Избранные звуком

Теперь-то в жизни Изуку и Кьёки музыка играла ещё большую роль. После того как дуэт увидел, что людей всё сильнее интересует их творчество, они стали строчить мелодии и тексты при каждой удобной возможности. Иногда идеи приходили поздно ночью, иногда — прямо во время прогулки, а бывало и так, что обычный разговор внезапно превращался в спор о рифмах или звучании припева. Процесс всё ещё шёл не особо быстро, но мотивации стало в разы больше, а потому и время пролетало незаметно. Всего за месяц они уже успели закончить одну полноценную песню и активно работали над второй. Для Мидории и Джиро это был огромный скачок в скорости, и оба были этому невероятно рады. Особенно Изуку. Раньше он мог часами сидеть над одной строчкой, постоянно всё переписывая и сомневаясь в результате. Теперь же он хоть и продолжал переживать, но уже меньше зацикливался на ошибках. Кьёка тоже изменилась. Она стала смелее предлагать идеи и всё чаще сама затаскивала парня в обсуждение новых мелодий. Иногда они даже устраивали своеобразные мини-соревнования. Кто быстрее напишет куплет. Кто придумает лучший переход. Кто сможет сделать более цепляющий мотив. Обычно такие попытки заканчивались тем, что у них ничего не входило и от этого оба начинали смеяться всё переделывать вместе спокойным темпом. Также с их канала постепенно начали приходить деньги. Хорошо, что ещё перед релизом первой песни они подключили монетизацию. Да, суммы там были пока не особо большими, но и расходов у них почти не было. Всё, что они вкладывали, — это своё время, силы и нервы, а это полностью перекрывалось мотивацией и удовольствием от процесса. Поэтому, по мнению дуэта, за своё увлечение они получали уже довольно много. И этих денег могло бы даже хватить на съём жилья, хотя пока всё-таки большую часть они решили откладывать на будущее. Кьёка относилась к этому серьёзнее и постоянно напоминала Изуку, что популярность — вещь нестабильная. Сам Мидория сначала только неловко смеялся, но позже всё-таки согласился. В итоге у них даже появилась отдельная таблица, где они записывали доходы, траты и примерные планы. Правда, выглядела она так, будто её составлял помешанный на аналитике учёный. Собственно... её и составлял Изуку. Но самым приятным было вовсе не это. Самым приятным оставалась поддержка фанатов, и она росла буквально как на дрожжах. И Кьёка, и сам Изуку сначала думали, что со временем станет больше хейтеров. Всё-таки интернет редко бывает добрым местом. Но эти "надежды" довольно быстро исчезли. Очень многим людям действительно понравилось их творчество. Комментарии под песнями становились всё длиннее, люди начали делать переводы текстов, рисовать фан-арты и что самое неожиданное — выкладывать каверы. Некоторые слушатели писали о том, как случайно нашли их музыку ночью и просидели до утра, слушая песни по кругу. Кто-то говорил, что их треки помогают успокоиться после тяжёлого дня. А кто-то просто писал огромные сообщения капсом о том, насколько это было круто. Изуку каждый раз читал подобное с таким лицом, будто ему лично вручили мировую премию. Кьёка, конечно, старалась выглядеть спокойнее, но даже она временами прятала улыбку рукой или первым попавшимся предметом, когда видела очередной восторженный комментарий. Часть этой популярности вполне могла быть связана с их необычностью. В Японии не так уж много дуэтов, а тем более исполнителей, которые писали песни в жанре рока ещё и на английском языке. В стране уже десятилетиями продолжалась эпоха поп-музыки. Сцена была переполнена яркими айдолами, электронным звучанием и идеально вылизанными выступлениями. Поэтому Астер и Никс выглядели для многих чем-то совершенно иным в стиле Японии. Будто бы типичная американская рок-группа... но со своей атмосферой и каким-то странным японским шармом. И мимо такого люди пройти просто не могли. С каждым днём популярность дуэта росла всё сильнее, и всё больше людей хотели увидеть, как далеко они смогут зайти. Некоторые даже начали строить теории о личностях исполнителей. В интернете постоянно появлялись обсуждения того, кто скрывается за псевдонимами. Кто-то был уверен, что это уже известные музыканты, решившие начать тайный проект. Кто-то утверждал, что это студенты музыкального университета. Один человек вообще написал огромный пост о том, что Астер и Никс — брат и сестра из Америки. После прочтения этого поста Кьёка смеялась минут десять. Но даже так вся эта ситуация казалась им чем-то нереальным. Особенно для Изуку. Иногда он всё ещё просыпался утром и первым делом проверял канал просто для того, чтобы убедиться, что всё это ему не приснилось. А параллельно музыканты вместе со своей компанией всё так же снимали крышу с дома Джиро. Кьётоку и Мика не были против, когда сразу четыре подростка временами приходили посмотреть фильмы или поиграть в настольные игры, но всё же для них столько детей и энергии было слишком много. Поэтому их радовало, что всей компанией ребята наведывались не так часто и всегда заранее предупреждали о визите. Хотя даже это не особо помогало. Потому что стоило всей компании собраться в одном месте, как уровень шума поднимался до критической отметки. Особенно если дело касалось игр. Мэй каким-то образом умудрялась превращать даже самые обычные настолки в поле боевых действий. Она спорила громче всех, жульничала абсолютно не скрываясь, а потом ещё и возмущалась, когда её ловили. Кьёка на это закатывала глаза, Шинсо медленно умирал от усталости, а Изуку каждый раз пытался играть честно... пока не понимал, что против Хацуме это бесполезно. Однажды девушка вообще притащила какую-то собственную "улучшенную" версию игры. Закончилось всё тем, что одна из деталей задымилась прямо посреди комнаты. После этого Кьётоку запретил Мэй приносить изобретения в дом. Правда, никто не был уверен, что она вообще его послушала. Друзья, конечно, пытались найти новое место для посиделок. Хитоши жил в маленькой квартире вместе с матерью, и бедную женщину не хотелось сильно нагружать, поэтому этот вариант отпал почти сразу. Да и сам Шинсо выглядел так, будто его квартира физически не выдержит столько людей одновременно. Дом Мидории даже не обсуждался. Даже если Инко не было дома, по нему либо ходили уборщицы, либо старшая Мидория каким-то шестым чувством понимала, что на её территории находился кто-то лишний. А испытывать удачу никому особо не хотелось. Изуку вообще был уверен, что его мать способна обнаружить чужое присутствие по одному сдвинутому стулу. Оставалась ещё Мэй, у которой был довольно большой дом. Но было одно огромное "но" в виде родителей самой девушки. Они, конечно, были людьми добрейшей души, однако их любовь к механике эту доброту превышала в несколько раз. Захламлён был не то что гараж — в бардаке был буквально весь дом. Неизвестные детали, провода, инструменты и какие-то металлические штуки лежали абсолютно везде. Из-за этого дорога к комнате девушки превращалась в настоящий адский паркур из подозрительных железяк. И, конечно же, старшие Хацуме в основном работали дома. Из их мастерской постоянно доносились звуки преисподней. То жена орала на мужа из-за неудачного эксперимента, то они вместе испытывали очередное изобретение, которое звучало так, будто сейчас откроется портал в другое измерение. А иногда включались какие-то невероятно тихие инструменты, поющие как ангелы (нет). В общем, чтобы никому из оставшейся тройки окончательно не ломать психику, все дружно решили в основном гулять на улице и временами собираться у Джиро. За что Кьётоку и Мика были одновременно благодарны и морально истощены. Вот так и проходило время компании. Конечно же, все, за исключением Мидории, ходили в школу очно, но встречались они всё равно довольно часто. Иногда после уроков, иногда вечером, а порой вообще спонтанно собирались всей группой просто потому, что кому-то стало скучно. Даже Шинсо со временем начал меняться. Компания буквально насильно напитала его смелостью. Парень стал увереннее говорить о своих желаниях и интересах. Да, временами он всё ещё уходил в себя и отвечал привычным уставшим тоном, но теперь хотя бы не пытался скрывать всё подряд. Хитоши даже смог однажды дать словесный отпор своему обидчику. Тот, как оказалось, тоже был не особо смелым, поэтому после неожиданного ответа быстро заткнулся. Издевательств меньше стало не сильно, но хотя бы появился шанс спокойно дышать. А ещё Шинсо наконец перестал молчать во время общих разговоров. Теперь он иногда сам шутил. Очень редко, очень сухо, но для остальных это уже было настоящим достижением. Особенно радовалась Мэй. Она вообще в какой-то момент объявила, что "социализация Шинсо идёт успешно", будто парень стал для неё официальным научным экспериментом. Сам Хитоши после этих слов чуть не ушёл домой пешком прямо посреди прогулки. Но, несмотря на все мелкие проблемы, веселья в их жизнях всё равно было невероятно много. Прогулки по вечернему городу, случайные разговоры обо всём подряд, бесконечные споры о музыке, совместные походы в магазины и дурацкие фотографии, сделанные исподтишка — всё это постепенно становилось чем-то важным и по-настоящему тёплым. Изуку же иногда он просто останавливался посреди разговора и смотрел на друзей так, будто всё ещё не мог поверить, что это происходит с ним на самом деле. И в такие моменты Кьёка обычно либо толкала его локтем, либо спрашивала, чего он опять завис. А он только улыбался. Потому что впервые за долгое время действительно чувствовал себя счастливым. Но ведь не всё всегда может быть так радужно?