Просто лакей или лучший соучастник преступления

Элоизе потребовался месяц, чтобы написать ему письмо из Шотландии, но он все равно был рад, что она это сделала, потому что теперь у него был повод оставить на время маму. Эл писала о красивых пейзажах, которые он, возможно, однажды захочет нарисовать, и о том, как там одиноко. Что ж, в ближайшее время он не собирался браться за кисть и ничем не мог помочь ей с одиночеством, поэтому решил поделиться с ней своей личной драмой, как будто они сидели на качелях на заднем дворе. В последнее время мама просто невыносима. Мало того, что мне приходится делать всю работу, которую должен делать Энтони, так еще и составлять ей компанию. Можешь представить? Теперь, когда Колин и Фрэн поженились, а вы с Энтони отсутствуете, я стал ее любимым ребенком. Она хочет, чтобы я был рядом с ней утром, днем и вечером. Я едва могу выходить из дома. Это просто невыносимо! Элоизе потребовался почти месяц, чтобы получить письмо и ответить на него, и все это время у него не было другого выбора, кроме как быть послушным сыном. Что ж, он и правда старался быть им, но все чаще и чаще опаздывал и приходил пьяным. Хэтч помогал ему с управлением поместьем, а все остальные дела были не столь неотложными, так что он старался их избегать. Когда пришло новое письмо от Элоизы, он вздохнул с облегчением. Джон и Франческа счастливы вместе. Она может играть на фортепиано сколько угодно. Я начинаю ненавидеть фортепиано. Ему пришлось продираться сквозь строки с бессмыслицей, чтобы добраться до самого важного: Если тебе понадобится помощь, чтобы сбежать из дома, можешь обратиться к лакею Джону. У нас с ним давняя история. Прошла еще неделя, прежде чем ему удалось поговорить с Джоном наедине, потому что мать делала все возможное, чтобы не оставлять его одного ни на минуту. Наконец она отправилась в гости к леди Данбери, и сразу после ужина Бенедикт решил поговорить с Джоном. – Джон, останься на минутку. Мне нужно с тобой кое о чем поговорить. – Конечно, мистер Бриджертон, – лакей, казалось, был совершенно спокоен. – Что случилось? – Что у вас за история с моей сестрой? – спросил Бенедикт. Он не мог не предполагать худшего. Элоиза не стала вдаваться в подробности, но Джон был не в том положении, чтобы лгать. _ Может, мне стоит попросить тебя навсегда покинуть дом? – Нет, мистер Бриджертон, ничего такого, – Джон улыбнулся, а затем, словно поняв скрытый смысл вопроса, замолчал. _ Помните того печатника, с которым мисс Элоиза познакомилась два года назад? – Бенедикт кивнул. – Я тогда вроде как сопровождал её, помогал ускользнуть из дома и присматривал за ней. – И всё? – уточнил он. – И всё. – Стоит ли мне беспокоиться из-за этого печатника? – спросил Бенедикт, на этот раз более открыто. _ Они целовались или что-то в этом роде? Я знаю, Энтони убил бы его, если бы узнал правду, но Элоиза умеет хранить секреты. Так что же вам известно? Целовались они или нет? – Нет, ничего такого, мистер Бриджертон, – улыбнулся Джон. – Они просто разговаривали. Мисс Бриджертон может быть довольно дерзкой, когда захочет. – А вы целовали мою сестру? – улыбнувшись спросил Бенедикт, просто чтобы убедиться. – Я бы и мечтать об этом не осмелился, не говоря уже о том, чтобы попытаться, – совершенно серьёзно ответил Джон. – Отлично, – Бенедикт хлопнул его по плечу. – Что ж, Элоиза сказала, что вы могли бы помочь мне улизнуть из дома. Есть какие-нибудь идеи на этот счёт? – Ну, на вашем месте я бы съехал. Вы уже достаточно взрослый, чтобы жить самостоятельно, не так ли? – Бенедикт улыбнулся, услышав предложение. – Если вы сообщите мне, где живёте, я сделаю всё возможное, чтобы леди Бриджертон не приближалась к вашему дому. – Звучит как отличный план, – улыбнулся Бенедикт. – Так и есть. Через несколько минут Джону пришлось рассказать обо всём своим коллегам внизу. В конце концов, сплетни из высшего общества скрашивали их будни. – Так что же мистер Бриджертон попросил тебя сделать? – не удержалась миссис Уилсон. – В какие неприятности ты или он попали? Может, мне стоит сообщить леди Бриджертон? –Ни в коем случае, – улыбнулся Джон. – Кажется, у него есть любовница, – признался он. – По крайней мере, так кажется, потому что он отчаянно хочет сбежать от матери. Она явно хочет выдать его замуж. А ему, похоже, нравится женское общество, но только не тогда, когда он вынужден думать об этих женщинах как о своей будущей жене. – Ох уж эти повесы, – чуть ли не выругалась миссис Уилсон. – Убедись, что он не будет слишком сильно наслаждаться этой новой свободой. Месяц спустя Джон впервые помог Бенедикту. Леди Фезерингтон пришла на чай, две вдовствующие дамы обсуждали своих детей, и вдруг Вайолет поняла, что одного из них не хватает. – Кто-нибудь из вас видел сегодня Бенедикта? – спросила она, обращаясь к прислуге, которая явно чувствовала себя неловко. – Он уже проснулся? – Было уже почти три часа дня, так что можно было не сомневаться, что Бенедикт не спит. – А если проснулся, то дома ли он? – Боюсь, что нет, леди Бриджертон, – ответила миссис Уилсон. – Его здесь нет. – Скоро должна прийти леди Данбери, – продолжила леди Бриджертон. – Я могу поверить, что он мог пропустить чай с леди Фезерингтон, но не с леди Данбери. Так что, может быть, кто-нибудь из вас знает, где мой сын? Джон мог бы промолчать, мог бы сделать вид, что ничего не знает, но на этот раз он решил перестраховаться. – Я приведу его к вам, леди Бриджертон, – улыбнулся он, и вдовствующая виконтесса улыбнулась в ответ. – Я буду вам очень признательна. Ему потребовалось некоторое время, чтобы добраться до дома Бенедикта и привести его обратно. Он и раньше бывал в женском обществе, так что не слишком удивился, увидев Бенедикта в постели с женщиной. Несомненно, она была красива и, несомненно, не принадлежала к знати. Джон вздохнул с облегчением. – Что случилось, Джон? – Бенедикт позаботился о том, чтобы прикрыть себя и свою спутницу, прежде чем задать вопрос. – Три вдовствующие дамы ждут вас, – сказал Джон, решив не называть имен. – Одна из них в ярости из-за того, что вас нет дома, милорд. – О боже, – вздохнул Бенедикт. Было совершенно очевидно, кто его ждёт. – Я скоро выйду. «Скоро» растянулось на полчаса, вероятно, потому, что нигде не было чистой одежды. Он повязал галстук в карете по дороге домой. Бенедикт опоздал на полчаса, леди Данбери сделала вид, что ничего не заметила, а леди Бриджертон была готова убить сына. Можно с уверенностью сказать, что это был не последний раз. В тот вечер он написал Элоизе письмо, в котором рассказал о десятке ничего не значащих вещей, а в конце написал кое-что по-настоящему важное. Недавно я узнал, что ты можешь быть на удивление безрассудной, моя дорогая любимая сестра. Но спасибо тебе за это. И спасибо за то, что одолжила мне своего Джона. Это стало привычкой для них обоих. По крайней мере раз в неделю леди Бриджертон спрашивала у миссис Уилсон о Бенедикте, и по крайней мере раз в неделю Джон спешил привести Бенедикта домой. В те дни они никогда не приходили вовремя, но всегда оказывались там, где и должны были быть, так что Джон считал это победой. Он давно сбился со счёта, сколько женщин побывало в постели Бенедикта, но был практически уверен, что они редко бывали одни и те же. По крайней мере, не две недели подряд. Это была спокойная рутина, пока однажды... Королева пригласила леди Бриджертон и её сына во дворец. Было уже поздно, а этот самый сын снова куда-то запропастился. – Я приведу его для вас, – по привычке сказал Джон. – Приведи его во дворец, – приказала ему леди Бриджертон. – И проследи, чтобы он прилично выглядел. Что ж, он всегда так делал. Джону повезло, потому что Бенедикт был дома. Где бы он ни находил женщин, он уже преуспел в этом и вернулся. Проблема была в том, что у Джона не было времени думать о приличиях, когда он открывал дверь. В конце концов, он видел женщин в постели Бенедикта, как спящих, так и бодрствующих, в самых разных позах. Его уже ничем было не удивить. По крайней мере, так думал Джон. Но на этот раз всё было совсем по-другому. В постели Бенедикта лежала не женщина, а другой мужчина. И рядом не было ни одной женщины. – Боже, Джон, – воскликнул Бенедикт, заметив лакея. – Что на этот раз? – Королева ждёт вас и вдовствующую виконтессу, – он снова решил не называть имён, – на ужин. Вы должны быть там уже сейчас. Приглашение пришло сегодня вечером, за несколько минут до моего ухода. – О боже, – можно было с уверенностью сказать, что Бенедикт не в восторге. – Лучше поторопиться, – добавил Джон. – Позвольте мне помочь, милорд. Повисла неловкая пауза, во время которой Бенедикт и незнакомец обменялись взглядами, после чего мужчина встал с кровати и вышел из комнаты. Джон старался не смотреть на него, но не мог не заметить, что мужчина был очень красив и очень, очень возбужден. – О боже, – простонал Бенедикт, откидываясь на кровать. – Королева, мистер Бриджертон, _ напомнил Джон, поворачиваясь к шкафу и подыскивая подходящую рубашку. – Прости, Джон, – сказал Бенедикт, подбирая с пола у кровати нижнее белье. – Ты не должен был видеть эту часть моей жизни. – Все в порядке, мистер Бриджертон, – Джон улыбнулся. – Я справлюсь. – Окажи мне честь и не рассказывай никому, ладно? – продолжил Бенедикт, надевая брюки. – Сомневаюсь, что моей маме понравится, если она узнает о таком моем времяпрепровождении. – Я и слова не скажу леди Бриджертон, можете не сомневаться, – Джон помог ему надеть рубашку и подтяжки. – А как насчет миссис Уилсон? – улыбнулся Бенедикт. – Ты можешь сохранить это в тайне и от нее? – Сомневаюсь, что она поймет, как вам двоим удалось повеселиться, – улыбнулся Джон. Он не в первый раз слышал о том, что мужчины делят постель, так что его это не особо удивило. На этот раз он сам стал свидетелем происходящего и понял, что некоторым людям это действительно доставляет удовольствие. – Так что не стоит пугать бедную старушку. Не волнуйтесь, ваш секрет со мной в безопасности, мистер Бриджертон. – Что ж, в таком случае давай убедимся, что мама не убьет меня за опоздание к королеве, – Бенедикт улыбнулся и похлопал Джона по щеке. – Еще раз прости. И спасибо. Они почти успели вовремя, и Джон ни разу не упомянул об этом мужчине, а точнее, об этих мужчинах, потому что за эти месяцы в постели Бенедикта побывало несколько мужчин, ни перед кем из тех, кто работал внизу. Бенедикт, в свою очередь, написал Элоизе еще одно бессмысленное письмо и закончил его словами: Я очень благодарен тебе за то, что ты одолжила мне Джона. Та ночь еще больше сблизила Бенедикта и Джона. Лакею очень понравилось спасать Бенедикта, и им обоим было весело нарушать правила леди Бриджертон. Так продолжалось до тех пор, пока семья не вернулась из Шотландии и к ним не приехал Колин. Тогда леди Бриджертон решила взять дело в свои руки и вернуть сына домой. Если Джон что-то и знал об этой женщине, так это то, что она была силой природы, с которой нельзя было не считаться. Он решил не перечить ей, а перестраховаться. И очень надеялся, что это разрушит их с Бенедиктом своеобразную дружбу. Ради сохранности них обоих.