Встреча на Невском

Иван смотрел на Маргариту, в его глазах смешались удивление, обида и зарождающаяся тревога. Он ожидал, что она может быть расстроена, но такого категоричного заявления он не предвидел. Его родители, люди консервативные и временами чрезмерно прямолинейные, всегда были для него важной частью жизни, и мысль о том, что его будущая жена отказывается принимать их, была для него ударом. – Но, Рита, это мои родители, – попробовал он снова, голос его стал тише, словно пытаясь смягчить резкость. – Я очень люблю их, и для меня важно, чтобы ты их приняла. Может, дашь им еще один шанс, попробуешь поговорить с ними по-другому? – Иван, я не маленькая девочка, чтобы ходить и уговаривать людей, которые меня откровенно не уважают, – ее голос прозвучал твердо, несмотря на легкую дрожь. – Они не заинтересованы в знакомстве со мной, они просто оценивали меня как потенциальную "невесту для их Ванечки". И я эту оценку не прошла. Что я должна делать? Позировать перед ними, пытаясь им понравиться? – Ты не понимаешь, – Иван встал, прохаживаясь по комнате. – Для них это тоже сложно. Они привыкли к определенному укладу, к тому, как все должно быть. Может, просто нужно время, чтобы они привыкли к тебе? – Время? – Рита горько усмехнулась. – Время, чтобы они привыкли унижать меня? Нет, Ваня. Я не собираюсь ждать, пока кто-то решит, что я достойна их внимания. Я не буду жертвой их условностей. Если ты не можешь понять, как мне было больно, как унизительно я себя чувствовала, то, возможно, мы действительно хотим разного. Маргарита опустила глаза, слезы снова начали щипать. Она любила Ивана, любила очень сильно, но не могла переступить через свое достоинство. Если его любовь к ней означала, что он готов поставить ее чувства выше угождения родителям, она была бы счастлива. Но если он ждал, что она проглотит обиду и продолжит изображать счастливую невесту, то их пути, возможно, должны были разойтись. Маргарита встала и понесла чашку на кухню и вернулась в спальню минут через сорок. Все это время она разговаривала со своей мамой по телефону и она предложила ей приехать хотя бы на пару дней и отдохнуть. Рита под уговорами мамы согласилась и решила об этом сообщить Ивану. – я завтра поеду к своим родителям, на пару дней. Нужно немного успокоиться, привести мысли впорядок- сообщила Рита, укладываясь на кровать. – Ты уверенна, что готова вступить в брак? - уточнил Булатов. Он был обеспокоен поведением невесты - Не знаю. В любом случае мне нужно побыть наедине со своими мыслями. Возможно это просто мандраж перед свадьбой.- предположила она. Ругаться с любимым мужчиной естественно не хотелось. Утром Рита взяла не очень много вещей с собой и уехала на вокзал. Она села в поезд и отправилась в свой родной город, где чувствовала прилив сил. Ее встретил отец и обнял дочь. Только вот ее настроение было не очень и почему отец сразу понял. – ну все понятно- начал он - Ты просто не готова, дочка, не го ова выйти замуж. Ты подумай хорошо точно ли нужно по крайней мере сейчас? Поверь мне, расписаться можно всегда а вот в случае проблем… долго будешь носиться ведь с разводом. Подумай хорошо. И отец оказался прав. Все два дня она долгое время думала, и решила, что папа прав. Она позвонила Ивану, который уже извелся за ее отсутствие. – Вань. Я не готова… по крайней мере сейчас. Давай отложим свадьбу? Не знаю на сколько. Мне нужно больше времени… прости. - после этого она даже не дала ему и слова сказать, сбросила, а вот Булатов был очень расстроен. Кажется Рита сбежала. Может не стоило тогда знакомить ее с родителями? Что пошло не в то русло? Почему она сбежала? Иван то прекрасно понимает что Рита скорее всего уже не вернется. Иван сидел на диване, в руке он сжимал телефон, который только что выпал из его ослабевших пальцев. Слова Риты, кажется, эхом отдавались в пустой квартире. "Я не готова… по крайней мере сейчас." Это было не просто отложение свадьбы, это было приговор. Он чувствовал, как холод распространяется по телу, замораживая все эмоции, оставляя лишь пустоту. Его родители… да, они были сложными, но он верил, что они смогут принять Риту. Теперь же казалось, что именно их неприятие стало той последней каплей, которая сломила хрупкое равновесие их отношений. Он вспомнил тот вечер, ее глаза, полные слез и уязвленного достоинства. Он хотел защитить ее, но вместе с тем цеплялся за мысль, что все еще можно исправить, что время и терпение приведут к примирению. Теперь он понимал, что недооценил глубину ее боли и силу ее убеждений. Рита не была готова идти на компромиссы, где компромисс означал бы пренебрежение собственным "я". Это было то, что он должен был уважать, то, что он, наверное, любил в ней. Иван поднял телефон. Он хотел позвонить, кричать, умолять, но знал, что это бессмысленно. Рита приняла решение, и он понял, что ее слова были окончательными. Он чувствовал себя преданным, но в то же время винил только себя. Он позволил родителям вмешаться, позволил их консерватизму омрачить его счастье. Стоило ли оно того – его стремление угодить им, которое в итоге разрушило его отношения с любимой женщиной? Следующие дни прошли как в тумане. Иван избегал родителей, не в силах смотреть им в глаза. Он знал, что они, возможно, даже не осознают всей тяжести последствий их поведения. Для них это было лишь очередное "уладить дела", а для него – крах будущего, которое они так старательно строили. Он понимал, что потерял Риту. Он потерял ее из-за собственной нерешительности, из-за страха перед конфронтацией, из-за боязни поставить ее интересы выше мнения своих родителей. Он еще долго будет вспоминать ее слова, ее решительность, ее боль. И он будет знать, что, возможно, лучшим поступком с его стороны было бы не ждать, а решительно встать на защиту ее чувств, показать ей, что она для него важнее всего. Но тогда, в самый важный момент, он растерялся, и эта растерянность стоила ему всего.