9

Коридор мастерских тихий и звучит только эхом моих собственных шагов. Наконец, я нахожу табличку с нужным мне именем. Ещё раз проверяю заметку, написанную калиграфическим почерком начальника "Людмила Остаповна А.". Интересно, как живётся человеку с инициалами АЛО. Дверь, в отличие от всех остальных дверей в этом офисе отпирается бесшумно, на пол при этом падает сложенная в несколько раз тряпка, на которую она и была закрыта. Сама мастерская выглядит скорее как складское помещение, чем чьё-то место работы: три стола завалены разнообразными тканями, вокруг горы разного размера коробок, манекенов, костюмов, их частей и черт знает чего ещё. Однако хозяйку этого хламья найти оказывается не так трудно. Скрюченую старушку, сидящую за самым маленьким, но наименнее захламленным столом я замечаю сразу. - Людмила Остаповна? - обращаюсь к ней, подходя ближе На расстоянии вытянутой руки старушка выглядит вполне себе молодой девушкой, лет где-то двадцати трёх. Она отрывается от рисования эскиза какого-то средневекового платья и смотрит на меня. - Люся - то ли поправляет, то ли представляется девушка - чего тебе? - голос не молодой, но и не старушечий. Взрослый, чуть прокуренный, но приятный. Я протягиваю ей бланк со списком от все того же начальника. Она аккуратно забирает его и изучает. - это всё? - спрашивает. Я киваю, собираясь уходить, но чуть не запнувшись об рулон скрученного блестящего нечто, оборачиваюсь. - да, и уберитесь уже в своей мастерской, бога ради, ну Людмила Остаповна - время всё расставит на свои места Маршевым шагом, иду к выходу, но тут же зацепившись за что-то падаю, больно влетая лбом прямо в дверь - да неужели вы в свои почти сорок так и не научились делать уборку? - в итоге взвыраю я, навскидку всё же попытавшись определить её возраст. - в свои почти сорок я только этим и занималась, молодой человек, а сейчас, я всё же предпочту заниматься своей работой, чем экономить вам на зарплате экономки! - визжит Люся, вскакивая из-за своего стола и звонко ударяя по нему ладонями - сорок лет работаю, никакого уважения... Я смотрю на нее ашалело. - Прошу прощения, сколько ж вам лет? Именно в этот момент я понимаю почему именно нельзя спрашивать женщин о возрасте: Она смотрит на меня с презрением, рукой, не отрывая взгляда нашаривает ножницы. Я спешу ретироваться из мастерской и как раз вовремя. Как только я закрываю дверь лезвия больших, портновский ножниц врезаются в фанеру тонкой двери, пробив её насквозь.