Всё идёт по плану

Одним августовским утром, запертым внутри калейдоскопа, мы встречались лицом к лицу, и ты озаряла меня своей улыбкой, идеальной, как и этот мир.

Sparkle — Radwimps

      Мегуми стоял рядом с главным входом Токийского техникума, засунув руки в карманы тщательно отглаженных чёрных брюк и недовольно водил носком обуви по земле. Он был единственным человеком на улице, но это его никак не удивляло. Начались летние каникулы, это означало для всех японских студентов время походов на фестивали, пляжи и возвращение домой к семье. Для будущих шаманов это не было исключением, и те давно уже разъехались куда угодно из перечисленных мест, главное — подальше от техникума.       Все, кроме Мегуми.       Он планировал оставаться все летние каникулы в техникуме: тренировать свои боевые навыки, развивать технику десяти теней, ухаживать за шикигами и сидеть в своей комнате в общежитии под прохладой кондиционера, подальше от удушающей жары — в тишине и покое. Без надоедливого Годжо-сенсея, без Кугисаки с извечными походами по магазинам, без шумной шайки Панды и Инумаки. Казалось, никто не должен был помешать его планам.       Никто, кроме Комацу Юмеко.       — Ну и жарища! — Юмеко начала махать руками перед лицом, пытаясь охладиться, но это мало чем могло помочь в такую погоду. — У меня дома тоже жарко летом, но не настолько! Ох, тяжело же жить в столице.       — Ты же сама хотела жить в Токио.       — Да, но я не думала, что здесь будет так жарко!       Мегуми вздохнул. Всё же он был согласен с ней. Наступил август — самый жаркий месяц в Японии, и находиться на улице было невозможно. Сухой и вязкий воздух казался, прилипал к коже, оставляя на ней следы пота, а солнце пекло так, что ни одно укрытие не спасало от его зноя. В такую погоду готовиться к ежегодному соревнованию с Киотским техникумом было невозможно, и все студенты прятались от жары в своих комнатах.       Только Комацу и Фушигуро стояли под тенью большого, густо зелёного лавра. Ощущения прохлады от тени не чувствовалось, но вместо того, чтобы идти в общежитие с кондиционерами, Юмеко упрашивала Мегуми постоять ещё немного, а потом ещё немного, а потом ещё и ещё…       Вечно жизнерадостная и весёлая Юмеко резко поникла, о чём-то глубоко задумавшись. Фушигуро решил, что она не решается рассказать ему что-то важное. Мегуми понимал, каково это: ему самому всегда было тяжело говорить о чувствах, стараясь не обращать на них внимания и прятаться ото всех вопросов о своём состоянии. Но Юмеко никогда не спрашивала. Подходила, садилась и некоторое время молча сидела рядом, но в итоге не выдерживала и начинала что-то ему активно рассказывать и улыбаться от своих же шуток. От подобного ему становилось намного легче, одно её присутствие меняло внутри него что-то, что он сам не понимал. Поэтому Мегуми молча оставался с ней рядом и терпел удушающую жару, ожидая момента, когда она решится заговорить.       — Мама звонила, — Юмеко тяжко вздохнула и перевела взгляд на Мегуми. От одной этой фразы появилось странное напряжение и тревога. — Сказала, чтобы я приехала домой на каникулы.       Фушигуро знал о сложных отношениях Комацу с матерью. Мать против её желания стать шаманом и поехать в Токио, но Юмеко всё же приехала сюда, из-за чего те очень сильно поругались.       — Что ты ей ответила?       — Сказала, что приеду. Всё же я давно там не была, да и папу увидеть хочется, —она нахмурилась. — А маму нет!       — А как долго ты там будешь? — Фушигуро сам не понимал, почему так активно расспрашивает её, но ему хотелось показать, что слушает её.       — Договорились на два дня, — она печально вздохнула. — Так не хочется к ней ехать одной. Если останусь с ней наедине, то опять начнёт меня попрекать, и тут даже папа не поможет. Вот бы можно было… — она внимательно прищурилась, глядя на Мегуми, а потом радостно засмеялась, словно её озарила самая гениальная идея. — Фушигуро, а поедем вместе?       — Что?       — Давай поедем вместе к родителям! — глаза Юмеко знакомо радостно заблестели, так что их свет был виден даже через розовые стёкла её очков. — Я скажу маме, что ты попросил меня провести экскурсию, и мы целый день будем гулять по городу. Весь следующий день побудешь вместе с нами, а потом поедем с тобой обратно в техникум! — Юмеко радостно хлопнула в ладоши. — Отличный план, скажи?       — Ужасный план, — Фушигуро недовольно нахмурился. — А если твоя мама будет против этого, и вы снова поругаетесь?       — А тебе не всё равно? — увидев, что он ещё больше помрачнел, та продолжила. — Ну, послушай. Моя мама при тебе не будет на меня сильно кричать, и к гостям она всегда хорошо относится. К тому же мы её предупредим, что я весь день буду водить тебя по городу. Поэтому не переживай, мы отлично проведём время!       — Я ещё даже не согласился.       — Нуу, Фушигуууроо, — Юмеко жалобно сложила ладони. — Обещаю, тебе понравится. Симода очень интересный город.       — Ты недавно говорила, что он скучный.       — Он скучный только для тех, кто в нём живёт, а для туристов это маленький рай, — Юмеко блаженно вздохнула и мечтательно пропела: — Уютные улочки, красивые парки, тихое море. А вид-то какой! В общем, всё, как ты любишь, — Юмеко, улыбнувшись, расставила руки. — К тому же лучший гид в лице меня. Ну так что, думаешь? Обещаю, это будет намного лучше, чем киснуть в четырёх стенах в компании кондиционера.       Фушигуро Мегуми смотрел на счастливо улыбающуюся Комацу Юмеко перед собой и, глубоко вздохнув, сам того не понимая почему, проговорил:       — Хорошо, я согласен.       Теперь под тем же самым деревом, где они обо всём договорились, Фушигуро стоял и ждал, когда же придёт организовавшая всё Комацу. Прошло уже пятнадцать минут с назначенного времени встречи, а она всё не приходит. Может, пойти к ней в общежитие? От одной этой мысли он почему-то вдруг смутился и почувствовал, как его щёки стали гореть ещё сильнее. Нет, к ней в общежитие он не пойдёт. Мегуми тяжело вздохнул и вытер пот со лба. Стоит в тени, а солнце всё так же продолжало печь. Устало склонив голову на ствол дерева, тот решил, что хуже уже быть не могло.       — Хей, Мегуми-чан, как делишки?       А нет, могло.       Этот звонкий, раздражающий голос он узнает везде. Перед ним собственной персоной стоял Годжо Сатору со своей привычной улыбочкой и блестящими от солнца голубыми глазами из-под очков.       — Ты что здесь делаешь? — Мегуми подошёл ближе к пришедшему, раздражённо нахмурив брови. — Ты разве не должен быть на миссии?       — Эй, а поздороваться? Это ты так разговариваешь с сенсеем? — несмотря на обиженный тон, тот продолжал сверкать улыбкой, но, увидев ещё более помрачневшее лицо ученика, объяснился: — Закончил с миссией и вот решил навестить своих учеников. Ну, тех, кто остался здесь на каникулах, то есть… — Годжо вытянул руку в его сторону. — Тебя!       То есть, трепать ему нервы. Мегуми не ожидал, что он так быстро закончит с миссией, что находилась на другом конце Японии. Но это же Годжо Сатору, что всегда найдёт способ поприставать со всякими глупостями к ученикам. Впервые за день Фушигуро обрадовался, что уезжает из техникума на два дня. Чем дальше от Годжо, тем лучше.       — Зря приехал. Я уезжаю.       — Уезжаешь?! — Мегуми поморщился от его крика. — Неужто ты решил последовать совету своего сенсея развлечься на каникулах? — Годжо восторженно приложил руку к груди. — Да ты растешь на моих глазах, Мегуми-чан.       — Нет, — Мегуми тяжело вздохнул. Он не хотел рассказывать о своих планах на сегодня никому, и уж точно не Годжо, но опыт подсказывал, что тот точно не отстанет. — Я еду с Комацу… — он остановился, пытаясь подобрать более нейтральную фразу. — К ней домой.       — Домой?       — Домой.       — Да ты покраснел!       — Просто жарко.       — Ну конечно, — Годжо засмеялся, да так громко, что его, наверно, слышал весь техникум. — Быстро вы с Юмеко-чан, конечно. Не ожидал от вас. Уже и с родителями знакомиться едете. Так недалеко и…       — Оставь свои дурацкие мысли при себе, — Мегуми казалось, что сейчас провалится сквозь землю от стыда, но обрадовался этому. Всё лучше, чем видеть его рожу. — Я еду с ней только потому, что она попросила. Как друг, без всяких…       — Ну да, ну да, — Годжо помахал перед ним рукой. — Конечно. Я тебе верю.       Ни черта он ему не верил. Фушигуро зло сжал кулаки и уже хотел высказать ему всё, что тот о нём думает, как вдруг…       — Фушигуро, привееет! — От этого радостного оклика Мегуми остолбенел на месте, забыв всё, что хотел прокричать надоедливому сенсею. — Ты уже здесь? Так рано? О, Годжо-сенсей, и вы тут!       Комацу Юмеко, увидев Годжо-сенсея, быстро подбежала к дереву и приветливо помахала им рукой. Взгляд Мегуми задержался на её лице. Она радостно улыбалась, а розовые очки с линзами в форме сердечек сползли к носу, открывая ему взор на её глаза фиолетового цвета. Казалось, они ярко сияли от лучей солнца и искрились знакомым ему задорным блеском. Вот бы он мог вечно смотреть на них.       — Приветики, Юмеко-чан, — Годжо радостно помахал ей рукой и вызывающе посмотрел на Мегуми. — Вот пришла ты, а Мегуми-чан совсем раскраснелся. Жара на него плохо влияет.       — Нет, я пришёл вовремя, — не обращая внимания на Годжо, Фушигуро обратился к Юмеко. — Это ты опоздала.       — Да?.. — Юмеко достала телефон из заднего кармана шорт и, посмотрев на время, удивлённо вскрикнула. — Ой, и вправду! — Она извиняюще улыбнулась. — Не уследила за временем.       Так он и думал. Комацу всегда была рассеянной, из-за чего вечно опаздывала. Мегуми знал про эту вредную привычку и мог бы последовать её примеру, но почему-то всё равно решил прийти вовремя. Ещё к тому же оделся за полчаса до выхода и всё смотрел, хорошо ли он выглядит. И зачем только?       — Ты мне ещё и звонил, — она быстро начала вести пальцами по экрану. — Прости, забыла вывести из беззвучного режима.       — Почему-то я не удивлён.       — Да ладно, не злись на Юмеко-чан, — Годжо взмахнул рукой. — Девушкам вообще принято опаздывать, — он хитро ухмыльнулся. — Особенно на…       — Нам пора, — Мегуми быстро перебил его, не дав договорить последнюю фразу. — А то на поезд опоздаем.       — Точно, — Юмеко спешно положила телефон обратно в карман. — Годжо-сенсей, мы с Мегуми едем в Симоду погостить к моим родителям на два дня. — Она помахала учителю рукой и побежала за уходящим Фушигуро. — Не скучайте! Эй, Фушигуро, подожди!       Смотря на убегающих подростков, Годжо Сатору как-то странно улыбнулся и, посмотрев на небо, засмеялся:       — Эх, молодёжь.

***

      — Нам нужно пройти на девятую платформу и дождаться там поезда. Он придёт через… Комацу, ты меня слушаешь?       Мегуми смотрел в навигатор маршрутов поездов, параллельно ища платформу, куда должен прийти их синкансэн. Юмеко же заинтересованно разглядывала проходящих мимо людей, пришедшие поезда и табло их времени отбытия и прибытия. На Токийской станции она была всего два раза: первый, когда приехала в Токио из Симоды, второй — сейчас, когда едет из Токио в Симоду. Поэтому всё вокруг казалось ей одновременно знакомым и чуждым. Комацу отошла от Фушигуро в сторону одного из поездов. Он был чистейшего белого цвета с серебряным отливом, с вытянутой, сжатой носовой частью, чем-то напоминающей ей самолёт, только без крыльев. Хотя она и самолётов никогда в жизни не видела, только в фильмах или пролетающих мимо её города далеко-далеко. Ещё с детства она мечтала оказаться внутри одной из таких больших белых птиц и улететь как можно дальше из Симоды. А теперь она туда возвращается на таком же, только без крыльев. Не ирония ли?       — Осторожнее, — Юмеко почувствовала, как чья-то рука сжала её плечо, и обернулась. Это был Мегуми. — Не отходи далеко, здесь много людей. Не хватало, чтобы ты потерялась.       — Да я просто на поезд засмотрелась, — она указала в сторону отправляющегося белого поезда с узким носом. — Фушигуро, а почему у него нос такой странный?       — Чтобы уменьшить уровень шума поезда при выходе из туннелей.       — Ого, ты такой умный, Фушигуро, — от этих слов Мегуми отвёл глаза. — Смотри, а у этого нос не приплюснутый, — Юмеко указала в сторону только что пришедшего поезда. — А почему?       — Потому что у него не такая большая скорость, как у синкансэна, и шума меньше, поэтому и не нужен… — Мегуми начал объяснять ей всё это усталым поучительным тоном, но, увидев, что та опять уходит от него в сторону, крепко схватил ту за руку. — Стой!       Комацу вздрогнула и посмотрела вниз. Мегуми крепко сжал её ладонь, не давая ей уйти далеко, а сам остолбенел на месте, будто был не меньше неё удивлён от своего действия. Несмотря на это, его хватка была такой крепкой и защищающей, что ей совершенно не хотелось, чтобы он разжал её. Юмеко краем уха услышала шум ранее заинтересовавшего поезда, но ей уже было всё равно на него, теперь всё её внимание было сосредоточено на их сплетённых пальцах. У Мегуми они были длинные и худые, идеально подходящие для того, чтобы складывать их в фигуры для призыва шикигами, не то что у неё — короткие и толстые. Юмеко очень хотелось провести по ним большим пальцем, но всё не решалась прерывать касанием столь интимный момент. Пусть лучше продолжает крепко держать её руку в своей и не отпускать.       — Я… — Мегуми совершенно не понимал, что ему нужно было говорить. Весь его мир сейчас сжался до её руки, сжатой в его. Такой тёплой и мягкой. Он кашлянул. — Это чтобы мы не потерялись. Т-ты не против?       Юмеко подняла взгляд с их рук на его лицо. Её щёки сейчас были такие же розовые, как цвет её волос. От жары, наверное.       — Н-нет, не против, — громкая и уверенная Юмеко вдруг стала тихой и застенчивой перед ним. — Пойдём, а то опоздаем.       — Да, пойдём.       Они вместе шли на девятую платформу, сжав свои руки и не отходя друг от друга. Юмеко перестала разглядывать поезда, смотря вниз на свои ярко-розовые кроссовки. А Мегуми же задумчиво смотрел куда-то вперёд, не решаясь взглянуть на неё. И так бы они дошли до поезда в тишине, если бы она не решилась спросить:       — А почему ты так оделся?       Мегуми сначала не обратил внимания на её вопрос, но позже удивлённо поднял брови, наконец посмотрев на неё.       — Что?       — Ну, одежда, — Юмеко свободной рукой указала на неё. — Белая рубашка, чёрные брюки, даже ботинки вместо кроссовок. Я вот, — она указала на себя, — в шортах, белой футболке и розовом кардигане с сердечками, а ты будто на собеседование собрался.       Мегуми сначала не знал, что сказать, будто растерял всю свою привычную ворчливость, но, увидев весёлую улыбку на лице Юмеко, вдруг нашёл в себе силы поговорить:       — Обычная одежда, — Мегуми застенчиво опустил взгляд. — Ничего такого.       — А по-моему, чересчур разоделся, — Юмеко шутливо толкнула его в плечо и ухмыльнулась. — Или ты моей мамочки испугался, а, Фушигуро?       — Глупостей не говори. Я всегда так одеваюсь, — услышав привычный недовольный тон, та улыбнулась ещё ярче.       — Ладно, ладно, — она посмотрела в сторону отходящего поезда и улыбка сошла с её лица. — Постой, а это не наш поезд?       — Наш, — они переглянулись одинаковыми глазами. Испуганными.       — Чёрт! — Комацу рванула в сторону поезда, потянув Фушигуро за руку. — Бежим!       Прозвучал тихий гул.

***

      Симода встретила их яркими лучами солнца и блеском морской воды. Поезд неспешно шёл по рельсам, давая насладиться прекрасным видом колышущихся волн, сливающихся с синевой дневного неба. Вдалеке, рядом с морем, стали виднеться маленькие домики. В одном из них и жила Комацу?       Фушигуро отвернулся от окна, посмотрев вбок. На его плече уже около часа тихо сопела Юмеко, решив, что это идеальное место для сна, а Мегуми не хотелось её переубеждать, давая ей отоспаться. Дорога до Симоды составляла три часа времени и была конечной остановкой синкансэна, на который они еле успели сесть и найти вагон без брони. Им пришлось буквально прыгнуть в закрывающиеся двери поезда, что было совершенно несвойственно такому рассудительному человеку, как Мегуми. Причину этому он находил лишь одну.       Спящая на его плече Комацу Юмеко.       С самого своего первого появления та приносила в его жизнь события, столь запоминающиеся, что и в голове не укладываются. Мегуми не мог сказать, что жалеет обо всём произошедшем с Юмеко, наоборот, втайне берёг все воспоминания о тех днях, тайком улыбаясь. Сейчас она вновь принесла в его жизнь что-то новое и запоминающееся, о чём он не просил. И вместо того, чтобы не дать Юмеко потревожить спокойствие его летних каникул, он согласился дать ей это сделать. Мегуми до сих пор не понимал почему. Почему он согласился, ведь мог отказаться? Зачем ему ехать со своей однокурсницей к её родителям? Почему он поддался ей?       Слишком много вопросов, на которые ответа он не знал или боялся его дать. Ему совсем не хотелось портить отношения с Юмеко и портить их дружбу. Они с Комацу всего лишь однокурсники, товарищи, друзья.       Она позвала его с собой только как друга, а он решил помочь ей только как друг.       Так ведь должны поступать все друзья?       Они с ней друзья.       Друзья.       «Конечная остановка: Идзукю-Симода. Пожалуйста, не забудьте свои вещи в вагонах».       Кроме них осталось ещё несколько пассажиров, и выстроившись в очередь, они все прошли к дверям. Мегуми пихнул локтем Комацу:       — Просыпайся.       — Что?.. — Юмеко, так и не подняв голову с его плеча и еле разлепив сонные глаза, пробурчала. — Где мы?       — В Симоде.       — Симоде…, — Эмоции Юмеко переменились из сонливости в удивление от сказанного Мегуми. — Симоде! — Она придвинулась к окну, пристально разглядывая станцию.       Мегуми глубоко вздохнул и уже хотел взять её за плечо и увести к дверям, но Юмеко оказалась намного быстрее и, встав с сиденья, шустро пристроилась в очередь.       — Фушигуро, давай быстрее! — Она лукаво сверкнула глазами, улыбаясь ему. Фушигуро недовольно вздохнул и подошел к ней.       — Кто бы говорил.       — Ой, да ладно! — Юмеко схватила его под руку, прижавшись к нему, от чего Мегуми вздрогнул. — Не будь такой букой, — скривившись, та пыталась изобразить его угрюмое лицо, но в итоге не выдержала и громко засмеялась.       Поезд наконец остановился, и из открытых дверей подул прохладный ветерок, приветствуя приезжих.       Станция Идзюкю-Симода была гораздо меньше Токийской, напоминая скорее маленькую стоянку для поездов, чем полноценный вокзал. Из людей здесь были только те, кто вышел вместе с ними из синкансэна, не считая работников вокзала. Вокруг не было указателей, карт, никаких специальных обозначений, куда нужно идти, чтобы выйти из вокзала. Мегуми казалось, что он оказался на необитаемом острове, изолированном от остального мира.       Юмеко же, наоборот, чувствовала себя здесь как рыба в воде, без интереса разглядывая привычное ей место и недовольно закатила глаза. Так ничего и не изменилось.       — Ладно, пойдём отсюда. Здесь не на что смотреть, — Юмеко, продолжая держать его под руку, потянула его к старенькому зданию с выцветшим кирпичом.       Выйдя из вокзала, они оказались на центральной улице города Симоды, которая встретила их большим количеством белых домов, отличавшихся друг от друга лишь вывесками: названия гостиниц и разных маленьких магазинчиков. Всё стояло близко друг к другу, словно пытаясь уступить место дороге, по которой протекала маленькая речка, огороженная бордюром и мостиками. Ивы, посаженные рядом с ней, стремились к реке своими длинными зелёными ветками, а пальмы, стоящие неподалёку, наоборот, старались возвыситься до неба. Людей на главной улице было не очень много, в основном старики или мамы со своими маленькими детьми, которые брызгались друг в друга водой из речки и кричали, даже громче прибрежных чаек, прилетевших сюда из моря. Пройдя по улице, Мегуми почувствовал запах свежей рыбы сразу из нескольких магазинов; в некоторых из них даже были аквариумы с крабами и осьминогами, которые смотрели на него своими маленькими, узкими глазками.       Мегуми, разглядывая округу, чувствовал себя, как Юмеко, стоящей в центре Токийского вокзала. Всё казалось ему вокруг очень интересным и любопытным. Хотелось рассмотреть каждую улочку, поближе подойти к реке и вздохнуть побольше морского солёного воздуха.       — Что понравилось? — Юмеко с хитрой улыбкой наблюдала за ним, и, увидев это, Мегуми постарался вернуть свою обычную отстранённость.       — Не буду судить город по одной улице.       — Хм, ну раз так, пойдём тогда осмотрим весь город, — та лукаво улыбнувшись, пошла к одному из домов.       — Ты правда думаешь, что мы успеем осмотреть весь город за день пешком? — Мегуми скептически поднял бровь, но всё равно последовал за ней.       — Пешком нет, но вот… — Юмеко подняла ладонь вверх, и Фушигуро только сейчас заметил несколько тросов, ведущих к небольшой горе. — С высоты, думаю, получится.       На смотровой площадке горы Нэсугата оказалось довольно прохладно, несмотря на слепящее в глаза солнце и летнюю жару. Но ни туман, ни долгий путь, ни прохлада совершенно не портили красоту вида с вершины горы. Мегуми, прислонившись к деревянному ограждению, заворожённо смотрел вперёд. Перед ним расступились множество пышных зелёных деревьев, что укрыли неприступной стеной белые домики с красной и голубой черепицей. На таком расстоянии они казались очень маленькими, размером с мизинец, совсем не сравнить с тем, какие они вблизи. Дома и деревья же охватило синее блестящее море, по которому по спокойному мирному течению плыли разноцветные кораблики, ёщё меньше домов. Город с портом Симода был поистине прекрасным местом, что бы Юмеко про него ни говорила. Для неё это привычное зрелище, но для него это было нечто прекрасное.       Юмеко же незаметно поглядывала на заинтересованного видом Мегуми и счастливо улыбалась. Не каждый раз ей удавалось увидеть его таким увлечённым. Такой очаровательный и милый, что взгляд отвести невозможно. Для неё это было намного интереснее, чем всё из увиденного сегодня.       Юмеко хитро прищурилась и, тихонько достав телефон, включила камеру и щёлкнула Мегуми.       На память.       Послышался звук вспышки.       Мегуми повернулся к ней, и от увиденного на его лице вновь появилось привычное недовольство.       Счастье было недолгим.       — Тебе не говорили, что фоткать без спроса невежливо?       — Но красиво же вышло! — оправдываясь, Юмеко показала ему фотографию. — Смотри, какой ты здесь милашка, — он недовольно нахмурил брови и скрестил руки. — Ой, ладно! Мне всё равно нужно будет показать фотки маме, — подойдя к Мегуми, та потянула его за шею к себе и, поднося к ним телефон так, чтобы было видно город сзади, громко вскрикнула: — Скажи «чиз»!       — Не буду я ничего гово…       Последовала вспышка, и на её телефоне высветилась фотография улыбающейся Юмеко и что-то недовольно бурчащего Мегуми.

***

      Наступил вечер, и тихий прибрежный городок начал постепенно оживать. Горожане стали выходить из домов, чтобы встретиться с друзьями, посидеть в кафе или погулять. Улицы Симоды освещались яркими разноцветными огнями, а в одном ресторане рядом с пляжем включили песню какой-то известной японской певицы, и та запела бархатным голосом под сопровождение ритмичной музыки. Сразу же послышались громкие возгласы и звон бокалов.       Но эта вечерняя жизнь была вдалеке от места, куда направлялись Юмеко и Мегуми. Здесь, на ночной дороге без фонарей, было тихо, и только звук сверчков сопровождал их путь. Мегуми, попивая клубничную газировку, точно такую же, как у Юмеко, смотрел на виднеющееся море.       — Можно было завтра сюда прийти, — он отпил газировку и продолжил. — Зачем ходить на пляж ночью?       — Во-первых, сейчас не ночь, а вечер. А во-вторых, — Юмеко, не останавливая шаг, загадочно сверкнула глазами, — Всё идёт по плану, — и отвернулась обратно.       Мегуми закатил глаза, но шаг не сбавил.       Подходя всё ближе к пляжу, Юмеко повернулась к Мегуми и требовательно проговорила:       — Закрой глаза.       — Зачем?       — Нужно.       — Нет.       — Это будет сюрприз, — Юмеко сложила руки в молитвенном жесте. — Пожаааалуйста!       — Ладно, — Мегуми закрыл глаза. — Но если ты опять что-нибудь выкинешь, то я…       — Тебе понравится!, — Юмеко потянула его за собой за руку. Сейчас почему-то это не ощущалось так неловко, как на вокзале, а наоборот, спокойно, как что-то привычное.       Мегуми услышал шум морских волн, что с каждым шагом был всё ближе и ближе. Он почувствовал, как его ботинки наступают во что-то мягкое. Это песок?       Вдруг Юмеко остановилась и опустила его руку. Он услышал, как она подошла к нему сбоку и восторженно вздохнула:       — Всё, можешь открывать.       Перед его глазами возникла смесь ярких цветов на небе: розового, красного, оранжевого и жёлтого. Все они слились воедино и стекали в море, переливаясь там с блеском волн. Солнце постепенно садилось и подходило к морю, поглощая его своим светом. Перед солнцем стояли две скалы, что объединились тонким мостиком, и на вершине одной из них были священные ворота.       — Это… — Мегуми сглотнул. — Очень красиво.       — Вот видишь, я же говорила, что понравится.       Они так постояли вместе ещё немного, как вдруг Юмеко сняла с себя кардиган и скинула его на песок вместе с сумкой и пустой бутылкой от газировки. После последовали кроссовки, и та босая наступила на песок. Очередь дошла до одежды.       — Ты что делаешь? — Мегуми почувствовал, как его сердце стало стучать сильнее, а щёки заалели. Он отвернулся и стал смотреть на скалу с воротами, постаравшись сохранить спокойствие.       Да что с ним происходит?       — Хочу поплавать, — Юмеко вызывающе улыбнулась. — Присоединишься?       — Нет.       Юмеко хмыкнула, а после побежала к морю в одном нижнем белье. Оказавшись в воде, та окунулась, а после быстро вынырнула и засмеялась:       — Фушигуро, вода отличная! Точно не хочешь?       — Не хочу, — Мегуми упрямо смотрел на ворота.       Юмеко недовольно сжала губы, но после хитро улыбнулась. Она немного поплавала и заплыв подальше, громко крикнула:       — Фушигу…! — и полностью ушла под воду.       Фушигуро мгновенно побежал к воде:       — Комацу!       Никто ему не ответил.       Мегуми почувствовал, как сердце громко застучало, а руки непроизвольно сжались в кулаки. Комацу не всплывала и не отзывалась. А если она…       — Я сейчас! — не раздеваясь, тот кинулся в воду и быстро поплыл в сторону, где исчезла Комацу.       — Комацу! Комацу! — Мегуми вертел головой из стороны в сторону, а после окунулся в воду, но и там её не было. — Юмеко!       Вдруг вдали от него что-то всплыло на поверхность.       — А всё-таки поплыл, поплыл!       Мегуми обернулся. Вдалеке от него плавала Комацу и улыбалась. Первое, что он почувствовал от увиденного, было облегчение и радость, а второе — осознание и ярость.       — Ты это специально?       — Нуу… — Юмеко взмахнула ладонями так, что вокруг образовались брызги. — Ты был такой серьёзный, и я решила немного подшутить. Но я не думала, что ты так отреагируешь. — она нервно засмеялась, увидев, что его лицо от её слов только сильнее мрачнело. — Знаешь, от воды у тебя так волосы опустились. Вообще не узнать.       Фушигуро быстро направился к ней, и по его взгляду та поняла, что обычным ворчанием в этот раз она не отделается. Она по-настоящему разозлила его. Юмеко спасясь поплыла от него к берегу. Всё же она плавала намного быстрее его, но стоило ей выйти из воды, как Мегуми тоже оказался на суше.       Фушигуро промок насквозь: рубашка, брюки, волосы. Хорошо хоть ботинки успел снять перед тем, как спуститься в воду. Он, сжав кулаки, направился к ней.       — Фушигуро, ну извини, — Юмеко примирительно вытянула руки и начала быстро отходить к другой стороне берега. — Неудачно пошутила, да, но с кем не бывает. Фушигуро… Аааа!       Он побежал к ней, и та помчалась от него как можно дальше по мокрому песку, спотыкаясь о собственные ноги. Адреналин и страх подскочил так сильно, что так кричала, сама того не понимая. Она чувствовала, как одновременно хотела и не хотела, чтобы Мегуми нагнал её. Ей было интересно, на что способен разгневанный Фушигуро, но не хотелось это испытать на себе. И вдруг решилась вновь схитрить. Та, постепенно сбавляя темп, подождала, пока Мегуми нагонит её, и, остановившись, прыгнула на него, столкнув его и себя в море. Ошарашенный Фушигуро потерял управление над своим телом и спиной упал в воду. Юмеко же лежала на его торсе, уперевшись руками в песок.       От такого резкого поворота событий эмоции стали постепенно стихать, успокаиваясь, становясь всё меньше и меньше. Комацу и Фушигуро глубоко дышали, так и продолжая лежать в воде, молча смотря друг на друга и ожидая чего-то.       Юмеко придвинулась поближе к лицу Фушигуро и виновато подняла глаза.       — Прости, что напугала тебя, — Юмеко продолжила смотреть на его лицо, пытаясь понять его эмоции. — Я заигралась, извини. — После она привстала, сев на его торс, и вытянула вперёд руку, сжатую в кулак с высунутым мизинцем. — Давай мириться?       Мегуми глубоко вздохнул. Он не понимал Юмеко. Не понимал, как та могла так быстро переключаться с одних эмоций на другие, оставаясь в хорошем расположении духа. Только недавно она бежала в страхе от него, а теперь с улыбкой извинялась. Но больше всего он не понимал себя. Не понимал, почему поехал с ней к родителям. Не понимал, почему согласился ради неё отменить все свои планы на летние каникулы.       Но когда он кинулся за ней воду в страхе, что она утонула и сейчас когда та сидела на нём в одном нижнем белье, он наконец понял.        Понял почему ему всегда хотелось быть рядом с ней. Почему хотелось радовать её и слышать её смех. Почему так сильно испугался за неё, что кинулся в воду.       Комацу Юмеко нравилась ему и он не знал, что с этим делать.       Тяжело вздохнув, он привстал и, вытянув мизинец, скрепил с ней пальцы.       — Ура, мир! — быстро встав из воды она осмотрела и себя и его. — Думаю, теперь нам точно пора ко мне домой.       Мегуми ничего не ответил, встав из воды, начал сжимать свои рубашку и брюки.       — Даа, зря только прилично оделся, — Мегуми снова никак не отреагировал на её слова и та решила продолжить. — Ну знаешь, тебе так даже больше идет.       — Издеваешься?       — Нет!, — Юмеко засмеялась. Наконец-то он снова заворчал. Потянув руки к его волосам она остановилась, спросив: — Можно? — Мегуми замедлился, но всё же неуверенно кивнул. опустившись для неё на корточки. После этого Юмеко начала нежно сжимать его мокрые волосы. — Ты так правда лучше выглядишь. Более развязно: рубашка прилипает к телу, брюки торчат. Мне нравится, — Юмеко испуганно раскрыла глаза от собственных слов. Мегуми, подняв голову, смотрел на неё точно так же. — То есть… не в этом смысле. Ну… — Юмеко помолчала, пытаясь подобрать слова. — Понимаешь?       — Да, — на самом деле он ничего не понял и, опустил голову, давая ей продолжить . Юмеко, последовав за ним вернулась к сжатию его волос. Ей тоже хотелось замять неловкую ситуацию.       — Но всё же, — она последний раз взъерошила его тёмные пряди. — Твоя старая причёска мне нравится больше.

***

      Мокрые и уставшие, они почти дошли к дому Комацу Юмеко, так и не проронив ни слова после пляжа, как вдруг Комацу остановившись, встала перед Мегуми.       — Фушигуро, я хочу тебе кое-что сказать.       — Всё в порядке, — Фушигуро мягко похлопал её по плечу. — Я уже не злюсь.       — Нет, всё равно!, — Юмеко подошла к нему ближе, так что их носы соприкоснулись. Мегуми почувствовал, как сердце начало стучать так же быстро, как тогда на пляже.— Я хотела сказать спасибо, что остаёшься всегда рядом со мной, — сердце Мегуми пропустило удар. — Ты поехал со мной к родителям, хотя мог и не соглашаться. Провёл со мной целый день сегодня и побежал спасать меня на пляже. Я счастлива, что у меня есть такой друг, как ты, — Юмеко закрыла глаза и поцеловала его в щёку, после чего быстро помчалась к своему дому.       Мегуми остался стоять на месте, не двигаясь, всё ещё не осознавая произошедшее.       Она только что поцеловала его в щёку.       Юмеко поцеловала его.       Его.       Он прикоснулся рукой к щеке, до сих пор тёплой от её губ и почувствовал, как улыбается, как никогда прежде.       Это был один из самых лучших дней в его жизни, что пошёл не по плану.