Недружелюбный полурослик

Так продолжалось несколько дней подряд. Днём Бильбо почти не разговаривал с Торином, ограничиваясь короткими фразами о делах или подготовке, а иногда и вовсе избегая встреч, будто намеренно сохранял дистанцию между ними. Зато ночью всё оставалось по-прежнему: хоббит тихо приходил в комнату Торина и устраивался рядом с ним так естественно, будто иначе уже и быть не могло. Иногда они разговаривали, иногда просто лежали в тишине, прислушиваясь к далёкому гулу Эребора, но даже это молчание почему-то больше не казалось тяжёлым. Однако однажды этот уже устоявшийся порядок неожиданно нарушился. В тот вечер Бильбо почему-то так и не пришёл. Сначала Торин не придал этому особого значения. Хоббит и раньше мог задерживаться допоздна из-за бесконечных дел, связанных с подготовкой Эребора, или внезапно исчезать на несколько часов, проверяя склады, укрепления и работу мастеров, при этом упрямо отказываясь от любой помощи. Поэтому поначалу Торин лишь решил, что Бильбо снова с головой ушёл в работу и вернётся позже, как уже бывало не раз. Однако время шло. В покоях совсем стемнело, факелы в коридорах начали догорать один за другим, а дверь так и не открылась. Несколько раз Торин невольно поднимал взгляд на вход, заслышав шаги в коридоре, однако каждый раз мимо проходил кто-то другой. Постепенно усталость после бесконечного дня всё же взяла своё, и в какой-то момент король уснул, решив, что хоббит наверняка появится ночью. Только проснувшись утром, Торин окончательно понял, что Бильбо так и не приходил. В течение следующего дня хоббита никто не видел. Ни гномы, занятые подготовкой, ни люди из Озёрного города не могли сказать, куда именно он исчез. Кто-то утверждал, что прошлым вечером видел Бильбо в одном из нижних залов Эребора, другие были уверены, что хоббит вообще не покидал верхних уровней. Но ничего определённого никто сказать так и не смог. Казалось, хоббит бесследно растворился среди бесконечных коридоров Эребора. Несколько раз за день Торин ловил себя на том, что невольно ищет знакомую фигуру взглядом среди суеты крепости. Возвращаясь в тронный зал, проходя через кузницы или проверяя последние приготовления, он ожидал увидеть Бильбо где-нибудь неподалёку — спорящим с мастерами, перебирающим свитки или раздражённо раздающим указания так, будто весь Эребор держался исключительно на нём. Но хоббита нигде не было. И с каждым часом Торину становилось всё труднее делать вид, что его это не беспокоит. К тому же основные приготовления в Эреборе почти завершились, и у Торина просто не оставалось времени отвлекаться на собственное беспокойство. Поэтому к вечеру король заставил себя смириться с отсутствием Бильбо и полностью сосредоточиться на делах, с небольшим удовлетворением отмечая, что укрепления наконец были готовы, склады заполнены, а последние поручения постепенно сходили на нет. Уже глубокой ночью Торин вернулся в их комнату, ощущая усталость во всём теле после бесконечного дня. Однако стоило ему переступить порог, как он сразу остановился. Бильбо уже был там, ожидая его. Хоббит просто сидел на расстеленном одеяле возле стены, будто находился здесь уже давно. На этот раз в Бильбо не осталось ни привычной усталости после работы, ни сонной рассеянности последних дней. Напротив, в его неподвижности чувствовалась странная собранность, будто весь этот день Бильбо готовился именно к этому разговору. Даже взгляд, которым Бильбо встретил Торина, казался слишком серьёзным и сосредоточенным для обычной беседы. — Вас сегодня весь день не было видно, — заметил Торин, опускаясь рядом с хоббитом на одеяло. В его голосе не прозвучало упрёка, однако скрыть беспокойство всё равно не получилось. — Даже остальные не знали, куда вы пропали. Бильбо ненадолго отвёл взгляд, будто подбирая слова. — Я думал, — честно ответил он после короткой паузы. Затем снова посмотрел на Торина и уже тише добавил: — И хотел поблагодарить вас. Слова прозвучали настолько неожиданно, что Торин невольно замер. Однако поразили его не столько сами слова, сколько выражение лица Бильбо. В глазах хоббита читалось такое глубокое облегчение, что Торину на мгновение стало не по себе. Бильбо выглядел человеком, который наконец нашёл то, что безуспешно искал уже очень долгое время. Торин то и дело ловил себя на том, что пытается понять причину этой внезапной перемены. Несколько секунд он просто молчал, подбирая слова, прежде чем наконец заговорил: — Не за что благодарить. Если вам снова потребуется помощь, обращайтесь. Он произнёс это почти автоматически и лишь после осознал, насколько искренне прозвучали его слова. — Я рад, что вы наконец восстановились, — добавил Торин уже тише, внимательно наблюдая за Бильбо, словно всё ещё пытаясь понять, что именно произошло за этот странный день исчезновения хоббита. После этого разговор постепенно затих сам собой. Несколько минут они сидели рядом молча. Теперь молчание между ними уже не казалось неловким или давящим — напротив, в нём было что-то удивительно спокойное. Где-то далеко за стенами Эребора ещё слышались приглушённые шаги стражи и редкий звон металла, однако сюда эти звуки доходили лишь едва различимым эхом. Торин то и дело ловил себя на том, что смотрит на Бильбо, пытаясь понять, что именно изменилось в хоббите за этот день исчезновения. Тот выглядел непривычно спокойным — даже слишком спокойным. За последние недели Торин успел привыкнуть видеть Бильбо уставшим после бесконечной работы, раздражённым из-за очередных споров с мастерами или напряжённым настолько, словно хоббит ожидал удара из-за каждого угла. Даже после того, как Бильбо начал высыпаться, тревога всё равно никуда не исчезла. Она оставалась во взгляде, в резких движениях, в привычке постоянно контролировать всё вокруг. Теперь всё это будто исчезло. Движения хоббита стали медленнее и плавнее, словно с его плеч наконец исчез груз, который он слишком долго таскал в одиночку. Из взгляда Бильбо исчезла привычная настороженность, к которой Торин успел настолько привыкнуть, что теперь её отсутствие казалось неестественным. Торин никак не мог понять, что произошло за время исчезновения Бильбо и почему хоббит теперь выглядел так, будто наконец нашёл ответ на какой-то давно мучивший его вопрос. Наконец Бильбо медленно поднялся на ноги и протянул Торину руки, будто приглашая следовать за собой. — Думаю, я всё же обязан хоть как-то вас отблагодарить, — сказал хоббит, и в его голосе прозвучала неожиданная мягкость. Торин невольно нахмурился. Замысел Бильбо по-прежнему оставался для него загадкой, однако сам хоббит выглядел слишком уверенным в своих действиях. Несколько секунд король просто смотрел на протянутые руки, после чего всё же поднялся следом. Бильбо почти сразу направился к выходу из комнаты. Он не стал ничего объяснять и даже не обернулся, словно был уверен, что Торин всё равно пойдёт за ним. Король действительно молча пошёл следом. Они молча шли по коридорам Эребора, и с каждым новым поворотом Торину становилось всё неуютнее. Хоббит двигался быстро и уверенно, будто давно решил, куда именно хочет его привести. Они миновали несколько широких залов, спустились по лестнице и свернули в ту часть горы, где света становилось всё меньше, а тишина ощущалась особенно тяжёлой. Постепенно Торин начал узнавать этот путь. И чем яснее Торин понимал, куда именно они идут, тем сильнее становилось внутреннее напряжение. Когда впереди показались огромные двери тронного зала, король невольно замедлил шаг. Бильбо же остановился только у самого входа. Тяжёлые двери были приоткрыты, и изнутри пробивался мягкий золотистый свет факелов, отражавшийся от каменных стен. Торин почувствовал, как неприятно сжались плечи ещё до того, как он окончательно понял, что именно увидел. Аркенстон всё так же находился в центре трона. Даже издалека камень притягивал взгляд своим холодным сиянием. Казалось, камень сам излучает холодное сияние и терпеливо ждёт, когда на него снова обратят внимание. Торин почти сразу отвёл глаза в сторону. — Что вы хотите сделать? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Бильбо медленно повернулся к нему. — Вы помогли мне, — спокойно произнёс хоббит. — А теперь я хочу помочь вам. Торин не успел ничего ответить. Бильбо развернулся и уверенно направился к трону. В его движениях не было ни страха, ни сомнений, словно он заранее знал, что собирается сделать. Поднявшись по ступеням, хоббит без малейших колебаний протянул руку к Аркенстону и достал камень из трона так легко, будто это был всего лишь обычный булыжник, а не предмет, из-за которого сходили с ума целые великие короли. — Положите его на место! — резко выкрикнул Торин. Голос прозвучал слишком громко в пустом тронном зале, эхом ударившись о высокие своды. Почти сразу после этого король резко отвернулся, будто одного взгляда на Аркенстон было достаточно, чтобы внутри снова проснулось то чувство, от которого он пытался избавиться все последние недели. Он стиснул зубы, стараясь привести мысли в порядок. Даже не глядя на Аркенстон, Торин почти чувствовал его за спиной. Казалось, камень давил на него даже на расстоянии. Каменные стены и колонны отражали холодный свет Аркенстона, и это мерцание почти сразу начинало давить на разум. Где-то позади послышались шаги Бильбо. Хоббит приближался спокойно, без спешки, словно совершенно не замечал того напряжения, которое охватило Торина. — Если вы будете прятаться от этого всю жизнь, ничего не изменится, — ровно произнёс Бильбо. — Вы не сможете победить безумие, просто делая вид, что Аркенстона не существует. Торин мрачно усмехнулся, продолжая стоять к нему спиной. — Вы просто не понимаете какого это.... — Ошибаетесь, — спокойно ответил Бильбо. — Я слишком хорошо понимаю, каково это — бояться собственных мыслей. На несколько секунд в зале снова повисла тишина. Напряжение постепенно сковывало всё тело. Даже не видя Аркенстон, он почти ощущал его присутствие за спиной. Присутствие камня ощущалось почти физически. Где-то на краю сознания уже начали шевелиться знакомые мысли — навязчивые и опасные. Сжать в руках. Не отпускать. Защитить. Торин резко зажмурился, словно это могло помочь избавиться от чужого шёпота в собственной голове. — Пожалуйста, — тихо произнёс он, и в этот раз в голосе не осталось раздражения. Только усталость. — Положите его обратно. Однако шаги Бильбо не остановились. Наоборот, уже через мгновение хоббит оказался почти вплотную к нему. — Я ещё никогда не хотел помочь кому-то так сильно, как вам, — негромко сказал Бильбо. В его голосе не было ни насмешки, ни той остроты, с которой Бильбо обычно говорил. Только странная, почти пугающая искренность. — Я не позволю этому безумию забрать вас, — продолжил хоббит уже тише. — Обещаю. Торин медленно выдохнул, однако так и не заставил себя обернуться. Он всё ещё стоял неподвижно, словно боялся, что одного взгляда на Аркенстон окажется достаточно, чтобы потерять остатки контроля. — А если у вас не получится? — после долгого молчания спросил Торин, всё же нарушая тишину. В его голосе прозвучала усталая насмешка, за которой слишком легко угадывалось настоящее беспокойство. — Что тогда? Посадите меня в клетку, как бешеного зверя? На губах короля даже появилась слабая улыбка, однако она исчезла почти сразу. Несколько секунд Бильбо ничего не отвечал. Торин уже хотел обернуться, когда наконец услышал голос хоббита: — Нет. Ответ прозвучал без малейших колебаний. — Я просто убью вас. Торин невольно замер. В голосе Бильбо не было ни злости, ни угрозы. Торин медленно выдохнул и всё же коротко хмыкнул, пытаясь скрыть неприятный холод, пробежавший по спине. — Звучит совсем не обнадёживающе, — мрачно заметил он. Однако даже сейчас в глубине души Торин понимал, что Бильбо не шутит. Если однажды безумие действительно полностью поглотит его, хоббит без колебаний выполнит своё обещание. И хуже всего было то, что Торин действительно в это верил. На самом деле он был бы по-настоящему благодарен хоббиту за это. Тишина снова затянулась. Со всех сторон зал освещали отблески факелов, скользившие по каменным колоннам и трону. Торин давно заметил, что с каждым днём ему становилось всё тяжелее находиться в Эреборе, пока Аркенстон всё ещё оставался здесь. Торину всё сильнее казалось, будто камень зовёт его к себе, обещая силу, власть и безопасность, убеждая никому не доверять и ничего не отдавать. И сейчас, вблизи, Аркенстон ощущался хуже всего. Его сияние словно проникало в сознание, вынуждая снова и снова возвращаться мыслями к камню. — До этого не дойдёт, — уверенно сказал Бильбо, будто не сомневался в этом ни на мгновение. Торин почувствовал, как хоббит подошёл ещё ближе. Даже сквозь плотную одежду Торин ощущал тёплое дыхание Бильбо за спиной, и это неожиданно помогало удерживать мысли в порядке лучше, чем любые попытки отвлечься. Рядом с Бильбо становилось немного легче сопротивляться навязчивому шёпоту Аркенстона, который всё настойчивее скользил по краю сознания. — Вы правда уверены, что сможете мне помочь? — тихо спросил Торин после долгого молчания. Теперь в его голосе уже не осталось прежней уверенности. В нём слышалась лишь усталость человека, который слишком долго боролся сам с собой и постепенно начал сомневаться, что эту борьбу вообще возможно выиграть. Он медленно повернул голову, бросив взгляд через плечо на стоявшего позади Бильбо. Хоббит всё ещё держал Аркенстон в руках, даже не глядя на него, словно в его ладонях находилась обычная безделушка, не более. Холодное сияние камня скользило по лицу Бильбо серебристыми отблесками, однако сам хоббит, казалось, совершенно этого не замечал. — Да, — без колебаний ответил Бильбо. Ни единого сомнения. Торин внимательно посмотрел на него, словно пытаясь понять, откуда у хоббита берётся эта уверенность. На месте Бильбо любой давно бы отступил и предпочёл держаться от Аркенстона как можно дальше после всех услышанных историй. Но Бильбо не отступал и продолжал смотреть на него так, будто видел перед собой не короля, которого в любой момент может поглотить безумие, а предводителя, в котором всё ещё был уверен. От этого становилось неожиданно тяжело дышать. Торин медленно отвёл взгляд и тяжело выдохнул, словно вместе с этим выдохом пытался избавиться от остатков сомнений. Затем, после короткого молчания, он всё же развернулся лицом к Бильбо. Стоило Торину взглянуть на Аркенстон, как внутри снова что-то дрогнуло. Сияние камня было почти завораживающим. Свет странно переливался в гранях камня, из-за чего тот казался почти живым. Торин почувствовал знакомое болезненное желание сжать его в руках и больше никому не отдавать. Пальцы невольно напряглись. Однако рядом стоял Бильбо. И почему-то именно это позволило Торину окончательно не потерять контроль. Медленно, словно каждое движение требовало огромного усилия, король раскрыл ладони перед собой. Несколько секунд Бильбо внимательно наблюдал за ним, будто убеждаясь, что Торин действительно готов. После этого хоббит осторожно опустил Аркенстон в его руки. Камень оказался тяжёлым. Тяжелее, чем Торин помнил. И в тот момент, когда холодные грани коснулись ладоней, по телу словно прошла дрожь.