Secrets and Pain/Секреты и боль

      Возможно, всё дело было в том, что он снова мог дышать через нос, забитый запекшейся кровью. Или в том, что грудь перестала саднить при каждом вздохе. Но что-то его всё же разбудило, и Дин резко дернулся как раз в тот миг, когда Кас убрал два пальца от его лба.       Ему даже не пришлось садиться, чтобы понять, что всё кончено. Тело больше не ныло. Разбитая губа зажила, мигрень отступила, почки перестали пульсировать тупой болью, а рёбра — противно скрежетать.       Сукин сын.       Он впился в Каса свирепым взглядом.       — Я же сказал, что не хочу…       — …исцеления. Я помню. Но ты не мог сам об этом попросить. Да и Сэм тебя, по сути, проигнорировал.       Дин откинул одеяло и спустил ноги на пол. Его бесило, что даже больное колено не отозвалось на резкое движение.       — Сэм мне не начальник!       Кас лишь безучастно посмотрел на него. Оба отлично знали, какую чушь он сейчас сморозил. Особенно если вспомнить, как часто Дин единолично решал, что для Сэма лучше.       — Где он? — прошипел Дин, решив выместить злость на настоящем виновнике. Он уже вышел из комнаты на поиски брата, когда сзади раздался спокойный голос Каса:       — В спортзале.       Дин нахмурился и тут же свернул в другую сторону. Спортзал? Он же видел, как Сэм еле ковылял в свою комнату. Они оба ещё не оклемались после того кошмара, который начался после снятия метки и поисков Ровены, чтобы она вылечила Каса… Дин до сих пор кипел от ярости, что Сэм умолчал о своём обещании убить Кроули в обмен на помощь ведьмы с меткой. Не говоря уже о том, что эта стерва сделала с Касом. Но стоило Дину коснуться головой подушки — он отрубился. И он был уверен, что Сэм после стольких недель напряжения тоже ляжет спать.       Стук он услышал ещё в коридоре, приближаясь к двери, и невольно сбавил шаг. Ладно, теперь понятно. Они оба иногда спускались сюда, чтобы как следует выбить дурь из боксёрской груши, когда на душе скребли кошки. Господь свидетель, в огромной башке Сэма скопилось предостаточно дерьма. Например — опять забыл сказать брату что-то важное.       Скривившись, Дин распахнул дверь. И застыл на пороге, вся злость выветрилась в один миг.       Сэм и правда яростно молотил грушу, будто перед ним были Каин, Ровена и Амара в одном лице. С каждым ударом с волос слетали капли пота, он дышал так, словно только что пробежал марафон. Но не от этого у Дина перехватило дыхание и не это заставило его замереть, будто от удара копытом в грудь.       Сэм месил грушу голыми кулаками. Кожа на костяшках была разбита, а сама груша и пол под ней были все в крови.       — Сэм! — рявкнул Дин с ужасом, шагнув вперёд. — Какого…       Сэм замер, услышав своё имя, и отступил, чтобы взглянуть на брата. В его глазах не было ни стыда за то, что его застали за этим самобичеванием, ни вызова. Только растерянность. От которой тревога Дина стала только острее.       Вот чёрт. Он всё это время пилил Сэма, забывая, что младший брат и сам умеет наказывать себя как никто другой. Особенно когда дело касается чувства вины.       — Дин, что…       — Чувак. — Старший Винчестер одной рукой остановил раскачивающуюся грушу, стараясь не вляпаться в кровь. — Что твои руки тебе сделали?       Сэм недоумённо опустил взгляд, и Дин понял, что он даже не осознавал, что превратил костяшки в фарш. Отлично.       — Кас! — крикнул Дин. Можно было бы и шёпотом, Кастиэль, похоже, всё ещё был настроен на «молитвы». Но Дину хотелось, чтобы тот понял: дело серьёзное. Он взял брата за запястья и спросил тихо: — Что стряслось, Сэмми?       Сэм попытался отдышаться.       — Я не…       — Вот это меня и пугает, братишка, — согласился Дин как раз в тот миг, когда Кас поспешно вошёл в дверь. — Заштопаешь Сэма?       — Со мной всё в порядке. — Сэм без особой охоты попробовал вырваться.       Всего несколько часов назад в библиотеке, когда Сэм попросил Каса исцелить Дина, тот отказался и сказал, что заслужил эту боль. Имея в виду, что избил Сэма и Каса под воздействием метки. Господь знает, сколько ошибок они совершили за последние дни.       Но позволить Сэму поступать так же он не мог. Особенно когда у того в глазах всё ещё застыл этот раненый взгляд.       Кас, надо отдать ему должное, не стал задавать лишних вопросов. Прихрамывая, подошёл и сделал своё дело — через пару секунд Дин уже держал две чистые, целые ладони. Жаль, ангел не мог так же легко исцелять разум.       — Спасибо, Кас, — сказал он, не сводя глаз с Сэма, и мысленно поблагодарил ещё раз, когда ангел, вздохнув, тихо вышел.       Несколько минут они молчали — Дин не отпускал запястья брата. Наконец он прочистил горло.       — У меня был шанс убить Кроули.       Сэм поднял на него взгляд. В глазах была такая усталость, что у Дина закружилась голова.       — Когда я вернулся к Дженне, — продолжил он, — у меня был нож. Я мог бы. Но вместо этого пришпилил его руку к стене.       — Почему? — так же тихо спросил Сэм.       — Не знаю, — честно ответил Дин. — По той же причине, по которой мы оставили в живых Мэг… или что там обычно делают с демонами. Всё сложно. Да и сами мы — ещё те психопаты.       Сэм фыркнул, не сдерживая усмешку.       — Ты прав.       — Я терпеть не могу тайны и враньё, ты знаешь. Мне всё кажется, что мы переросли это, а потом — раз… — Дин запнулся, почувствовав, как Сэм попытался вырвать руки. Но он не отпустил, а только пристальнее посмотрел в глаза. — Но то, что случилось было ужасно. И на всякий случай, если я ещё не говорил… спасибо. - Перехватив изумлённый взгляд брата, он пояснил: — Спасибо, что не бросил меня. Что пытался до конца пытался снять метку.       Глаза Сэма защипало от слёз, и для Дина это стало сигналом, что можно отпустить его руки. Когда Сэм медленно опустил их, Дин ткнул в него пальцем.       — Но хватит уже творить такое, понял? Как ты и сказал — мы должны меняться. Пусть то, что мертво, и остаётся мёртвым.       У Сэма перехватило дыхание.       — Да. Конечно.       Дин тяжело выдохнул.       — Мы оба снова в это вляпаемся, да?       — Скорее всего, — без тени смущения признал Сэм.       Это должно было их тревожить, но не тревожило. Они всё-таки усвоили урок: Сэм не позволил ему навсегда остаться с меткой, но, возможно, однажды позволит умереть. Особенно если это поможет уничтожить Тьму. И, вероятно, Дин поступил бы так же.       Может быть.       — А теперь спать хочешь? — спросил он Сэма, направляясь к выходу.       — Смотря при каких обстоятельствах. Будешь держать меня за руку?       Дин распахнул дверь так, что она едва не въехала в глупую самодовольную физиономию брата.       Это и было ответом.