Астория, сочная и жестокая

Дело было 21 августа 2001 года в магазине «Забини и Нотт. Антистрессы на все случаи и жизни», что в Косом переулке. Блейз Забини, один из совладельцев магазина, поспорил на деньги со своим старым приятелем и однокурсником по школе Хогвартс Драко Малфоем, что только его, Блейза, точно не берёт новый товар, что появился недавно в их магазине - повседневный удовлетворятель, по виду, как марихуана, только с куда более сильным и интересным воздействием, и при этом тоже относительно безопасный, как и марихуана, без угрозы формирования у потребителя наркотической зависимости со всеми вытекающими. Блейз хвалился, что только на него повседневный удовлетворятель точно не действует и не вызывает у него никаких галлюцинаций, в каких бы количествах и как бы активно он этот удовлетворятель ни курил. Блейз, по виду высокий, но без особых мускулов афробританец, скорее даже афроитальянец с достаточно короткими чёрными волосами и как будто всегда невозмутимыми тёмными глазами, уверял, что только он достаточно прочен, чтобы иметь дело с повседневными удовлетворятелями. Драко почему-то решил поспорить с Блейзом, заодно проверив себя на прочность перед этой загадочной травкой, в итоге дошло до спора на немалую сумму денег и ещё ставок со стороны посетителей магазина - их на это подбил второй совладелец магазина, худой и бледноватый, но все равно чем-то привлекательный, романтичного какого-то вида брюнет Теодор Нотт. - Делайте ваши ставки! - завлекал Теодор присутствовавших в магазине. - Делайте ставки! Кто продержится и устоит перед нашими повседневными удовлетворятелями - только мой коллега Блейз или ещё и весьма самоуверенный Драко? Кто из них накурится до дыма из ноздрей и при этом не обдолбится и не увидит никакие галлюцинации, даже приятные и желательные? Делайте ставки и смотрите на то, как надо правильно курить наши повседневные удовлетворятели, всем, кто сейчас сделает ставки и примет участие в нашем великом споре, гарантированная 10-процентная скидка и на удовлетворятели, и на любой другой товар, какой только есть в нашем магазине! Пожалуйста, ваши ставки, друзья, ваши ставки… В результате кто-то поставил небольшую сумму - 10 галлеонов, кто-то побольше - 100, конкретно Хагрид, здоровенный, за 2 метра, и очень бородатый мужчина с несколько жёстким и довольно громким, словно трубным голосом поставил 5 галлеонов на то, что «Малфоя поди и на 5 минут не хватит», и ещё пообещал «чайник съесть, если в итоге Малфой и продержится, и прям уж не обдолбится». В один момент 2 участника спора, поддерживаемые скучковавшимися и заинтересованными посетителями, сели параллельно друг другу в тёмные кожаные кресла между тёмным таким круглым столом, это было в имевшемся в магазине подобии гостевой комнаты, где все, собственно, накуривались удовлетворятелями, беседовали о своём, и так далее. Так вот, Блейз с Драко сели параллельно друг другу и в один момент под восклицания Теодора, Хагрида и остальных начали, собственно, курить. Блейз всё время курения смотрел на Драко невозмутимо, даже равнодушно как-то, словно всё происходящее, по его мнению, полная ерунда и даже не заслуживает восприятия всерьёз. Никак не двигавшийся нос, мало двигавшиеся губы, безразличный как будто взгляд - всё говорило о том, что такие споры ранее уже наверняка бывали, тогда как Блейз выходил из каждого победителем. Драко, впрочем, не сдавался и старался курить не меньше Блейза, чтобы равномерно было. В светлом, когда-то бледном лице Драко с утончёнными, а то и заострёнными чертами, в серых его глазах так и читалось желание выиграть спор, доказать всем присутствующим, что его эта травка, это курево тоже не берёт. Блейз всё курил, курил, и хоть бы что, выражение лица всё такое же, и Драко это в один момент даже начало раздражать. Блейз курил, как паровоз, и хоть бы что, а вот Драко в какой-то момент стал ощущать какую-то то ли усталость глаз, то ли даже заспанность. При этом Драко продолжал поувереннее сидеть в кресле, поувереннее смотреть на Блейза и заодно поувереннее курить. С начала спора прошло то ли полчаса, то ли больше, когда из ноздрей Блейза пошёл бледно-сероватый или даже беловатый дым от этих его удовлетворятелей, и всё так же Блейз смотрел на Драко с равнодушием, словно в происходящем нет ничего сколь-нибудь удивительного или даже сколь-нибудь примечательного. Драко, считая, что он ничем не хуже Блейза, выкурил столько же, сколько выкурил до этого за 1 заход Блейз, и вот тут глаза Драко закрылись, да так резко, что он ничего не смог сделать - как будто просто в сон погрузился, и всё, ничего не поделаешь. Перед тем, как глаза Драко закрылись, в них возник какой-то настойчивый, густой прям беловатый туман. Впрочем, столь ослабленное самочувствие Драко было недолгим - где-то минуту или, может, 2, после чего он как-то ощутил резкий и словно повсеместный, всеобщий прилив сил и резко так открыл глаза, причём совсем недавней заспанности теперь, словно и не бывало. С чем это было связано, Драко оставалось только догадываться. - «Наверно, я всё-таки не выдержал воздействия этих удовлетворятелей, обдолбался и теперь буду видеть какую-нибудь хрень», - допустил мысленно Драко. Весьма быстро Драко понял, что оказался в некой чёрной пустоте с некоторым светом только около него. При этом с Драко не было никакого источника освещения в лице, например, фонарного столба или маггловской настольной лампы - некоторый, не самый скромный, но и не самый яркий свет просто был, и всё. Впрочем, исходил этот свет всё-таки из конкретного места, а именно сверху. При этом наверху не было сколь-нибудь светлее, чем, скажем, левее, прямо, правее или же внизу - густая чернота была повсюду, вследствие чего Драко показалось, что он каким-то неведомым образом очутился в каком-то совсем пустом чёрном пространстве, у которого, по-видимому, и границ чётких нет, хотя… - «Свет-то есть», - мысленно сказал самому в себе в один момент Драко, с каждой секундой всё сильнее не понимая, где это он оказался и при каких обстоятельствах, и всё больше от этого недоумевая. - «Хммм…» Вскоре Драко стал недоумевать пуще прежнего от того, что понял - у него на шее откуда-то взялся… ошейник. Да, что-то вроде ошейника, как собачий, только побольше, под человеческую шею, и потяжелее, словно из железа, хотя по виду вроде бы именно ошейник - чёрный такой, с небольшими серыми шипами… - «Так, стоп», - подумал Драко, опустив в один момент голову и как раз увидев на своей шее этот непонятно откуда взявшийся ошейник и заодно ощутив не самый лёгкий его вес, - «собачий ошейник, но человеческих размеров, и он на моей шее, а я полуголый… Так, что за? Я… Я ещё и полуголый? Какого лешего?» Да, да, Драко теперь ещё и полуголый был при том, что прекрасно помнил, что в магазин Блейза и Теодора точно пришёл в верхней одежде, и не какой-нибудь нищебродской. Как бы то ни было, сейчас Драко неизвестно как оказался полностью раздетым по пояс, что было и видно, и ощутимо, ведь Драко увидел полуобнажённое своё тело, в школьные годы худое и вряд ли привлекательное, но сейчас, по состоянию на август 2001-го, всё-таки более-менее мускулистое и заодно сексуальное, сочное... Присмотревшись ко всему тому, что у него было ниже пояса, Драко понял, что пупок его скрыт каким-то прям большим чёрным ремнём, ниже которого какие-то то ли джинсы, то ли брюки, тоже чёрные, и ещё, по-видимому, не очень длинные, но явно кожаные сапоги, которые тоже были чёрного цвета. Обратив внимание на всё это и вспомнив об ошейнике, Драко вспомнил и о кое-каких известных ему пошленьких шалостях на кое-какие 4 буквы, но от соответствующих мыслей его ненадолго отвлёк тот факт, что он, похоже, ещё и был закован в цепи - руки, по крайней мере, точно приподняты, причём весьма близко друг к друга, и повязаны то ли двумя отдельными кандалами по одному на руку, то ли каким-то общим на обе руки, и весьма узко. Ноги, в свою очередь, не были никак скованы или чем-то связаны, но Драко от этого легче не было - он был в неприятном впечатлении и недоумении от того, что оказался не пойми где, по-видимому, у кого-то в плену. С каждой минутой, если не быстрее Драко ещё почему-то ощущал, что вся эта непонятная муть действительно происходит, и он действительно кем-то пленён, действительно закован в цепи, действительно… раздет по пояс. - «Это каким же озабоченным надо быть, чтобы со мной такое проделать!» - мысленно возмутился Драко при том, что и сам был весьма озабоченный, но чуть что, так вспоминал слово «озабоченный» именно в негативном ключе, негативном значении данного слова, и возмущался примерно так же, как возмущался сейчас, пленённый неким явно весьма озабоченным, пошлым, а то и похотливым, развратным человеком. В один момент Драко ещё ощутил весьма настойчивый клубничный запах - кто-то, по-видимому, напшикал или даже облил его каким-то соответствующим парфюмом или одеколоном, пока он был в отключке. - «Что происходит?», - всё не мог понять Драко в полной мере. Имевшиеся некоторое время достаточно эмоциональные и резкие попытки вырваться из цепей через судорожное дёргание руками заодно всем телом ни к чему привели - цепи оказались прочные, ещё и этот ошейник… Драко всё гадал, кто бы мог пленить его и проделал с ним столь развратные вещи, когда услышал откуда-то издалека звук, который явно исходил от плётки - кто-то, по-видимому, ударял плётку о пол или обо что-то ещё, и поэтому возникал такой звук. Звук этот Драко услышал 4 раза, и с каждым разом он как будто становился слышнее, отчётливее, громче, словно соответствующий человек приближался к Драко, своей жертве. В один момент плётка показалась из этой непонятной чёрной пустоты - её стало видно за счёт света. После того, как некий человек в пятый раз ударил плётку о пол, причём весьма резко, этот человек и сам показался. - Астория? - спросил Драко с неподдельным потрясением в голосе, заодно выпучив от удивления, а то и шока свои зачастую холодно-сдержанные глаза. Если Драко не мутило как-то глаза, перед ним сейчас и вправду появилась не кто иная, как его жена, 19-летняя Астория Малфой, в девичестве Гринграсс. Драко был повёрнут к Астории лицом, она к нему шла так, что видела именно его лицо, как бы спереди. Как следствие, у Драко имелась 1000 и 1 возможность всмотреться во внешность Астории и понять, что это действительно Астория и никто более. Драко были непривычны столь, кхм, шальная одежда на Астории и столь пошло-злобное выражение её лица, но это точно была именно Астория - всё-таки Драко прекрасно знал её внешность, так что признать вполне мог, и признал, собственно говоря. Длинные, до плеч распущенные каштановые волосы Астории, которые Драко так нравилось то и дело нюхать или же заплетать в косичку всякий раз, когда надо было заняться с Асторией сексом один страстнее и горячее другого, сейчас были длинные, как и всегда, распущенные и каштановые, кожа - здорово-бежеватого цвета, тоже, как всегда, лицо - с плавными чертами и красивое, опять-таки как всегда, но какое-то невероятно развратненькое и хищненькое одновременно, чего Драко раньше за Асторией не замечал. Эти и не слишком тонкие, и не слишком густые каштановые брови, эти милые каштановые глаза, в которые Драко так нравилось смотреть каждый день со дня женитьбы, и долгое время до неё, этот прямой носик, к которому Драко иногда вплотную прижимал свой, эти в меру полные и розовые губы, этот небольшой, но плавный подбородок - всё было, как всегда, так же, как это было у привычной Драко Астории, и всё же она сейчас выглядела странно, как-то очень необычно в, кхм, неформальной одежде БДСМщицы и ещё с таким выражением лица, словно она сейчас будет хлестать Драко, собственного мужа, плёткой и наслаждаться буквально каждым его стоном или криком в зависимости от того, сколь больно ему бы было. - «Хлестать плёткой…», - мысленно сказал самому себе в один момент Драко. - «Она же не для этого принесла плётку?» Но что-то подсказывало Драко, что Астория пришла с плёткой как раз для этого - для БДСМ, поистине горячих, страстных и вместе с тем весьма изощрённых и жестоких шалостей, которые они ещё не пробовали, вместо этого предпочитая заниматься самым разным сексом и разбавлять его утренними минетами (минет всегда делала, разумеется, Астория). Если так, Астория оделась вполне соответствующе - лифчик чёрный, словно из скотча какого-то, тело, если бы не было лифчика и чёрных стрингов, вообще было бы голое, на руках не очень длинные, как у БДСМщиц и заодно БДСМщиков, но тоже кожаные перчатки чёрного цвета, ноги без тёмных каких-нибудь кальсон, что тоже характерно для любительниц БДСМ, зато в длинных кожаных сапогах чёрного цвета, а это в случае с БДСМ чуть ли не неотъемлемый символ, неотъемлемая часть своеобразного дресс-кода, так что… Тело Астории всегда было стройное, равномерное, с хорошими, но не слишком широкими грудью и попочкой, что всегда нравилось Драко - недаром он дрочил на Асторию ещё когда был на шестом курсе Хогвартса, а она - на четвёртом. Астория была такой и сейчас, необычными были только все эти БДСМовские шмотки, невероятно развратное выражение лица, наличие плётки, ну и сам факт пленения мужа с явным намерением попроказничать, и изощрённо. - Астория, любовь моя, - неуверенно начал Драко, всё так же весьма недоумевая от происходящего и от того, что Астория, оказывается, весьма озабоченная, чтобы интересоваться БДСМ, - что… Что это значит? Член Драко тем временем резко встал, а Драко ощущал, как краснеет и весь возбуждается - Астория, вне всякого сомнения, была в таком виде очень горяча, сексуальна, даже сексапильна, более сексапильна, чем во всяких ярких платьях с очень открытыми плечами или же совсем нагишом и в постели (спали Драко с Асторией всегда полностью голые). Подрочить хотелось, да возможности не было - руки-то были приподняты, задраны, и в кандалах… Астория как-то по-маньячески облизнулась, что, наверно, должно было как минимум насторожить Драко, но не насторожило - только сильнее разгорячило, возбудило. - Ну привет, Дракусик, - заговорила Астория каким-то несвойственным ей тоном. - Астюсик, зачем… - неуверенно заговорил Драко. - Зачем ты приковала меня, зачем нацепила этот ошейник, зачем… напялила на меня эти шмотки? - Потому что я хочу тебя, Дракусик, а ещё больше хочу тебя отхлестать, как это делают чокнутые БДСМщицы со своими игрушками. Кстати, честь быть моей игрушкой досталась тебе, тем более, что я ни с кем другим и не хочу играть в эту шальную игру… - И чего я такого сделал, чтобы ты меня… - Приковала? О, много чего, Дракусик, бесчисленное количество всяких непотребств и шалостей, к которым ты так склонен, будучи самым озабоченным человеком в моей жизни. Этим твоим шалостям нет конца, они всё продолжаются и продолжаются с того июльского дня 2000-го, когда ты впервые тр*хнул меня там, в туалете того долбаного клуба… - Астюсик, мы оба тогда были в ж*пу пьяны и ни черта не соображали… - Но ты был более пьян, Дракусик, и совсем уж ни черта не соображал, а твой член с самого начала, стоило нам только пересечься, так и лез к моим ягодицам, к моей заднице, к моей п*зде… - Ты первая стала совращать меня, Астюсик, а стоило нам оказаться в кабинке туалета, запереться, как ты первая сняла трусы, подставила мне свою попочку… - Зачем ты растоптал тогда мою гордость? Зачем вызвал во мне помешательство на тебе, страстное желание находить тебя, приходить к тебе только для того, чтобы снова быть тр*хнутой во все щели? Зачем довёл меня до того, что я без конца хотела тебя, помешалась на тебе, стала вешаться на тебя и думать только о тебе и о том, как бы добиться чего-то большего, чем возможности сосать твой член, чувствовать всем телом твоё грёбаное вторжение? Зачем всё время вводил в меня свой член, кончал мне в рот, зачем стал заплетать мои волосы в косичку всякий раз, когда у тебя начинался членотоксикоз? - Для твоего же комфорта, Астюсик - я не хотел дёргать тебя за распущенные волосы, рвать их… С волосами, убранными в косичку, и мне, и тебе было удобнее, тем более, что голая и с косичкой ты, каюсь, ещё сильнее возбуждала меня, грешного и развратного… - Так, так, так, неужели наш неуёмный любитель кончаний в ротик и утренних минетов способен на извинение за что-то? - Ты ведь никогда не говорила, что тебе некомфортно, больно, Астюсик, ты никогда не была против, когда бы я ни начинал… - Из-за тебя я стала на тебе помешана! - Уж какого родили, Астюсик, я-то думал, что после войны, опороченный, заклеймённый, можно сказать, вообще никому не нужен буду на этом свете, что никто на всём свете не полюбит, не захочет меня с учётом всего того, что говорило против меня, с учётом всего того, чем я сам себя запятнал, опорочил… - Дракусик, я приковала тебя, раздела по пояс, нацепила на шею этот ошейник и напшикала этим одеколоном вовсе не для того, чтобы слушать твоё покаяние и вытирать за тобой слёзы и сопли. Что сделано, то сделано, мой мальчик… - Астюсик, моя девочка, я всегда думал, что всего лишь дарю тебе страсть, так же, как и ты мне. Твои утренние минеты… Никто не смог бы так согреть меня, как ты, никто бы так не удовлетворил меня, как ты… Боже, какая ты горячая, сочная, и так каждый день, каждое утро! Каюсь, я озабоченный, но мы ведь все озабоченные, кто больше, кто меньше… Это в нас заложено, такова уж наша природа. Каюсь, что люблю нагибать тебя, вводить член тебе в рот, насаживать тебя, держа за косичку, каюсь, что люблю столь пошлые увеселения и не могу обойтись без них ни дня, но ведь ты никогда не была против них, Астюсик. Ты никогда и никак не протестовала против всего этого, вообще никак, а всякий раз, когда мы с тобой тр*хались, ты только довольно стонала, бывало даже так, что просила меня не останавливаться, поскольку получала неподдельный оргазм… Не протестовала и против того, чтобы перед сном я медленно раздевал тебя до самых трусиков с того самого июньского дня этого, 2001 года, как мы с тобой поженились и стали вместе спать на законных, брачных основаниях, а не как какие-то похотливые подростки… Каюсь, я люблю медленно раздевать тебя до самых трусиков, в каком бы платье ты ни была… - Зачем ты превратил нашу консумацию в одно сплошное порно, почему плавные, постепенные ласки с твоей стороны были только минуту-другую, после чего ты, как обычно, стал тр*хать меня по-свойски, жёстко и во все дыры? Зачем превратил наш с тобой медовый месяц в одно сплошное порно? Как развратны мы были вместо того, чтобы узнать получше Францию, Париж, его пригороды! - Все люди развратны, Астюсик, а быть порядочным это против человеческой природы… - Не говори за всех, бесстыжий! - Каюсь, я бесстыжий, развратный, падший, нет мне прощения за грехи мои и разврат мой, хотя, может, это всё не так уж и плохо? Уверен, тебе было бы хуже, например, с Гойлом, чем со мной. Блейз, этот Чёрный властелин, вне всякого сомнения, лучше, сексуальнее, сочнее меня, но его ведь, как ты знаешь, заняла Дафна, так что к нему ты уйти не сможешь… - Не отходи от сути! - В чём же суть, Астюсик? Объясни мне, несведущему. Если хочешь, объясни с использованием вот этой плёточки… - Думаешь, сможешь без конца и безнаказанно тр*хать меня во все щели, раздевать, как шл*ху, касаться моих сисек при принятии ванны? Нет, Дракусик, ты не хозяин, точнее, был хозяином, но, думаю, надо нам то и дело меняться ролями… Теперь всё изменилось, Дракусик, теперь я твоя хозяйка, а ты - похотливая шл*ха. - Чего же ты от меня хочешь, хозяйка, за чем же ты пришла? - Я хочу отыграться на тебе, отыграться за весь твой разврат, за то, что я даже после него хочу тебя до одури. - Так отыграйся на мне, хозяйка, сделай свои пошлые мечты реальностью, тем более, что я прикован, и ничего не могу сделать. - Непременно, Дракусик. Ты будешь молить свою хозяйку остановиться. - Сперва устрой что-то поистине жестокое, хозяйка. - Устрою, не переживай, но чуть погодя - сперва нам надо раздеть тебя догола, или что, думаешь, только у тебя есть право раздевать других? - Нет, хозяйка, мне даже интересно будет на всё это посмотреть… А потом ты отхлестаешь меня? - Да, Дракусик, обязательно. БДСМ… Люблю БДСМ. Плёточки, иголочки… На твоё счастье, сегодня будут только плёточки, да что там - всего 1, вот эта вот плёточка. Твоя хозяйка всё-таки не лишена милосердия, а раз так, что тебе нужно сказать твоей хозяйке? - Спасибо, хозяйка, спасибо за твоё милосердие к твоей похотливой шл*хе… - Не за что. Итак, раздевание, как ты меня раздеваешь, так и я тебя, а чтобы твой член тем временем не опустился… И Астория довольно резко и хищно, хоть и весьма быстро облизала район между грудью и животом Драко, специально схватившись обеими своими руками за его спину. Драко, как ни странно, понравилось, он даже закрыл на время глаза и при этом стал негромко стонать, в то время член его и вправду не опускался. Раздевала Астория своего пленника, нарочито светя грудью и перчатками. Сперва Астория сняла с Драко сапоги, которые, как оказалось, были на голые ноги, после этого настал черёд ремня и штанов. Когда Драко остался в одних чёрных стрингах, по виду таких же, как у Астории, Астория, пошло ухмыльнувшись и без всякого стеснения стала копаться у Драко в трусах руками, которые всё так же были в чёрных кожаных перчатках. Астория явно нащупывала член Драко и, в один момент коснувшись его обеими руками и заодно спустив с Драко его стринги, пошло проговорила: - А членище-то ничего - длинненький, большой… Был бы у меня такой же, поставила бы тебя сейчас на колени и ввела бы член в твой грязный рот, чтобы ты ощутил, познал, каково это… Но тебе повезло - члена у меня нет, и я могу только отхлестать тебя вот этой плёточкой… - Так отхлестай меня, хозяйка, накажи меня, будь жестокой, покажи мне, как слишком часто вторгаться в твою попочку и в твою прекрасную п*зду, я хочу знать, что бывает за такое… - Невероятные в твоём положении бесстрашие и энтузиазм! Впрочем, лучшая шл*ха - та, которая хочет, чтобы ей наподдали… - Так наподдай мне, хозяйка, будь жестокой… - Обязательно, только сперва я по-быстрому тебя протру. И Астория, у которой откуда-то взялась в левой руке влажная салфетка (в правой Астория держала плётку), стала протирать Драко, начиная с района шеи и плеч, и заканчивая ногами. Что интересно, на всё это Астории понадобилась только 1 салфетка, явно заколдованная так, чтобы не пачкаться и быть в равной степени жидкой и чистой всё время использования. Когда Астория протирала Драко задницу, он удовлетворённо простонал и проговорил: - Ещё… - Хозяйка не заботится о твоём комфорте, - холодно ответила Астория, - хозяйка просто по-быстрому тебя протирает, чтобы приступить к самому главному. - Пожалуйста… - Тщательнее протру твой член. И действительно - член Астория протёрла тщательнее всего остального, а Драко застонал громче прежнего. - Ох, - исходило из его уст, - ох… - Рановато стонешь, мой мальчик, моя шл*ха, - сказала в ответ Астория. - Не могу удержаться… - То ли ещё будет, когда я начну хлестать твою задницу! А я ведь её отхлестаю, запорю, запорю так, что ты неделю не то, что сидеть, ложиться не сможешь… - Запори меня, хозяйка, запори, покажи мне, сколь страшен твой гнев… - Раз уж ты так нарываешься… Ноги Астория протёрла совсем быстро, после чего бросила салфетку на пол и, встав сзади Драко, приступила к экзекуции. - Знай - не только ты можешь быть хозяином! - сказала Астория перед тем, как нанесла первый удар по заднице пленника. - Не сомневаюсь, - ответил Драко, которому на полном серьёзе нравилось происходящее. И вот, последовал первый удар. - Ох… - простонал Драко, покачнувшись. - Ох! - Было бы желание, я бы с тобой ещё не то проделала! - заявила Астория. - Вставить бы анальную пробку в твою поганую задницу! - Так вставь, будь жестокой, отыграйся на мне за всё… - Обязательно, но сперва надо сделать твою задницу такой же ярко-красной, как грёбаный дурмстрангский мундир! Второй удар. - Ох! - ответил Драко. - Не останавливайся… - Ты удовлетворяешься этой болью? - поинтересовалась Астория. - Мне… Мне нравится. - Ну-с, кто я такая, чтобы лишать тебя удовольствия? Третий удар. - Это просто ах*ительно, - заявил в ответ Драко, - ничто ещё меня так не удовлетворяло… - А будет ещё ах*ительнее! - крикнула Астория, после чего последовал четвёртый удар. - Ты тоже ах*ительна, Астюсик, если бы ты знала, насколько… Далее был пятый удар, тогда как последующих Драко почему-то не ощутил, словно они прекратились. В один момент, ещё пока Астория хлестала его по заднице, Драко закрыл глаза, открыл же в тот момент, когда услышал какой-то очень громкий, трубный мужской голос, который как будто принадлежал великану либо троллю. - Драко! - восклицал этот голос. - Драко! Затем Драко ощутил какие-то холодные прикосновения к своим плечам, закрыл глаза, резко встряхнул головой, затем открыл глаза и… понял, что находится в каком-то совершенно другом месте, где есть невыносимо яркий свет, но, увы, нет жестокой Астории. Всмотревшись в то, что происходит вокруг, и в тех, кто находится рядом, Драко понял, что он, по-видимому, сидел в кресле и теперь был весь потный, слева и справа были Блейз и Теодор, вид у них был встревоженный. Не сразу Драко понял, кто это там восклицает: - А я говорил, что он обдолбится, говорил, а вы мне не верили! И чайник есть не придётся! Вообще я бы и так его не съел, а тут уж и подавно не придётся, я, эт самое… прав был! Это говорил Хагрид, оказавшийся правым насчёт того, что Драко не выдержит воздействия повседневного удовлетворятеля. Когда Драко окончательно пришёл в себя и понял, кто он и где он, Блейз обратился к нему, сказав: - Ох, и стонал ты, Драко… - Не иначе, как порнуху увидел, - заявил, слегка улыбнувшись, Теодор. - Ну или типа того, - добавил Хагрид. - Ну так что видел? - спросил Блейз. - Да, Драко, что тебе привиделось? - спросил, в свою очередь, Теодор. - Астория, - ответил Драко сухо и негромко. - Астория? - переспросил Блейз. В ответ Драко медленно кивнул. - Какая она была? - поинтересовался Блейз. В ответ Драко не сразу ответил: - Сочная и жестокая.