Nefesimi Aç/Дай мне вздохнуть

Леман стояла у бассейна, наблюдая за паническим дыханием Шахики. Она даже не заметила, когда её руки легли на плечи Шахики. Казалось, если она отпустит её...женщина рассыплется на куски. "Успокойся," — Леман раздражало, насколько мягко прозвучал её собственный голос. Эта женщина должна была быть её врагом. Её целью. Той, с кем ей предстояло свести счёты. Но то, что происходило на её глазах... Не вписывалось ни в один план. "Мама солгала... Это не Ада..." Голос Шахики дрожал. Леман вдруг почувствовала стеснение в груди, не гнев... не жалость... Что-то другое. Некое чувство близости, которое её беспокоило, но она не могла дать ему названия. "Я не могу дышать...Леман, я не могу дышать" Пальцы женщины скользили по воротнику рубашки. Леман, не задумываясь, потянулась к пуговицам. Её пальцы дрожали. Почему ты дрожишь? Эта женщина — твой враг. «Открываю, подожди», — сказала Леман, её голос непроизвольно смягчился и приобрёл опасный оттенок. Затем, конечно же... Шахика сняла рубашку и бросила ее на пол. Леман хотела отвести взгляд, но не смогла. Казалось, её глаза двигались не по её собственной воле. Легкий изгиб линии плеча... Её тёплая кожа, которой ещё не коснулась вода... Прямо. Близко. Как электричество. У Леман пересохло в горле. И словно этого было недостаточно, Шахика начала снимать юбку. «Что ты делаешь?!» — быстро, в панике, сказала Леман. Она попыталась удержать юбку на Шахике, но та совершенно не обращала внимания. По крайней мере, она пыталась что-то контролировать. Но ничего не получалось. «Отпусти», — голос Шахики был одновременно обиженным, гневным и странно детским. «Отпусти». Леман не знала, что делать в этой ситуации, и, посмотрев, сдалась. «Хорошо, делай как знаешь», — сказала Леман и повернулась, чтобы налить стакан воды. Когда она обернулась — Шахика была на дне бассейна. Неподвижна. «Шахика?» Тишина. "В этом городе нет ни одного нормального человека", - подумала Леман, отпивая воду. Ее лицо выглядело безразличным, но поза и глаза выдавали правду. "Шахика?" - снова позвала она. Она не хотела признавать, но волновалась. "Почему ты волнуешься?" Она выругалась. Сняв обувь, она прыгнула в воду полностью одетой. Одежда стала тяжелой, волосы прилипли, но ей было все равно. Под водой она схватила Шахику и вытащила ее наверх. "Что ты делаешь?!" - закричала Леман, ее панический голос все еще дрожал. "Я думала, ты тонешь." "Да какой там тону? Я пыталась успокоиться", - ответила Шахика. Леман разозлилась. Она выбралась из бассейна и бросила мокрую рубашку на стул. "Посмотри, в каком я виде", - сказала она. Но не успела Леман закончить фразу, как Шахика, даже не делая вида, что ей не все равно, перебила ее: "Ну так бы разделась и прыгнула", - и попыталась выбраться из воды. "Стой, стой, не выходи!" - сказала Леман. Ее голос повысился. Бесконтрольно. Почти умоляюще. Леман была в смятении. Что делает эта женщина? Как только Шахика попыталась выбраться из воды, паника охватила Леман. "Что ты делаешь, а, что ты делаешь? Я... я обязана видеть тебя такой?! А??" Я не хочу видеть. Потому что если увижу... я погибну. Если ты медленно выйдешь из этой воды... Если я увижу воду, стекающую с твоих плеч... это спокойствие на твоем лице... эту черту... Соберись, Леман, соберись, девочка. Она быстро отвернулась, отвела взгляд, потому что если бы она посмотрела в эти глаза еще секунду, она бы действительно утонула. Она огляделась, увидела одного из сотрудников, поспешно махнула рукой. "Простите, э-э... халат, полотенце... что есть, принесите скорее!" Пока персонал суетился, Леман невольно снова обратилась к Шахике. Она расправила плечи, пытаясь взять себя в руки, но ее голос все еще был надломленным, все еще слишком честным. "Вы меня уже довели до сумасшествия", — сказала она, словно признаваясь, наполовину сердито, наполовину смиренно. Шахика слегка улыбнулась, как будто ничего только что не произошло. Эта ее безразличная, равнодушная улыбка. Затем она тихо повернулась и снова погрузилась в воду, продолжая плавать. Леман в ответ на это могла только закатить глаза. Невероятно. Действительно невероятно. Леман медленно подошла к Шахике, которая сидела у бассейна, завернувшись в белый халат. Наспех надетый платье было еще немного влажным, но, по крайней мере, не насквозь мокрым. "Спасибо за платье", - сказала Леман, садясь и слегка выдохнув. "Я потом тебе его верну". Шахика, не раздумывая, покачала головой. "Не нужно. Тебе идет". Лицо Леман на мгновение замерло. Легкий румянец. Ей потребовалось полсекунды, чтобы отвести взгляд, но этого было достаточно. "Спасибо..." - прошептала она, затем собралась и перевела взгляд на бассейн. Наступила тишина. Затем Леман, придя в себя, спросила: «Может быть... ну... для такого случая... стоит держать в шкафу, не знаю, футболку, спортивный костюм или что-то в этом роде?» Шахика слегка усмехнулась, ничуть не удивившись, сохраняя свою обычную невозмутимую манеру: «Я не верю в удобную одежду. Чем неудобнее, тем элегантнее». Леман закатила глаза, но где-то внутри ее все еще не отпускала предыдущая фраза: «Тебе идет». Позже Шахика наклонилась к Леман и спросила: «Итак... что мы теперь делаем?» Леман посмотрела на неё. "Что мы делаем? Я ничего не делаю. Это ты делаешь", — сказала она, расчесывая волосы, и продолжила: "Сначала найдешь Аду. Потом выйдешь и скажешь перед всеми: 'Она моя дочь, она этого не делала'. После этого извинишься перед дочерью. И наконец, пожалуйста, иди и надень что-нибудь. Потом мы выходим. Ну пожалуйста." Шахика откинула голову назад. Ее взгляд говорил: "Что эта женщина выпила?" "Что тебя так волнует, что я раздеваюсь?" Она на мгновение замолчала. Ее глаза сузились. "Тсс... у тебя проблемы с сексуальностью?" Леман тут же заставила ее замолчать, подняв палец в воздух: "Тцц. У меня нет проблем с сексуальностью. Но, по-моему, у тебя есть ментальные проблемы." Шахика расхохоталась. Взгляд Шахики задержался на лице Леман на секунду дольше. Когда Леман это заметила, в ее груди что-то зашевелилось: тепло, беспокойство... что-то такое. Леман хотела отступить, но ее тело подавало сигнал «не уходи». Шахика заговорила, но на этот раз ее голос был тише, ближе: «Почему ты так напрягаешься?» Леман нахмурилась. «Я не напрягаюсь». Но в горле пересохло, а лицо горело. Шахика слегка наклонилась в сторону. Воротник её халата немного распахнулся. В этот момент стали видны не только линия плеч, но и лёгкие очертания груди. У Леман на мгновение перехватило дыхание. Она хотела отвести взгляд, но не смогла. Почувствовала тепло в затылке и лёгкий узел в животе. Чтобы собраться, она сделала небольшой вдох. Она не хотела, чтобы они были так близко. Но если бы она могла держаться подальше... она бы уже давно это сделала. В этом и заключалась проблема. Женщина переживает серьёзный кризис в семье... а я здесь... задыхаюсь, потому что она так стоит. Действительно, отличное время, Леман. Браво. Она глубоко вздохнула, собралась. "Давай," сказала она с твёрдой, но дрожащей решимостью. "Я сказала, ты встаёшь и одеваешься. Мы уходим." По лицу Шахики медленно расползлась улыбка. Улыбка, которая говорила: "Я тебя вижу насквозь". Она ничего не сказала. Просто посмотрела на Леман. Долго... оценивающе... с лёгкой насмешкой. Затем, молча, она встала. И она начала развязывать пояс халата. Намеренно. Словно выливая воду на нервную систему Леман. «Шахика, что ты делаешь, ради всего святого!» – глаза Леман расширились. «Ты… ты… ты в порядке?..» – заикаясь, проговорила она. На лице Шахики не было ни малейшего сожаления, лишь легкая улыбка. «Что? Тебе снова не по себе?» – спросила Шахика, держа концы халата в руках. «Ты сказала, чтобы я переоделась. Вот я и переодеваюсь». Затем она сделала то невозможное, провокационное: подмигнула. Подмигивание Шахики остановило Леман еще сильнее. Короткие, непроизвольные реакции на лице Леман… Шахика не упустила их из виду. Напротив, это ее подбодрило. Она тихо сделала шаг. В пространство Леман, не вторгаясь слишком глубоко, но достаточно, чтобы это почувствовалось. Она слегка наклонила голову, глядя снизу вверх: «Почему ты так застыла?» В ее тоне была легкая шутка, легкий вызов. «Будто дышать не можешь». Леман постаралась быстро собраться: "Я... просто... эмм.." Но слова отказывались ей подчиняться. Шахика, наблюдая за замешательством Леман, не приблизилась ни на шаг. Она просто стояла там. Этого было достаточно. Даже такое расстояние посылало электрические разряды по позвоночнику Леман. Голос Шахики на этот раз был мягче, но ничуть не невиннее: "Значит, мы торопились.." Ее взгляд скользнул сначала к халату, а затем к Леман. "Но ты все еще не можешь пошевелиться." Дыхание Леман снова на мгновение перехватило. То, что она не могла сделать ни шагу, ни произнести ни слова, выставляло все напоказ с высокой четкости. Шахика замерла на секунду, не двигаясь. Она посмотрела на Леман, по-настоящему посмотрела. Больше не было насмешки, не было поддразнивания. Только это тяжелое, обжигающее внимание. Расстояние между ними было необычным. На один вдох. Расстояние для принятия решения. И когда Шахика смотрела на нее сверху вниз, Леман почувствовала себя меньше и уязвимее, чем была на самом деле. Это было превосходство, созданное не силой, а притяжением. Грудь Леман начала подниматься и опускаться в том же ритме, что и дыхание Шахики. Это не было совпадением. Они встретились взглядами. Леман невольно отступила на шаг. Этот шаг назад был не спокойным, не контролируемым, а продиктованным чистым инстинктом самосохранения. "Шахика... пожалуйста. Прекрати эту чушь. Правда," она сделала еще один вдох, чуть более резкий, но дрожащий: "Давай. Умоляю. Поднимись наверх. Я сейчас не в состоянии это вынести." Шахика, увидев эту правду, слегка кивнула. С изящной, опасной улыбкой она повернулась и направилась к лестнице. Леман смотрела ей вслед. То, что осталось в воздухе, не имело названия, но имело огромный эффект. Эта незавершенность... где-то она должна была завершиться. Никто из них не мог от этого уйти.