Отправная точка Тима Брэдфорда

      – Ты помнишь момент, когда у тебя появились ко мне чувства?       Тим и Люси полчаса назад вернулись домой после непростой смены – точнее, Люси вернулась домой, а Тим напросился в гости, сославшись на напавшую на Лос-Анджелес адскую жару и сломанный кондиционер в своем доме, – и Люси сразу рухнула на диванчик в гостиной, откинувшись на спинку и прикрыв глаза.       Вопрос, который весь день не выходил у него из головы и который он всё-таки решился задать, явно застал Люси врасплох: она тут же села ровно и уставилась на него с таким неподдельным интересом, будто перед ней был не её родной и любимый бывший Тим Брэдфорд, а, как минимум, сказочный единорог или летающий олень Санта-Клауса.       – Прости, что?       Тим сел на другой край дивана, протянул Люси бутылочку колы с божественно-холодной испариной на стеклянном боку и повторил вопрос.       – Нет, просто... – заёрзав на месте, Люси «собралась в кучку»: скрестила ноги и подтянула подушку к животу – и озадаченно улыбнулась: – А разве можно точно знать этот момент?       Тим пожал плечами.       – А почему нет? Момент, когда ты начинаешь смотреть на человека другими глазами, – это почти как первый поцелуй, – чуть наклонив голову, он посмотрел на Люси самым невинным взглядом, на который был способен: – Ну так что?       – Не знаю... – она прижала холодную бутылку ко лбу и блаженно закатила глаза: – Ка-айф... Эта жара просто невыносима. А почему ты вообще спросил об этом? – подозрительно прищурилась она.       – Любопытный я, что поделать! – Тим хотел эмоционально всплеснуть руками, но в последний момент передумал: вторая бутылка колы в его руке была ещё слишком полной. – Но если серьёзно... мне хотелось бы знать. Если не возражаешь.       Люси прикусила губу и напряжённо потерла пальцем лоб.       – Признаться, я никогда не задумывалась... Не думаю, что чувства появляются вот так, в один конкретный момент. Мне кажется, они растут внутри постепенно, складываются из разных мгновений, пережитых событий, слов, поступков...       Тим улыбнулся. Пока Люси думала, он наблюдал за ней и представлял, как она перелистывает страницы памяти, каждый момент с ним, возвращаясь всё дальше в прошлое. Их общее прошлое.       – Но ты убьёшь меня, если скажу, – Люси растерянно улыбнулась и немного виновато наморщила нос.       – Почему? – озадачился Тим. – Только не говори, что это была любовь с первого взгляда!       – Обойдешься! – Люси отмахнулась от него и расхохоталась. – Не-ет, мистер «хэштэг «угрюмыйкоп», с первого взгляда я тебя только боялась! Твоя суровость пугала меня до дрожи в коленках!       – Всё верно, так и было задумано, – кивнул Тим. – Но это и так всем известно.       – Каков наглец! – фыркнула Люси и с удовольствием прильнула к горлышку бутылки.       Тим последовал её примеру. Холодная кола в такую жару была сродни небесной манне, но, в отличие от всё той же манны, хватало её ненадолго. В основном спасал пока ещё работающий кондиционер.              – Это произошло после поцелуя в этой гостиной, когда мы тренировались быть Кретином и Пусей? – предположил Тим, когда обе бутылочки опустели и были отставлены на стол.       К его удивлению Люси покачала головой и вдруг стала серьёзной.       – Помнишь, я сказала, что хочу работать под прикрытием, а ты ответил, что у меня ничего не получится...       – И, чтобы доказать, что я не прав, ты соврала, что испытываешь ко мне чувства, – тут же вспомнил Тим. – Забудешь такое...       – Да, но... – Люси медлила. – Дело в том, что... я не соврала, Тим, – отведя взгляд, выпалила она, а ему пришлось срочно брать тайм-аут, чтобы вернуть на место отвисшую челюсть, дар речи и способность моргать.       – Подожди, подожди, – он всем телом повернулся к ней. – Ты меня совсем запутала! Там, в машине, ты соврала о том, что соврала?! Ты меня проверяла так, что ли? Если я отвечу на твоё признание взаимностью, то всё в порядке, а если нет – «это была ложь, видишь, я могу работать под прикрытием»?       – Нет, Тим, нет! – Люси подалась вперёд, совсем близко к нему и взяла за обе руки.       Тим сразу же растаял, как тот стаканчик мороженого, который он, погнавшись за нарушителем, сегодня забыл в служебной машине. Несмотря на включенный на всю катушку кондиционер, уже через пять минут приборная панель покрылась ровным липким слоем, а новый салага сочувственно протягивал ему пачку влажных салфеток.       – Я действительно собиралась соврать, чтобы доказать твою неправоту, – продолжила Люси, – но когда начала говорить, вдруг поняла, что... не вру, понимаешь? И что отношусь к тебе не как к наставнику, напарнику или просто другу... Что это бо́льшее! Но отступать было некуда, пришлось говорить – и врать! – до конца. В тот момент я поняла, что люблю тебя, и тогда же... запретила себе тебя любить.       Тим пару раз моргнул, оправляясь от шока, и встряхнул головой. А действительно, чего он ждал, задавая этот вопрос? Трогательной истории, как прекрасная принцесса (офицер полиции, патрульная, коп под прикрытием) влюбилась в рыцаря (сержанта и своего босса) в сияющих доспехах (в бронежилете, с кобурой и шокером на поясе), спасшего её от дракона (наркомана или маньяка, невелика разница)? Это не в стиле Люси Чен. А вот ткнуть носом в единственный раз, когда ей удалось поставить его в тупик, – очень даже в стиле.       Мягкий поцелуй вернул его из глубин самокопаний в реальность. Пальцы Люси нежно касались его щеки – такое её прикосновение он бы не спутал ни с чьим другим, даже если бы ему завязали глаза и устроили конкурс на опознание любимых рук среди сотен прочих.       – Почему ты спросил? – она внимательно смотрела ему в глаза, будто самостоятельно надеялась найти в них ответ. Или что-то иное.       – Психолог посоветовала, – вздохнул Тим и потянулся за новым поцелуем.       В конце концов, целовать хоть и бывшую, но всё ещё любимую женщину было в разы приятнее, чем вспоминать про сеансы со штатным мозгоправом. Пусть они пока не вместе и встречаются от случая к случаю, упускать такую возможность сейчас, когда они настолько рядом, было бы преступлением. Тем более, она опять начала первой.       – Сказала, что я буду лучше разбираться в своих чувствах, если пойму, с чего всё началось, – добавил он, когда их губы расстались. Тим аккуратно заправил прядку её волос за ухо. – Если найду свою отправную точку, так сказать. Но мне стало интересно, как с этим обстоят дела у тебя.       – В смысле, с моей отправной точкой? – фыркнула Люси, довольно жмурясь от его осторожной ласки.       – Типа того.       – Ясно. И ты не злишься на меня? – осторожно, будто проверяя неверную почву под ногами, спросила она.       – Нет, конечно, с чего бы мне злиться? – успокоил её Тим и подкрепил слова тёплой улыбкой. – Я удивился, конечно, как любой другой на моём месте, но злиться – нет, я не злюсь.       – Ну хорошо, а что насчёт тебя? – Люси быстро отстранилась и скрестила руки на груди. Ага, значит, её внезапная нежность была взяткой, призванной смягчить удар и умаслить его сердце. Не то, чтоб Тим возражал... – Задача же была выяснить про твои чувства, а не про мои. Получилось?       Помедлив, Тим кивнул.       – Поделишься? – приподняла бровь Люси и тут же схватила его руку, останавливая. – О, подожди! Я знаю! Ты бы не стал спрашивать про тренировочный поцелуй, если бы сам не почувствовал что-то в тот момент. И я помню выражение твоего лица после этого, – Люси изобразила похожую гримасу удивления, граничащего с шоком, и рассмеялась, прикрыв ладонью нос. – И в самолете – тоже! Мой вердикт: твоя отправная точка – наша операция под прикрытием!       – Тебе точно нужно было продолжить учиться на детектива, – Тим мягко улыбнулся и кивнул.       Люси победно вскинула руки и, смеясь, упала в его объятия. Тим погладил её по спине и коснулся губами лба.       Да, операция под прикрытием перевернула всю его жизнь вверх тормашками, и не только потому, что Люси тогда первая поцеловала его. Дважды. Скорее, потому, что он... ответил на её поцелуй. Дважды. Ещё накануне отрицая любые чувства к ней, он поддался им сразу же, без раздумий, не играя, не притворяясь другим человеком, даже не пытаясь вжиться в заданную роль Кретина. Он был собой, и Люси – он знал наверняка – тоже.       Тогда его ошарашил не сам факт поцелуя, а моментально захлестнувшее желание и осознание: ему мало! Он хочет большего и готов пойти дальше! Буря, способная стереть с лица земли половину штата, в тот момент бушевала в душе и мыслях одного Тима Брэдфорда.       И если бы во время первого – «тренировочного» – поцелуя в гостиную не вошла Тамара, если бы сама Люси не прервала второй поцелуй в самолёте, если бы по возвращении домой они не обнаружили в её квартире окровавленного Криса... Если бы не все эти «если бы», он отмёл бы последние проблески разума и занялся с ней сексом. Трижды. После Тим часто представлял, как бы это было. Слишком часто.       Тим с нежностью провёл ладонью по плечу Люси. Как иронично. То, что поначалу он считал максимально неправильным – любовь к своей подчинённой и вчерашней ученице, любая близость с ней, любые отношения, кроме рабочих и приятельских, – оказалось лучшим, что когда-либо случалось в его жизни. Он, конечно, потом сам всё испортил и своими руками разрушил, что, в конечном счёте, и привело их к нынешним отношениям: у них есть прошлое и, возможно, – если он сумеет вернуть её доверие и исцелить разбитое сердце, а она – простить – будущее, но в настоящем, увы, была какая-то ерунда.       И, да, Люси угадала: «тренировочный» поцелуй и операция под прикрытием определенно были отправной точкой его к ней чувств. Второй.       Первая случилась, когда он вытащил полуживую, дрожащую от ужаса и боли Люси из той треклятой бочки и прижал к себе. Нет, он не влюбился в ту же секунду, но долгое время видел этот кошмар по ночам, и просыпался в холодном поту, и не мог уснуть от мысли, что был всего в полушаге от того, чтобы навсегда потерять её.       Он не влюбился, но пообещал самому себе быть внимательнее к Люси, мягче, бережнее. Проявлять заботу. По крайней мере, когда это возможно. Он не влюбился, но с тех пор больше не мог смотреть на неё прежними глазами. И не мог как-то адекватно объяснить это Рейчел, на тот момент его девушке.       Но говорить Люси об этом сейчас, тревожить старые раны и напоминать о том, что она несколько лет пыталась забыть, пережить и навсегда оставить в прошлом, он не собирался. Вместо этого – обнял крепче и снова коснулся губами лба.       – А твой психолог, случайно, не говорила про какие-нибудь иные точки? – будто невзначай спросила Люси, немного задумчиво глядя куда-то за его спину.       Обернувшись и проследив за её взглядом, Тим наткнулся на дверь спальни.       – Думаю, у меня есть несколько, о которых тебе точно захочется узнать, – дыхание Люси обожгло его шею, она игриво пробежала пальчиками по его плечу.       – Мне нравится ход твоих мыслей, – Тим быстро поднялся и потянул Люси за собой. – Чем в этот раз будем оправдывать наше «вместе, но не вместе»? – спросил он, заключая её в объятия и медленно продвигаясь к спальне. – Первое апреля давно прошло, на розыгрыш не потянет.       Люси прикусила губу.        – Адской жарой, разумеется, – хитро улыбнулась она, пробираясь под его футболку и проводя ноготками по животу и спине. – Когда жарко, очень хочется раздеться.       – Аргумент, – кивнул Тим, заводясь от одних лишь её прикосновений. – Давай сделаем эту жару ещё жарче.       Он приподнял Люси, прижал её спиной к стене и впился губами в шею. Она застонала и обхватила его бёдра ногами, ласкала плечи и взъерошила волосы.       Тим обожал, когда она так делала: в одно мгновение поддавалась желанию – непредсказуемо, страстно, словно неукротимая стихия. Ураган по имени Люси.       – Мне не хватает тебя, Тим, – рвано выдохнула она, подаваясь навстречу его губам. – Я думала, что справлюсь, но не смогла.       – Я знаю, – ответил он, на секунду отрываясь от неё, – потому что мне тоже не хватает тебя.       Люси обвила руками его плечи и поцеловала в губы, а он подхватил её под бёдра и толкнул ногой дверь спальни.       В этот момент сверху что-то щёлкнуло, и дом разом погрузился в тишину и полумрак. Тим и Люси замерли, точно застигнутые на месте преступления.       – Электричество вырубило, – Люси прижалась лбом к его плечу и тихо засмеялась. – И кондиционер вместе с ним.       – Твоя квартира меня ненавидит, – разочарованно застонал Тим, опуская Люси на пол. – Каждый раз, когда я пытаюсь тебя здесь раздеть, что-нибудь случается.       – Ты преувеличиваешь! – Люси шутливо пихнула его кулаком в плечо.       – В следующий раз перепихоном занимаемся в моём доме, – заявил он, наклоняясь к Люси, чтобы снова поцеловать в шею.       – Договорились, – хмыкнула она, проводя ладонями по его груди. – Но если мы через десять минут не уберёмся отсюда, через пятнадцать минут крыша стечёт нам на плечи.       Тим на мгновение прикрыл глаза. Умирать от жары не очень хотелось, но выпускать любимую из объятий здесь, на пороге спальни, хотелось ещё меньше. Однако Люси сама разомкнула руки и отстранилась от него.       – Так что, к Нолану? – предложила она.       – К Нолану, – вздохнул Тим, поправляя пояс и футболку. – Потом напомни, на чём мы остановились.       – О, а ты забудешь? – Люси, успевшая взять сумку и ключи с полки, удивлённо обернулась.       Тим рывком притянул её к себе:       – Да что ты, ни за что.