Просьба Таланы

Талана смотрела на маршала Тенакт и невольно вспоминала слова короля Авада. О Коталло говорили как о силе, с которой теперь считаются на всём западе. Его имя звучало в отчётах, в разговорах о границах и перемириях, в осторожных формулировках дипломатии. И всё же, несмотря на его столь активное участие в погашении конфликта Тенакт и Карха, Талана ни разу не пересекалась с ним лично. Теперь он сидел перед ней за длинным чёрным столом. Высокий, неподвижный, закрытый. Белая краска выделяла лицо, а голубые треугольники на нем сверху и снизу напоминали пасть зверя. Тёмные глаза смотрели прямо, но без дружелюбия. Металлический протез лежал спокойно, а живая рука время от времени задумчиво постукивала пальцами по столу. Он не выглядел враждебным, но и не производил впечатления человека, готового к разговору или уступкам без веской причины. Талана вспомнила слова Элой и ощутила короткое сомнение. Тогда предложение рыжей охотницы обратиться к нему показалось разумным. Сейчас же перед ней сидел человек, который ясно давал понять, что не склонен принимать чужие аргументы и не стремится к контакту. И всё же Талана продолжала говорить. — Эти поселения к востоку от земель Утара под постоянным давлением. После смерти Регаллы проблема не исчезла, — сказала она ровно. — На этой территории всё ещё полно её людей. Они не признают договоров. Это угроза. Коталло нахмурился. Он отвёл взгляд в сторону, словно сверяясь с чем-то внутри себя, и ответил не сразу. — Эта территория по договору отошла Карха, — сказал он наконец. Голос прозвучал тихо и низко. — Значит, это ваша проблема. Талана почувствовала нарастающее раздражение. — Там еще остались жители Утару и Тенакт. Я прекрасно знаю, что вождь Хекарро людей не даст. На секунду взгляд маршала словно потемнел, и пальцы живой руки сильнее прижались к столу. На мгновение показалось, что он собирается перебить её, но вместо этого он выдохнул и заговорил медленнее. — И ты думаешь, что я отвечу иначе? — Я знаю, — сказала Талана. — Но люди, которые считают эти земли своим домом, остались без защиты только потому, что два племени не могут решить, кто возьмёт на себя за них ответственность. Она наклонилась чуть вперёд. — Поэтому я пришла к тебе. Коталло коротко кивнул, будто принимая аргумент. Протез издал тихий звук, словно отзываясь на внутреннее напряжение. — Элой говорила, что ты поможешь, — добавила Талана, меняя тон. — Она сказала, что Железный маршал, хоть и Тенакт, всё ещё прислушивается к людям независимо от их крови. Что ты слышишь не только приказы. Он резко поднял на неё взгляд. В зрачках мелькнуло что-то острое. Он открыл рот, закрыл его, словно подбирая слова. — Люди много говорят, — сказал он наконец. Под столом его нога чуть сдвинулась. Коталло выпрямился сильнее, чем требовала ситуация, и сжал пальцы металлической руки в кулак, выдыхая чуть громче чем следовало. Талана списала это на его раздражение из разговором. — Я прошу не ради себя, — продолжила она. — Я прошу ради тех, кто там живёт. Мне не нужно много. Просто, чтобы ваши патрули с Утеса, иногда заходили в глубь этих земель. Он снова постучал пальцами по столу. Ритм сбился. — Я не готов обсуждать это сейчас, Талана. Однако — поднял руку, прерывая зарождающиеся у нее возражения - мы вернемся к этому разговору позже. — Пожалуй нам стоит дождаться Элой. Надеюсь она вернется скоро и сможет помочь мне убедить Железного Маршала. Талана резко развернулась на каблуках, не скрывая своего недовольства, и направилась прочь. Дверь за ее спиной с тихим шипением скользнула в паз, отсекая внешний мир и оставляя Коталло в тишине Залы Переговоров. Он отодвинул стул назад, скрипя ножками по полу, и оперся на стол двумя руками. Его голос, обычно ровный и командный, вышел хриплым и напряженным: — Что ты, блядь, творишь, командир? Под столом, в тени, Элой не остановилась. Ее губы скользили по его члену, языком делая круговые движения вокруг головки, прежде чем снова взять его глубже в рот. Она отрывалась лишь на мгновение, чтобы ответить, ее голос был спокойным, почти насмешливым. — Ты был слишком строг с ней, Коталло. Она моя подруга. Ты мог бы быть... сговорчивее. Коталло сжал кулаки на столе, его дыхание сбилось. Он попытался сосредоточиться, но ее рот, ее тепло, ее ритм — все это разрушало его контроль. Он тихо прорычал, стараясь держать голос ровным: - Я и половины не слышал, что говорила твоя подруга. Потому что твой рот не давал мне сосредоточиться все это время. — Когда я начинала, ты не был против. - она хитро улыбнулась, демонстративно проводя губами по его члену сверху вниз. Его живая рука, лежавшая на столе, сжалась в тугой кулак, побелевшие костяшки пальцев вжимались в гладкую поверхность. А железный протез, обхватил металлический подлокотник стула. Пальцы-манипуляторы сдавили металл с такой силой, что тонкий прут начал гнуться под натиском, издав тихий скрежет. Он хотел остановить ее, вернуть контроль, но его тело предавало его. — Ты начала до того, как она ворвалась сюда. Или мне нужно было вытащить тебя из-под стола на ее обозрение? Ястребы Карха слишком привыкли к вседозволенности. Это не меридианский дворец. Элой замедлила свое движение, позволяя его члену с влажным звуком соскользнуть с языка. Она откинула голову назад, глядя на него снизу вверх, ее глаза горели в полумраке. — Сказал маршал Тенакт. Брось, Коталло — промурлыкала она проводя рукой по его члену — ты тоже был таким, когда служил Хекарро. Я готова поставить на это все свои осколки. С этими словами она снова наклонилась, но на этот раз медленно. Она провела языком по всей его длине, от основания до самой головки, не отрывая от него взгляда. Коталло смотрел, как его член блестит в тусклом свете, совершенно мокрый от ее слюны, и это зрелище сводило его с ума. Он чувствовал, как жар растекается по всему телу. — Это было давно - прохрипел он, не отрывая взгляда от Элой. — Верно. Теперь ты мой маршал - и она снова погрузила его член в свой горячий рот. Коталло лишь застонал, его голова откинулась назад, и его пальцы вцепились в край стола, в то время как протез продолжал медленно, но верно деформировать стул. - Для Железного Маршала ты слишком... не железный. Стоит лишь мне залезть под твою броню. Талана была столь красноречива, а ты ее даже не слушал. Он открыл глаза и заговорил глухо, стараясь держать голос ровным, но в нем проскальзывала дрожь: - Если бы ты видела то, что вижу я сейчас, ты бы не могла говорить. Ему было невыносимо горячо от вида ее такой — покорно сидящей на коленях у его разведенных ног, но в то же время полностью управляющей им. Элой улыбнулась, и в ее глазах заплясали озорные искорки. Она не спешила, наслаждаясь своей властью над ним, над Железным Маршалом, который сейчас был совершенно беспомощен. - Тогда я бы хотела, чтобы ты показал мне это, - прошептала она, ее голос был низким и соблазнительным. - Какого это... видеть то, что видишь ты. С этими словами она снова взяла его в рот, но уже не просто так, а с новой, еще более уверенной настойчивостью. Она начала двигаться медленнее, глубже, заставляя его чувствовать каждый сантиметр своего тепла и влажности. Коталло тяжело дышал, его грудь под броней вздымалась и опускалась. Он был полностью в ее власти. Элой замедлила движение, оставив его на мгновение, и сосредоточилась на самой чувствительной точке. Она обвела языком головку, медленно, почти не дыша, а затем, подняв на него взгляд, произнесла с лукавой усмешкой: - И все же... Я бы хотела, чтобы вы подружились с Таланой. Живая рука Коталло зарылась в ее волосы, мягко сжимая их в кулак, и начала медленно задавать ритм, направляя ее движения. Он больше не пытался сдерживаться. Он тихо застонал, его голос был низким и вибрирующим, полным уступки и желания. - Я постараюсь... Все твои аргументы... убедительны. Слова едва вырвались из его горла, превращаясь в хриплый выдох. Он чувствовал, как ее язык снова работает, теперь уже в такт его руке, и понимал, что проиграл эту битву. И ему было наплевать.

***

Талана сидела у костра Утёса и наблюдала за жизнью вокруг. Огонь трещал ровно, отбрасывая тени на камни. Люди проходили мимо, останавливались, переговаривались, смеялись. Утару делили еду с Озерам. Тенакт разговорили с Квен, не настороженно, а спокойно. Карха проходили через лагерь без сопровождения военного конвоя. Талана ловила себя на том, что это зрелище удивляет её. Слишком разные племена. Слишком разная память. И всё же они уживались в этом месте. Она услышала шаги и подняла голову. К костру подошла Элой. За ней, на шаг позади, шёл маршал с железной рукой. Люди приветствовали их и расступались. Маршал кивал в ответ, смотря на всех внимательным взглядом, уже без той жёсткости, которую Талана видела в зале. Лицо Таланы сразу смягчилось. — Элой. Как я рада видеть тебя здесь. Она поднялась и шагнула навстречу. Элой улыбнулась и обняла её без лишних слов. Их объятие было коротким, но искренним. — Я вернулась недавно, но все же успела поговорить с маршалом о твоей просьбе — сказала Элой, отстраняясь. — Мы смогли договориться о патрулях. Он выделит людей на ту территорию, о которой ты говорила. Талана выдохнула. — Спасибо, — сказала она и посмотрела на Элой. — Правда. Затем она повернулась к Коталло. — И тебе спасибо, маршал. Слова прозвучали ровно, но раздражение всё ещё тлело где-то внутри. Талана это чувствовала и не стала скрывать. Коталло кивнул. Его лицо осталось хмурым, будто решение далось ему не так легко, как могло показаться со стороны. В этот момент Элой сделала шаг ближе к нему. Она легко коснулась его живых пальцев своими. Жест был коротким и почти незаметным, но слишком личным, чтобы быть случайным. — Ты обещал мне, Коталло, — сказала Элой тихо. Маршал посмотрел на неё чуть дольше, чем требовала ситуация. Его взгляд задержался. Затем он коротко кивнул. — Я помню. Талана отвела взгляд, но внутри что-то неприятно сжалось. Она не знала, что именно увидела только что, но понимание всё равно возникло. Она нахмурилась про себя и снова посмотрела на огонь, решив не задавать вопросов, на которые не хотела получать ответы. По крайней мере пока.