8.
3 апреля 2026 г., 08:42
Отец так ничего и не написал ему по поводу поездки, что беспокоило Вэнь Юаня. Поэтому в очередном письме он спросил сам. Ответа не было долго, Вэнь Юань запереживал, что опоздал, но Лань Цижэнь был спокоен, а это служило гарантом безопасности.
Однако через некоторое время ответ всё же пришёл. Вэнь Жохань рассказал, что совершил небольшую поездку по ближайшим деревням и городкам. Долго расписывал, как его радостно встречали, но так же много времени уделил и тому, что недоволен своими чиновниками и устраивал им разнос. У великого ордена должен быть великий, сытый и довольный народ. Но, памятуя об увещеваниях сына, Вэнь Жохань держал себя в руках, и никто не пострадал. Даже сам он в конечном итоге остался поездкой доволен. Большой же объезд он приберёг до возвращения сына, предполагая, что лишь его присутствие может «спасти старика от удара».
Вэнь Юань облегчённо вздохнул. Всё хорошо. Пока что всё хорошо. Его отец замечательно справляется, а значит, можно было немного порадоваться и спокойно продолжать обучение, дружить, любить и строить планы. Чем он с довольством и занимался.
Он мог по праву считать это время лучшим в жизни. Прав был Лань Цижэнь, что уговорил его не бросать обучение. Вэнь Юань усвоил урок: никогда нельзя совершать поспешные решения, это может лишить тебя если не всего, то многого.
Дни летели, полнились событиями и радостями. Снега сходили, воздух был напоен ароматами удивительной одухотворяющей свежести, трель капели дополняла мелодичный звон колокольчиков. Природа оживала, а вместе с ней и ученики, на зиму будто впавшие в забытие. Ещё немного, всего несколько лун, и учёба окончится. Все они разбегутся на сотни ли друг от друга.
Мысли об этом навевали грусть.
— Ты будешь приезжать ко мне? — спросил Вэнь Юань у Цзян Чэна как-то.
— Я надеюсь, что обстоятельства позволят нам видеться. А то будет особенно жаль, живя не так уж далеко, совсем не видеться.
— Я постараюсь приезжать к тебе. Или хотя бы в Юньмэн. — Вэнь Юань устроил голову на его плече.
— Не волнуйся, всё будет так, как нужно.
— А хочется, чтобы было не так, как нужно, а так, как хочется.
— Много хочешь.
— Не так уж и много. Просто быть с тобой.
Цзян Чэн мягко поцеловал его в лоб и обнял крепче.
— Наверное, я ещё маленький и глупый, да?
— Не знаю. Я ведь и сам думаю так же как ты.
Улыбнувшись, Вэнь Юань поднял голову и мягко коснулся губами его губ. И тот ответил, но как-то отвлечённо.
— Тебя что-то тревожит?
— Есть такое.
— Поделишься?
— Я не хочу домой.
— Почему?
— Здесь все так близко. А вернусь и никого не будет, кроме Вэй Усяня. Но и он мне уже заявил, что истоскуется по возвращении. Так что останется его бледная тень и родители. Радует только присутствие сестры в жизни.
Задумавшись над его словами, Вэнь Юань понял, что есть в них смысл.
— Понимаю. Но мы ведь все сможем видеться, пусть и не так часто. А так придётся занимать себя делами.
— Именно! Дела, строгость, ответственность, чаще всего просто навязанная. А лично у меня ещё и удушающая опека матери.
— Насчёт дел и ответственности, они ведь потому, что ты будущий глава ордена. Без этого никуда. А насчёт матери... мне жаль.
— Глава? Я тебя умоляю. Отец лучше кого другого пропихнёт, чем меня.
— Что? Но почему?
Цзян Чэн горько усмехнулся.
— А ты как думаешь?
— Я не знаю, что и думать! Ты ведь прямой наследник. И ты достоин места главы.
— Недостаточно хорош, юн, вспыльчив, слаб, умом не блещу. Что б тебе ещё пересказать то? А впрочем, не стоит больше добавлять.
— Что-о-о? — Вэнь Юань даже подскочил от возмущения. — Что за чушь?
— Не знаю, чушь или реальность, но я это выслушиваю постоянно.
— Я тебе точно скажу. И любой из ребят скажет. И учитель подтвердит. Что это полная чушь! — Вэнь Юань обхватил лицо Цзян Чэна руками и заглянул в глаза. — Ты один из сильнейших и умнейших среди всего нашего поколения. Да, вспыльчивый немного, но нет идеальных людей. Ты великолепный мечник, а среди лучников тебе вовсе нет равных. Ты прекрасный стратег, да и в целом ума тебе не занимать. Так что хотя бы сам не сомневайся в себе.
— А если я и сам в это не верю?
— Если моих слов недостаточно, поверишь тому, кто гораздо авторитетнее?
— Я не знаю... Ты что-то задумал, по глазам вижу.
— Задумал. Отвести тебя к учителю, чтобы он объяснил тебе всё о тебе. Очевидно, что он назовёт и недостатки. На то он и учитель. Но, возможно, он откроет тебе глаза на то, что ты на самом деле способен на многое.
— Вэнь Юань! — Цзян Чэн смутился, даже уши покраснели. Очевидно, что подобного общения он побаивался.
— Что, Цзян Чэн? Если не захочешь, никто тебя к учителю не поведёт. Я просто хотел бы, чтобы ты стал уверенным в себе.
— Разве учитель станет уделять время на такое?
— Так говоришь, будто ему придётся потратить на беседу много времени. Всегда можно подойти после урока и задать вопрос.
— Ладно, ладно, может, ты и прав.
— Меня так злит, что в тебя поселили сомнения в самом себе! — Вэнь Юань не мог прекратить возмущаться. Маленький злой мальчик.
— Не ругайся. Всё не так страшно.
Поворчав ещё немного, Вэнь Юань успокоился и чмокнул Цзян Чэна в щёку.
— А я думал, ты ругаться не умеешь. Открываешься мне с новой стороны, — со смешком заметил Цзян Чэн, обнимая его крепче.
— Это я ещё не ругался!
— Ух, какой грозный! Боюсь-боюсь.
Вэнь Юань фыркнул и предложил:
— Может, позовём ребят и до Цайи прогуляемся?
— Согласен. Нужно проводить время с пользой. Вот Не Хуайсан обрадуется-то. Бедняга из отработок не вылезает. Впрочем, сам виноват, впрягаться за Вэй Усяня часто боком выходит.
— Судя по тому, что он продолжает впрягаться, отработки ему нравятся, — хихикнул Вэнь Юань.
— Дурак, получается.
— Получается. Пойдём?
Они собрали компанию, и чудо, что ни Вэй Усянь, ни Не Хуайсан не были наказаны. Сразу же выдвинулись в город перешучиваясь.
Особенно смешили шутки Лань Ванцзи, который умудрился научиться этому тонкому искусству. И пусть он всё так же говорил мало, но иногда как сказанёт что-то со своим каменным лицом, так тут хоть стой, хоть падай. И он всегда явно был доволен, когда остальные умирали с его шуток.
Вэнь Юань искренне радовался, что Лань Ванцзи проживает свою юность гораздо веселее, чем в прошлом. Что-то он сделал правильно. Например, позволил кому-то обрести друзей и стать менее замкнутым, а значит, более счастливым.
Войдя в город, изголодавшиеся по впечатлениям, в первую очередь, юноши прогуливались по улочкам, заглядывали в лавки, глазели на людей и мирскую жизнь. Нашлись и развлечения: ближе к границе города им предложили пострелять по мишеням из лука.
Юньмэновцев от стрельбища оттаскивали за уши. Хотя и остальные с удовольствием постреляли, но эти двое... они будто дорвались до самого желанного в мире.
— Вы что, на занятиях не настрелялись? Или это другое? — хихикнул Вэнь Юань.
— Занятия не терпят соревнований, с какой-то стати. Нам не дают там нормально развернуться!
— Вот именно! — поддакнул Вэй Усянь. — А без этого неинтересно.
— Хорошо-хорошо, я понял, вопросов больше нет.
— Ах ты! Да демон тебя задери, как? — Цзян Чэн сокрушался над тем, что Вэй Усянь вновь управился быстрее него.
— А вот, вот видишь, какой я молодец! Это потому что меня Лань Чжань поддерживает! Правда, Лань Чжань?
Тот с серьёзным видом кивнул.
Вэнь Юаню стало неловко.
А Цзян Чэн отвесил Вэй Усяню пинок под зад.
— Молодец, ещё какой. А ещё немного жулик.
Тот с возмущённым воплем отскочил.
— Ничего я не жулик! Не наговаривай на невинного человека!
Цзян Чэн прыснул от смеха, в мгновение сменив гнев на милость.
— Вот смешно вам, а мне неприятно, между прочим! — в шутку возмутился Вэй Усянь и бросился к Лань Чжаню за утешением.
Вэнь Юань подошёл к Цзян Чэну и хитро шепнул ему:
— А ты всё равно был лучше.
— Спасибо. — Тот улыбнулся ему и отложил лук и стрелы.
— Господа невинные и без вины виноватые, может, мы сходим поедим? — взмолился Не Хуайсан.
— Кто сказал еда? — посмотрел на него Вэй Усянь. — Идём конечно!
Все рванули за Не Хуайсаном.
— Я вам это место ещё не показывал, но здесь особенно большие блюда и особенно вкусные шашлычки. Предлагаю сегодня немного выпить вкусного вина и хорошенько пообщаться. Не знаю, сколько ещё будет таких возможностей, пока мы вместе.
Все наперебой согласились. Только Вэнь Юань и Лань Ванцзи, очевидно, отказались от вина, но им и с чаем будет хорошо. Заказ сделали большой, у хозяина заведения возникли сомнения, что они всё съедят даже с учётом растущих организмов, но его уверили, что под вино еда влетит как надо.
— Не Хуайсан, в твоих словах было что-то тягостное. Беспокоишься о скором расставании?
— Ещё бы. Скажи, что ты нет. И не смей врать, у тебя на лице всё написано.
Цзян Чэн только вздохнул.
— Вы так беспокоитесь, будто мы на всю жизнь расстаёмся. А у нас ещё будет тысячи возможностей увидеться, — весело сказал Вэй Усянь. Хотя он и сам наверняка переживал. Особенно из-за расставания с любимым.
— Я тоже так думаю, — поддержал его Вэнь Юань.
— Ага, храбритесь дальше. Не вам же ехать на самый север Поднебесной! — возмущался Не Хуайсан.
— Мы к тебе и на самый север приедем, — заверил его Вэй Усянь.
— Лей мне в душу слова утешения. Наполни пиалы за наши лишения! Хи-хи.
— Поэт, глядите на него, — хмыкнул Цзян Чэн.
— Выпьем же за то, чтобы наша дружба прошло сквозь года, и мы могли постоянно видеться, — разлив вино по пиалам, поднял тост Вэй Усянь.
Друзья поддержали его и выпили. Как раз начали приносить закуски.
Так они и увлеклись беседой и едой. Вэнь Юаню случайно перепало несколько пиал вина. Потому что Вэй Усянь, когда разливал, не смотрел, кому льёт, и если Лань Ванзци это замечал и от своей пиалы шальную руку отводил, то Вэнь Юань был слишком увлечён разговорами.
Поэтому к концу трапезы он был слегка хмельной и, глупо улыбаясь, устроил голову на плече Цзян Чэна. Того это ни капли не смутило, он с той же непринужденностью продолжал болтать, зато остальные растерялись. Ладно, Не Хуайсан лишь хихикнул.
Лань Ванцзи переводил задумчивый взгляд с одного на другого, а Вэй Усянь чуть палочки не выронил, но, на удивление, промолчал.
Вэнь Юаню же было просто хо-ро-шо, и он, потеряв нить разговора, раздумывал над тем, что надо будет сегодня позвать Цзян Чэна к себе на ночь.
— Вы чего вылупились? — Цзян Чэн не понимал причин такого удивления.
— Ничего, — тактично ответил Лань Ванцзи и легонько дёрнул Вэй Усяня за рукав. Тот тут же уделил всё своё внимание еде.
— Странные какие-то.
— Вообще, — поддакнул Не Хуайсан и подлил всем вина (Вэнь Юаню тоже). — Сыграем?
— Во что и на что?
— Правда или действие, как такой вариант?
— О-о-о, давай, — согласился Вэй Усянь.
— Поясню. Допустим я, как предложивший, спрашиваю любого из вас: правда или действие. Или вы отвечаете на мой вопрос честно, или выполняете загаданное мною действие. Всё просто. Итак, кого же спросить первым. А вот Вэй Усяня! Правда или действие?
— Давай пока что правду.
— Твои планы после обучения?
— Закончить обучение дома, стать полноправным адептом ордена Юньмэн Цзян и жениться на Лань Чжане.
У Лань Ванцзи покраснели уши.
Цзян Чэн подавился вином.
Не Хуайсан искренне улыбнулся.
— Хорошие планы.
Вэй Усянь довольно усмехнулся и посмотрел на Цзян Чэна.
— Теперь ты, дорогой шиди. Правда или действие?
— Начнем с правды.
— Почему это ты так легко позволяешь Вэнь Юаню лежать на твоём плече?
— А почему я должен быть против? Всё же в порядке. Так как надо.
— Не-сюн, не уходит ли Цзян Чэн от ответа?
— А вот этот вопрос ты задашь в следующий свой ход. Не забудь, у нас по одному вопросу!
Вэй Усянь надулся.
Теперь наступила очередь Цзян Чэна задавать кому-то вопрос.
— Лань Ванцзи. Правда или действие?
— Правда, — решил продолжить парад правды тот.
— У вас двоих всё настолько серьёзно, что хотите пожениться? Или Вэй Усянь драматизировал?
У Лань Ванцзи снова покраснели уши. Но он твёрдо ответил:
— Серьёзно.
Цзян Чэн нахмурился, глядя то на одного, то на другого. И опустошил свою пиалу. Ему подлили ещё, и ту тоже залпом опрокинул.
— Да, дела...
— Через несколько лет, — огорчённо вздохнул Лань Ванцзи. Вэй Усянь погладил его по плечу.
— Да ладно тебе. Мы же что так, что так вместе.
Тот кивнул и посмотрел на Не Хуайсана.
— Правда или действие?
— Действие! Хватит уже в вашу жестокую правду играть.
Лань Ванцзи растерялся. Вопрос ему было бы придумать легче. Подумав, он неуверенно сказал:
— Станцуй?
— Ах, надо было в комнате спрятаться, тогда б я вам тут так станцевал! — Не Хуайсан поднялся и под тихую мелодию, напеваемую под нос, стал плавно и красиво двигаться. И откуда понабрался только?
— Ты настоящее искусство, — восторженно заявил Вэнь Юань.
— А мне интересно, что бы он нам станцевал в закрытой комнате... — пробормотал Вэй Усянь и получил укоризненный взгляд от Лань Ванцзи.
Не Хуайсан хитренько засмеялся и сел на место.
— Будут обстоятельства — узнаешь. Вэнь Юань, теперь ты. Правда или действие?
— Действия, — ответил он, боясь правды, которую может потребовать у него Не Хуайсан.
— Очччень жалею, что мы не в отдельной комнате. Хм. Подойди к хозяину заведения и прочитай ему отрывок правил Облачных Глубин, как будто на путь истинный его наставляешь.
Фыркнув, Вэнь Юань встал. Его повело, и он вцепился пальцами в плечи Цзян Чэна. Глупо улыбнулся и, прикрыв глаза, крепко обнял того со спины. Так хорошо… Даже чуть не забыл, что должен сделать. Но пришлось отлепляться и идти к хозяину заведения.
— У меня к вам важное дело, господин, — серьёзно заявил Вэнь Юань. И стал вдохновенно, но при этом по-учительски строго перечислять правила Облачных Глубин. Когда дошёл до «Алкоголь запрещён», хозяин закатил глаза и сказал:
— Я заметил. Пока сам не следуешь правилам, не учи им других. Пошёл отсюда.
Вэнь Юань важно кивнул и вернулся за столик.
— Наш герой! — Не Хуайсан заливисто смеялся. — Но я не думал, что ты настолько пьян. И когда успел? С трёх пиал?
Вэнь Юань пожал плечами.
— Так он впервые пил, что ты хочешь, — хмыкнул Вэй Усянь. Вэнь Юань замахал на него руками, мол, замолчи, и посмотрел на Цзян Чэна.
— Правда или действие?
Тот подпёр щёку рукой, чуть ли не разлёгся на низком столике и неотрывно смотрел на дрейфующее в пространстве тело любимого.
— Правда.
— О чём ты мечтаешь?
— О признании, наверное. О любви, как и многие. Да, остановлюсь на этом.
Вэнь Юань кивнул.
— Хорошие мечты.
— Неужели нашей любви тебе недостаточно, Цзян Чэн? — привторно грустно проныл Вэй Усянь.
— Вашей? Это какой?
— Моей, Не-сюна, Вэнь-сюна. Насчёт Лань Чжаня не знаю...
— Мало. Неужели не понимаешь?
Вэй Усянь помотал головой.
Цзян Чэн махнул на него рукой. А на ухо Вэнь Юаню сказал:
— И естественно, я мечтаю о тебе.
Тот расплылся довольной лужей и, кажется, уже не был готов продолжать игру. Ну, до его очереди хотя бы ещё далеко.
Цзян Чэн отстранился от него и продолжил игру.
— Не Хуайсан, правда или действие?
— Правда.
— Ты нам все весенние книжки подкидывал посмотреть. А сам практиковал?
Не Хуайсан спрятался за веером, лишь хитро поглядывал на присутствующих. Но Цзян Чэн это кокетство быстро прекратил, отобрав веер.
— Эй, верни!
— Сначала ответь, потом он вернёт, — хмыкнул Вэй Усянь.
— П-практиковал. Довольны?
Цзян Чэн с довольным выражением лица обмахивался его веером.
— И как тебе? — заинтересовался Вэй Усянь.
— У тебя хотел спросить, — ехидно бросил Не Хуайсан.
Тот явно смутился и бросил взгляд на Лань Ванцзи.
— Я не практиковал, мне нечего рассказывать.
— Только обнимаетесь и целуетесь? И всё? — поразился Не Хуайсан.
— Некуда торопиться, — веско обронил Лань Ванцзи.
Вэнь Юань смотрел на них, раскрыв рот.
— А как же слухи о распутстве Вэй Усяня?
Тот неловко улыбнулся. Кажется, они его сломали.
— Так слухи же.
— Поразительно. Так здесь не страсть, здесь чистая любовь! — Не Хуайсан радостно засмеялся и хлопнул в ладоши.
Цзян Чэн же облегчённо выдохнул.
— И не сомневайтесь! — фыркнул Вэй Усянь. — Давай, Не-сюн, твоя очередь.
— Да так вот получилось, что пока я отвечал на свой вопрос, ты ответил на свой. Хотя я даже не успел облагородить все формальностями. Так что ход переходит тебе, можешь выбирать.
Подумав, Вэй Усянь повернулся к Лань Ванцзи.
— Правда или действие?
— Действие.
— Я не ожидал, что дождусь этого момента! — У Вэй Усяня загорелись глаза. Он налил вина в свою пиалу и пододвинул её Лань Ванцзи. — Выпей.
Тот укоризненно на него посмотрел.
— Вэй Ин.
— Что? Ты сам выбрал действие и по правилам должен его выполнить.
— Нет.
— Да. Иначе будет нечестно.
— Не хочу.
— Это дело чести!
— Может, можно поменять на правду? Хотя от Ланя это и неинтересно, — покачав головой, сказал Не Хуайсан.
Цзян Чэн поддакнул:
— Вот именно! Правило есть правило.
Вэй Усянь с Лань Ванцзи некоторое время буравили друг друга взглядами. Потом первый взял пиалу, сам выпил вино и прижался губами к губам возлюбленного. Тот от неожиданности ответил на поцелуй, но тут же отпрянул.
— Вэй Ин!
Тот, довольно ухмыляясь, вытер вытекшую изо рта струйку вина рукавом.
— Он выпил.
«Интересно, а вино так может быть вкуснее?» — заинтересовался Вэнь Юань.
Не Хуайсан удивлённо охнул и хлопнул в ладоши.
— Сумасшедшие! Зато какие!
Хмурясь, Лань Ванцзи отвернулся.
— Эй-эй, твоя очередь!
— Цзян Чэн, правда или действие? — буркнул он.
— Действие. Попробуй придумай, ха!
Лань Ванцзи кашлянул в кулак, будто сдерживал смех.
— Побей Вэй Ина. Только не сильно.
— Эй! — возмутился Вэй Усянь. — Да как ты можешь?!
— А ты как мог?
Цзян Чэн расхохотался:
— С радостью! — и начал задорно поколачивать Вэй Усяня, щекотать его и тыкать, как они в детстве постоянно баловались. Тот отвечал ему тем же, и они чуть тарелки со столика не сбили.
Как вдруг Лань Ванцзи покачнулся и, прикрыв глаза, завалился на Вэй Усяня.
— Ой. Лань Чжань, что случилось?
Но тот не отвечал. Проверив его состояние, Вэй Усянь осознал, что он просто уснул.
— Это на него так алкоголь действует? Интересно...
— Минус один игрок, — хихикнул Вэнь Юань.
— А ты ещё держишься, Вэнь Сычжуй?
— Пока да. А что?
— Это хорошо, значит, стойкий.
— Так я вроде и не много выпил? А может, много... Не знаю.
— Много, Вэнь Юань, много. — Цзян Чэн погладил его по спине.
По телу прошла дрожь, и Вэнь Юань тихонько вздохнул.
— Как скажете.
Вдруг поднялся Лань Ванцзи. Сел прямо. Огляделся. Увидел Вэй Усяня, схватил за руку и под его недоумённые вопли потащил куда-то прочь.
— Эй, куда? — Цзян Чэн подорвался с места и хотел за ними рвануть, но в него вцепились и не дали уйти.
— Кажется, пора уходить.
— Не думаю, что стоит идти за ними, — пробормотал Вэнь Юань, оставляя на столе кусочек серебра. — Можем вернуться в Облачные Глубины.
Они поднялись и покинули заведение, взяв Вэнь Юаня под руки с двух сторон
— Эй, да я и сам могу идти!
— Тебя ведёт.
— Так сильно?
— Мы лишь помогаем тебе не подавать виду.
— Ладно, — вздохнул Вэнь Юань и уныло подумал, что, если его увидит учитель, разочаруется.
Так они дошли до Облачных Глубин и без происшествий дошли до ближней комнаты — комнаты Не Хуайсана.
— Ах, не хочу с вами расставаться, — убивался тот.
— Давай-давай, заходи. — Цзян Чэн обнял его на прощание.
Вэнь Юань помахал рукой.
— Мы же уже завтра увидимся, не переживай.
И они с Цзян Чэном ушли.
— Зайдёшь ко мне? — мило спросил Вэнь Юань.
— Конечно. Не могу тебе в этом отказать. Моя комната уже запылилась совсем. — Цзян Чэн усмехнулся.
— Я так рад, что ты со мной. — Вэнь Юань весь расплылся от любви и повис на нём.
Тот украдкой поцеловал его и предложил:
— Хочешь покататься?
— Покататься?
— Могу тебя на спине донести.
— Давай.
Цзян Чэн чуть присел. Вэнь Юань вскарабкался на него и поцеловал в макушку. Радостно рассмеялся, цепляясь крепче, когда Цзян Чэн поднялся и покружился на месте. И они понеслись до комнаты. Спугнули парочку учеников, но на неприятности не нарвались.
А в комнате Вэнь Юань сполз с Цзян Чэна и крепко обнял со спины.
— Доволен? — Тот с нежностью погладил его руки.
— Я счастлив, — проговорил Вэнь Юань и вдруг спросил: — Правда или действие?
— М? Правда.
— А ты веришь в вечную любовь?
— Прости, но нет. Я очень сомневаюсь в вечности.
— Это хорошо, — тихо сказал Вэнь Юань.
— А... ты?
— А я верю.
— Какой она должна быть? Расскажешь? — Цзян Чэн взял одну его руку и коснулся губами тыльной стороны ладони.
— Какой? — Вэнь Юань задумался. — Наверное, терпеливой, заботливой, полной доверия друг к другу, полной веры в то, что тебя всегда ждут и обязательно дождутся. И ещё всегда стоять друг за друга, кто бы что ни совершил.
— Это так идеалистично, что я с трудом могу поверить в реальность такой любви.
— А она есть. Я точно знаю.
Цзян Чэн напряжённо молчал. Ах, если бы Вэнь Юань слышал его мысли, если бы понял его чувства, то пожалел бы, что вообще завел этот разговор. Но он не знал. А своё напряжение Цзян Чэн, повернувшись к нему, скрыл крепкими объятьями.
Но что-то Вэнь Юань всё-таки почувствовал, поэтому пробормотал:
— Извини, если тебе неприятно, я такой пьяный... несу всякое...
— Нет-нет, ничего. Да и ты ещё даже толком не пьяный, так, пьяненький. — Цзян Чэн усмехнулся и погладил его по щеке. — Только, боюсь, завтра тебе будет «весело».
Вэнь Юань прижался к его руке.
— М-м-м, почему?
— Ты ведь особо не пил никогда. Ну ничего, можешь смело поделиться с утра ощущениями. Я постараюсь помочь.
— Что ж, посмотрим, что будет. А пока... я выбираю действие. Чего бы ты от меня хотел? — Вэнь Юань расплылся в хитрой улыбке.
— От тебя-я-я. — Цзян Чэн задумался, а руки его стали блуждать по телу Вэнь Юаня. — Хочется что-нибудь учудить, если честно. Вместе с тобой.
— Прямо-таки учудить? — хмыкнул тот.
— И даже хуже.
— Хуже? Например?
— Нарушить сотню другую правил и погулять в ночи, устроить настоящую романтику. Только ты и я.
— Гулять в ночи? И устроить романтику? Звучит прекрасно, — улыбнулся Вэнь Юань. — И совсем не учудить, и тем более не хуже чем.
— Я лишь отмёл самые непристойные варианты.
— А что это у тебя были за непристойные варианты, бесстыдник?
— А вот. Знаешь, не завершена одна история. Как например, когда мы на источник ходили.
— О... — Вэнь Юань чуть покраснел. — Хочешь попробовать ещё раз?
— Если ты поддашься, почему нет? А ещё я так и не научил тебя нормально нырять.
— Ну давай попробуем. Сегодня я на всё готов. — Вэнь Юань повис на нём, улыбаясь.
Цзян Чэн же обнял его ещё крепче, и после они выбежали из комнаты и понеслись навстречу луне и звёздам.
Они бродили по тропинкам, прятались от патрульных и перекатывались как заговорщики. Вдвоём им было так приятно творить глупости, что они едва на неприятности самовольно не набрасывались.
Вэнь Юань и подумать раньше не мог, что нарушать правила может быть так весело и захватывающе. Наверное, всё зависело от компании или чувств (или алкогольного опьянения).
До источников они добрались уже далеко после отбоя. Сразу же скинули верхний и нижний халаты, остались только в рубашке да штанах. Их мгновенно сгорело исходящим от горячей воды паром, и глаза стали слипаться. Цзян Чэн упорно смотрел на звёзды и сладко вздыхал.
— Красиво.
— Очень красиво. А особенно красивый — ты. — Вэнь Юань радостно улыбнулся.
— Не могу перестать наблюдать за небом, мне кажется, что здесь оно такое близкое к нам, хоть рукой трогай. А ты, если меня таким считаешь, можешь трогать вместо неба. — Цзян Чэн засмеялся.
Захихикав, Вэнь Юань облапал его везде, где достал. Извиваясь и дергаясь от внезапной щекотки, Цзян Чэн смеялся и пытался лапать в ответ. В конце концов, оба упали и окунулись с головой. Вэнь Юань от неожиданности наглотался воды.
— Ну вот, вся романтика разрушилась, — отплевавшись и отдышавшись, хихикнул он.
— Может, оно и к лучшему. Ну что, Вэнь Юань, нырнём?
— Давай. — Он смотрел на Цзян Чэна горящими глазами.
— Только глаза свои прекрасные... не закрывай.
— Я не смогу.
— Ты сможешь всё, просто нужно потренироваться. Давай!
Они нырнули. Вэнь Юань попытался открыть глаза в воде, но испугался и закрыл их обратно, цепляясь за руки Цзян Чэна. Тот чмокнул его в лоб, пощекотав пузырьком воздуха, в мгновение устремившимся на поверхность. И держал Вэнь Юаня крепко-крепко, чтобы тот доверился.
Он снова попытался открыть глаза, посмотрел на ставшего смешным в воде Цзян Чэна и рассмеялся. Пришлось срочно возвращаться на воздух.
Они всплыли и Цзян Чэн засмеялся тоже, только придерживал его, чтоб не утонул, пока откашливается.
— Вода так меняет облик людей! — восторженно воскликнул Вэнь Юань.
— Не настолько сильно, чтобы ты укатился со смеху.
— Представляешь себе, настолько! Ты очень забавный был.
— Ещё раз?
— Давай.
И они снова нырнули. На этот раз Вэнь Юань сумел удержать глаза раскрытыми.
Ему открылся вид не только на смешного Цзян Чэна, но и на подводный мир. Из-за температуры источника он не изобиловал разнообразием, но вот дно... Дно полнилось теми сверкающими в лунном свете камушками.
Держась одной рукой за Цзян Чэна, Вэнь Юань поперебирал камушки, нашёл один интересной формы и показал его любимому. Тот довольно закивал, одобряя находку и указал куда-то дальше, призывая плыть.
Он повиновался.
Нарастал странный шум. Цзян Чэн потянул Вэнь Юаня на поверхность. И, отдышавшись, объяснил:
— Ты слышал? Как будто вода куда-то стекает. Хотя источник на первый взгляд закрытый.
Вэнь Юань помотал головой.
— Думаешь, надо проверить?
— Да, но осторожно. Если что — не отпускай меня.
— Хорошо. Поплыли.
Они нырнули вновь и двинулись на шум. Лишь подобравшись ближе, Вэнь Юань его отчётливо расслышал.
Свободной рукой Цзян Чэн что-то нащупал и попытался пролезть. У него это с трудом, но получилось, правда пришлось расцепить руки, иначе бы не вошли. Следом уже гораздо легче проскользнул Вэнь Юань, чуть не померев от страха застрять между каменными плитами. Цзян Чэн встретил его на той стороне и тут же вцепился в руку. Вдвоем они двинулись дальше, благодаря себя, что научились надолго задерживать дыхание.
Хотя Вэнь Юаню становилось уже тяжело. Он ведь, в отличие от Цзян Чэна, не провёл всё детство в воде. Он подёргал его за руку и вопросительно потыкал пальцем наверх.
Но вместо этого они заплыли ещё глубже. Цзян Чэн крепко сжимал его руку, внушая уверенность. Ещё немного, и вновь они проскользнули через какой-то проём и только после этого всплыли. Вэнь Юань изо всех сил цеплялся за Цзян Чэна и пытался отдышаться. Он успел испугаться, что умрёт под водой.
Они оказались в другом источнике, а где — понятия не имели. Вода была холодной, берега плотно заросли травой и кустарниками. Похоже, люди сюда не доходили.
— Ты как? — усмиряя дыхание, спросил Цзян Чэн.
— Пока ты рядом, всё хорошо.
— Добираться тяжело, не представляю, как ты выдержал.
— С трудом. — Вэнь Юань прижался к нему, прикрыв глаза.
— Может, попробуем добрести обратно так, не под водой?
— Мы даже не знаем, где находимся. Так что стоит хотя бы вылезти и оглядеться.
Цзян Чэн кивнул. Они вышли на сушу, и прохладный весенний ветерок заставил их поёжиться.
Всё вокруг поросло сорняками, ничего похожего на тропинки не было. Совсем нежилое место.
— Тут всё такое заросшее и заброшенное. Как будто не территория Облачных Глубин. Но мы не так долго плыли, чтобы оказаться вне их.
— Может, мы просто свернули в нежилую зону?
— Может быть. Хотя я не помню таких мест.
— А ты-то с чего должен?
— Я много где гулял тут, когда мы с отцом приезжали.
Они отжали одежду, но теплее не стало. Цзян Чэн огляделся в поисках далёких огней, но ничего видно не было.
— Попробуем пойти в ту сторону, откуда примерно плыли?
Прикинув направление, двое двинулись в путь. Пришлось пробираться через какие-то заросли, поваленные деревья, они даже чуть не провалились в яму. Устроили романтику на источниках, молодцы.
И всё бы ничего, но через некоторое время они упёрлись в скалу.
— А за ней, видимо, и дом, —пробормотал Вэнь Юань.
— Так вот сквозь что проплывали. Обходить или возвращаться и плыть? Я чертовски устал, если честно. Вина как небывало, храбрость ушла вместе с ним.
— У нас, получается, нет выбора. Но мы можем не выдержать обратный путь. Но и оставаться здесь так на ночь... мы замёрзнем. Давай попробуем с другой стороны источника выбраться? Пойдём вдоль скалы.
В скале они нашли расщелины и через одну из них смогли проползти на другую сторону. Камни сжимались со всех сторон, и пусть ни один из юношей не боялся тесных пространств, но именно сейчас обоим, уставшим и замёрзшим, было страшно.
Оказавшись на воле, они облегчённо вздохнули.
— Вижу огни. Вон там, смотри. — Цзян Чэн приобнял Вэнь Юаня в попытке согреться и указал на жёлтый тёплый свет вдалеке.
— Идём скорее!
Пришлось ломиться через кусты, но они вышли к ланьским источникам. Нашли, где оставили одежды и помчались в комнату греться.
Стуча зубами, Вэнь Юань побежал за ширму переодеваться, а Цзян Чэн остался снимать ставшие грязными от путешествия нижние одежды в комнате. Вот только когда Вэнь Юань вернулся, Цзян Чэн сидел на кровати, едва прикрытый не надетым халатом, и смотрел в одну точку — над чем-то задумался и потерял связь с реальностью.
— Ты чего? — Вэнь Юань присел рядом.
— А? — Цзян Чэн очнулся и притянул халат чуть ли не к груди, смущаясь. — Извини.
— За что? — Вэнь Юань коснулся его плеча, запереживав.
— Можешь отвернуться?
Он послушно отвернулся.
Цзян Чэн быстро оделся, запахнулся посильнее и, вновь сев рядом, поцеловал его в щёку.
— Всё.
— Ты... меня стесняешься?
— Не знаю. Вроде бы не стесняюсь, но... Что-то осталось.
— Я ведь тебя целовал. Здесь. — Вэнь Юань с улыбкой коснулся его груди.
Цзян Чэн накрыл его руку своей и улыбнулся.
— Целовал.
— И ещё буду целовать.
— Ты обещал. И с тебя будет спрос. — Усмехнувшись, Цзян Чэн отстранил его руку и прижал её к своим губам.
Вэнь Юань смотрел на него влюблёнными глазами. Он потянулся к Цзян Чэну и остановился близко-близко к его лицу, касаясь губами их сцепленных рук.
— Не думал, что этот вечер можно спасти. Но у нас, кажется, получилось.
— Правда?
— Да. Ты ведь чувствуешь это тоже?
— Я чувствую, что очень тебя люблю.
— Ты... любишь? — Цзян Чэн в изумлении распахнул глаза.
— Люблю. — Вэнь Юань нежно улыбнулся и был порывисто обнят. — И твои объятия люблю.
— А я твои.
Вэнь Юань повалил его на спину и лёг сверху.
— Так объятия ещё крепче.
— Так и мы ближе, — хмыкнул Цзян Чэн, ёрзая под ним, чтобы устроиться удобнее.
— Тебе не тяжело?
— Немного. Но больше твои острые кости мешают.
Вэнь Юань неловко хихикнул.
— Мне слезть?
— Ни в коем случае.
— Ну хорошо.
Он ткнулся носом в нос Цзян Чэна.
— А как тебе лежанка в виде покорного Цзяна?
— Твердовато, но зато тепло. И телу, и душе.
— Ты романтик каких поискать. Мне нравится это. — Цзян Чэн погладил его по щеке ласково.
— Ну ты же хотел романтический вечер. — Вэнь Юань показал ему язык и тихо рассмеялся.
— Хотел. И меня всё устраивает. Как ты? Вино, прогулка, ночное бдение, не совсем привычный для тебя распорядок.
— Всё прекрасно. Было весело. Спасибо тебе.
— Ты уже отблагодарил меня, чуть раньше.
— М-м-м?
— Своим признанием.
— О... Ну хорошо.
Вэнь Юань почти невесомо поцеловал его в шею и устроил голову рядом с его головой.
— Это было щекотно. Не вынуждай меня принимать ответные меры.
— Не напугал.
— Не напугал, говоришь...
Сказав это, Цзян Чэн обрушил на Вэнь Юаня щекоточную кару. Он пискнул и скатился с любимого, спасаясь. Но куда тут убежишь, когда Цзян Чэн выбрал жертву?
Тот повалил Вэнь Юаня на спину и продолжил наглую экзекуцию. Звонко смеясь, он извивался и пытался вырваться, но не получалось. И только когда он весь раскраснелся от усилий, Цзян Чэн обнял его и прижал к себе, наслаждаясь моментом.
Вэнь Юань отдышался и уютно устроился в объятиях.
— Ты меня окончательно вымотал...
— Спать?
— Не-е-ет, не хочу, чтобы это день заканчивался...
— Так закончится же.
— Если не спать, то он хотя бы дольше продлится.
— Хорошая попытка обмануть жизнь. И давно практикуешься?
— Сегодня впервые.
Цзян Чэн поцеловал его в лоб и закинул на него ногу собственнически ей к себе прижимая.
— Мой.
По телу Вэнь Юаня пробежали мурашки.
— Твой.
— Даже не знаю, что без тебя бы делал. Ты мне столько нового открыл.
— Я? Тебе? Нового? Правда?
— Конечно правда, что за вопросы?
— Ничего. — Разулыбавшись, Вэнь Юань так крепко его обнял, что дыхание перекрыл.
— Откуда... столько... силы...— закряхтел Цзян Чэн.
— От большой любви. — Он ослабил хватку.
— Если так продолжится, мои рёбра под твои руки промнутся.
— Нет. Я буду аккуратным. Обещаю. — Вэнь Юань чуть сдвинулся и поцеловал его.
— Я тебе не верю, сейчас же не был? Вон, уже остаются! Чувствую!
И стоило ли ради этих слов прерывать поцелуй?
— Тогда ты можешь ответить мне тем же, и мы будем квиты.
— Я лучше отвечу так... — Цзян Чэн покрыл его лицо поцелуями и спустился к шее.
Вэнь Юань сладко завздыхал и завозился, открываясь сильнее, чтобы получить больше любимых ласк. Внемля безмолвной мольбе, Цзян Чэн касался его губами везде. Но сорвался на чувственный поцелуй в губы.
Тихо простонав от удовольствия, Вэнь Юань прошептал:
— Я правда так тебя люблю!
И вновь получил множество желанных поцелуев. Но, поддаваясь желанию, перехватил инициативу, и зацелован был уже Цзян Чэн. От лица, до шеи, груди и даже живота.
Цзян Чэн мелко задрожал от переполнявших его чувств. Каждое касание будоражило его и окончательно лишало сонливости. Он зарылся пальцами в волосы Вэнь Юаня и властно прижимал к себе ближе, иногда даже шелохнуться не давая.
От его властности кружило голову и мурашки бегали по коже. Вэнь Юань ужасно всё это любил. Он спускался поцелуями всё ниже и ниже... Вдруг вспомнил кое-что, что видел в прошлой жизни в книжке для взрослых и застыл. Он думал, что уже забыл о смущении рядом с Цзян Чэном, но нет. Наверное, каждый раз, сталкиваясь на стезе любви с чем-то новым, Вэнь Юань будет смущаться и краснеть. И дрожать от волнения.
— Цзян Чэн, я... я хочу... с-сделать кое-что. Ты... по-по-озволишь?
— Ты слишком смущен, я даже предположить боюсь, что ты затеял. — Цзян Чэн отвёл взгляд, даже чуть было привычно руки на груди не скрестил. — Расскажешь может сначала?
Вэнь Юань сполз ниже и, оказавшись лицом прямо у его паха, поднял голову, чтобы посмотреть на Цзян Чэна.
— Эй, эй-эй-эй, поднимись! — Тот сел на кровати и поднял его голову. Обхватив ладонями его щёки, прошептал: — Твои губы созданы для лучшего, — и очень нежно поцеловал его.
— Но я бы хотел попробовать... — пробормотал в поцелуй Вэнь Юань. — Ты не хочешь?
— Возможно, я смущён этим даже больше, чем ты.
— Раньше же мы оба переступали через смущение.
— И сейчас переступаем. И всё же я думаю мы можем обойтись и без этого.
— Ладно.
Вэнь Юань расстроился. Ему будто отказали в доверии.
— Вэнь Юань...
Он мотнул головой.
— Всё хорошо. Это твоё тело, твоё право и твоё желание. Может, однажды ты сможешь подпустить меня так близко. Или...
«Кого-то другого?»
— Ты драгоценный, Вэнь Юань. — Цзян Чэн склонился ниже и поцеловал его вновь. — И твои губы и правда созданы, чтобы их целовать.
— А ты весь создан для поцелуев, — прошептал Вэнь Юань. И вдруг, не выдержав накала собственных чувств, мыслей, переживаний, расплакался.
— Ну ты чего?
Цзян Чэн крепко обнял его, позволяя выплакаться, хотя сам перепугался не на шутку, и был напряжён как натянутая струна.
— Ничего. Не обращай внимания, — вытирая непрекращающиеся слёзы, проговорил Вэнь Юань. — Скоро пройдёт.
Но только горше заплакал.
Они не станут ближе. Наоборот, будут всё дальше и дальше друг от друга, как только закончится обучение. И не смогут видеться так часто, как хотелось бы, потому что Вэнь Юань должен решать проблемы отца и много чего ещё делать, лишь бы не было войны.
Однажды они с Цзян Чэном отдалятся настолько сильно, что снова станут друг другу никем.
Да и сейчас... кто он для Цзян Чэна? Спросить? Тот может загрузиться и расстроиться, а этого не хотелось.
Зачем вообще всё это началось? Жил бы спокойно и горя лишнего не знал. Но нет, потянуло на любовь.
Цзян Чэну было бы не трудно понять его терзания, но раз все переживания остались лишь в глубине души Вэнь Юаня, то и разделить с ним общую беду он не смог.
— Скоро? Сомневаюсь. Я ведь беспокоюсь за тебя, а ты тут так заливаешься. Мой драгоценный Вэнь Юань, — шептал Цзян Чэн, обнимая его крепче.
— Прости, я испортил весь вечер, — пытаясь успокоиться, проговорил Вэнь Юань и добавил едва слышно: — Я буду рад уже просто зная, что у тебя всё хорошо. Даже если без меня.
— Что? Что ты такое несёшь, Вэнь Юань? Это из-за отказа? Нет, что ты, как же без тебя-то?
— Не из-за отказа, нет. Не слушай меня. Или слушай... Хочу успеть попробовать с тобой всё... Или лучше не надо, чтобы потом хуже не было? Я не знаю...
— Вэнь Юань. — Цзян Чэн вновь обхватил его щёки ладонями. — Чего ты боишься?
— Нашего скорого расставания.
— Я тоже этого боюсь до жути. Но я не вижу поводов пересиливать себя сейчас.
— Я и не говорю об этом, Цзян Чэн. Никаких уже сейчас. Может быть, даже никогда. Я о том, что потеряю тебя. Совсем скоро. И это не изменить, понимаешь?
— Считаешь, потеряешь?
— Мы будем далеко, нам будет не до встреч. Письма? Что в этих письмах? Разве ж можно через них обнять, поцеловать, посмотреть в глаза, провести время вместе, почувствовать друг друга? Мы будем всё дальше и дальше, и в итоге всё закончится рано или поздно.
— Я боюсь этого так же как и ты. Но именно поэтому и не хотел, чтобы все счастье мира было связано с тобой. Но что мои желания, я уже потерял контроль, ты уже заполнил всё. И сейчас я не знаю, что делать. Только и могу, что давать глупые наивные обещания.
— Прости. Я хотел бы, чтобы ты смог легко отпустить.
— Одного желания мало.
— Знаю. И очень жалею об этом.
— Прекрати. — Цзян Чэн заткнул его поцелуем. — У нас не осталось времени на сожаления. Просто будь со мной. И всё. А что будет дальше, уже судьба решит.
Вэнь Юань поцеловал его отчаянно, будто в последний раз. Прижался к Цзян Чэну, будто больше никогда не отпустит. Будто…
Они пропустили всё, что могли. Колокол, утреннюю медитацию, завтрак...
Но стыдно Вэнь Юаню было только за своё поведение. Он смотрел на любимого, который ещё не проснулся, и маленькое юное сердечко сжималось.
Вэнь Юань, как часто делал, расцеловал лицо Цзян Чэна. А тот привычно прижал его к себе ближе, обнимая почти до хруста костей
— Пора вставать и отбывать наказание, — хмыкнул Вэнь Юань.
— А избежать этого как-то можно?
— К сожалению, нет.
— За что... Ладно, пойдём. — Цзян Чэн собрался с силами и отпустил его, поднимаясь с кровати.
Вэнь Юань некоторое время сидел и смотрел на него, размышляя, стоит ли извиниться или лучше помалкивать о вчерашнем, чтобы хуже не было. В итоге решил промолчать.
Вместе они собрались, шутя обречённые шуточки. Настроение немного улучшилось.
Впереди были занятия, они едва успели на них и буквально сразу же получили заслуженное наказание. После обеда один отправился читать правила к стене, другой — переписывать эти правила в библиотеку.
Цзян Чэн, которому предстояло первое, лишь печально вздохнул. С каким удовольствием он бы предпочел спать дальше...
Но за всё надо платить, поэтому обоим пришлось не спать, а осознавать своё поведение.
Впрочем, пока Вэнь Юань переписывал правила, мысли его витали далеко, где-то рядом с Цзян Чэном.
Увиделись они лишь вечером.
— Ну как, осмыслил своё поведение? — ехидно поинтересовался Цзян Чэн.
Вэнь Юань покачал головой.
— А ты?
— Всё время думал о тебе и даже наоборот захотел нарушить ещё больше правил.
— Можем попробовать, — рассмеялся Вэнь Юань.
— Правда только какие бы выбрать...
— Мне кажется, все безобидные мы, так или иначе, уже нарушали.
— Ты меня озадачил.
— Пойдём вместе Стену читать? — хихикнул Вэнь Юань.
— А ты, пока переписывал, ничего не нашёл?
— Я, честно говоря, вообще не думал, что писал... Да и я, возможно, не всё помню, что мы нарушали. Так что идём.
Они пришли к Стене Послушания и стали читать правила.
— Вот это звучит интересно. И вот это. И вот это! — Цзян Чэн блуждал взглядом по стене, выцепляя правило за правилом.
Два любопытных юноши что-то активно обсуждавших у Стены. Подозрительно.
— Интересуетесь правилами, чтобы впредь не нарушать, я надеюсь, — раздался вкрадчивый голос учителя за их спинами.
Они чуть не подпрыгнули от испуга. Обернулись, вежливо поклонились.
— Учитель! — Вэнь Юань ну никак не мог скрыть сияющих глаз.
— Учитель... — Цзян Чэн же не был так радостно настроен.
— Так что же вы вдвоём здесь делаете?
— Ещё раз изучаем правила! — радостно отрапортовал Вэнь Юань.
— С какой целью?
— Чтобы лучше их запомнить.
— Надеюсь, что это так. Вы оба неплохо сдружились за время обучения, надеюсь, во благо.
— Конечно во благо. Вы не сомневайтесь. — Вэнь Юань широко улыбнулся.
Лань Цижэнь опустил руку ему на плечо и многозначительно тихо вздохнул. В сияющих глазах Вэнь Юаня он видел даже больше, чем тот хотел ему сказать. А в осторожном взгляде Цзяна, будто волчонка, находил всему подтверждение. Эти юноши прозрачны перед ним.
— Не громите Облачные Глубины напоследок. Пожалейте старика.
— Зачем нам их громить? — удивился Вэнь Юань. — Я бы точно не стал. Слишком их люблю. И Цзян Чэну не дам это сделать.
Тот только глаза закатил.
— Похвально. Не забывай про наши занятия. Времени осталось немного, а мы отстаём от намеченного курса. Так что приходи в свободное время.
— Я приду завтра, если вы будете свободны.
— Буду. Только не заставляй меня ждать.
Вэнь Юань кивнул.
— Учитель, можно у вас кое-что спросить?
Лань Цижэнь кивнул.
— Что вы можете сказать о способностях и навыках Цзян Чэна?
Цзян Чэн взглянул на Вэнь Юаня так испуганно и воинственно одновременно, будто хотел испепелить на месте.
Лань Цижэнь же едва приподнял бровь.
— Я должен оценить юного наследника Цзян как учитель? Или же как старший?
— И так, и так, если вам нетрудно, — смиренно сказал Вэнь Юань.
Цзян Чэн принял неизбежность событий и покорно склонил голову, приготовившись слушать порицания. Однако Лань Цижэнь порицать будто и вовсе не собирался.
— В таком случае скажу так: наследник Цзян однозначно не безнадёжен и обладает тем, чего многие лишены. Вы весьма умелы в боевом искусстве, даже взялись обучать других и у вас хорошо получилось, хотя навыка обучать не постигали. Трудно отрицать и вашу образованность, живость ума, понимание стратегии. Очень много предпосылок к успешному совершенствованию и большим перспективам в будущем. Но вам не достаёт душевного покоя, умиротворения, способности сосредоточиться. Уйма сил рассеивается попусту, не достигается полная гармония воли, Ци и ли. Если так дальше продолжится, прекрасные начинания угаснут. Сейчас для вас наступило прекрасное время осознать себя, свои ценности, построить свои принципы на вековой мудрости и трезвом видении будущего. Не упустите шанс.
Цзян Чэн глубоко поклонился учителю, смущённый до ужаса, и прошептал:
— Благодарю, учитель.
Вэнь Юань поклонился тоже. Всё же просьба была его.
— Спасибо, учитель. Теперь мы, наверное, пойдём.
Лань Цижэнь благосклонно кивнул и удалился.
Цзян Чэн выпрямился и проводил учителя задумчивым взглядом
— Я надеялся, что ты забыл
— О таком важном я бы ни за что не забыл. Так что у нас там с правилами?
— После такой похвалы даже нарушать перехотелось.
— Надолго ли? — хитро улыбнулся Вэнь Юань.
— Не уверен.
