The Devil's love

– Мистер Пак, доброе утро! – работник ресепшен тут же соскочил, приветствуя парня будничной улыбкой.  – Тэ на месте? Двойной эспрессо, через 5 минут, – командовал Чимин, направляясь к лифту, Поднявшись на 18 этаж, блондин направилась в кабинет. По пути в него, парня окружили работники, приветствуя и подавая наработки для своих колонок в журнале. – Я все посмотрю в порядке очереди, сложите ваши папки на стол Тэ, – отрезала он, закрывая дверь перед носом у всех остальных. Кабинет Пака был полным олицетворением его несгибаемой воли, своенравного характера и огромного потенциала.  Темный мраморный пол с едва видимыми прожилками минерала цвета слоновой кости. Панорамные высокие окна, вид из них открывается просто захватывающий, но лишь днем, под вечер, когда ложиться густой туман, город превращается в затеряные руины, как если бы цивилизация вымерла в наше время. Потомкам остались лишь призраки прошлого, высокие шпили некогда величественных сооружений, окутанные темной пеленой тяжелых облаков и полная тишина, умиротворение средь этих почти невидимых зданий.  Посреди кабинета стоял довольно массивный стол из красного дерева, покрытый ни краской, ни навомодной резиной, а лишь олифой, чтобы дать цвету раскрыться в полной мере. Близ стены расположился небольшой кожаный диван, на котором комом был свернут плед, Чимин не одну ночь провел в своем кабинете, зарабатываясь до самой ночи.  Рядом с диваном особняком держался стеклянный кофейный стол, с любимой кружкой парня и кипой различных журналов и папок. Напротив зоны отдыха расположены металлические стеллажи с деревянными полками, забитые донельзя, а у самого окна можно обнаружить непосредственно рабочее место Чимина. Удобный регулируемый стул, небольшая тумба с небходимым для картин и конечно сам Этюдник, на котором в настоящее время красовалась новая обложка на июньский выпуск. Парень скинул пиджак на спинку кресла, присаживаясь за стол. – Ну посмотрим, что же мои гениальные умы сочинили в этот раз, – прошептал Пак, придвигая к себе папки полные фотографий с фотосессий и такие же ломящиеся файлы для колонок журнала.  Взяв с подставки ручку, парень принялся изучать материалы и проводить отбор для следующего выпуска, полностью погружаясь в работу. Расположившись за рабочим столом, парень принялся за работу, разглядывая фотографии с фотосессии и вникая в текста для колонок. Через некоторое время раздался стук в дверь. Слегка приоткрыв кабинет, в дверном проеме выглядывал юноша со стаканчиком кофе и кипой бумаг, улыбаясь. – Мистер Пак, ваш кофе и документы на подписание, – уведомил тот. – Боже, Тэ-Тэ давай без этих «Мистер Пак» – Чимин уже сидел за своей картиной для обложки нового выпуска. Повернувшись в пол оборота парень продолжил. – Но… Ты опоздал с кофе. Я ждал его 1,5 часа назад, Тэхен..причина?, – холодно и монотонно спросил Пак, принимая бумажный стаканчик из рук Кима.  – Прости Минни-и-и – протянул шатен умещая свою задницу на небольшой диванчик позади, вытягиваясь всем телом. – У нас небольшая проблемка, я пытался решить ее самостоятельно, чтобы не тревожить тебя, знаю, как ты сейчас заняты, но к сожалению, все безрезультатно, – голос Кима придательски дрогнул, хоть он и пытался сохранить самообладание. – Что за проблема? – Чонин увольняется. Вот его заявление, – Ким вытащил из одной из папок листок и вложил в протянутую руку. – Он бы хотел как можно скорее покинуть рабочее место, – медленно трактовал парень, понимая какой сейчас будет большой «Бум» от его начальника.  Секунда и блондин пришел в бешенство, резко встав со стула, чем заставил вздрогнуть подчиненного, что ж Тэхен никогда не привыкнет к этому. – Он что?, — требовал Пак, пытаясь поймать взгляд шатена, – Тэ-Тэ, смотри на меня. Я хочу знать, что он сказал тебе, – в момент того, как Ким подбирал слова помягче, в голове парня пролетали сотни, нет, тысячи возможных вариаций, чего мог сказать водитель.  Не выдержав гнета своих же мыслей, ладонь Пака довольно сильно ударила по столу, заставляя ассистента подпрыгнуть на месте. — С этим самовлюбленным сукиным сыном я больше не намерен видеться. Мало того, что терпел его вечные упреки, бегал как собачонка по его поручениям, да даже спал с ним! В итоге он уже 2 месяц подряд лишает меня премии, и из-за чего?! Из-за того что я расстался с ним?!Это честно?! Я больше чем уверен, все кто получает премиальные спят с ним! Пошел он и ты в след за ним! — Ким передала все слово в слово, лишь на пару секунд вводя блондина в неподдельный шок.  – Змеёныш. Я его голыми руками задушу!, – рыкнул Чимин срываясь с места к дверям кабинета. Резко открыв дверь, он с силой захлопнул ее, совершенно позабыв о том, что она стеклянная как и прилегающие к ней стеклянные панели, что в момент разлетелись на куски. Чимин проносится твердым шагом мимо подчиненных. Кто-то от неожиданности обронил папки с документами, девушка из отдела кадров пролила на себя кофе, а главный дизайнер еле успел спрятаться за дверью своего отдела, чтобы не попасть под горячую руку.  Движение лифта казалось Чимину как в замедленной съемке - слишком медленно. Наконец в мастерской раздался звук прибывшего лифта, оповещая всех мастеров о госте.  Бывший водитель Пака, спокойно складывал свои вещи в багажник автомобиля как неожиданно по его голове прилетела крышка от него,  – Твою мать! Что за конченные шутки Джун?!, – завопил парень. Выбравшись из багажника, он наконец повернулся увидев перед собой уж точно не механика, но с разводным ключом,  – Это я сукин сын?! Ты мерзкий изменщик так и не смерился с тем, что я бросил тебя?! А я идиот, весь месяц думал, кто же распускает слухи обо мне, а надо было начинать с самых низов!, – проскрипел Пак заряжая парню между ног, от чего тот сразу сложился пополам, корчась от боли. – Это я еще твои грязные фотки не разослал. Хотя почти решился, после того как ты срезал премию, – даже сквозь агонию, водитель выворачивал свою прогнившую натуру, довольно усмехаясь.  Бывшая парочка проводила разбор полетов настолько громко, что шум эхом дошел аж до дежурной, в которой находился основной штат механиков. По вентиляции был слышен приглушенный звук перепалки, привлекший внимание присутствующих. – Мне кажется или в гараже, что то происходит?, – первым заметил неладное Намджун, выныривая из двигателя, что перебирал секунду назад, обращаясь к своим коллегам. – Я думала мне показалось, думаешь стоит проверить? – подала голос Мишель, выключая полировочную машину. – Пока думаем, у нас тачки угонят, нас потом Пак на британский флаг порвет. – выразил переживание Спенсер, вытирая руки от машинного масла.  Решив, что не стоит медлить, механики в один раз покинули дежурную, быстро направляясь в гаражное отделение.  По сближению с пунктом назначения, сотрудники быстро смекнули, что Чонин с кем то ведет перепалку и явно проигрывает. Ускорив шаг, переходя на бег, мастера прибыли в нужное место и как оказалось во время. Чимин замахнулся гаечным ключом прямо в голову водителя.  Лица механиков искривились в ужасе и страхе, первый ринулся Джун, подхватывая Пака на руки и оттаскивая его от водителя, Мишель и Спенсер так же не остались в стороне, пытаясь успокоить директора. – Мистер Пак что ты творите?!  – Мишель изъяла инструмент, почти что ставшим орудием убийства, глядя в карие глаза наполненные слезами. – Чонин, что произошло?, – пытался выяснить Спенсер, подходя к водителю ближе.  Парень едва поднялся на ноги, стараясь отдышаться после болевого шока. Первым отозвался Чимин.  – Он выставил меня шлюхой в глазах сотрудниках! Распускал слухи о том, что со мной спят за премиальные! Хотя сам резвился с той девкой в нашей квартире!, – Чимин растерял всякий профессионализм, предаваясь своим болезненным чувствам, что выливались через край.  В гараже воцарилась немая тишина, все мастера переключили свое внимание на водителя на лице которого не было и капли сожаления о содеянном. Хоть персонал и был далек от своего начальника, но парень сделал не мало хорошего в свое время для каждого из них. Осознание, что такой ужасный человек с низкими моральными ценностями работал с ними плечом к плечу, накрывало с каждой секундой. Самый вспыльчивый из них оказался Ким. Аккуратно отпустив блондина из рук, парень накинулся на шатена с кулаками.  Остальные механики ринулись останавливать разъяренного Намджуна. – Ты Гад Чон! Что бы между вами не случилось, рассылать то, что твоя половинка доверила тебе самый низкий поступок! Я тебя сам придушу, урод!, – рычал Джун, нанося удары и без того сдавшемуся водителю, тот лишь закрывался руками, защищая голову.  – Джун! Джун! Отпусти его!, – кричал Спенсер, цепляясь за руки механика. На помощь пришла и Мишель, хватая парня за плечо. Совместными усилиями им удалось остановить мастера, удерживая его за руки, сжимая их крепче при каждом порыве парня закончить начатое. – Я считал тебя другом, Джун. А ты вот так со мной, из-за какого-то парня, что даже не твой. Или я чего то не знаю о той новогодней премии.  После услышанного, механики что прежде сдерживали своего коллегу ослабили хватку, позволив ему вырваться.  – Такую сволочь я вижу впервые, думаю Джун один не справится, – рассуждал Спенсер поглядывая на коллегу, та в свою очередь одобрительно кивала, – Мы ведь команда, надо помочь. Парня разукрасили до неузнаваемости, он умолял и просил о пощаде, клялся, что никому не скажет о случившемся и никогда не ступит на порог издательства, только после этого мастера отпустили мерзавца, добавив ему на дорожку еще пару апгрейдов на машину, в виде снятого бампера, разбитого лобового стекла и надписи на кузове новенькой AUDI R8 «Изменщик и козел».  Помахав на прощание, ребята вытирали остатки крови с рук и формы. Взгляд Намджуна зацепился за поникшего парня, что сидел на ступеньках при лифте. Переглянувшись, мастера присели рядом с начальником.   – Мистер Пак, вы…ну главное не загоняйтесь. Этот урод еще получит свое, если того что мы сделали было мало. Кто бы мог подумать, что Чон пойдет на такое, – успокаивал механик, аккуратно уложив руку на изящное  плечо.  – Еще и за денег, – до сих пор удивленно вздыхал Спенсер. – Угрожал моральной расправой и травлей, а сам изменщик и гандон, – поддержала Мишель. – Я редко говорю это вам, но – Чимин наконец подняла взгляд на опешивших сотрудников, – спасибо, что заступились за меня, – нервно теребя край пиджака, Пак старался прийти в эмоциональный баланс. – Да ладно мистер Пак ! Мы за вас всегда стеной встанем, чтобы там ни было, – приободрил Спенсер, потрепав парня за плечо.  Чимин встал со ступеней, поправил свой костюм и смахнул остатки слез.  – Так, ладно. Хватит сопли разводить, я в конце концов ваш начальник. Давайте, за работу, у меня тоже не мало дел. За простои оштрафую, – на лице Пака снова воссияла его неповторимая ядовитая улыбка. Парень покинул цокольный этаж оставляя мастеров в легком смятении, но это чувство быстро прошло, ведь они знают Мистера Пака не первый год. Этот парень рожден, чтобы быть таинственной загадкой, разгадать которую под силу единицам и то эти люди совершенно неизвестны ни одному сотруднику издательства. Ну или почти. Настоящая личность Пак Чимина всегда была покрыта плотной таинственной дымкой, скрываясь за вуалью беспощадного, деспотичного бизнесмена, сердце которого состояло из самых ледяных глыб Арктики. Никто не знает, что скрывается за этой ядовитой маской, наверное все попросту привыкли к этому Паку и другой им совершенно не интересен, так уж сложилось исторически, как любят писать философы.  Вечер стремительно поглощал деловой Нью - Йорк превращая город в настоящий Вегас. Яркие вывески баров и клубов, словно зазывали своей заряженной атмосферой и музыкой, от которой ноги сами бросались в пляс. Дневные пробки рассеялись, предоставляя дорогу стритрейсерам, которые что и дело дразнят нью - йоркскую полицию, подстрекая их к погоне. В воздухе вновь витает запах алкоголя, вечной нерваны и похоти.  Чимин в это позднее время все еще просиживал в кабинете. В редакции свет давно потух, офисы опустели, бесконечный шум швейных машинок, споров, разговоров, вспышек фотоаппаратов смолкли, оставляя его в полной тишине.   Сидя в своем кресле, Пак слышал лишь плескание красного полусладкого по хрустальным стенкам бокала, что он медленно крутила в руке, словно в трансе. С такой высоты глядя на город ощущаешь себя богом. Не великим и могущественным миротворцем способным измерить мир, а отчужденным скитальцем, одиноким созерцателем, совершено отверженным всем миром не имея причастности к этому празднику жизни.  Чимин часто оставался допоздна в надежде побыть наедине со своими мыслями. Он не может утверждать, что его мысли всегда чистые и светлые, скорее наоборот. После развода родителей маленькие частички его души разрывались между обоими родителями, парню не хотелось выбирать кого то одного, но в жизни иногда поворачивается все совсем не так как нам хочется.  Оставшись с мамой, Пак обрел идею, мысль, свой слог и стиль, он всегда знал, что именно рукой матери была возложена его дорога к величию в модной индустрии. Но с этим величием пришло то, что он совершено не ждал: одиночество, невозможность быть собой, бесконечная тоска в золотой клетке.  Иногда Чимин фантазирует о том, как бы сложилась его жизнь, выбери она в ту минуту вторую сторону медали - своего отца. Он полная противоположность мамы в то время, свободный, веселый и счастливый. После развода мужчина ударился в путешествия желая объездить все уголки планеты. С тех пор прошло 12 лет и к сожалению про один уголок земного шара он все же забывает.  Каждый год становится для юноши новой надеждой на встречу с отцом, но к его сожалению не всегда происходит то долгожданное чудо. Последний раз, Чхан прилетал 5 лет назад, перед поездкой в Амазонку, обещая привезти сувенир из очередной поездки.  Отведя потускневший взгляд от ярких переливающихся верениц огней, Чимин повернулся к столу. Аккуратно проведя рукой по идеально сложенным папкам, парень вспоминал, что только утром весь его стол был завален работой. Это ощущение порядка и выполненной работы вселяло гордость.  Насладившись порядком, Пак открыл выдвижной ящик стола, выуживая от туда  фотографию своей семьи, разглядывая близких. Этой фотографии примерно 15 лет и эта картинка ассоциируется у него с чем то родным и теплым, как яркий луч солнца, протиснувшийся через густые ветви древа, согревая прохладную щеку своим светом. Парень осматривала счастливые лица, что смотрят на него сквозь время. Грустная улыбка тронула пухлые губы, когда кончик пальца коснулся отцовского лика. – Я так устаю папа. Если бы только ты был здесь, мне обязательно стало бы лучше. Столько дел навалилось в последнее время. Я надеюсь у меня быстро получится найти водителя, с моей работой он жизненно необходим. Поскорее бы ты навестил меня, – рыжеволосая шептала едва слышно, большим пальцем проводя по лицу улыбчивого мужчины.  По щеке скалились пару слезинок, которые Пак  быстренько смахнул, убирая фотографию снова в ящик. Встряхнув головой, он скрепил пальцы в замок, облокачивая подбородок на них, думая о завтрашних собеседованиях.  – Стоит сделать заметки для Тэ, так ему будет проще сориентироваться в большом потоке соискателей. Распределить их по группам: возможно, возрастным, по половому признаку, стаж вождения. Таким образом он сможет отсеять сразу неподходящих кандидатов, сократив нам время собеседования, – блондин раздумывал о том, как помочь своему ассистенту справится с такой большой и ответственной задачей. Хоть со стороны и кажется, что Пак жесток и холодке как начальник, но он всегда старается для тех, кто старается для него. И Тэхен первый из короткого списка таких людей.  Время тянулось к четырем утра, когда вымотанный и совершенно без сил Чимин уснул на излюбленном диване, в руке с очередным досье. Кофейный столик не зря был прозван кофейным, за ночь он скопил на себе порядка 9 пусты кружек бодрящего напитка.

Солнце вновь, как и каждое утро, всходило на западе, начиная новый цикл. Новый день обещал принести за собой много работы, новые встречи, события и кто знает, к чему это приведет.