Шираюри

      Страна восходящего солнца встретила её приветливо. С пылом, с жаром, со свежими ссадинами на пальцах и сильной болью в руке.       Лиля хмурила лицо, то и дело глядя на лежащие тела. Распластавшись, местное хулиганье напоминало червей в банке, так старательно уползающих от своей истинной судьбы. Быть повешенным на крючок и съеденным чешуйчатым хищником - чем не прекрасное и короткое предназначение в жизни. Моргнуть не успеешь, как всё пронесётся перед глазами единой кинематографичной плёнкой. Девушка тяжело дышала, ощущая, как сейчас перед ней пролетают дряблые и оборванные снимки её привычной жизни, торопясь улизнуть от недовольного и пронзительного взгляда.       Солнце ярко светило над цветными головами. Ветер раскачивал только успевшие зацвести бутоны вишни, обрывая и отправляя розовые пятна в дальний полёт. Крутясь, они совершали замороченный вальс и осторожно приземлялись на ровный асфальт. Блики и там, и тут шпарили по глазам, приходилось жмуриться в три раза чаще обычного. Даже в забитом мусорными пакетами закоулке близ неизвестной средней школы природа желала проявить благоразумие по отношению к пустоголовым драчунам. Несколько капель крови некрасиво смотрелись с лепестками весенней сакуры, но Лиля лишь добавила красоты на свой лад - плюнула в ноги валявшегося гопника, целясь прямо на поношенные кеды.       - Впятером на одного. Это не по пацански.       От закатного неба её отвлекли гулкие шаги, раздавшиеся за спиной. Чехол с гитарой готов был упасть на украшенное фингалом мальчишеское лицо, но школьница успела ухватить его за основание. В переулке стало людно на небольшую территорию. Несколько фигур громко чавкали и крутили в руках то кастеты, то обломанные ручки швабры. Брови метнулись с удивлением вверх, пальцы плотнее сжали каркас. Розовый маникюр сиял под лучами звезды, как и морозный взгляд серого оттенка. Такого же отчужденного и спокойного, как и сама Лиля.       - Разве иностранцы не знают, как нужно себя вести с японцами?       - Бля, Кайто, да она выше тебя на голову, во умора!       - Завались, ублюдок!       Громко вздохнув, она потянула ладонь к красному банту, туго обжимающему воротник белой рубашки. Пару раз качнула головой под мерзкий гогот напротив, и выкрашенные в яркий блонд волосы едва коснулись ровной поясницы. Рыжие концы торчком устремились вниз, как и пару сползших заколок, еле удерживающих густые части чёлки по бокам.       - Я так понимаю, мне нужно сейчас головой упасть в асфальт и молить прощение?       - А говорили, что в штатах ничему не...       Быстро и неожиданно женский кулак коснулся чужой грудной клетки, выбивая воздух из говорившего. Не успев одуматься и, что-либо сделать, Лиля резво ударила второго с ноги по болезненному месту, отскакивая в сторону.       - Ой, блять...       Вцепившись, они бочкой свалились на дорогу, тихо завывая друг другу в уши. Девушка, не отворачиваясь, сделала два шага назад, к до сих пор лежащему телу мальчишки, за которого она случайным образом вступилась в этом переулке.       - Ч...чего?!       Пальцы ухватились за объёмный чехол, и с азартной улыбкой Онгаку вновь двинулась вперёд, начиная размахивать им в разные стороны. Под ногами стонали от боли побитые хулиганы, пока впереди стоящие с бледными лицами отступали назад.       - Да она больная на голову!       - Щас ещё мушкет достанет из чехла и прихлопнет нас тут!       Однако все разом остановились, стоило появиться в заклятом кутке новой фигуре. Широкой, с длинными тёмными волосами и в такой же школьной форме, как и у того парня. Ухмылка высветилась на его лице, следом за ней обычная чёрная резинка. Он не произнёс и слова, только плотно сжал локоны на голове, прежде чем с рвением пуститься в неравную по силе схватку - незнакомец побеждал и безжалостно избивал посягнувших на их души гопников.       Лиля не медлила, оставляя всю грязную работу в жилистых кулаках драчуна. Проморгалась, ловя очередной блик и жмуря недовольно лицо. Потянула за собой школьную сумку, где покоились прохладная вода и пачка салфеток. Спасённый школьник успел прийти в сознание, продолжая греть спину на дороге.       Крашеной головой он лежал ближе к ней, вытянувшись струной вдоль асфальта. Онгаку села на корточки, оказываясь перед размытым взглядом ярким пятном в глазах Чифую.       - Эй, ты вообще живой?       Всё засияло.       Окрасилось радужными цветами. На фоне ломания костей заиграла воздушная мелодия. Взлетели в небо ангелы с голым пузом и кривым луком. Розовый небосвод очерчивал лучами уходящего солнца женскую фигуру, от которой несло табаком за километр. Баджи довольно хохотал, набивая чьё-то лицо словно баскетбольный мяч. Эпопея издевательств подошла к концу с мягким прикосновением чужих пальцем к собственному лбу.       - Ну и расквасили они твою морду симпотную.       В тот вечер уставший от завывания своего приемника ангел-хранитель сидел на мягких облаках с другими коллегами и губил хмельное пиво. Повод был - Мацуно Чифую, наконец, не останется на Рождество без девушки.