С любовью, Некто

Кончики почти заживших пальцев обожгло, я почувствовала онемение в каждой части тела. Меня буквально парализовало от страха, раньше я не понимала этого чувства. Всё думала, что движет оленем, который остаётся на месте, когда на него летит машина. Почему он не убегает? Во время войны все мои защитные механизмы были напряжены до предела, и я реагировала почти мгновенно, но теперь, когда прошло столько лет... Я стояла неподвижно и не знала, что мне сейчас предпринять. В голове была только одна мысль: «Хоть бы он не упал». Не знаю, почему мне это так важно, но я просто обязана сделать так, чтобы Драко выжил. — Драко? — лёгкий шёпот сорвался с губ, что уже было победой. Блейз молчал, давая мне возможность поговорить с ним, но я видела краем глаза, что он был наготове. Что именно он собирался делать, мне непонятно, но пока он не вмешивался. Драко медленно повернулся ко мне, а на его лице играла улыбка. Улыбка, сукин сын! — Думаешь, что я собираюсь прыгнуть? — А ты собираешься? — Ну не знаю, Грейнджер. Только если ты будешь умолять меня не делать этого. Тогда я, возможно, подумаю. — Я понимаю, тебе больно, но это вовсе не... Он оборвал меня на полуслове, не дав мне закончить. — Да что ты! Наконец-то ты понимаешь меня! Хвала Мерлину, умнейшая ведьма столетия наконец добралась до истины. Я уж думал, ты никогда не догадаешься. Он всегда поступал так. Сколько я его помню. Лишь боль коснётся его души, он закрывается, не давая другим узреть в нем слабость, а уж тем более жалеть. Но также мне известна и другая его сторона. Я знаю, что если достаточно надавить, за язвительностью откроется правда. Сейчас же мне просто стоит отвлечь его, пока Блейз медленно подходит ближе. — О чем ты говоришь? Драко сделал затяжку, любуясь на струйки дыма, закручивающиеся в маленькие круговороты. Кивнул, будто соглашаясь со своими мыслями, а после наконец сдвинулся с места, переставляя ноги обратно на пол. — Забудь. Я не собирался прыгать. Расслабьтесь, придурки. А теперь не соблаговолите ли убраться, его величеству нужен отдых, — он жестом показал на дверь, а сам уселся в кресло, ухватив уже наполовину пустую бутылку огневиски с пола. — Ну ты и дебил, — Блейз шумно выдохнул, но перед тем как уйти, все же коснулся его плеча. Я осталась стоять на месте, обдумывая, что мне делать. Уйти, оставив его в таком состоянии? Но какая мне разница? Если быть честной, мы никто друг для друга. Но что-то удерживало меня, не давая сделать и шага. Внутри меня бурлили чувства, в которых я сама себе боялась признаться, но в которых уверена с того самого момента, как он вошёл в мой магазин. — Нужно особое приглашение, Грейнджер? Проваливай. Драко задумчиво рассматривал небо, на котором уже мерцали звезды. Он старательно избегал зрительного контакта, что уже говорит о многом. — Почему ты выложил мне все карты? Рассказал про компромат, да ещё и в письменном виде, давая мне все подтверждения, чтобы я смогла сдать тебя, — я встала прямо перед ним, закрывая обзор на небо, тем самым заставив взглянуть на меня. И хвала всем высшим силам на этом белом свете, Драко поддаётся на мои провокации и перестаёт выгонять меня. — Если бы ты решила сделать это, то на то твоё полное право. Я заслужил. — О, давай только без этого драматизма. Ты великий мученик, мы все и так в курсе, — я перехватила бутылку из его рук и сделала глоток. Горло приятно обожгло. — Думаешь я вру? Я никогда не врал тебе, Гермиона. Никогда, кроме одного чертового раза, и его хватило, чтобы все испортить. Но я сам виноват, был слишком слабохарактерным и поплатился за это, а ценой стало твоё доверие. Этот разговор был затеян лишь с одной целью — отвлечь его, немного раззадорить, чтобы он продолжил огрызаться, а я парировать. Тогда бы я смогла вывести его на чистую воду, но у Драко были другие планы. Он повернул ход диалога в свою сторону, вещая мне о таких вещах, о которых я и думать не могла. Теперь же он наступал на меня, заставляя развивать эту тему. — Ага, конечно, не врал, так уж я и поверила, — я нервно хмыкнула, намереваясь уйти с балкона. Я чувствовала что-то неладное. В моей голове настойчиво засела мысль, что если я дам ему договорить, мои планы полетят к черту на куличики. Я не смогу игнорировать ту правду, что он сейчас собирается мне выложить, и мне придётся разбираться со всем этим, хотя я уже точно решила игнорировать наше прошлое. Я хотела убежать, лишь бы не слышать того, что он скажет. — Я говорю правду. Неужели за все четыре года ты ни разу не усомнилась в том, что произошло? Ты и правда верила, что я предал тебя, а все наши отношения были фарсом? — его брови изогнулись, а уголки глаз заблестели. — Нет, я не хочу слушать эти жалкие оправдания. Сейчас ты скажешь, что не хотел, был заложником обстоятельств, что любил меня, а я должна вот так просто взять и поверить? А что потом? Все забыли, мы снова вместе? Так не бывает, Малфой! Ты не можешь рушить мою жизнь, а потом появляться спустя четыре года и говорить, что все, во что я верила, было ложью. Глаза начинает предательски щипать, а в горле наворачивается знакомый ком. Я окончательно решаю уйти, но за секунду до этого действия он делает то, от чего дар речи просто пропадает. Драко Малфой становится на колени. Медленно, ставя вначале одну ногу, потом вторую, берет меня за руку и нежно поглаживает тыльную сторону ладони. — Я прошу тебя, Гермиона, дай мне рассказать. Я обещаю, после этого ты сразу можешь уйти, если захочешь, но пожалуйста, я больше не могу держать это в себе, — он притянул меня к себе, утыкаясь лбом в мой живот. Я машинально опустила руку ему на голову, зарываясь в растрёпанных волосах. Сказать, что я в шоке, это не сказать ничего. Драко Малфой, настоящий, стоит передо мной на коленях и просит выслушать. — Хорошо, но с двумя условиями. Он лишь вопросительно поднял глаза. — Поднимись с гребаных колен, это первое, а второе, ты выпьешь сыворотку правды. — Идём. Конечно, есть в этом что-то приятное, когда предмет твоего обожания стоит перед тобой на коленях, но точно не в данной ситуации. Я и представить себе не могу, чего ему это стоило, но раз он пошёл на это, значит мне действительно стоит знать всю правду. Я убегала от неё все четыре года, видимо, настал час. — У меня есть небольшие запасы, так что нам крупно повезло. — Тебе. Тебе повезло, Малфой. Я боюсь. До смерти боюсь. Сейчас мне легче всего спрятаться за холодом и отстранённостью, но на самом деле внутри меня все пылает. Что если он и правда не виноват? Как тогда мне поступить? Мы зашли в его кабинет, до которого он, видимо, не успел добраться, так что мебель всё в том же виде, что и в прошлый раз. Совсем не к месту, но на меня нахлынули воспоминания нашей ночи здесь... Щеки вспыхнули, но я успела прийти в себя, пока Драко доставал сыворотку из сейфа. Он, не раздумывая, опрокинул флакон и уселся в кресло. — Итак, начнём? Задашь вопрос, чтобы мне было легче? Что именно ты хочешь узнать? — Для начала ответь, тебя задело моё требование в использовании сыворотки? — Нет, я считаю, ты имеешь полное право на недоверие. — Хорошо, тогда расскажи, что произошло четыре года назад на самом деле? Я поёрзала на стуле, который стоял прямо напротив Драко. Прочистила горло, потёрла ладони и наконец успокоилась, приготовившись к раскрытию этого скандала. — В тот вечер, когда я последний раз принёс тебе папку с информацией, я не планировал никакого подвоха. Документы были такими же чистыми, как и предыдущие. После того, как мы закончили... — он на секунду застыл, вспоминая тот вечер. Я опустила глаза, прекрасно понимая, о чём он. Тогда мы провели очередную жаркую «сессию» в моем кабинете в Министерстве. — Так вот, после того, как мы закончили, я отправился в Малфой Мэнор, маме требовался уход, и я стал чаще проведывать их, там меня уже ждали. Люциус сидел в гостиной, несмотря на позднее время. Он подозвал меня, после чего предоставил папку с целой кучей наших фотографий. Мы в кофейне, в парке, в твоём кабинете. Он нанял человека, который следил за мной, и, соответственно, и за тобой. Он выяснил, что я сливал тебе данные о семьях пожирателей... Драко замялся, было видно, что ему тяжело вспоминать тот вечер. А я просто замерла в ожидании продолжения. На следующий день, после описанных им событий, в мой кабинет ворвались с обыском, нашли подставной мандат на обыск семей пожирателей, якобы составленный мной компромат на семью Малфой, с многочисленными угрозами и шантажом в обмен на информацию. Так что не ему одному было тяжело предаваться воспоминаниям. — И тогда он поставил меня перед выбором. — Каким выбором? — Или я даю против тебя показания, прекращаю все связи и добиваюсь твоего увольнения из Министерства, что он назвал «лёгким путём», или он публикует документы, подтверждённые другими семьями, в которых ты — шпионка, поставляющая информацию пожирателям во время войны. Дальше тебя садят в Азкабан или убивают при якобы попытке бегства. Тишина, повисшая между нами, стала настолько густой и осязаемой, что дышать удавалось с трудом. — И что ты сделал? — голос охрип от волнения. — Я пришёл в ярость, начал сопротивляться, но оказалось, он был не один. В ту же секунду, как только я вознёс на него палочку, из коридора вышел Антонин Долохов, с приставленной палочкой к горлу моей матери. Он сказал, что если мне не достаточно рисков для тебя, то он заставит меня сыграть ещё рискованнее. — Он хотел убить свою жену? Твою мать? — Думаю, да, их отношения никогда нельзя было назвать тёплыми, но после начала болезни матери он просто не мог выносить её. Так что да, думаю, он и правда убил бы её. Драко открыл бутылку воды, стоявшую на столе, сделал пару глотков и тяжело вздохнул. Меня начало потряхивать, я не могла и представить, что на самом деле всё обстояло именно так. Все четыре года я думала, что Драко воспользовался мной, подставил и жил себе дальше, но правда, правда оказалась непосильной для меня ношей. Меня уже не на шутку трясло, руки почти не слушались, а в горле было невыносимо сухо. Я перехватила бутылку и жадно отпила. Нужно срочно сменить тему, во мне сейчас слишком много противоречий, чтобы продолжать слушать истинную сторону. — Я правда думал, что с твоей-то репутацией и друзьями все поверят тебе, а не мне. Ведь я всего лишь жалкий сын своего отца, я надеялся на это, — он опёрся руками о стол, ероша себе волосы. — Ты любил меня? По-настоящему? — С первого курса. — Что? — идеально, лучший ответ, чтобы отвлечься. Гермиона, ты гений! — Да, когда я впервые увидел тебя, уже тогда я понял, что не смогу игнорировать твоего существования. Ты была везде, твои несносные кудри мелькали перед глазами на уроках зельеварения, твой запах перехватывал мне дыхание, когда ты проносилась мимо меня по коридору, спеша на очередной урок, а когда я видел тебя с Уизли, то во мне всё кипело. Но отец воспитывал меня иначе, я не умел проявлять любовь. Я знал только язык ненависти и боли, поэтому давил в себе эти чувства, оправдываясь тем, что папочка лучше знает и магглорожденная мне не пара. Фу, блять. Самому мерзко от себя. — Ты был ребёнком. — Да, но это не оправдание. Мне определённо нужен перерыв. Я физически ощущала, как мозг плавиться от напора информации, к которой я была не готова. Теперь, когда я знаю правду, мне сложно понять, как я отношусь к Драко, но сейчас я хочу одного, остаться рядом с ним и помочь ему пережить этот период, как и он поможет мне. — Пойдём. — Куда? — А это важно? Мы молча встали со своих кресел и на мгновенье, когда оказались совсем близко, я почувствовала жар его тела. Он вызвал во мне не возбуждение, а желание прижаться и утонуть в согревающих объятиях. Я так устала, и это казалось спасением. Войдя на порог спальни, я увидела, что вокруг такой же хаос, как и в остальной части квартиры. — Прости за это, я вышел из себя... — Ничего, это поправимо. Я достала палочку, невольно радуясь её касаниям, и с помощью заклинания Репаро быстро навела в комнате порядок. Упала на мягкую, теперь целую кровать, и зарылась в огромное одеяло. Драко удивлённо распахнул глаза, явно пытаясь разгадать мои намерения. — Ты не хочешь поговорить обо всем том, что узнала? — Нет, не сегодня, — я приглашающе похлопала по кровати. — Хорошо, согласен, слишком много на сегодня. Драко устроился совсем рядом, обхватывая меня в широкие и крепкие объятия. Я зарылась носом в ямку между шеей и ключицей, вдыхая его аромат. Это подействовало. Мое тело моментально расслабилось, Драко продолжал поглаживать мои плечи, волосы и спину, словно убаюкивая. На границе со сном я услышала тихую фразу. — Прости меня, что не приехал утром. За всё прости.