Королевство Разбитых Зеркал

***

Всю следующую неделю Киара пыталась задвинуть мысли о встрече в саду как можно дальше. Иногда ей почти удавалось убедить себя, что всё это было нелепой ошибкой. Вот только рядом был Азриель. А значит — это действительно произошло. Тщетно пытаясь сосредоточиться на том, чтобы вытянуть боль, Киара снова почувствовала, как магия рассыпалась между пальцев. — Киара, может, тебе стоит отдохнуть? — осторожно заметила Нуан, глядя, как она опустила руки, так и не убрав головную боль одного из жителей Двора Рассвета. — Нет. Я в порядке, — слишком быстро ответила Киара. Она промолчала о том, что если сядет отдохнуть, мысли будут кружиться в голове, не позволяя отмахнуться. — Если захочешь поговорить, только скажи, — мягко предложила Нуан. Киара отвела взгляд. — Спасибо. Но есть вещи, которые я пока не готова обсуждать. Нуан понимающе кивнула. — Может, прогуляешься? Ты всегда возвращаешься спокойнее после сада. Киара тихо выдохнула. Все эти дни она специально выбирала другие дороги. Хотя одна её часть тянула её туда, где, возможно, есть ответы, другая сопротивлялась настолько, что она ни разу не ходила туда.  Киара направилась в комнату. Она, как обычно, решила обложиться книгами. Вечером послышался настойчивый стук в дверь. Когда она открыла, то застыла на месте, глядя на слугу из дворца. Он протянул ей записку и встал, ожидая ответа. Она медленно развернула бумагу, мгновенно узнавая почерк Гваура: Киара, Я знаю, что эта встреча была для тебя потрясением. Позволь рассказать тебе правду. Но если ты не готова, я пойму. Гваур. Сложив записку, она подняла взгляд на слугу в рубиновой ливрее. — Ответа не будет, — тихо сказала она и закрыла дверь. На следующий день в мастерской Киара чистила металлические крепления. — А ты знаешь советника Тесана, Гваура? — спросила она у Нуан, стараясь звучать ровно. — Да, — тёмные глаза метнулись к ней удивлённо. — А почему ты спрашиваешь? Киара пожала плечами. — Недавно мы случайно пересеклись, он вроде как был дружелюбным. Нуан задумчиво смотрела в сторону. — Он редко с кем-то разговаривает больше, чем требует вежливость. — Почему так? Слишком важный? — Нет, — она покачала головой. — Просто он держится как-то обособленно. Его жена более разговорчива. — Жена? — Точнее сказать, бывшая. После войны с Амарантой они вроде как разошлись. Киара перевела тему, чтобы не казаться подозрительной. Записка всё ещё была в кармане. Она сама не знала, зачем ходила с ней. Вечером Киара долго смотрела в окно. Совсем недавно она ощутила, каково это — знать, что тебя скоро не станет. Это научило её ценить каждый момент. Она тихо выдохнула, осознавая, что желание узнать правду сильнее, чем желание продолжать делать вид, что её это не касается. Тень принесла голос Азриеля. Как прошёл день? Всё в порядке. А как твой? Нормально. Осталось ещё два месяца? Да. Киара промолчала о том, что придёт раньше, надеясь сделать ему сюрприз. Вместо этого она прошептала:  Гваур предложил поговорить. Ты ответила? Ещё нет. Тень заклубилась у её плеча. Что тебя останавливает? Она долго молчала, подбирая слова. Если я выслушаю его… всё станет настоящим. Тень замерла. Что именно? То, что моя жизнь была совсем не такой, как я думала. Голос Азриеля прозвучал тихо: Ничего из того, что ты пережила, не исчезнет от разговора с Гвауром. Она закрыла глаза, и медленно выдохнула. Я знаю. Если ты хочешь, я буду рядом. Киара провела пальцем по подоконнику. Хочу.  *** Киара шла по вымощенной дорожке, сад возле дворца горел белыми и красными пятнами цветов. Птицы на деревьях пели свои песни. А у неё внутри всё было сжато словно в невидимый кулак. Терраса располагалась высоко над садами. Колонны из солнечного камня поддерживали лёгкий навес, увитый цветущими лозами. За резными перилами медленно плыли облака, окрашенные закатным солнцем в золотые и розовые оттенки. Вдоль стен стояли низкие диваны, заваленные подушками всех оттенков рассветного неба — от нежно-персикового до насыщенно-алого. В воздухе пахло цветами, нагретым камнем и чем-то сладким, едва уловимым. Гваур стоял рядом со столиком, покусывая губу. Прямо как она, когда нервничала. — Спасибо, что пришла. — Он жестом пригласил её сесть на один из диванов. На нём была длинная рубиновая мантия из тонкого переливчатого шёлка. По вороту и рукавам тянулась вышивка золотой нитью, напоминающая солнечные лучи. Она отметила, что он был очень ухожен. Киара опустилась между разноцветными подушками, скользнув взглядом по низкому столику из тёмного дерева, на котором стояли сухофрукты и орехи, две чашки и стеклянный чайник, внутри которого будто распустился цветок. Она непроизвольно задержала на нём взгляд. — Это сорт чая. Я не знал, какой ты предпочитаешь, но этот нравится многим, и я подумал… — он запнулся, подбирая слова. Киара видела, как ему хотелось угодить или сделать эту встречу комфортнее. Что, в принципе, было невозможно. — Давай отбросим придворную вежливость, — ответила она. — Я здесь, чтобы узнать правду. Он поднял на неё серые глаза. В глубине мелькнуло что-то похожее на вину. Его рука потянулась к чайнику, но он не спешил начинать свой рассказ. Какое-то время они молча следили, как пар поднимался над чашками. Она сидела будто натянутая струна. — Ты знал о моём существовании? Он замер. — Нет. Ответ прозвучал слишком быстро. Киара почувствовала, как что-то внутри болезненно сжалось. Его рука поднялась вверх. Воздух наполнился магией, приглушая пение птиц и все остальные звуки. — И даже не подозревал? Он покачал головой и тяжело выдохнул. — Анвен сказала мне, что у нас нет будущего. И затем ушла. Срок был слишком мал, чтобы я мог почувствовать беременность. — Его кадык дёрнулся, взгляд застыл, глядя перед собой. — После того как она исчезла, я долго искал её. Уголок её рта скривился. — Похоже, недостаточно долго. Лицо Гваура дрогнуло. — Ты права. Киара не ожидала, что он согласится. Он опустил взгляд и провёл пальцами по чашке. — Каждый раз, когда я думал, что нашёл след, оказывалось, что ошибся. Поиски затрудняло то, что везде шныряли слуги Амаранты. — И ты просто остановился? — Нет. Он встретился с ней взглядом. — Я убедил себя, что она не хочет быть найденной, а значит, мне нужно смириться. — Или остаться с женой, — заметила Киара, глядя, как его взгляд потускнел. — Моя жена — достойная женщина, но наш брак был договорённостью. Тесана заточили в Подгорье. Двор был разрознен, здесь основную часть составляли перегрины и фейри. Он медленно опустил чашку и сплёл пальцы под подбородком. — Если бы мы расторгли брак, Двор погрузился бы в хаос. — И где сейчас твоя жена? — Она живёт здесь, но мы расторгли брак, как только вернулся Тесан, — спокойно ответил он. — Анвен знала о ней с самой первой встречи. Киара посмотрела в сторону колонны, обвитой вьюнками. — Зачем она вообще сюда пришла? Взгляд Гваура задержался на облаках, паривших так близко, что казалось, можно дотянуться рукой. — До того как Амаранта пришла к власти, — начал он, — мы устанавливали связи между Дворами. Она пришла обменяться опытом и научиться чему-то здесь. Киара нахмурилась. — Но ты советник, ещё и женатый, каким образом… — она замолчала, подбирая слова. — Каким образом мы стали близки? — спросил он за неё и слегка отклонился назад. — Сначала мы очень друг друга раздражали. Её бровь изогнулась. Гваур посмотрел на неё. — Да-да. Представь себе, все вокруг либо боялись меня, либо старались понравиться. — А она? — Сказала, что самодовольный придурок, который привык, что ему подчиняются. Киара подавила улыбку. Это было очень похоже на её мать. — Так для тебя она была просто завоеванием? — сухо спросила она. Взгляд Гваура вспыхнул. — Нет, Киара. Она была будто глоток жизни. Киара смотрела на лицо Гваура, отмечая, как загорелись его глаза, пока он рассказывал, как мама спорила с ним. О том, как постепенно они нашли общие интересы. Как она любила слушать пение птиц, сидя на этом самом месте. В горле у Киары встал ком. Ей почудилось, будто мама действительно сейчас выйдет из-за колонны и засмеётся беззаботно. В глазах защипало, но она моргнула, не давая слезам пролиться. В этот миг она осознала, что с Гвауром мама тоже чувствовала себя более живой. И, судя по его рассказам, она никогда не была такой с Эдвином. Это вернуло её в реальность, будто её окатили холодной водой. — Довольно, — резко сказала она. Гваур запнулся на полуслове. — Прости, я просто… — он замолчал. Но ей не нужно было объяснять. Она видела, как снова погас его взгляд. Едва заметная улыбка исчезла. Жгучее чувство растекалось в её собственной груди. — И всё же она ушла, несмотря на то, что всё было так прекрасно, — её голос стал холоднее. Гваур опустил глаза на свои ладони. — Полагаю, Анвен знала, что беременность рано или поздно станет заметна. — Его плечи опустились, голос стал глухим. — А если бы узнали, что ребёнок от меня, это могло создать рычаги давления. Вы нигде не были бы в безопасности. Киара медленно складывала картинку. Ребёнок с редким даром, от ведьмы и приближённого Тесана. Враги могли сделать всё что угодно. Но это никак не могло остановить горечь, разливающуюся во рту. Из-за Амаранты она потеряла не только Эдвина, которого считала отцом. Она потеряла важную часть жизни. Ей вдруг стало невыносимо сидеть здесь, вдыхая запах пионов и ароматного чая. Она медленно встала. — Эдвин был хорошим отцом? — тихо спросил Гваур. — Да. Он воспитывал меня как родную дочь. — Она вглядывалась в его лицо. — Ты знал его? Он покачал головой. — Анвен рассказывала, что они были друзьями. Потом до меня дошли слухи, что он был убит. Повисла тишина. Киара вышла из-за стола. — Спасибо, на сегодня мне кажется достаточно. — Я понимаю, что, возможно, уже опоздал, — произнёс Гваур. Киара не ответила. Что-то болезненно кольнуло под рёбрами. Гваур тяжело выдохнул. — Просто я хочу, чтобы ты знала: если бы Анвен рассказала мне… я бы был рядом. Всегда. Киара прикусила губу. Он был искренен, от этого становилось только тяжелее. Гваур продолжил тише: — Я не прошу тебя дать мне шанс стать отцом. Но я был бы рад, если бы ты позволила мне узнать тебя. — Мы ещё поговорим. Дай мне время, — прошептала Киара и пошла вперёд. Каждый шаг отдавался в голове. Она спускалась по лестнице, тонувшей в облаках, пока не дошла до своей комнаты. Она медленно опустилась на кровать. Из-за кудрей по шее проскользнула тень. Потом раздался знакомый тихий стук в дверь. Когда дверь открылась, Азриель не произнёс ни слова. Просто протянул к ней руку. Киара шагнула вперёд и уткнулась лицом в его грудь. Позже они лежали на кровати. Азриель гладил её волосы, пока Киара рассказывала о разговоре с Гвауром. — Мне кажется, только сегодня я увидела её настоящую, — проговорила она. — Не только как маму. — Твоя мать многим пожертвовала, — сказал Азриель. Тени скользили рядом, осторожно касаясь её кожи. Глаза Киары снова стали влажными. Она будто ощущала всю боль, которую мама несла эти годы. — Эдвин знал, — выдавила она. — И всё равно они сохранили чувство, что мы семья. Азриель ничего не ответил. Просто притянул её ближе. И впервые за много дней Киара почувствовала, что ей не нужно разбираться со всем этим прямо сейчас.