Любовь свою распять

Троица шла по ночному городу. Дорога опустела, были слышны лишь скрип снега под ногами и тихий лай собак вдалеке. Криса эта атмосфера делала умиротворенным. Парня клонило в сон. Он завидно глянул на спящую девочку, удобно устроившуюся на спине у старшего брата и улыбнулся. «Устала малышка», — пронеслось в голове. Морозный ветер ласково потрепал его по волосам. Кристиан вдохнул полной грудью. В кармане штанов загудел телефон. Вишневский потер холодными руками экран и ответил на звонок. — «Ты где?», — спросил Никита. — В парке. С Владом, — он почувствовал внимание синих глаз. — скоро буду. В трубке заерзали. — «Я недалеко. Встречу тебя». — на это Крис лишь согласно замычал и закончил диалог с братом. — Замёрз? — Влад говорил полушёпотом, чтобы не разбудить сестру. — Неа, — Чернов хмыкнул, увидев как парень рядом прячет красный нос в шарфе. Он придвинулся и плечом прижался к чужому. — Вот так лучше. Крису стало теплее. Но скорее от быстро разогнавшейся крови по телу. Он незаметно повернулся, чтобы прижаться ещё немного. Этот день смело можно отметить одним из лучших. Хотя подарок брату так и не был выбран. Крис вспомнил про Никиту лишь когда завидел яркую куртку вдалеке. — Здаров, — Гордеев пожал руку Владу. Тот кивнул и пальцем прижался к своим губам. Никита заметил Карину и поднял руки в защитном жесте. — извини. Как она? — В восторге. Сладкого наелась и уснула. — Рад слышать, — хохотнул друг. — надеюсь, ты за ней смотришь. — Всегда, — ответил Влад с лёгкой улыбкой и подтолкнул в спину Криса. — ему пора домой, пока не заболел. Кристиан буркнул себе под нос, словно маленький мальчик. — Давай, давай. Не паясничай. Завтра должен быть как огурчик, — Никита киношно посмотрел вдаль и громко выдохнул. — эх, завтра уже Новый год… — Началось, — Чернов закатил глаза. Подтянув к себе розовый рюкзачок младшей, он достал мягкого кота, за которого стрелял из пневматического пистолета в баклуши. — твое. — Хах, спасибо, — Гордеев вопросительно выгнул бровь, глядя на развернувшеюся сцену. Крис засиял как восьмиклассница. — увидимся. — Ага, давайте, — Влад махнул друзьям и ушел в другом направлении. По дороге домой Никита расспрашивал брата. Но получал лишь неполные сухие ответы. — Не дуйся, блин, — застонал Кристиан. — что нового на баскетболе? Обиженный брюнет заметно оживился и до самого порога не затыкался. Быстро поздоровавшись с мамой и отчимом, Вишневский убежал в комнату. Устроил на кровати плюшевого кота и только после переоделся. Греясь в горячем душе, он прокручивал в голове прошедший день. На особо интригующих моментах краснел. Волосы разлетелись по подушке. Крис зажал между ног скомканное одеяло и обнял «Черныша» — парень решил назвал игрушку в честь Влада. Как только глаза закрылись, он уснул.

***

Утро для Кристиана выдалось мягко говоря хреновым. Конечности затекли. Голова раскалывается. Горло нещадно дерет. — Пей, непутевый ты мой, — перед парнем стояла кружка горячего молока с медом. Мама грозно сложила руки перед собой и цокала языком. — Теть Вик, дайте ему по лбу, — Никита теребил аптечку. — А вот и дам! Гулять еще собрались сегодня… много не пейте! — женщина достала звездочку. — Ну… мам, — захрипел Крис, вертя головой. Ядреная звездочка мгновенно впилась в ноздри. — Да, Вика. Парни уже взрослые. Пусть веселятся пока молодые, — старший Гордеев приобнял жену и отсалютовал мальчикам. — И ты туда же. «Мы подъехали, выходите» — написал Понитюк в общую группу. Братья были уже собраны. — Пацаны ждут. Мы пойдем, — Никита поцеловал мачеху в щеку и похлопал по плечу отца. Крис поступил точно также. — Позвоните хоть, как доедете! — выкрикнула женщина, пока парни обувались. На улице их ждал не новенький крузак, зато семиместный. За него пришлось вымаливать у родителей Кирилла всей гурьбой. И за малейшую царапину придется отвечать всем вместе. Будут батрачить всё лето в автосервисе… За руль посадили самого надежного — Илью. В доме компания останется на ночь, с похмелья будет вести не так рискованно. Никита уселся на пассажирском, вытеснив в середину Соловьева. Крису оставалось сесть на заднее с Владом. «Вот же поганец» — он точно знал, что брат сделал это специально. Но не думал, что тот будет заниматься таким. Гордеев, по его мнению, сохранял нейтралитет между лучшим другом и братом. Илья повернул ключ в замке зажигания, мотор негромко заворчал. — Все пристегнулись? — бросил он через плечо. — потому что если нас остановят, я скажу, что вы мне не друзья, а груз. — Оскорбительно, — возмутился Кирилл. — я, между прочим, очень ценный груз. С душой! — С перегаром, — уточнил Тимофей, глядя в лобовое стекло. Машина тронулась. — Я всё ещё считаю, что за руль надо было посадить меня, — заявил Кирилл, закидывая руку на спинку сиденья. — Ты пьяный пытался открыть дверь холодильника ключами от машины, — спокойно напомнил Илья, глядя на дорогу. — Это была тактика, — не смутился рыжий. — Я хотел проверить, насколько они похожи. — Проверил, — Дима закатил глаза. — О-о, хватит надо мной издеваться! — Кирилл приложил ладонь к груди. — Я, между прочим, душа компании. — Ты её чуть не угробил, — заметил Тима. — Когда начал орать «седую ночь» в три утра. Влад прыснул со смеху: — Особенно когда пытался петь и плакать одновременно. — Это было эмоционально! — возмутился Кирилл. — Вы просто ничего не понимаете. — Слушайте, а если нас реально остановят, кто будет говорить? — Дима мыслил рационально. Совершеннолетних в машине двое, а с правами никого… — Ты, — хором сказали парни. — Почему я?! — У тебя лицо честное. Они ехали и смеялись с общих воспоминаний. В авто заиграла музыка, которую компания смело подхватили, путая слова. — А ты чего помалкиваешь? — поинтересовался Влад у рядом сидящего парня. — Голос берегу, — ответил Крис и закашлялся. Чернов присвистнул. — Меньше в снегу валяться надо было, — Влад толкнул плечом черноволосого. — Это ты меня в нём валял! — Кристиан шлепнул его по руке, и парни шутливо замахали руками.

***

Они доехали быстро. Деревянный домик оказался по-новогоднему украшен. Рядом стоял мангал. Друзья выгрузили содержимое багажника и осматривались. Кто расставлял выпивку, кто проверял спальни. Потихоньку собрались гости. Девушки занялись салатами. Парни по их указаниям бегали туда-сюда. — Саня! Куда культяпки суешь? — Сам тогда делай, умник, — Юра тут же оттолкнул друга и стал возиться с проводами телека. — Оль, горит!! — забывчивая блондинка открыла духовку и вынула дымящийся сгоревший пирог. — Никит, покажешь мне дворик? — Катька невинно хлопала глазками перед Гордеевым. — А…конечно! Прошу, — парень открыл дверь и по-джентльменски пропустил даму вперед. Крис стоял в гостиной. Он держал в руках бутылку, которую так и не поставил на стол — просто крутил её, наблюдая, как Влад возится у камина. Тот стоял на коленях, закатав рукава, и что-то чинил в решётке. Кто-то из парней подсказывал, кто-то смеялся, но Влад почти не реагировал, сосредоточившись на деле. Крису подумалось, что Чернов на самом деле очень домашний. Он сделал шаг ближе. Потом остановился, оперся плечом о дверной косяк и скрестил руки, наблюдая, как Влад наконец распрямляется, стряхивает с ладоней пепел и улыбается кому-то из ребят. Вишневский отвел взгляд и всё-таки поставил бутылку на стол, слишком резко. — Осторожнее, — бросил кто-то. — Да норм, — отмахнулся черноволосый и будто бы невзначай, снова посмотрел в сторону камина. Его кто-то ткнул в бок. — Ты чего завис? — перед ним стоял Илья в дурацкой красной шапке с белым помпоном. — Серьёзно это носишь? — Крис пальцем поиграл с бомбошкой. — Классика, — блондин пожал плечами. — не могу ждать уже. Вот, это тебе. Светлов вручил пакет. Развязав ленточку, Кристиан достал серое худи с надписью «в моем омуте черти топятся». — Очень в тему. Спасибо, — парень засмеялся и крепко обнял друга. — Я знал, что тебе понравится. А вот Тима ставил на то, что ты пошлешь меня, — Илюша довольно закивал. — как на любовном фронте? — Дурак, — цокнул Крис. —Ты с того момента, как мы приехали, смотришь на Влада, как кот на закрытую дверь и… — Я понял, — черноволосый прошелся пятерней по волосам и выдохнул. — Не тухни, ладно? Ночь будет длинная, — Светлов не хотел давить на больное. Похлопал парня по плечу и пошел к остальным.

***

К вечеру дом окончательно наполнился голосами и запахами еды. На столе теснились миски с салатами, нарезка, мандарины и бутылки, которые кто-то уже начал открывать «для настроения». Музыку включили негромко — сначала фоном, потом всё громче, когда в доме стало жарко. Камин наконец разгорелся как следует. — Ну всё, теперь точно не замерзнем, — заявил кто-то. Илья в своей новогодней шапке ходил между комнатами, раздавая найденные где-то хлопушки и мандарины, и периодически пытался надеть шапку на Волкова. Смех накрывал дом волнами. Ближе к полуночи все столпились в гостиной. Дима включил телевизор с отсчетом времени. — Тихо! Уже почти! — закричала Маша. Десять… девять… Крис встал между Владом и Никитой. Три… два… один… — С Новым годом! Дом взорвался криками, смехом и звоном бокалов. Хлопушки взорвались над головами, кто-то облил кого-то шампанским, кто-то полез целоваться. И Крис вдруг сам не понял, как оказался рядом с Владом вплотную. Он резко шагнул к нему и поддавшись порыву, обхватил за плечи. — С Новым годом, — выдохнул он куда-то в ухо. Влад сначала удивлённо замер, а потом усмехнулся и хлопнул его по спине. — И тебя. Друзья чокнулись стаканами. Гордеев взял на удушающий брата и потрепал кулаком по макушке. — С Новым годом, уа-аа!! Подростки разлетелись по дому, танцуя и прыгая. Уже «готовые» ребята выходили на улицу выяснять отношения. Голубки признавались в любви. Смелые писали бывшим. Гордеев Никита, осмелев, взял на себя роль ведущего. Приглашая всех собраться вместе, он предлагал конкурсы. Разгоряченные юноши играли в «крокодила»...

***

Ира вытянула фанту с изображением оленя и мастерски пыталась изобразить рога, скрючив руки над головой. — Да это цапля! — Ты идиот!? Какая цапля? Это же ФОНАРЬ! Мальчики перекрикивали друг друга, пытаясь доказать свою версию каждый.

***

Играли в «правда или действие»…

***

— Я… выбираю действие! — хлопнул по своей груди Кирилл. Раздался гул. — Спой нам! — НЕЕТ!! — лучшие друзья в один голос заорали. — Кхм..кхм. РАСПЛЕСКАЛАСЬ СИНЕВА! Расплеска… — завизжал Понитюк, но ненадолго. На него набросились парни, пытаясь заткнуть. Рыжий вырывался и отбрасывал их ладони. — п…мм…БЕРЕТ..АМ!

***

На бу-ци-фа решили, кто голый прыгнет в снег…

***

— Бу-ци-фа! — Ну нет…— застонал Волков. Илья рядом отчего-то покраснел и надулся. Парень выдохнул, стянул с себя кофту и остался в одном белье. — Садисты, — мрачно сообщил он, выходя из тепла. Во дворе было темно, только гирлянды на заборе мигали. — Давай уже! — крикнул Никита. — пока не передумал! Тима зажмурился и с разбега нырнул в сугроб. Снег оказался выше, чем он ожидал. Он исчез в нём почти целиком, а потом вынырнул с воплем: — ААА! Я НИЧЕГО НЕ ЧУВСТВУЮ!! С крыльца раздался хохот. Илья выскочил следом, накинув на плечи плед. — Ты идиот?! — одновременно смеясь и ругаясь, он подбежал к Тимофею. Он схватил его за руку и затащил в дом. — Я же говорил, что это тупая идея, — возмутился Светлов, растирая ладони парню. — Это была твоя идея… — сквозь зубы ответил Волков. — Заткнись. Если заболеешь, я убью тебя! Сзади кто-то присвистнул: — Ну всё, у нас тут спасательная операция.

***

— Тут написаны действия! Кто вытянет — выполняет. Жертва сидит на стуле с завязанными глазами. Остальные отворачиваются. Потом угадываем, кто это был, — объяснил Никита. Юру усадили первым. Его привязали к стулу шарфом для надёжности и завязали глаза. — Тот, кому выпало «разрисовать лицо»,— шаг вперёд, — скомандовал Гордеев. Все дружно отвернулись к стене. Послышался тихий шорох, кто-то прыснул со смеху. — Готово, — сказал Никита. — поворачиваемся. Юра снял повязку. На его щеке красовалось кривое сердечко и усы поверх. — Я знаю, кто это был, — прищурился он. — это Катька. Только она может такое нарисовать. — Попал, — призналась Катя. Следующим уселся Влад. — Отворачиваемся! — Гордеев махнул рукой. — так-с… Выходит тот, кому выпало действие… поцелуй! Вокруг раздалось «ууху». Заинтригованные девушки начали толкаться локтями и шептаться. В доме интимно горели лишь лампочки. Основной свет вырубили. Чернов заерзал на стуле. Запястья ощутимо стягивала ткань. Названный долго не выходил и Никита уже хотел отменить действие. Крис вышел вперед. Сердце бешено стучало, готовое выпрыгнуть прямо сейчас. Его накрыло волной тревоги и возбуждения одновременно. Щеки горели. Надо было отказаться. Выкинуть бумажку. Брат бы понял и что-нибудь придумал. А сейчас Кристиан смотрел на Никиту ни чуть не меньшими глазами, чем тот. Чернов перед ним искушал. Словно черт. Сладкий диковинный плод — вот с чем он его сравнивал, читая произведения на литературе. Его слабость буквально была в его власти. Но это только сейчас. Что будет потом? Что если он догадается? Но как же девиз «жить одним днем»? Если Влад от него отвернется…нет, он не хотел об этом думать. Что же делать? Колеблясь он вызывал подозрения. «Просто сделай это и всё! Это же игра...шутка». «Шутка». Крис шагнул вперед. Остановился. Шагнул назад. «Нет, нет, нет! Я не могу!». Вишневский сделал рваный шаг вперед, его кроссовки скрипнули по деревянному полу. Он тут же отпрянул назад, едва не задев стол. В голове крутился вихрь из мыслей: «Это конец. Он узнает. Он точно почувствует, что это я». Пальцы дрожали, а во рту пересохло так, что даже собственное имя он бы сейчас не выговорил. Под животом скрутило тугой, горячий узел. Крис бросил умоляющий взгляд на Никиту, но тот лишь едва заметно кивнул, мол, давай уже, не затягивай. ​«Просто игра. Просто тупое действие», — чеканил он про себя, как мантру. ​Он наклонился, и как только его губы коснулись губ Влада, Кристиан планировал сразу же отпрянуть, но реальность дала сбой. Вместо того чтобы просто сидеть манекеном, Влад — чьи руки были связаны за спиной, а глаза плотно закрыты — вдруг подался навстречу. ​Чернов не просто принял поцелуй, он ответил. Его губы, теплые и требовательные, на секунду плотнее прижались к губам Криса, углубляя это случайное касание. Влад чуть повернул голову, перехватывая инициативу, и мазнул языком по нижней губе Вишневского, превращая невинную игру в нечто до боли осязаемое. ​Криса накрыло. В голове будто коротнуло проводку. От неожиданности и этого внезапного напора у него подкосились колени, и он едва не завалился прямо на Влада. Сердце в груди устроило чечетку, а по телу пробежала такая волна жара, что морозная ночь за окном показалась сказкой. ​Вишневский отпрянул так резко, будто его ударило током. Он замер, обалдев от того, что сейчас произошло. Влад только что… он действительно это сделал? Он углубил поцелуй, даже не зная, кто перед ним? Или он всё-таки понял? ​Крис метнулся на свое место, пытаясь слиться с мебелью. Легкие горели, дыхание сбилось, а губы всё ещё покалывало от чужого тепла. ​— Всё! — выкрикнул Никита, и в его голосе прорезалось явное беспокойство. Кажется, брат тоже заметил, что сцена затянулась и вышла за рамки «дружеского прикола». — Поворачиваемся! Развязываем! ​Влад сорвал повязку. Его лицо, обычно бледное, сейчас пошло пятнами румянца, а взгляд был тяжелым и слишком осознанным. Он не смеялся, как остальные. Он медленно облизал губы, прикусил нижнюю и уставился прямо на Криса. Тот замер, не в силах отвести глаз, чувствуя себя бабочкой, приколотой булавкой в энтомологической коробке. ​— Ну? — Никита кашлянул, пытаясь спасти ситуацию. — Влад, угадывай. Кто у нас тут такой смелый? ​Чернов не сводил глаз с Криса. В его синих глазах отражались блики гирлянд, но смотрел он так, будто видел Вишневского насквозь — со всеми его влажными снами и тайными именами для плюшевых котов. ​— Слишком мягко для парней и слишком нагло для девчонок, — хрипло произнес Влад, продолжая сверлить Криса взглядом. — Понятия не имею. Кто это был? ​Крис сглотнул ком в горле. Он понял: Влад знает. Или, как минимум, догадывается.