Молчание

он меня ненавидит. я это знаю точно, просто он ещё не сказал. я макаю пакетик в кипяток, наблюдая как темная краска расползается по поверхности воды своими странными абстрактными пятнами. в поле зрения невольно попадает алая рука, с запекшейся на ней кровью. он на работе, а я скучаю по нему так, как-будто мы больше никогда не встретимся. отчасти, так и есть. его поездка в гости к друзьям до вечера звучит как приговор. погрузившись в мысли я чувствую резкую боль, и роняю чашку на пол. с треском она разбивается, и брызги кипятка летят повсюду, шпаря всё на своем пути. каким-то прискорбным образом мне везет, к сожалению, и на меня не проливается ни капли. мое тело было бы куда красивее если бы стало еще сильнее изуродовано. может когда я стану живым куском кровавой плоти я смогу принять себя. мысли останавливаются, когда я чувствую жуткую боль во рту. похоже во время раздумий, я сама того не поняв сделала крепкий глоток этого сладкого кипятка. что-ж, это мучительно. этого я не хотела, рот – это не то, что стоит уродовать. при отсутствии света я не могу отвлечься, не знаю чем, устала от любых занятий, особенно от эмоций которые они вызывают у меня. единственное что меня заставляет расцветать - это он. хотя когда он рядом, я чувствую только боль, и холодный, безэмоциональный взгляд на себе. начиная вновь перечитывать старый чат, всю эту страсть, любовь, вожделение я невольно ловлю себя на мысли, что когда-то он меня любил. любит ли сейчас? безоговорочно, да, любит. так мне подсказывает здравый смысл, анализ его поступков и поведения, только вот здравый смысл этот покидает меня с каждым днём все больше. я прекрасно понимаю - скоро я останусь одна, наедине со своим чувством ненужности. “сегодня… мой старый друг признался мне в любви. затем новый знакомый, и… еще один. не пойми неправильно, я говорю это не чтобы вызвать у тебя ревность, а чтобы бы правда выразить свое… непонимание. я люблю только тебя, и слышать от других такое мне мерзко” ох, да. тот самый… не уникальный момент в моей жизни. парни часто увязываются за мной, делают подарки, говорят приятные слова, просят проводить с ними больше времени… а потом признаются в любви. в этот момент моя вселенная рушится, каждый раз. я перестала рассчитывать на дружбу с особями мужского пола, мне страшно заводить новые знакомства с ними, я не хочу ловить их взгляды на себе. является ли это причиной моего постоянного нахождения дома? возможно, лишь отчасти. я отвечаю на старое забавное сообщение, видя его в сети. он просмотрел почти сразу, но не ответил. а что отвечать? да, я ожидала хоть какую-то реакцию, но он не такой, я помню. а правда, что он может ответить? я такая глупая. зачем? зачем я опять отвечаю на старое сообщение с каким-то детским энтузиазмом если знаю что того, что в моей голове, не произойдёт? и всё таки, тот, кого я любила бесследно исчез. он так не походит на того влюбленного мальчика, такого эмоционального, такого другого. такое чувство что этот человек умер. вся моя жизненная энергия на этот день, держащаяся на влюбленности, потихоньку заканчивается, и ее нужно восстановить сном. я подхожу к кровати, ложась на голый матрас который не застилался несколько месяцев. на это попросту нет сил, почти как и на все остальное. честно, понятия не имею как я все еще… жесткий матрас становится самым мягким в мире, а одеяло почти пушистым. погружение в сон было самым приятным из элементов моей жизни. я всегда не понимала мою мать в этом плане, она всегда была уставшей и безумно обожала спать. я задавалась вопросом: “да как так можно, это же просто трата времени” и не спала сутками, видно, было ради чего. сейчас же для меня сон это спасение, по причине той самой траты времени. пропускать время до момента пока придет мой парень очень даже удобно. снова ожить в его объятиях, почувствовать хотя-бы малейшее уменьшение своей боли. в редкие моменты его молчание играет на пользу, иногда я могу представить что он говорит свои влюбленные речи, прямо как раньше. полностью погружаюсь в сон. эротические сцены в моей жизни тоже созданы не для возбуждения, скорее для отвращения, в комбинации с этим мерзким миром, в который я попала. подумала я, вспоминая игру, в которую утром играла. просыпалась я раз 5, и каждый раз засыпала, ожидая наступления позднего вечера. и вот, звук проворота ключа в замочной скважине. он вернулся! вскакивая с кровати, я быстро натягиваю домашние тапочки, и крепко обняв его с самого входа я утыкаюсь в его куртку, попутно ее расстегивая, дабы повесить на вешалку. ориентируясь вслепую, я спускаю куртку с его плеч, стоя на носочках чтобы удобно до них дотянуться. он проходит в комнату, он , кажется, устал больше, чем обычно. я все еще держусь за него, и на секунду мне кажется, что он обнимет в ответ - по-настоящему, крепко, как раньше. но я этого не чувствую, даже ощущая что обнимает он достаточно крепко. свет он не включает. это радует. в темноте проще. я следую за ним, рассматривая его темный силуэт. он садится на край кровати, смотрит куда-то мимо. — ты как? — спрашивает он. вопрос звучит автоматически, холодно, неприятно и сыро. — нормально, — отвечаю я слишком быстро. он кивает. этого кивка хватает, чтобы внутри что-то сжалось. раньше он смотрел мне в лицо, когда спрашивал. раньше он ждал ответа. я сажусь рядом, подбирая ноги, и чувствую, как бинт под рукавом тянет кожу. я стараюсь держать руку неподвижно, прижатой к телу, как чужую вещь, которую не стоит трогать. если он заметит - все изменится. если не заметит - тоже. он тянется ко мне, чтобы убрать прядь волос с лица, и его пальцы случайно касаются моего запястья. совсем слегка. с громким шипением я отдергиваю руку, через секунду осознавая что я сделала. бинт подло скатывается вниз руки, оголяя все мои каждодневные преступления против себя. этого достаточно. он замирает. не отдергивает руку. не сжимает. просто перестает двигаться. я не дышу. молчание растягивается. рука, на которой осталось процентов 15 живой кожи, своей кривой изрезанной улыбкой смотрит прямо мне в глаза. в нем нет злостного крика, нет ужаса, нет отвращения - ничего из того, к чему я готовилась. я жду, когда он скажет хоть что-нибудь, потому что любое слово сейчас было бы лучше этого пустого ничего. — это… — начинает он и останавливается. мне становится холодно. я чувствую, как внутри поднимается знакомая паника: если он не злится, значит, ему все равно. если ему все равно - значит, я уже потеряла его, и возможности вернуть нет. он убирает руку. медленно. слишком медленно. — нам нужно поговорить, — говорит он наконец. голос ровный. спокойный. как и всегда. я киваю, потому что знаю: если открою рот, скажу что-то не то. скажу, что он меня ненавидит в сотый раз это будет оскорблением в его сторону. он смотрит на меня дольше обычного, будто подбирает слова, которые нельзя будет забрать обратно. — я не могу быть твоим единственным воздухом, — говорит он тихо. этого я и ожидала. развязка наступила, именно то чего я и ждала наконец-то наступило. я знала что я монстр. я испортила всю его жизнь, я хуже его бывшей, хуже всех на свете. как я могла? как я могла так поступить с любимым человеком?... все эти споры были не с ним. я спорила с голосом у себя в голове, который говорил его ртом. он не называл меня монстром - это делала я. он не отнимал у меня воздух - я сама решила, что дышать можно только им. я смотрю на него и впервые замечаю простую вещь: он живой, отдельный, со своей усталостью, своими пределами. и я - тоже. мы не обязаны совпадать полностью, не обязаны быть друг для друга функцией. мысль странная, почти кощунственная. если я не его воздух - то кто я тогда? все, что раньше называлось здравым смыслом, рассыпается сразу. он не выдерживает даже секунды без подпорок. я ясно вижу, что все мои “он любит”, “он старается”, “я просто слишком чувствительная” были не попыткой понять, а отчаянным способом убить свои мысли. как только эта необходимость исчезает, вместе с ней исчезает и логика. остается только голый факт: я не подхожу ни под одну из версий, в которых меня можно терпеть. ненависть к себе накрывает не вспышкой, а плотной, вязкой массой. она заполняет всё пространство внутри, не оставляя места ни для одной другой мысли. я ненавижу своё тело за то, что оно чувствует. свой голос - за то, что он вообще существует. свои мысли - за то, что они всегда все портят. я была проблемой с самого начала. не обстоятельства, не возраст, не боль - я.