповестил о входящем сообщении, а через пару секунд, и звонке. Телефон оказывается у него в руке, из него доносится радостный голос. — Чжань, у тебя нет права отказываться, — звучит вместо приветствия. Парень настораживается, улавливая музыку и шум на фоне. — Ты обязан прийти на эту вечеринку! — лучший друг пытается перекричать окружающих, пока выходит на балкон. — Ты же знаешь, что я не любитель таких мероприятий и меня бесполезно на них звать. — Знаю-знаю, но решил попытать удачу снова. Тут весело и не так много людей, хотя всё только начинается, но не суть. Я могу тебя встретить, прийти за тобой к тебе домой, оплатить такси, последить за кошкой в любой момент и кормить тебя завтраками, обедами и ужинами каждый день на протяжении недели, только сходи со мной на эту вечеринку. Одну единственную, о большем просить не стану, — из трубки доносится умоляющий голос, а Чжань не может сопротивляться, никогда не умел. — И в чём причина такой неожиданной просьбы? — всё же интересуется парень, отрываясь от планшета с громким вздохом. Спина затекла и теперь отказывалась функционировать на полную. — Меня все бросили. Поставили перед фактом, сказав, что не смогу прийти. А одному скучно. Знаю, что тебе по душе больше тишина, нежели шумные тусовки, но всё же… Это всего один раз, больше не потревожу, честное слово. — Ладно-ладно, я понял. Хорошо, приеду. Но пообещай, что встретишь у входа в дом, — сдаётся Чжань, выдыхая напряжение, которое и не думало уходить. — Обещаю, клянусь. Адрес отправил. Такси вызвать? — Нет, спасибо. Только встреть. Если тебя не будет у входа, я уеду моментально, не раздумывая. — Понял-понял. Буду ждать. И спасибо, — радостный собеседник заканчивает звонок, оставляя парня наедине со своими мыслями и кошкой, которая сейчас смотрела на хозяина большими круглыми глазами, с явным непониманием. Одежда. Чжаню нужна одежда. Он перерывает весь гардероб в поисках чего-то более подходящего, но находит только рубашки, брюки, пиджаки, да галстуки. Ну прям прилежный ученик. Из самого дальнего угла шкафа вылетают чёрные джинсы, на вид довольно узкие, за ними того же цвета майка и белый свитшот. Парень хмурит брови, ему не хочется думать откуда взялась эта одежда. Джинсы и правда оказываются слишком узкими. Бесконечно-длинные ноги выглядят в них ещё стройнее, зато майка скрывает тонкую талию, при этом открывая вид на острые ключицы. Чжань срывает майку с себя, растрёпывая и без того неаккуратную причёску, надевает нейтральную белую рубашку, которая сочетается с любым элементом одежды, за это студент её и любил, заправляет в джинсы и поднимает руки вверх, чтобы ткань не слишком прилегала к телу. На ногах белые кеды — ежедневный атрибут, поверх тонкой рубашки парень выбирает надеть чёрную кофту, на случай небольшого похолодания или неприятного ветра. К этому моменту успело приехать такси, предусмотрительно заказанное сразу же после окончания звонка, о чём свидетельствует уведомление на телефоне. Быстро закрыв квартиру, парень бежит по ступеням вниз, параллельно с этим брызгая на себя духи. Он садится в машину, называет адрес и только на этом этапе понимает, что волнуется. Руки трясутся и сжимают тканевую обивку сидений, губы налились кровью от постоянных укусов, нога нервно дёргается, дыхание стало рваным. Приходится сделать пару глубоких вдохов-выдохов, прежде чем обратить на себя внимание водителя. Тот смотрит в зеркало заднего вида и тихо усмехается со своих мыслей, очевидно. — К девушке едете? — задаёт он не тактичный вопрос, по скромному мнению парня. — Нет, друг позвал на вечеринку, зная, как я их не люблю, а я не смог ему отказать, — почему-то раскрывает причину Чжань. — Да ладно, может тебе понравится. Не стоит так паниковать. Тебя же никто не заставит напиться и не затащит в постель. Что там ещё обычно происходит у молодёжи на таких мероприятиях? — и это немного успокаивает. Правда таксист абсолютно точно не знает, о чём говорит. — Надеюсь, — лишь отвечает парень. — У меня дочь тоже не ходила по дискотекам, — в фразах проскальзывает старая закалка и воспитание, — а потом как-то влилась. Её подруга однажды позвала с собой. А там она и парня нашла, хорошего такого, теперь замужем, — Чжань поджимает губы, чувствует как всё тело противится таким отношениям. Неожиданным, возможно начавшимся по пьяни. Но это только его догадки, на не совсем трезвую, от нервов, голову. — А ты с кем-нибудь состоишь в отношениях? — и снова некорректный вопрос отлетает в его сторону. — Нет. Времени не хватает, — лаконично отвечает Сяо Чжань, на что получает такой же кивок, явно говорящий «студенты». — Приехали. Хорошо Вам повеселиться! — желает водитель, а в словах чувствуется искренность. — А Вам отличной смены, — скупо улыбается Чжань. И это точно от нервов. Дверь машины закрывается с характерным стуком. Парень слышит радостный крик друга и понимает, что теперь отступать некуда, все пути отрезаны, а обещание дано. — Я рад, что ты пришёл. Пойдём, ты как раз во время, почти все на месте. Они поднимаются на третий этаж, друг по-хозяйски заходит в квартиру, втягивая в неё ничего не понимающего Чжаня. Их встречает парень с пивом в руках. Он приветливо машет новоприбывшим, пропуская в коридор. — Так, парни, знакомьтесь. Это Сяо Чжань, я вам говорил, что он придёт. Но вы сильно не обольщайтесь, он разовый гость. Когда Ибо приедет, что-то он опаздывает? — Извиняюсь за задержку, — тут же в дверях появляется высокий парень, чуть ниже самого Чжаня, с зелёным шлемом в правой руке. Он здоровается со всеми и обменивается шутками с парой знакомых. — Вы меня ждали? Да ладно уж, могли бы и начать, мне не слишком принципиально. Что вы тут запланировали на сегодня? — Массовый просмотр фильма под пивко тебя устроит? — выкрикивает какой-то парень, развалившийся на диване. — Ого, что за интерактив у нас сегодня. Неужто решили собраться как цивилизованные люди, я приятно удивлён. — Не паясничай, Ибо! Давай лучше приземляйся. — Что хоть смотрим? — Да хер его знает, — раздаётся голос, и вся комната наполняется гоготом. Сяо Чжань не успевает обрабатывать информацию, он лишь тупо пялится на Ибо, задумавшись, кажется. Его дёргает друг в сторону дивана, усаживая рядом с собой. — Не-не, пиво не буду, я за рулём. Есть кола или нечто похожее? — Ибо в руки передают бокал с шипучей газировкой. — И мне дайте колу, — просит за Чжаня друг. Всё же он его сюда пригласил и должен хоть как-то сглаживать некомфортное пребывание здесь. А ему определённо было некомфортно. Руки стали холодными, тело превратилось в сжатый комок мышц. Хотелось думать о комфортном сером диване в любимой гостиной, любимой кошке, сворачивающейся в клубок на коленях, пока сам парень работал за столом, о прекрасном виде из окна, Чжань часто переносил его на экран планшета или лист бумаги, рисуя красками или цветными карандашами. Кто-то разворачивает большое белое полотно на стене — экран, включает проектор и выводит фильм. Сяо Чжань поначалу даже всматривается в мелькающие картинки, смысл и диалоги, а потом глаза начинают закрываться, веки тяжелеют, в голове слова превращаются в кашу. Он прикрывает глаза, на свой страх и риск, всё же заснуть в незнакомой квартире и компании — не лучший исход событий. Плеча невесомо касается рука, длинные пальцы обхватывают его, почти что касаясь выпирающей ключицы. Чжань морщится и открывает глаза, пялясь на незнакомую руку. На безымянном пальце красовалось серебряное кольцо с жемчужной луной, она будто была окутана волнами, это была первая ассоциация. Парень переводит взгляд на сидящего справа от него Ибо и видит полуухмылку-полуулыбку и лисий прищур. Сяо Чжань дёргает плечом, пытаясь избавиться от навязчивых прикосновений, но пальцы будто приклеились к рубашке, а тело под приятно-тёплой ладонью покрывается мурашками, расходящимися по всему телу. — Если хочешь спать, моё плечо в твоём распоряжении, — звучит тихий хриплый голос у самого уха, — Чжань поднимает недовольный взгляд, вглядываясь в глаза незнакомца. — Спасибо, не нужно, — он старается быть вежливым и у него это, кажется, отлично получается. Но Ибо хмурится, а между бровей появляется морщинка, которую так и тянет разгладить пальцами, прикоснувшись к нежной, на вид, коже. — Тебя зовут Сяо Чжань? — игнорируя слова собеседника, спрашивает Ибо. — Твой друг о тебе много рассказывал. Мы много раз тебя приглашали, но он постоянно отказывался тебя приводить, говоря, что ты любитель домашнего уюта. — Так и есть. — Что заставило тебя прийти сегодня? — выказывает интерес Ван Ибо. — То, что мой друг будет здесь сидеть в гордом одиночестве, как он мне сказал. Но сейчас я вижу обратное. А фильм я могу и дома посмотреть. С кошкой, — зачем-то добавляет Чжань. Ибо не отвечает, молчит. Чжань думает, что сказал что-то не то, прикусывает щёку изнутри. Но через несколько минут его снова начинает срубать, и все переживания отходят на второй план. Последнее, что он чувствует — крепкое плечо под головой и тёплое дыхание в макушку. Сон не длится долго. Парень просыпается от поднявшегося гула, поднимает голову от плеча и виновато смотрит на Ибо, который спешит улыбнуться утешающе, мол, ничего критичного не случилось и вообще, я сам его подставил. — Ребята, перерыв, — слышится на всю квартиру. — Кому ещё пива, приходите на кухню, а те, кто стоит в очереди, поторапливайтесь, туалет в этом доме один. — Предлагаю свалить? — вновь слышится над ухом. И в этот раз, Чжань уверенно кивает, всё ещё находясь в сонном состоянии. Он переводит взгляд на друга, что стоит в проходе и смотрит на них, почти что обнимающихся, а затем кивает, разрешая Ибо увезти парня. — Обидишь его — убью, — слышит он следом.

***

— Гэгэ, называй адрес, — они стоят у зелёного мотоцикла, Ван Ибо одевает на сонного парня шлем и, перекинув ногу через железного коня, садится на него, притягивая к себе старшего. — Запрыгивай и крепко держись за меня, — советует Ибо. Чжань закидывает руки на талию, протягивая дальше — на живот, чувствуя крепкий пресс. А ещё от Ибо веет безопасность. И ведь Чжань даже не раздумывал: ехать ему вместе с незнакомцем или нет. Мозг, пусть и находящийся на грани между реальностью и сном, не подавал признаков беспокойства, а сердце не отдавало бешеный волнительный ритм. Тихо билось в груди, успокаивая хозяина. Они двигаются с места. Ветер окутывает тела, заставляя поёжиться с непривычки. Адреналин бьёт в голову, заставляя пробудиться. Только вот Сяо Чжань никогда не любил скорость, быструю езду, ему по душе спокойный поездки на машине, под любимую музыку, поезда и стук колёс, а мотоциклы он старался обходить за километр. Что поменялось? Наверняка, многое зависит от того, кто сидит перед тобой, разрешая по-свойски обнимать со спины. Парень улыбается от такого открытия, кажущимся значимым. За размышлениями проходит минут десять, прежде чем его окликает хриплый голос. — Гэ, приехали. Какой этаж? — младший слезает с мотоцикла, снимая с головы шлем, превращая причёску на голове в воронье гнездо. И Чжань не удерживается и проводит рукой по волосам, пропуская коричневые пряди сквозь пальцы. — Бо-ди, ты ведь останешься? — звучит до боли жалобно, Чжань прикусывает губу. — Останусь. Веди в свою норку! — это звучит настолько уютно, что оба ярко улыбаются, заходя в тёмный подъезд. — Если тебя не примет Орешек, нам не по пути, — слышит строгий голос Ибо. И он понимает — тут старший серьёзен. — Животные обычно меня любят, — парирует младший. — Вот и посмотрим, — дверь в квартиру открывается. У порога сидит серая кошка, с белым пузиком. Она приветливо мяукает, радуясь хозяину, и на коротких лапках подходит к незнакомцу. Манчкин — именно этой породы была Орешек. Она трётся о ноги, обнюхивая штаны и ботинки, а потом мяукает, совершенно беззлобно. И тут же слышится смех Сяо Чжаня, чистый и искренний, а широкая улыбка просто завораживает. Пухлые губы обнажают передние большие зубы. «Как у кролика» — думает Ибо. И этот факт умиляет. — Хочешь есть? У меня осталось немного фасоли по-сычуаньски, ещё есть рис, — доносится с кухни. Ибо быстро сбрасывает обувь, ставя её ровно по стеночке и идёт на голос. — Хочу досмотреть фильм с Чжань-гэ, — улыбается парень, захватывая в объятия старшего. — Хорошо, тогда включи телевизор в гостиной, я принесу нам чай. Или ты предпочитаешь что-то другое? — Нет, чай отлично, — кивает парень и скрывается в гостиной. Он оглядывает помещение, и в нём, и правда, приятно находиться. Светлые обои делают комнату визуально больше, чем есть на самом деле, навесной потолок с тёплой подсветкой, придают больше комфорта. У большого не зашторенного окна стоял стол из тёмного дерева, на нём лежали небольшие кипы бумаг, стоял компьютер, тут же лежал ноутбук и планшет, рядом лежала пара карандашей и блокнот, вероятно с рисунками или набросками. На против серого углового дивана стояла длинная тёмная тумба с телевизором, рядом лежал пульт, пара дисков со сборниками мультфильмов «неужели у гэгэ есть дети?», удлинитель с множеством проводов и ещё множество вещей, начиная от устройств, заканчивая фигурками и статуэткой. На полу лежал светло-серый пушистый ковёр, на котором сейчас разлеглась Орешек, демонстрируя пушистый животик. Она лениво вытянула лапки, прогибаясь в спине, и жалобно мяукнула. Ибо ответил ей тем же. В дверях появляется Чжань с двумя полулитровыми кружками чая. — Я заварил нам чай на свой вкус. Надеюсь понравится, — немного виновато улыбается старший, подходя к столику. Почти тут же на его поверхности появляются какие-то печеньки, вероятно с малиновой начинкой, судя по цвету. — Гэ, не мельтешись. Садись, я включаю фильм, — в подтверждение своих слов Ибо нажимает кнопку на пульте и присаживается рядом с Сяо Чжанем. — Смотрел Интерстеллар? — Ты хочешь заставить меня проронить слезу? — усмехается парень. — Не смотрел, но знаю, что весёлого в нём мало. Может.., всё же комедию? — Не-не, Чжань-гэ. Это же легендарный фильм. Ты обязан им пополнить коллекцию. Она ведь у тебя есть? — Совсем небольшая, где-то в заметках на телефоне, кажется. — Вот ещё один повод для просмотра этого шедевра: найти и пополнить список, — младший замолкает, переводя взгляд на экран. — В следующий раз смотрим «Марсианин’а». — Тебе так нравится космос, что ты хочешь пересмотреть эти фильмы со мной? — удивляется старший. — Мне нравишься ты, а ещё фильмы. Это же целое искусство! Просто посмотри! — Ван Ибо указывает на экран: «Мой отец был фермером, как и все в те времена..» слышится из колонок, и парни моментально замолкают. Ван Ибо знает фильм наизусть и сейчас очень гордится собой прошлым, когда садился пересматривать в десятый, а то и больший, раз. Сейчас ему выдаётся возможность мельком смотреть в сторону телевизора, обращая свой взор на рядом сидящего парня. Парня, в чьих глазах отражается свет от экрана, чьи волосы взъерошены, чей нос морщится, когда происходит резкий скачок громкости, чьи припухлые, от постоянных укусов, губы сжаты в тонкую линию. Чжань тянется за подушкой, чем выводит из транса младшего, и кладёт её на колени Ибо, чтобы через секунду приземлиться на неё головой, выбивая из сидящего громкий выдох. Он смотрит, будто спрашивает разрешение, и просто не может получить отказ. Фильм так и остаётся недосмотренным где-то на половине. На столике у дивана две пустые чашки, а в комнате слышится тихое сопение трёх тел. Между двумя длинными, человеческими, лежит одно пушистое. Оно уткнулось в колени обоих и чувствовало себя прекрасно, согреваемое теплом худых ног и отдавая своё в ответ. И впервые за долгое время Сяо Чжань проснётся не от того, что мёрзнет, а от трепетного поцелуя за ушком и тихого «доброе утро, Чжань-гэ».