Пока занавес не опустился

Они двинулись от стен школы медленно, не торопясь, хотя причин задерживаться больше не было. Просто идти рядом друг с другом казалось чем-то правильным для них. Они прошли несколько шагов молча. Не потому, что сказать было нечего — наоборот, слишком многое уже было сказано. Просто любое новое слово сейчас казалось бы лишним, слишком громким для этого тихого вечера. Майк шел чуть сбоку, плечо иногда почти задевало Уилла, но он каждый раз будто не решался окончательно сократить расстояние. И вот, снова, Майк незаметно сократил меж ними какие-то полметра, иногда случайно касаясь своим плечом Уилла. И уже через несколько мгновений на своей ладони он чувствует вместо привычной прохлады от ветра тепло чужих пальцев. Рука Майка, до того нагретая в кармане неуверенно потянулась к запястью Уилла, касание выходит неловким. Он словно проверяет, можно ли схватиться за его руку. И вместо ответа, Уилл немного поворачивает ладонь, не прерывая неловкого касания и переплетает их пальцы. Он старается не смотреть на Майка, ведь уже в который раз чувствует, как щеки теплеют, не принимая попытки прохладного весеннего ветра окутать его полностью. Тишина, до того нарушаемая лишь гулом машин и приходящими мимо людьми вдруг прорезалась голосом Майка: — Хэй, Уилл. — Позвал он. — А? — Завтра ведь выступление. Волнуешься? Уилл повернул голову в сторону Майка, но тот, видимо, использовал тот же метод, что и Байерс — разглядывал все, кроме собеседника. Его щеки, покрытые веснушками и обычно всегда бледные, сейчас приобрели слегка розоватый оттенок. То ли от бережного касания ладоней, то ли кожа чувствительна на холод. — Немного. — Ответил Уилл. — А ты? — Волнуюсь, — Признался он. — Кажется, будто подведу всех. Хотя репетировал, вроде как, неплохо. Уилл чуть сжал его пальцы в ответ. — Ты не подведёшь, — Сказал он спокойно. — Ты и в правду играешь хорошо. Тебе главное не переволноваться, как это было в понедельник. — Охх... не напоминай тот мой позор, — Вздохнул Майк. — Это все, между прочим, из-за чертового конверта. — Сказал он с вздернувшимися вверх уголками губ. Уиллер наконец повернулся к Уиллу лицом. По нему было видно, что последняя фраза была сказана не с обидой или гневом. — Ну, тогда хорошо, что ты позвал на ночевку. Может, волноваться меньше будешь. — Определенно. — Хмыкнул он, расплываясь в улыбке. Они свернули с основной дороги на более тихую улицу. Здесь почти не было людей — лишь редкие прохожие и огни в окнах домов. Сами же здания вокруг казались... прекрасными. Красивые дома, многие из них двухэтажные, с ухоженными дворами. Это, все-таки, Мэйпл Стрит, поэтому не было удивительно. Руки они так и не разняли. Сначала это ощущалось чем-то новым, почти странным — тепло чужой ладони, пальцы, переплетённые неуверенно, но уже не отпускающие. Но с каждым шагом это становилось… естественнее. Как будто, так и должно было быть. Уилл поймал себя на мысли, что теперь уже не хочет отпускать. Майк шел чуть впереди, иногда слегка тянул его за собой, но не торопил. Он тоже молчал, но это молчание не давило — наоборот, в нем было что-то уютное и теплое. Они подошли к одному из домов. Он, мягко говоря, отличался от жилья Байерсов — двухэтажный, с красивой, приятной глазу палитрой цветов. Участок рядом хорошо выкошен и сейчас газон поливался двумя спринклерами. Они остановились у крыльца, и Майк на секунду замер, будто собираясь с мыслями, и только потом отпустил его руку. Пальцы разомкнулись неохотно. Это было заметно. Он бегло достал ключи из кармана джинс и отворил дверь с громким щелчком. — Проходи. — Он пошире открыл дверь и указал рукой в проход. Уилл переступил порог, на секунду задержавшись. Внутри пахло чем-то теплым — деревом, стираным бельем и еле уловимо… тем самым ароматом ежевики, который он уже успел связать с Майком. Он осторожно закрыл за собой дверь. Майк прошел чуть вперед, захлопнул дверь, бросил ключи на тумбочку у стены — те тихо звякнули о поверхность. — Ну… — Он на секунду обернулся, будто сам не до конца понимал, что теперь делать. — Добро пожаловать. Неловкая усмешка мелькнула на его лице. Уилл чуть кивнул и вернул тому неуверенную улыбку, оглядываясь. Намного просторнее, чем у него дома. Чище. Все как-то… аккуратнее. Но не стерильно, чувствовалось, что здесь живут. — У тебя довольно красиво. — Тихо сказал Уилл, стягивая кеды. — Спасибо, — Майк почесал затылок. — Это скорее заслуга мамы. Короткая пауза. Они оба будто зависли между «мы только что признались друг другу» и «мы теперь одни в доме». Неловкость была еще и от того, что они, по сути, почти ничего друг о друге и не знают, хотя уже дважды целовались. — Хочешь… эээ… — Майк замялся. — Чай? Или ты голоден? Я не уверен, что у нас есть что-то нормальное… — Я на самом деле и в правду после репетиции проголодался. — Задумался Уилл. — А ты? Майк неловко повёл плечом. — Есть такое. Я… могу что-нибудь приготовить. Типа… ну… не знаю, пасту? Или сэндвичи. Хотя это звучит так, будто я вообще не умею готовить. — он тихо усмехнулся, пряча взгляд. Уилл чуть наклонил голову, наблюдая за ним. — Давай вместе. — Вместе? — Переспросил Майк. — Мгм, — Кивнул Уилл, снимая рюкзак и аккуратно ставя его у стены. — Так будет… проще. Майк кивнул — быстро, почти с облегчением. — Ладно. Тогда… кухня там. Комната встретила их мягким жёлтым светом и тихим гулом холодильника. Небольшая, но уютная — деревянные шкафчики, кружка, оставленная у раковины и детские рисунки на магнитиках, вероятно принадлежащие Холли. Майк прошёл первым, открывая холодильник. — Так… у нас есть… яйца… сыр… что-то похожее на ветчину… — Он прищурился. — И молоко. Надеюсь, не просроченное. — Звучит как омлет. — Спокойно сказал Уилл, становясь рядом. Слишком рядом. Майк чуть дернулся, но не отстранился. — Да… омлет это я могу. Наверное. — Тогда ты готовишь, а я помогаю? Майк кивнул головой. Они начали готовить — сначала слишком осторожно, стараясь друг друга не задеть, но кухня оказалась слишком маленькой для держания дистанции друг меж другом. Или просто пространство сузилось от мысли о том, что Майк сейчас в полуметре от него. Уилл потянулся за сковородкой, стоящей на виду, Майк в то время двинулся за яйцами — и их плечи столкнулись. Лёгкое касание. Оба замерли. — Прости. — Почти в один голос сказали они. Майк нервно усмехнулся. — Если мы будем извиняться каждый раз, то вообще не приготовим ничего. Уилл тихо хмыкнул, отворачиваясь к шкафчику. — Тогда не извиняемся. — Тогда не извиняемся. — Повторил Майк, словно закрепляя правило. Кухня снова наполнилась движением. Уже менее осторожным. — Нормально получается. — Заметил Майк, наблюдая краем глаза. — Практика. — Пожал плечами Уилл. — Часто готовишь? — Не особо на самом деле. Но мама все же учила немного. Майк кивнул, будто отметил это про себя. Он нарезал ветчину — не идеально ровно, но старался. Сыр пошёл следом, ломтиками чуть толще, чем нужно. — Ты так смотришь, как будто оцениваешь. — Усмехнулся он, не поднимая глаз. — Я думаю, сколько времени ты будешь это резать. — Спокойно ответил Уилл. — Эй. — Что? — Я стараюсь вообще-то. — Я вижу. И снова — эта едва заметная улыбка, которую Уилл не успел скрыть. И Майк ее заметил. И на секунду просто завис, глядя на него. — Что? — Спросил Уилл, чувствуя взгляд. — Ничего… — Тихо ответил Майк, быстро возвращаясь к доске. — Просто… Он не договорил. Уилл не стал допрашивать его, вернувшись к готовке. Яйца взбились, ингредиенты оказались рядом, сковорода нагрелась. Всё шло… нормально. Даже слишком. Сковорода тихо потрескивала, отдавая кухне ровное тепло. Майк стоял ближе к плите, чуть наклонившись вперёд, держа лопатку так, будто это было что-то сложнее, чем просто готовка. Уилл стоял сбоку — не мешая, но и не отдаляясь. Слишком близко. Слишком естественно. Яйца начали схватываться по краям. — Может, убавить? — Тихо спросил Уилл. — А? — Майк моргнул, будто возвращаясь. — Да, да, сейчас. Он всё-таки убавил огонь, но не сразу — будто догоняя собственные мысли. Лопатка в его руке тихо стукнула о край сковороды. — Я всегда забываю, что оно быстро готовится. — Пробормотал он. — Заметно. — Спокойно ответил Уилл, поправляя край тарелки на столешнице. Майк тихо фыркнул. Уилл чуть улыбнулся его реакции, опираясь бедром о столешницу. — А ты вообще часто готовишь? — Спросил он. Майк на секунду задумался, помешивая омлет. — Не особо. Обычно мама… или я просто делаю что-то очень простое и надеюсь, что это считается ужином. Разговор завязался успешно. Они болтали о самом непринужденном — сначала о готовке. Потом, когда они уже перекладывали готовый и немного подгоревший ужин на тарелки, то перескочили на тему о семьях. Узнавать больше о Майке было интересно, он часто отвлекался на другие темы и перескакивал на них, рассказывал истории из своей жизни до перехода в их школу, потом снова возвращался к изначальной теме и так весь разговор. — …Потому родители не хотят оставлять Холли на меня. Не услежу и она явно себя угробит! — Говорил Майк с набитым ртом. — Ну она же не маленькая уже, думаю, она сама в праве уследить за собой. — Отвечал Уилл, ковыряя остатки омлета вилкой. — Охх, возраст не показатель! По крайней мере для нее. Она недавно вилку в розетку воткнуть пыталась, потому что какой-то уебан ей под постом сказал это сделать. Благо, обошлось без последствий! Нэнс ее вовремя отдернула и лекцию ей провела. — Чудо-ребенок… Они бегло доели и поставили посуду в раковину, пообещав, что помоют все завтра утром. — Чем займемся? — Спросил Уилл. Вопрос повис в воздухе — простой, но почему-то ощущающийся… важным. Майк на секунду завис, стоя у раковины и глядя на оставленные тарелки, будто именно там можно было найти ответ. — Эм… — Он почесал затылок, разворачиваясь к Уиллу. — Ну… варианты есть. Он сделал шаг назад, опираясь поясницей о столешницу. — Можно… фильм включить. У меня есть пара не просмотренных сохраненных. Короткая пауза. — Или… — Он замялся, чуть тише продолжив, — Просто… поговорить. Последние слова прозвучали иначе. Тише. Осторожнее. Уилл посмотрел на него внимательнее. — О чем? — О чем угодно, наверное. — Он пожал плечами. — Мы, если честно, вообще друг друга толком не знаем. Это прозвучало не как упрек. Скорее как… констатация. — Зато уже… — Уилл на секунду запнулся, но все же договорил. — …многое сделали. Уголок губ Майка дернулся. — Да, это… — Он выдохнул через нос, опуская взгляд. — Немного ускоренный режим. — Майк оттолкнулся от столешницы. — Пойдем в комнату? Там хотя бы удобнее. Уилл согласно кивнул. Комната встретила их полумраком — Майк щелкнул выключатель и мягкий свет озарил пространство. Синие стены, двуспальная заправленная кровать, выглядящая довольно удобной. Куча постеров на стенах, табличка “One Way”, огромное количество комиксов и фигурок супергероев на полках. Все это создавало уют и так много говорило о Майке и его интересах. — У тебя уютно. — Ты это говорил уже, — Хмыкнул Майк. — Но спасибо еще раз. Он сел на край кровати, чуть расставив ноги, и провел ладонями по коленям, будто собираясь с мыслями. Уилл же остался стоять на секунду дольше, потом все же подошел ближе и сел рядом. Не вплотную. Но и не далеко. Между ними осталось совсем немного пространства. — Так… — Майк выдохнул. — Фильм или разговор? — Давай сначала разговор. Майк кивнул, будто ожидал этого. — Тогда… Давай снова в «да/нет/может быть»? — О, можно. Это… проще, — Кивнул Уилл сам себе. — Правила помнишь? Майк, оживленный согласием, быстро закивал, откинувшись немного назад на кровати и уперевшись ладонями. — Тогда я начинаю? — Уточнил Уиллер. — Угу. — Только… давай сначала что-нибудь… попроще? — Типа разминки? — Тихо усмехнулся Уилл. — Да, типа того. По три вопроса обычных, потом уже по пять таких, каких захотим. А то если я сейчас сразу что-то серьезное спрошу, я, кажется, сам же и сломаюсь. Уилл хмыкнул. — Ладно. Начинай. Майк на секунду отвел взгляд, перебирая в голове варианты. Уилл моргнул, явно не ожидая такого. — У тебя есть любимый фильм? — Это твой первый вопрос? — Я же сказал, — попроще. — Чуть смущенно фыркнул Майк. — Нет. Часто всякие с братом смотрю, но прям фаворита нет. Он кивнул сам себе. — Следующий… Ты рано встаешь или до последнего лежишь? — Второе. — Без раздумий ответил Уилл. — О, слава богу. — Выдохнул Майк. — Я думал, ты из тех, кто бодро встает в шесть утра. — Нет. Пусть и сплю неспокойно, часто снятся кошмары. — Тогда буду успокаивать после них. Ну… пытаться. Небольшая пауза снова повисла, но уже более расслабленная. — И третий… Любишь театр? — Да. Определенно. Пусть эта постановка, которую мы ставим сейчас — первая, в которой я беру значительную роль. — А что ты делал на прошлых репетициях? — Рисовал декорации и костюмы, перетаскивал всякое тяжелое и играл фоновые роли. В общем-то, не особо интересное. — Надо тебе почаще играть, особенно роли певцов! — Ох, нет! — Смущенно простонал Уилл, закрывая лицо ладонями. — Нет, я серьезно! У тебя голос просто… — Он замялся, подбирая слово. — Божественный! Как у ангела! Может споешь мне что-нибудь когда-нибудь? Умоля-я-яю! — Точно нет! — Прошу!!! — Ладно... когда-нибудь… Я подумаю. — Ловлю на слове! — От смущения Уилла он, кажется, оживился еще больше. — Задавай теперь ты вопросы! — Ладно... — Он наконец убрал ладони от лица и, повторяя за Майком, облокотился назад и задумался над вопросом. — У тебя есть любимая еда? Майк хмыкнул, явно ожидая чего-то подобного. — Мм… да. Наверное, лазанья. Мама готовит — вообще отвал всего. — Домашняя, значит. — кивнул Уилл. — Только домашняя. Замороженную я один раз попробовал — блевал два дня. — Оу… Второй… — Ты легко находишь общий язык с людьми? Майк на секунду замолчал, задумавшись, и только потом ответил: — …Скорее да. Но не со всеми. Уилл кивнул. — Логично. И третий… — Он на секунду задумался. — У тебя есть место, куда ты любишь уходить, когда хочешь побыть один? Вопрос прозвучал чуть тише предыдущих. Майк на секунду замолчал. Он отвел взгляд в сторону, будто реально представил это место. — Есть… — наконец сказал он. — Подвал. — Подвал? — Угу… Я когда был мелким, то завербовал его себе, и мы с родителями обустроили, а потом я не пускал туда никого, потому что думал, что это место только для избранных. Даже Нэнси было запрещено входить! — Ого... это звучит довольно... круто. А сейчас впускаешь? — Сейчас я не так часто сам туда захожу. Иногда прихожу, прибираюсь, немного ностальгирую и ухожу. Другим туда до сих пор воспрещен вход. Да и водить туда некого. Это все звучало действительно классно. Подвал, скорее всего, был просторным и хорошо обустроенным, плюс — личное пространство, в которое никому нельзя врываться. — А меня впустил бы? — Резко спросил Уилл, не обдумывая свои слова. Только через секунду до него дошло, что вопрос был очень-очень глупым и самонадеянным. — Мм... — Он уставился куда-то на стену и наигранно задумался с небольшой хитрой ухмылкой на лице. — Я думаю, что ты избранный. Поэтому… впущу. Уилл на секунду замер, будто не до конца понял, шутка это или нет. А потом уголки его губ чуть дрогнули. — Повезло мне. — тихо сказал он, стараясь звучать ровно, но в голосе все равно проскользнуло что-то теплое. Майк коротко хмыкнул, глядя на него чуть дольше, чем нужно. — Ага. Очень. Майк выпрямился, проводя ладонями по джинсам. — Ну что… разминка закончена? Уилл кивнул, чуть сдвинулся на кровати, поворачиваясь к нему корпусом. — Думаю, да. — Тогда… — Майк глубоко вдохнул. — по пять? — По пять. — И… можно любые? — Ты сам предложил. — Черт, — Он тихо усмехнулся. — Ладно. — Он на секунду замолчал, явно подбирая вопрос. Уже не такой простой. — Ты… — Он запнулся, потом все же продолжил. — Ты думал обо мне... не как о друге до первого нашего поцелуя? — Да — Сразу, без паузы ответил Уилл. Майк моргнул, будто не ожидал такой скорости. — Давно? — Теперь играем только на ответ да, нет или может быть. Я не буду отвечать — Смущенно ответил он. — Ого... — Глаза Майка округлились, а потом очередная ухмылка вновь расплылась по лицу. — Ну, я еще разузнаю. Так, второй вопрос... Ты… — Он чуть нахмурился. — Скучал по мне сегодня? — Какой ты самовлюбленный. Но... да. Майк коротко выдохнул, взгляд на секунду ушел в сторону. — Я тоже. — Тихо сказал он. Пауза стала мягче. Теплее. — Третий… — Он почесал затылок. — Ты думал сегодня о том… что было вчера? Уилл отвел взгляд, уставившись куда-то на край кровати. — Да. — Как часто? Уилл чуть дернул уголком губ. — Это уже не «да» или «нет». — Черт. — Тихо усмехнулся Майк. — Ладно. Он на секунду сжал пальцы на покрывале. — Четвертый… — Голос стал тише. — Ты… жалеешь? — Нет. Ни секунды сомнения. Майк будто завис на этом ответе. Просто смотрел. — Хорошо… — Выдохнул он почти неслышно. — И пятый… — Пауза затянулась. Дольше, чем раньше. — Ты хочешь, чтобы… это вообще продолжалось? Не уточняя. Не называя. Но и так было понятно. Уилл на секунду опустил взгляд, будто проверяя самого себя, а потом снова посмотрел на него. — Да. Тишина. На этот раз — плотная, но не неловкая. Наполненная. И только сейчас голову Уилла будто бы осенило. Сейчас где-то девять вечера, он в чужом доме. А перед ним сейчас сидит объект его обожания, весь раскрасневшийся явно не из-за духоты и всеми силами пытается как-то намекнуть на отношения. Тело пробрало мелкой дрожью. Немного тяжеловатое дыхание Майка сейчас было единственным шумом в доме. — Я.. эм... — Уилл вскочил с кровати и телом повернулся к Майку. — Тут душно, не находишь? — Есть немного. Подожди, у меня к тебе бонусный вопрос. — А? — Не хочешь выпить? — Выпить?.. — Переспросил он тише. Майк тут же чуть напрягся, будто поймал сам себя на слове. — Не в смысле напиться, — Быстро добавил он. — У меня есть немного вина. Родители оставили… Я просто подумал, что может, так будет легче говорить. — Короткая пауза. — Я не хочу, снова напиваться как вчера, поэтому я не предлагаю водяру хлестать. — Тогда… можно немного. — Тихо ответил он. Майк кивнул, и в этом кивке было заметное облегчение. — Тогда идем на кухню. И... Потом можем в подвал спуститься. Покажу хоть про что я тебе рассказывал. Они снова спустились на кухню — уже медленнее, чем раньше. Не от усталости, а из-за этого странного ощущения между ними, которое теперь не хотелось спугнуть лишним движением. Майк сразу подошёл к одному из верхних шкафчиков и достал оттуда бутылку вина. — Нашёл. — Тихо сказал он, словно сам себе. Уилл встал чуть сбоку, наблюдая. Внутри снова кольнуло что-то тёплое — от простоты этого момента. От того, как… нормально это выглядело. Майк, правда, немного повозился с пробкой — та не сразу поддалась, но спустя пару секунд раздался тихий хлопок. — Победа. — Выдохнул он с лёгкой улыбкой. — Впечатляет. — Прокомментировал Уилл. Майк закатил глаза, но уголки губ дернулись. Он налил вино в два стакана — не идеально, в одном чуть больше, чем в другом, но, похоже, это его сейчас не волновало. — Держи. — Он протянул один Уиллу. Пальцы на секунду коснулись друг друга. Коротко. Но этого хватило, чтобы дыхание у обоих чуть сбилось. Уилл принял стакан. — За что пьем? — Тихо спросил Майк. Уилл задумался на секунду. — За… — Он задумался, а потом чуть усмехнулся. — За то, что наконец поговорили и что я сейчас тут. Они слегка коснулись стаканами. Первый глоток был обычным, ничего особенного. Тепло от вина почти сразу растеклось по телу, мягко снимая напряжение, которое сидело внутри с самого утра, или даже с самого начала месяца. — Ну что… подвал? — Предложил Майк, сделав еще один глоток. Уилл кивнул. Майк, у которого в одной руке был почти полный бокал, а во второй — открытая бутылка вина. На удивление он легко отворил дверь с помощью локтя. После протяжного приветливого скрипа петель, в нос тут же залетела собравшаяся в комнате пыль, отчего двое тут же закашлялись. — Кх... Кгх. Господи, надо было прибраться, прежде чем водить тебя сюда. Слова Майка остались без ответа, ведь Уилл все еще не мог отойти от кашля. Свет включился не сразу — Майк щёлкнул тем же локтем выключатель пару раз, прежде чем лампа наконец зажглась. Подвал оказался действительно обжитым. Не просто темным помещением, которое служит складом, как можно было ожидать. Старый диван с парой не сложенных одеял, кресло, небольшой столик меж ними. Вновь те же полки с кучей комиксов, книг и парой растений, а также постер с тигром на одной из стен. — Ого… — Тихо выдохнул Уилл. Майк чуть неловко почесал затылок. — Ну… да. Вот тут я и тут зависал раньше постоянно. — Тут правда… круто. И это не звучало как вежливость. Майк обернулся к нему лицом, глаза его горели как-то немного по-другому. Может, так подействовало вино, а может комплимент Уилла значил для него намного большее, чем он мог себе представить. Уилл выбрал диван. Майк — рядом. Снова не вплотную, но уже ближе, чем в комнате. Они отпили ещё немного вина. Когда стаканы опустели, каждый уголок подвала был восхищенно осмотрен, а тишина между ними затянулась, то Уилл все же подал голос: — Может… наверх? — Тихо предложил он, крутя пустой стакан в пальцах. — Тут… пыльно. Майк кивнул, подбирая свой пустой стакан и почти наполненную бутылку вина. Они поднялись по лестнице медленно, почти не касаясь друг друга, но ощущая присутствие сильнее, чем раньше. Ступени тихо поскрипывали под ногами, свет наверху казался теплее после полумрака подвала. Каждое движение тела позывало какие-то искры тока по венам. Осознание, где он и что его прошибало с невероятной скоростью — он, с уже успокоившимися от вина мыслями, все еще в доме Майка. И еще Уиллер показал ему место, которое, видимо, было очень ему дорого. — Ты, кстати, можешь взять что-нибудь из моего гардероба, если все-таки хочешь переодеться в домашнее. — Говорил Майк, поднимаясь по лестнице впереди Уилла. Уилл чуть кивнул, задержавшись на верхней ступеньке. — Было бы неплохо… — Тихо сказал он. Майк обернулся через плечо, на секунду задержав на нем взгляд, а потом кивнул уже увереннее и отворил дверь. Комната встретила их тем же мягким светом, только теперь он казался ещё теплее — может из-за вина, а может, из-за всего, что уже произошло за этот вечер. Майк сразу подошёл к шкафу и открыл его, на секунду зависнув, будто только сейчас осознал, что именно он собирается предложить. — Эм… — Он пробежался глазами по вещам. — так… можешь взять футболку. И… — Следом он вытащил спортивные серые штаны. — вот, думаю пойдет. Надеюсь, оно не будет слишком маленьким. Уилл принял вещи, пальцы снова на секунду задели его руку. — Спасибо. — Да не за что… — Майк неловко пожал плечами. — Я… отвернусь. — Не обязательно. — Тихо ответил Уилл, но всё же сам сделал полшага в сторону, ближе к стене. Майк всё равно отвернулся. Почти сразу. Слишком быстро. Они переодевались в тишине, нарушаемой только шорохом ткани. Уилл снял свою футболку чуть медленнее, чем обычно, будто сам не до конца понимал, почему вдруг начал обращать внимание на такие простые вещи. Чужая одежда легла на плечи непривычно — мягкая, с лёгким запахом того же порошка и… Майка. — Я все. — Тихо сказал он. — Угу… — Отозвался Майк, всё ещё стоя к нему спиной. — Я тоже. Он обернулся. И на секунду просто завис. Футболка на Уилле сидела чуть свободно, сползая с одного плеча сильнее, чем нужно. Рукава были длиннее, чем у него самого. И почему-то от этого вид стал… ещё более домашним. — Что? — Уилл чуть нахмурился. — Ничего, — Быстро ответил Майк, отворачиваясь и проходя мимо него. — Просто… тебе идет. Уилл чуть опустил взгляд, пряча улыбку. — Спасибо. Короткая пауза. — Так… фильм? — Майк хлопнул себя по бедру, будто возвращаясь к реальности. — Давай. Майк убрал верхний плед, застилающий кровать, взял немного потертый ноутбук со стола и стал выбирать, чего бы посмотреть. Уилл сел следом, с другой стороны, слушая рассуждения Майка — Так... Это дерьмо, это тоже… — Бубнил себе под нос Майк, листая фильмы с рекомендаций. — А ты вообще какой жанр любишь? — Фантастику, наверное... — Задумчиво ответил Уилл. — Мы похожи. — В голосе послышалась промелькнувшая нотка радости. — О, нашел что-то подобное. «Микки-17» называется, смотрел? — Не-а, включай. — Тогда не жалуйся, если окажется странным. — Хмыкнул Майк, нажимая на воспроизведение. Экран вспыхнул мягким светом, и комната сразу стала темнее — только блики от ноутбука ложились на их лица. Майк устроился поудобнее, подтянув одну ногу на кровать. Уилл сначала сел чуть в стороне, но уже через пару минут, сам того не заметив, сдвинулся ближе. Настолько, что их плечи снова начали слегка соприкасаться. Фильм начинался неспешно. Какие-то диалоги, космос и странные технологии — Уилл пытался вникнуть, ведь сюжет сам казался довольно интересным, но ловил себя на том, что отвлекается. На тепло рядом. На то, как Майк реагирует на происходящее — иногда тихо фыркает, комментирует. На то, как его локоть задевает Уилла, когда он пытается принять позу поудобнее. — Ты вообще понимаешь, что тут происходит? — Тихо спросил Уилл спустя какое-то время. — Если честно? — Майк чуть наклонился ближе к экрану. — Уже не особо. — Отличный выбор тогда. — Уилл тихо усмехнулся. — Эй, — Майк пихнул его плечом. — я старался. — Я вижу. Пауза. — Но фильм всё равно странный. — Да. Они переглянулись — и оба чуть улыбнулись. Майк потянулся за бутылкой, стоявшей на полу у кровати, и снова разлил вино по стаканам. Теперь уже почти поровну. — За странный фильм? — Тихо спросил Майк — За странный вечер. — Поправил Уилл. — Это лучше. Они снова легко чокнулись. На этот раз глоток был больше. Вкус вина теперь ощущался насыщеннее. Тепла, разливающегося по телу, было больше. Мысли становились легче, свободнее, а расстояние между ними… просто исчезло. За фильмом бутылка вина опустела полностью, а все мысли позабылись. Мир сузился лишь до него одного и Майка, сидящего в нескольких десятках сантиметрах от него. Голова Уилла сама собой опустилась на плечо рядом. Он сразу же ощутил, как Майк на миг напрягся, а потом приобнял его той рукой, на которую изначально примостился Уилл. Голова съехала в пространство меж шеей и плечом, а ладонь Уиллера зарылась ему в волосы, неторопливо поглаживая. Уилл устроился чуть глубже, уткнувшись носом в ткань его футболки так, чтобы каждый вдох его пробивала новая волна полюбившегося аромата. И тогда рука Майка в волосах стала чуть увереннее. Пальцы медленно перебирали пряди, иногда едва задевая кожу головы — и от этого по спине Уилла пробегала дрожь. Фильм продолжал идти. Сюжет уже подходил к финалу. Кто-то на экране что-то говорил, мелькали сцены, сменялись кадры, — но ни один из них уже не имел значения. Голоса и звуки, доносящиеся из ноутбука, сливались в один неразборчивый шум, ни одна реплика больше не цепляла, все внимание сместилось. Уилл еще глубже уткнулся в плечо Майка, почти незаметно. Просто чтобы быть ближе. Его выдохи отправлялись прямо на бледную кожу, и в ответ почувствовал, как пальцы в его волосах замерли на секунду… а потом стали двигаться медленнее. Еще осторожнее. Дыхание Майка стало чуть тяжелее. Неровное. Уилл это почувствовал сразу. Секунда, еще одна. Слишком тихо. Слишком близко. И тогда Уилл всё-таки медленно приподнялся. Совсем на немного лишь для того, чтобы посмотреть, все ли с Майком в порядке. Видимо все не в порядке. Потому что Майк выглядел… немного по-другому. Не только щеки, но и даже кончики ушей раскраснелись, и вряд ли это было от духоты или выпитого вина. Расстояние между ними сократилось до смешного. Майк смотрел прямо на него. Его глаза были округлены, словно он сейчас пришел в сознание впервые за день. Рука, лежавшая на его волосах, соскользнула на заднюю часть шеи, и не планировала перемещаться куда-то еще. — Уилл... — Тихо, почти одними губами произнес Майк. Имя повисло между ними. Уилл не ответил сразу. Только смотрел. Так близко, что мог различить каждую веснушку, каждую едва заметную перемену в выражении лица Майка. — Уилл, поцелуй меня… — Прошептал Майк. Голос казался чужеродным, не таким, какой Байерс привык слышать от него. Этой просьбы было достаточно. Уилл тут же подался вперед, сокращая расстояние и примкнул к губам. Поцелуй ощущался совсем не таким, какими были их прошлые два. Не напористым, не импульсивным, будто они оба только сейчас стали понимать, что делают и начали принимать осознанные решения. Поцелуй вышел мягким, даже слишком. Губы Майка, неуверенно отвечающие, оставляли сладкий привкус вина, который Уилл, как ему казалось, распробовал еще в подвале. Но, видимо, нет. Пальцы на его шее поднялись к его лицу, очерчивали его скулу, одной подушечкой гладили щеку. Уилл тихо выдохнул в чужие губы, пальцы сами собой нашли ткань чужой футболки, сжались на ней — не сильно, но достаточно, дабы удержаться в этом моменте, чтобы уже какой раз убедиться, что все это и в правду с ним происходит. Майк чуть наклонил голову, углубляя поцелуй совсем немного, но тут же остановился, словно проверяя границы. И не встретил сопротивления, только неуверенный ответ. Когда они всё-таки отстранились, это произошло не резко — будто оба не хотели рвать момент. Лбы соприкоснулись. Их дыхание смешалось, стало единым. Финальная сцена в фильме подошла к концу и на экране уже бежали титры. — Майк. — Уилл разъединил их лбы и прислонился к уху. — Я совсем не жалею, что пришел к тебе. Что нахожусь сейчас тут, вместе с тобой. Это было моим лучшим решением за всю жизнь. Он отстранился и, несмотря на Майка, начал расцеловывать его щеки. Он не пропустил ни одной веснушки, ни одного сантиметра, даже пару раз чмокнул в нос. Когда работа была окончена, каждый миллиметр щек и скул был расцелован, то Уилл все же заглянул ему в глаза. — Каждая веснушка не была обделена вниманием. — Тихо, с улыбкой отчитался Уилл. Глаза Майка были распахнуты, брови подняты, словно Байерс сделал что-то немыслимое. А потом, опомнившись ответил: — Тогда и у тебя каждая родинка останется с порцией моего внимания. — Почти промурчал он с нескрываемой радостью в голосе от происходящего. В ту же секунду Уилл ощутил касания губ на своем лице. Сначала он прошелся ими по четырем родинкам на одной скуле, оставляя за собой едва ощутимый след на коже. Потом он чмокнул родинку над губой, а затем спустился к шее. Вместо того, чтобы оставить быстрый поцелуйчик на коже, он обвел одну из родинок на шее языком и после слегка прикусил. Вино не дало сдержать тихого стона, выбивающегося со рта, пусть Уилл и пытался. — Майк… — Куда-то в макушку ему прошептал Уилл. Майк же направился к родинке за ухом, тоже прикусил ее и потом сразу провел языком, якобы извиняясь за укус. — Я могу продолжить? — Спросил Майк у его уха. В голове, затуманенной вином, мурчащим голосом Майка и его действиями не нашлось никакой весомой и невесомой причины, дабы дать отрицательный ответ. — Мхм... — Единственное, что мог выдавить из себя Уилл. Майк спустился к родинке на ключице и втянул ртом кожу, не рассчитывая своей силы. Более громкий стон вырвался из Уилла, прежде чем он успел прикрыть рот рукой и заставить себя быть тише. Майк схватился за края футболки Уилла и оттянул ее вверх, открывая себе вид на немного проявленный пресс, грудь и еще кучу родинок. Потом последовало еще одно прикосновение губ еще ниже. Второе, третье. Каждое вызывало тяжелые выдохи, отчего дыхание Майка каждый раз ощутимо сбивалось. Он действительно не пропускал ни одной родинки на его теле. Парочка под едва выступающими ребрами, одна у пупка, еще несколько на боках талии — на всех красовался еще только проявляющийся красноватый след. От поцелуев в низу живота скручивался тугой узел, а пальцы впивались в подушки рядом, стараясь удержаться хоть за какой-нибудь кусочек реальности. — Ты действительно божественен... — Поднимаясь, прошептал Майк. Кончиками пальцев он очертил выгнутую в дугу от касаний талию Уилла, провел по соску и поднес большой палец к губе Уилла, слегка на нее надавливая. Байерс не мог ответить. Действия Майка отрезвили его от вина, но тут же вновь опьянили собой, задурманили все мысли и отказались как-либо стараться сказать хоть что-нибудь внятное, помимо прерывистого «Майк». Кровь со всех вен, кажется, прилила к паху, отчего становилось немного стыдно. — Майк, не останавливайся, прошу. — По отсутствию губ, уже ставших родными на коже все же удалось связать внятное предложение. — Чего ты хочешь? — С до боли нежной улыбкой спросил Майк, одним пальцем все еще немного надавливая на губу, а второй рукой бесстыдно гуляя по телу Уилла. — Тебя. Везде. — Немного конкретнее. — Внутри. Уилл из-под прикрытых глаз не видел сейчас выражение Майка, но он уверен, что тот уже в который раз за сегодня округлил глаза. Комната резко погрузилась в тишину. Долгие титры фильма, наконец прекратились, или, может быть, это ноутбук сел. Это не важно. Молчание Майка затянулось. Туман в голове начал потихоньку рассеиваться и заменяться волнением. — Я сказал что-то не то? — Обеспокоено спросил Уилл, поднимаясь на локтях. — Нет-нет! Все хорошо! — Резко выпалил Майк. — Просто… Это ведь твой первый раз, так ведь? Я боюсь, что сделаю тебе больно. — Честно признался он. Уилл, все еще лишенный способности ясно мыслить, не придумал ничего лучше, чем вылезть из-под нависающего над ним Майка и поменять их положения. Выбираясь из «плена», он легонько одним пальцем толкнул того в плечо, якобы приказывая лечь. Майк молча послушался, все еще с удивленным взглядом глядя, как Уилл садится на его бедра и снимает через верх уже скомканную растянутую футболку, оставаясь в одних штанах. — Ты не сделаешь мне больно, Майк, — Тихо, но твердо начал Уилл. — я доверяю тебе, просто постарайся быть нежным, ладно? Майк, видимо, лишившийся способности говорить, быстро закивал, переместил руки на его бедра и начал медленно водить ими по ткани спортивных штанов. — Так нормально? — Спросил Майк. — Да. Хорошо. — Прерывисто ответил Уилл. Ладони поднялись к ягодицам и слегка сжали их, выбивая очередной стон. Майк невыносимо медленно растягивал прелюдию, отчего выпуклость уже болезненно давила. Уилл, до того сидевший смирно потерял последнюю каплю самообладания. И когда ладони Майка прошлись по внутренней стороне бедер, вновь дразня того, он не сдержался и заерзал, стараясь убавить трения члена о ткань штанов. Но этим движением прибавил трения Майку. Из него тут же вырвался тихий, хриплый стон. Он опрокинул голову на быльце с приоткрытым ртом. Ох, он выглядел просто великолепно. Теплый свет лампы подчеркивал его лицо, делая его еще красивее, словно он — одна из гипсовых статуй, которые сотворяли еще очень давно. Хотелось, чтобы именно такой вид Майка всегда был перед глазами, хотелось запечатать этот момент в памяти, запомнить каждую мелочь, а потому Уилл повторил свое движение еще раз, и еще… — Блять, Уилл… Его пальцы стали больно впиваться в бедра, теряя самоконтроль. — Уилл, если ты не остановишься… — Еще рано. — Перебил его Уилл, останавливая трение и немного приподнимаясь на коленках, дабы еще больше укротить контакт. — Уилл, прошу… — Протяжно заскулил Майк от недостающего контакта тел. — Только если ты окончишь прелюдию. Майк, поняв чего хочет Уилл, одним резким движением потянул резинку его штанов вниз, открывая себе вид на боксеры с уже влажным от предэякулята пятном. — Ох, господи... — Выдохнул Майк. — Тебе не кажется, что ты слишком одет по сравнению со мной? — Ах, точно, да, секунду. Майк тут же потянулся немного дрожащими руками к футболке и буквально за одно мгновение она полетела куда-то на пол. Следом за ней упали штаны Майка, и штаны Уилла. Подумав мгновение, Байерс решил, что стянуть еще и нижнее белье — это просто превосходная идея. Потому и боксера оказались на том же полу. Когда Уилл обернулся обратно к Майку, то теперь наткнулся не просто с удивленным выражением лица, а с восхищенным. Если говорить честно, то и сам Байерс немного шокирован своей из ниоткуда появившейся уверенностью. Я творю полную хрень... — Пронеслось в мыслях Уилла. Но все же, шокировать Майка своими действиями понравилось не меньше, чем видеть с вздернутой головой и приоткрытым ртом. Дабы увидеть еще более удивленного Уиллера, Уилл не придумал ничего лучше, чем самому начать растягивать себя пальцами. Но попытка быстро была прервана. Когда Уилл сел обратно на бедра к Майку и протянул один палец к кольцу мышц, его запястье было тут же перехвачено и отведено в сторону. — Могу ли… — Майк старался говорить как можно ровнее, но все же запнулся. — Могу ли я тебя растянуть? — Конечно. — Тут же согласился Уилл, не дав себе времени даже удивиться реплике Майка. Уиллер потянулся к тумбе у кровати, открыл шкафчик и достал полупустой тюбик смазки. Быстро открыл его, выдавил немного на пальцы и стал растирать, согревая вязкую жидкость. Уилл лишь выжидая, сел немного поближе, мысленно готовясь. — Сколько обычно выдерживаешь? — Спросил Майк, откладывая тюбик. Интонация у него была настолько обыденная, словно он спрашивает о погоде или о завтрашнем спектакле. Уилл захлопал глазами, пытаясь понять вопрос. — Чего? — Сколько пальцев обычно выдерживаешь? — Уточнил он. — Аээ… Д-два. — Вопрос необъяснимо смутил его, хотя то, что он делал буквально несколько мгновений назад было намного постыднее, чем это. Майк посмотрел ему в глаза, и, приставляя пальцы к входу, расплылся в какой-то кошачьей улыбке. Не отрывая взгляда от глаз Уилла, он прислонил два влажных пальца к кольцу мышц и медленно погладил, вызывая резкий, короткий писк от Уилла. Глаза Майка стали заметно темнее, и, не спрашивая еще раз, он вошел одним пальцем аж на две фаланги. Уилл пусть и сказал, что выдерживает два пальца, все же не ожидал такого резкого проникновения. Удержаться в сидячем положении не получилось, а потому он лег сверху Майка, устраивая голову так, чтоб стоны были отчетливо слышны ему. — Все хорошо, Уилл? Это не слишком? — Обеспокоено спросил Майк, боясь начать двигать пальцем изнутри. — Д-да... Да, все в порядке. Главное… Не останавливайся. Он начал плавно двигаться внутри, изучая каждый миллиметр. Тихие стоны Уилла у самого его уха заставили Майка то не дышать совсем, то дышать слишком рвано. Грудная клетка под Байерсом вздымалась быстро и очень-очень часто, выдавая то, что партнер возбужден не меньше, чем сам Уилл. — Т-ты, можешь добавить второй п-палец. — Прошептал Уилл ему на ухо, как только понял, что готов. Длинный, тонкий средний палец догнал указательный, тут же, вероятно, случайно находя небольшой комок нервов. Уилла словно прошибло током. Миллионы мощных искр прошлись по каждой венке, по каждому нерву, а воздух выбился из грудной клетки полностью. Он, не узнавая своего голоса, простонал так громко, что заставил даже Майка слышно ахнуть, а спина выгнулась в дугу. Пальцы Майка, те, которые он иногда не задумываясь вырисовывал в блокноте, сейчас творили что-то необъяснимое с Уиллом, дарили те ощущения, которые не забудутся никогда и о которых он, возможно, будет думать еще следующие несколько ночей, тоскуя от того, что собственные не такие длинные и ощущаются по-другому. Если так внутри ощущались его пальцы, то насколько хорошо будет от члена? Уилл не хотел об этом думать. Единственное, чего он хотел, это почувствовать Майка внутри себя. Прямо. Сейчас. — Майк... — Да, хороший мой? — Ласково спросил он. — Майк, я готов. — Третий палец? — Нет. Я хочу, чтоб ты вошел в меня. Пальцы внутри прекратили движение. — Уилл, ты уверен? — Обеспокоено спросил Майк, стараясь скрыть свое желание и позаботиться сначала о возлюбленном. Уилл потянулся к резинке его нижнего белья, которое каким-то чудом еще не оказалось на полу и стал медленно оттягивать — Клянусь, Майкл Уиллер, если ты сейчас не войдешь в меня, то я… — Я понял, хорошо. — С улыбкой сказал он, помогая Уиллу стянуть свои боксеры. Последняя ткань между их телами также была отброшена и забыта. Головка члена Майка, уже мокрая даже без смазки дотронулась до кольца мышц. Брюнет схватился за бедра Уилла и, стараясь не сильно надавливать, дабы не причинить боли, насадил того лишь на пару сантиметров. Уилл, не находя лучшего решения, прикусил кожу Майка между шеей и плечом, на что получил тихий, неровный вздох. — Не больно? — Спросил Майк. — Нет. Хорошо. Очень — С придыханиями ответил Уилл. Майк медленно продвигался дальше. Его тело ощутимо начало дрожать. Было заметно, как он сдерживался, дабы не войти полностью и не причинить Уиллу боли. Когда Майк все же усадил Уилла до самого основания, то оба облегченно выдохнули и брюнет подал голос: — Ты такой умница, Уилл, — Начал шептать он ему куда-то в волосы. — Так хорошо меня принимаешь. Привыкни немного. Он стал целовать его висок, щеку, прошелся мелкими, быстрыми поцелуйчиками по всем участкам кожи, до которых позволяло дотянуться их положение. Майк водил кончиками пальцев по позвоночнику Уилла, очерчивал лопатки, вырисовывал какие-то узоры на его талии, известные только ему самому. В то время как шатен, чувствуя непривычную, но до жути приятную полноту внутри, вжимался одной ладонью в его плечо, а вторую вплел в угольные, немного влажные от выступившей испарины локоны. Когда член внутри него больше не приносил дискомфорта, а лишь удовольствие и желание большего, то Уилл провернул то же, что и в самом начале, когда устроился на Майке — снова немного заерзал бедрами. Этого оказалось достаточно, чтобы у уха прозвучал резкий, неожиданный стон. И вновь какое-то желание предоставить Майку такое же приятное ощущение, что и он предоставил Уиллу взяло вверх — Байерс приподнялся, оставляя внутри себя лишь головку, а после опустился обратно. Ритм ускорился, толчки становились грубее и быстрее, стоны и уж очень интимные звуки от касания тел слились в одну приятную для обоих какофонию, а воздух в комнате сгустился до предела. Спустя несколько десятков минут собственное тело непривычно сильно задрожало и напряглось. Вены вместо крови будто бы заполнились водой, в которую кинули включенную технику. Дышать теперь не получалось от слова совсем. — Майк... Я, я сейчас… — Давай. Кончи для меня, милый. Ласковое обращение добило окончательно, стало последним штрихом на пути к самому незабываемому оргазму. Искорки пролетали перед глазами, спина выгнулась еще сильнее, хотя казалось, куда еще больше? А имя Майка было единственным, что слетало помимо стонов. Рука в волосах сжалась, забывая о контроле своей силы. Уилл оставил пару царапин на плече и груди Майка. И, видимо, это стало последним штрихом для самого Уиллера — один толчок, еще пара царапин, и он кончил следом, заполняя Уилла. Через пару минут, когда дыхание выровнялось, а мысли вернули свой порядок, то Майк приподнялся на локтях и положил ладонь на щеку Уилла, заставляя того поднять лицо. По его щекам стекали тонкие струйки прозрачных, почти кристальных слез. — Уилл, что случилось? — Обеспокоено спросил Майк. — Я сделал что-то не то? — Нет-нет, Майк, конечно, нет! — Улыбнулся Уилл, накрывая ладонь Майка своей. — Я просто... Я так счастлив. Счастлив что все это происходит, так счастлив видеть тебя, такого нежного… Я так люблю тебя, Майк, я так сильно тебя люблю. И это было правдой. Сердце сжималось намного сильнее, когда Майк называл его ласково. Обращения «Милый» и «Мой хороший» заставляли все внутри трепетать, а глаза немного слезится. Осознание того, что объект его обожания сейчас был таким открытым перед ним, одно его существование кричало ответное «Я так люблю тебя, Уилл!». Каждое его действие, каждая эмоция показывала лишь безмерную любовь. Глаза Майка тоже начали слезиться, а нижняя губа подверглась волне мелкой дрожи. — Я тоже люблю тебя, Уилл. Очень-очень сильно люблю. Уилл чуть наклонился к нему и поцеловал в лоб. Кожа на лице все еще отдавала жаром и была немного соленая. Майк ответил тем же — легонько чмокнул в лоб. А после бережно отодвинул с себя и потянулся к тумбе за пачкой влажных салфеток. Он достал одну и вытер сначала живот Уилла, а затем и кольцо мышц, которое все еще было полностью заполнено. Несколько салфеток полетело в корзину с другого конца кровати, и Майк принялся вытирать себя. Когда оба были вытерты дочиста, то брюнет потянулся за нижним бельем обоих и передал ткань Уиллу, попутно натягивая на себя свои боксеры. — Майк, — Вдруг раздался голос Уилла, который пытался лежа надеть на себя белье. — Кто мы теперь друг другу? — А чего бы ты хотел, хороший мой? Сердце вновь стукнуло быстрее и сжалось. — Я хочу быть с тобой. Хочу, чтоб ты считал меня своим партнером. Майк, наконец надевший боксеры, взял одеяло, давно сбитое до края, и накинул его на Уилла, а потом залез под него сам. — Тогда... Ты будешь моим парнем, Уилл? Не было ни одной причины, чтоб отказаться. Майк, смотрящий на него, наверное, самым нежным, почти щенячьим взглядом в мире, сейчас предлагал то, о чем думал Уилл каждую ночь с самого января, представлял как бы это случилось. Но ни один из воображаемых диалогов даже близко не был похож на то, что происходило сейчас. Слезы вновь намеревались выплеснуть наружу. От всей нежности, от всех чувств, которые так долго таились в нем хотелось лишь уткнуться Майку в плечо и залить слезами всю комнату. Это, кажется, были слезы счастья — Конечно, Майк. — Сказал Уилл перед тем, как соленые капли вновь вырвались наружу. Он все-таки уткнулся носом в плечо Майка, обнимая его, чувствуя телом каждый участок его кожи, чувствуя щекой его непослушные волосы и дыхание. Брюнет незамедлительно обнял его тоже, прижимая к себе крепче. Он не говорил ничего, все понимал. Майк гладил его по спине, по волосам, по плечам и успокаивал уже полюбившимися обоим короткими поцелуями везде. — Майк, ты... — Начал Уилл, все еще выплескивая все эмоции, накопившиеся внутри. — Ты даже не представляешь, насколько сильно я мечтал об этом. — Представляю, любимый, потому что я тоже мечтал. — Прошептал в ответ он. — С самого января, все три месяца я так хотел этого. — Продолжил Байерс, захлебываясь. — Все хорошо, Уилл, сейчас все хорошо. Не стоит так нервничать. — Я тебя обожаю, Майк. — Я тебя тоже. В таком положении они оба и уснули. Счастливые, уставшие, оба по уши влюбленные. Их ноги переплетались, руки обнимали друг друга. Голова Уилла с места между плечом и шеей сместилась на грудь Майка, слыша каждый стук его сердца, а Уиллер вновь лениво перебирал взъерошенные волосы Байерса, пока тоже не провалился в сон.