Ночь в пустую

Любой программист понимает: в отличие от машин, у человека есть «человеческий фактор» — непредсказуемая штука, заставляющая совершать случайные поступки даже при ограничении по времени. Опять новая симуляция, опять 99 ночей. Опять Зиман стабильно в ней оказывается. А ещё Уильям, уже не так стабильно, но тоже здесь. Сары пока не наблюдалось. Ну что ж, Зимус снова всё медленно обрабатывает. Зиман встаёт и — «УИЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯМ!» — ноль реакции. Он или не в симуляции, или далеко, или этот гений отошёл от компьютера. Ничего не остаётся — Зиман уходит, чтобы понять, где он и как тут всё работает. Давненько такого не было — чистое поле. Ну, почти чистое. Где-то вдалеке видна одна-единственная гора. Цель поставлена: за неимением лучшего, этой горой и решено ограничиться. Пройдя сквозь не очень приятные на ощупь кусты, Зиман всем нутром чует, что из-за них у него будут проблемы в будущем. У так называемой горы оказалась расчищена кое-какая территория, в которую Зиман и упал, благодаря тем же злополучным кустам. «Да, определённо афигенно обустроенная структура», — хорошо обустроенной была названа куча вещей на импровизированном столе: две палки с натянутой тканью... «ОПЯТЬ?! А НУ ИДИ СЮДА, ПАРАЗИТ!» Зиман понял, что пора тактически отступать в поле, особенно после выстрела вхолостую, что он собственно и начал активно делать. «А стоп... ЗИМАН?» Уильям положил оружие. «А ну, вылезай из кустов». «Я далеко не уверен, что в них нельзя застрять навсегда». *** Но... это тяжело даже печкой назвать. В общем, там стоит чайник, какая-то чашка — и откуда он их берёт каждую симуляцию, цыганские фокусы, не иначе. Оба сидели и пили этот непонятный чай. «Ты где появился?» «Где-то далеко. Не то чтобы у меня были координаты или описание — просто поляна ни с чем». Уильям серьёзно ставит чашку. «Что ж, вирус пытается нас разделить. Поздравляю». «Спасибо. Только что тут праздновать?» «Мы вышли из стагнации». Зиман посмотрел на наиграно воодушевлённого Уильяма. «Тем, что стало ещё хуже?» Наигранность ушла, и Белый облокотился на стол. «Да...» Ближайшие десять минут они просто сидели и пили чай молча. Сказать было особо нечего. «А ты плохо стреляешь». «А ты попробуй стрелять вслепую, когда тебя в кустах не видно». «Ага, ага, я помню битву с триподами». «Зато я стихи пишу». «Так же, как и стреляешь?» «Раз так... я избавлю вас от страданий, Зиман». Ибо стихи Уильяма были вещью своеобразной, а учитывая, что их пришлось бы воспроизводить... в общем, прошло часа четыре для Белого и все восемь для Коричневого. Как бы тот ни старался не показывать Уильяму, что сравнение стихов со стрельбой было верным, задолбаться он успел знатно. Складывалось ощущение, что он слушает придворного поэта или шута, восхваляющего короля. Только вот у королей самооценка высокая, и они такое любят, а Зиман на короля не тянет, и звучали эти стихи для него своеобразно. «Подожди, щас ещё найду», — Уильям начал перебирать бумаги. «Не надо, я уже всё понял». «Подожди... а, нет, не жди — они закончились». «Что ж, спасибо. Я пойду». Зиман решил предпринять попытку бегства, пока его друг не решил, что хорошая идея — придумать что-то на месте. «Куда?» «Как обычно — исследовать поля». «За два часа до заката? У нас не первый день, Зиман». «Ну, тогда есть что-то у такого прожитого Уильяма, чтобы пойти на эти два часа в поле?» «Нечего. Только припасы и две палки с бесполезным компьютером». «Грустно. И что тогда предлагаешь — отсиживать тут до утра?» «Во-первых, да. Во-вторых, я могу опять заварить чай». Он встаёт и направляется куда-то во «двор», но остановился в поисках чего-то. «В-третьих, этот компьютер всё-таки показывает местные территории, поэтому можно сделать какой-никакой план». Спустя эту фразу он таки нашёл ведро. «Остаёшься?» «Остаюсь». До этого Зиман сидел не то чтобы удобно, теперь он сидел спокойно. Деваться особо некуда. Уильям поставил чай снова и начал что-то объяснять. Из какого-то дальнего конца пещеры, по какой-то инерции, работал тот компьютер — одному вирусу известно. Зиман иногда подходил к нему, так как карта была на экране, но потом возвращался к чашке, потому что чай без сахара — не то чтобы хорошо. Но его так и не покормили, так что хотя бы это у него было. Так прошло ещё три часа. Закат благополучно сел, ночь раскинулась по всему небу, а страшная фигня — ну, или то, что Уильям обозвал паразитом — вылезла наружу. «Итак, думаю, ты понял. Я выпишу тебе координаты, щас...» «Уильям, а ты уверен, что тут можно обойтись без двери?» Они посмотрели на непонятную штуковину в дальних кустах. «Обычно я скипаю ночь до того, как они появятся так близко». Он перевёл взгляд куда-то на шкаф за его спиной. «Зиман, возьми винтовку». «Подстрелить?» «Подстрели». Коричневый взял винтовку. «Ну, надеюсь, патроны остались после холостого». «Давай уже, стреляй». Прицел. Выстрел. Тварь разозлилась. Второй... злиться уже некому. «Слабая тварь». «Мощная пушка». Зиман взялся перезаряжать это мощное оружие. «Сколько их обычно?» Белый начал выключать компьютер. «Сейчас по одному, но дальше — больше». А затем начал потягиваться. «Скип?» «Скип». Зиман неохотно положил винтовку. «Не замёрзнешь? Ни двери, ни кровати...» «Вообще-то я сплю на одеяле». Уильям сел на это самое одеяло и начал снимать обувь. «И оно одно, так что тебе придётся спать рядышком». «Ты издеваешься?» «А что, у тебя совесть проснулась?» Он начал хихикать. «Или стыд?» Вызов, непрямой, более тонкий. Но они знают друг друга слишком долго — в общем, достаточно, чтобы понимать всё. Но Зиман не подцепил. Точнее, его это не воодушевило. Не то чтобы Уильям так не прикалывался ранее, просто это уже казалось перебором. А что оставалось? Он начал снимать обувь и присаживаться на злополучное одеяло. «Кто у стены?» «Давай я у края. Теплее, наверное...» Оба легли. При всём голубом юморе — на разных краях розовой ткани. Печка вполне себе грела, правда всё равно холодновато. Хотя бы простыни не было, но это мешало не сильно. Прошло три часа. Поленья уже ничего не грели — в печке кончилось топливо, и начало холодать. Несмотря на крики какого-то монстра вдали, единственное, что мешало обоим, был холод — бездумно прописанная Зимусом система температуры. От такого оба проснулись не полностью — точнее, начали двигаться насколько позволяла лень и сонливость. Хотя это никак не мешало чувству холода. Было заметно, что Зиман уже не лежал лицом к выходу и свернулся клубком. Уильям начал его приглашать лечь ближе. Перекладываться ближе к входу не хотелось, как и говорить — окончательно просыпаться было ни к чему. В итоге, после того как Уильям попытался как будто перекатить его ближе к себе, он пододвинулся сам. Лёг прямо, под руку, упёрся... куда-то в грудь? А неугомонные руки с ногами скрестил куда-то за спиной. Рука, которая пыталась «прикатить»... а, точно, другая? Опустилась на чужую спину. Вот теперь... Тепло и уютно. В этом не было смысла. Как и в уговорах Зимана остаться. Как и в шутках с подтекстом. Просто ночь. Впустую? Один раз ведь можно. *** «Эй, мальчики, я тут!» — девушка входит в это недо-жилище с одним из кубиков. — «Я ведь знаю...» Она обратила внимание на одеяло и подошла ближе. «Эй, подойди сюда!» Сара подняла подошедшего робота и сделала фотографию. «Администратор Сара, зачем вам это фото?» «Будем над этими голубыми завтра будем угорать».