"Байкерша"

Мотошлем был подарком Лу Робелле на поступление в Rainbow high. Черный шлем с синими языками пламени на макушке. - Чёрный с синим? - усмехнулась Робелла, смотря на подругу. - Как и ты, - усмехнулась Лу в ответ. Гонсалес добродушно рассмеялась. Черный и синий - ее любимые цвета. Ее волосы были черными, как смоль, как ночное небо, что резко контрастировало с ее бледной, почти белой кожей. Многие шутили, что она сама и есть ночное небо - на фоне черных, как ночь, волос как луна светилось бледное лицо. Робелле это очень льстило - ей нравилась вся эта мрачная романтика. Ее глаза были темно-синими и глубокими. Как море - такое же синее и бездонное, что манит своей глубиной. Робелла любила гонять на байке. Любила эту скорость, это ощущение ветра в своих волосах и на лице, любила чувтво единения с самой собой, постепенно растворяясь в шуме мотора. Но теперь этому пришел конец. Ее гонкам и всем мечтам... Ни для кого не секрет было то, что Робелла Гонсалес - заядлая байкерша с соответствующим характером: уверенная, дерзкая, своенравная. Она обожала гонять. Чаще всего в одиночестве, но бывало и нередко в компании Лу. Но что было удивительно - она не участвовала в мотогонках. Да, гоняла с кем-то, но на все эти предложения погонять пыль наперегонки с кем-нибудь - ни-ни! Так было пока ее не взяли на слабо. Она согласилась, но потом... Очень сильно пожалела...Это стало фатальной ошибкой. Началом конца. Случилась страшная авария. Не по ее вине - по вине ее соперника, но легче ей от этого не стало. Она попала в больницу с очень серьёзными травмами. Уже там ее настигла вторая, не менее страшная новость - ее отчисляют из Rainbow high. Это стало для нее вторым ударом, но финальный ее доломал. Эрнест, этот гадкий мерзавец с притворным сочувствием и противной ухмылкой на лице сообщил, что ее друзья, ее верные друзья - Пэрис, Рамона, Памелла и Лу - настучали на нее. Как же Робелле хотелось выбить с его наглой рожи эту противную ухмылку. Она не собиралась ему верить, но факты показали обратное - никто из девчонок ни разу не навестил ее за все время в больнице и на той злополучной гонке, что удивительно, не присутствовал. Хотя они все собирались прийти и поддержать Гонсалес. Это окончательно сломало Робеллу. Разбило, как ее байк. В один момент она потеряла все: мечты, будущее и... Друзей... - Ненавижу вас всех!!! - со слезами горькой боли проорала она, сжимая тот самый шлем, что подарила ей на поступление Лу. Теперь его украшали вмятины после аварии, защитное стекло было все в трещинах, а синее пламя потухло от слоя сажи и трещин. Потухло, как и то, что до этого всегда горело таким же синим пламенем в ее глазах, но теперь... Девушка швырнула шлем в стену больничной палаты с такой силой, что на стене потрескалась и обвалилась штукатурка, а от корпуса шлема тоже отлетело несколько кусочков. - Ненавижу..., - захлебываясь слезами, прошептала она, уткнувшись лицом в собственные ладони. *** 2022 год. Заброшенная автомагистраль встречала лишь тишиной и тьмой вокруг, рассеиваемую лишь лунным светом. Легкий ветер шевелил деревья, создавая лишь едва слышимый звук. Робелла стояла посреди дороги, рядом с ней был ее байк. Раньше она постоянно гоняла здесь, нарушая тишину диким ревом своего мотора, но сейчас... Ей было не до этого. Она просто молча стояла и смотрела в пустоту. На то, что, казалось, могла видеть только она. А видела она свое прошлое. Воспоминания двадцатилетней давности нахлынули на нее, когда она оказалась здесь. Это место стало поворотным моментом в ее жизни. Именно в нем она упала в паутину лжи, в которой жила все последние годы. Только недавно она узнала, что на самом деле произошло тогда, и кто виноват в ее отчислении. - Ненавижу!!! - заорала она, что есть мочи. Гнев и горечь от осознания случившегося лишь добавляли ей сил. Из ее глаз полились две прозрачные дорожки слез, постепенно становившихся черными. Это было крайне нетипично для нее, ведь ее никогда никто не видел плачущей, но тогда она просто уже не могла сдержать себя и полностью отдалась эмоциям. Она не знала, сколько времени прошло, не видела, что происходит вокруг. Она лишь видела своих друзей,... Тех кто любил ее, кто был готов стоять за нее горой. Гламурную Пэрис, театральную Рамону, милашку-скромницу Памелу... И заучку Лу... Ее Лулу... Та, для кого Гонсалес стала примером. Та, кому она помогла стать сильнее, кому она помогла поверить в себя... И кого она возненавидела больше всех... И как она только могла в это поверить?! Тому, кто мечтал от нее избавиться, а не своим близким?! Тем, кто был готов верой и правдой защитить ее?!!! "Робелла, ты ИДИОТКА!!!"- мысленно корила директриса себя. Силуэты друзей становились все менее и менее четкими и размытыми. Их застелила пелена слез, которая вскоре их смыла, оставив только темноту и пустоту... Она смыла их, как и сама Роб когда-то предпочла стереть их из своей жизни, утонув во тьме лжи... Слезы градом текли по ее щекам, с губ то и дело срывались стоны и визги, а тело дергалось. - Роб? - раздался голос у нее за спиной. Он сразу выдернул Робеллу из ее страданий. Такой знакомый, спокойный и родной... Его невозможно было перепутать ни с чем. Женщина медленно обернулась - за спиной у нее стоял силуэт другой женщины, не различимый подробно различимый в лунном свете и тьме, но все же не узнать его было нельзя. - Лулу? - Гонсалес быстро протерла рукавом косухи бледное мокрое от слез лицо, но лишь сильнее размазала по нему тушь. Она поднялась на ноги и развернулась к подруге. - Что тут делаешь, Лулу? - обеспокоенно спросила она, сделав пару встречных шагов. - Я тебя искала, - коротко и ясно ответила Лу, подходя ближе. - Твой секретарь сказала, что ты уехала куда-то покататься и это место. Райт окинула взглядом пустую дорогу: - Было первым, о чем я подумала. Робелла грустно усмехнулась. На ее мертвенно-бледном лице отчетливо выделялись красные от слез глаза и чёрные подтеки от туши. Райт сочувствующе посмотрела на подругу. Она провела ладонью по ее мокрой щеке и вытерла ее. Гонсалес противиться не стала, хотя и не любила всех этих телячьих нежностей. Пару секунд они просто смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Лу видела подругу насквозь - видела, как ей тяжело из-за осознания того, что она натворила. Робелле было стыдно смотреть Лу в глаза. Она чувствовала, что не заслуживает даже стоять рядом с ней после всего, что сделала. Но она усилием воли заставляла себя неотрывно смотреть на подругу, словно взглядом говоря: "Прости..." - Не хочешь... Погонять со мной? - неуверенно спросила она, кивнув в сторону своего мотоцикла. - На моем черном всаднике. Райт, закрыв глаза, улыбаясь, покачала головой. Ее улыбка... Такая добрая и светлая. Она заставляла таять ледяное сердце Робеллы. Все с той же улыбкой она положила палец на губы Гонсалес и тихо прошептала чарующим голосом: - Я только за. Бледнолицая лишь ухмыльнувшись, кинула ее на сиденье, протянула шлем, и, сама надев свой, нажала на газ. Они неслись без оглядки, не обращая внимания ни на что на своем пути. Робелла гнала, ее мотор дико гудел, заглушая бешеное биение ее и Лу сердец. Лу лишь улыбаясь, обнимала за талию подругу. Она была просто счастлива, что ее лучшая подруга снова с ней. В тот момент они обе ощущали себя теми веселыми студентками, что раньше гоняли тут по вечерам при свете луны. В конце-концов, они остановились у входа в Rainbow high. Робелла слезла с байка и сняла шлем. Ее черные, как смоль, волосы развивались на ветру, создавая эффект черного нимба. Или же ночного неба вокруг луны. Лу тоже сняла свой шлем. - Держи, - сказала она, расстергивая свой рюкзак и доставая оттуда что-то, что заметно поубавило его объём. Она слезла с мотоцикла и протянула Гонсалес что-то черного цвета со словами: - По-моему, это твое. Глаза директрисы Shadow high округлились. Она осторожно взяла в руки подарок. Это был ее разбитый шлем! Тот самый, что много лет назад ей подарила Райт. Тот же черный корпус с вмятинами от аварии, те же синие языки пламени, покрытые сажей и паутиной из трещин, то же разбитое стекло защиты глаз. - Откуда...? - только и сумела проронить та. - Я думала, что потеряла его... - Близнецы Шторм меня в нем по ночам пугали, - пояснила Лу. - Сказали, что увидели, как ты оставила его, хотели вернуть, но, видимо, не донесли. - Что?! Арх, ну это уже слишком! Теперь я их точно числану! У меня уже два ящика жалоб на них в кабинете стоят и это только за этот учебный год! Каждый мне кто-нибудь да жалуется на них либо со злобой, либо со слезами! Давно надо было их числануть! Как и Эрнеста. На последнем слове темп ее голоса заметно подутих. Робелла погрустнела и опустила взгляд в пол. Лу ободряюще положила свои ладони на ее. - Давай не будем о нем хорошо? - мягко спросила она. - Мы с тобой уже увидели, что будет, если жить старыми обидами. Прошлое должно остаться в прошлом, а жить нужно в настоящем. Гонсалес усмехнулась. Она положила свой палец на губы подруги и наклонившись к ней, прошептала сладким голоском: - Как только мы закончим нашу сладкую месть. В ее глазах снова заблестел тот синий блуждающий огонек, что много лет назад был потушен тьмой гнева и обиды. Лу лишь усмехнувшись с закрытыми глазами, покачала головой. Она неисправима! Как, впрочем, и она сама. И именно это нравилось им друг в друге больше всего.