Сладкая омега Чонгук

Жил был маленький омежка Чонгук, у него был Альфа Тэхен и они жили счастливо. Тэхен является боссом мафии, директором крупнейших фирм в Корее и депутатом, имеющим связи не только по всей Корее, но и за границей. Маленький Чонгук лежит в своей тепленькой кроватке и ожидает своего альфа самца, пока тот ушел на перестрелку со страшными людьми. Миниатюрные ручки Чонгука обнимают самого себя. Малышу одиного без своего альфа самца, он чувствует себя брошенным, сидя в роскошной комнате 5 звёздочного отеля. Невинные глаза Чонгука слязятся, пока тот уткнулся носом в одеяло, будто пытается спрятаться от внешнего мира. От темноты собственного одиночества, он вспоминает как в 3 года также прятался под одеялом от пьяного отчима, который бил его ногами по голове и грубо шлепал малыша по анусу. Это определенно оставило детскую травму в сердце омежки, ведь каждый раз, когда он остаётся один даже на пару минут, дух его отчима приходит к нему, чтобы наказать ни в чем не виноватого крошку. Наконец чонгук услышал звуки открывающейся двери. Омежка упала с кровати и поранила свой мизинчик на ноге. от сильной боли в его хрупкой ножке, он был не в силах встать на свои две ноги и медленно начал ползти к двери. Горькие слезы скатываются по его щекам, когда тот пытается добраться до его спасения. Царапинка на мизинце, которую он получил после того, как выпал с теплой кроватки, терлась об мягкий ковер под ним, вызывая сильную боль и кровотечение. Маленький омежка в отчаянии, в итоге не сумев добраться до двери, он упал, свернувшись в калачик. Его ручки обнимают самого себя, пока тот уткнулся носом в свои колени и жалобно скулит от боли. Дверь в его комнату распахнулась. Тэхен наступил своим башмаком на белый ковер. Он был одет в строгий костюм и норковую шубу, которая была в каплях крови... не своей, а чужой. Перестрелка была жестокой, однако Тэхен выбрался из нее победителем. Солнце попадает на его грозные черты лица, он безусловно красив. Этот альфа настолько высок, что ему приходится наклоняться, чтобы войти в комнату через дверь, а его макушка едва касается потолка. Его строгий и угрожающий взгляд упал на омегу, свернувшуюся в калачик на полу, которая вся дрожит от боли. Малыш очевидно страдает. Это заставило Тэхена испытать настоящий страх, которого безжалостный альфа никогда не испытывал. Он бросился к Чонгуку и впервые упал перед кем-то на колени. Он взял омегу на свои руки и попытался взглянуть на его лицо — Тихо. Чшш... Зайка, успокойся... Котёночек. — Этот резкий контраст с его жестокой внешность придает ему некого очарования. Его альфа феромоны разнеслись по всей комнате, успокаивая маленького омегу. Под воздействием феромонов альфа самца, омега наконец успокоился и сумел взглянуть на своего альфу — Вот так, хороший мальчик... — Тэхен оставил поцелуй на носике маленького Чонгука. — А теперь расскажи мне, что произошло... — Он отбросил волосы с лица омеги, чтобы увидеть его напуганное выражение лица. Вид его напуганных глаз заставил сердце Тэхена сжаться. Низ его живота скрутило от вида напуганного Чонгука... Малыш, которого он поклялся защищать, теперь дрожит от боли и чистого ужаса. Он плохой альфа, раз позволил своему омеге страдать. Его сердце заболело от чувства вины, ведь это целиком и полностью его вина. — П-папочка... — Наконец заговорил чонгук тихим голосом, полным страха и дрожи. Это заставило сердце Тэхена упасть. — Ножка... Бобо... — Не успел омега продолжить, как вдруг он оказался на теплой кровати. Чонгук сел на колени перед ним и своим острым взглядом нашел причину дискомфорта его омеги. Он наклонился к его крошечной ноге, от которой исходит запах клубничного молока, и с жадностью стал лизать ее. Этот вкус вкуснее любого деликатеса в мире, ни один повар не сможет повторить его. Тэхен с жадностью заглатывал пальцы ног своего омеги, пытаясь вылечить его царапину своей слюной —А-ах... П-подожди... Я-я не... я не готов... — Тихие и жалобные стоны срывались с красных губ Чонгука. Омега весь покраснел и извивается, когда Тэхен залез на кровать и окутал его тело своим собственным. Он поднял ножку омеги над его грудью и взял его ступлю в рот целиком, не давая Омеге ни слова сказать. — Ах!!~ М-мх..!!~ — Стоны продолжали срываться с губ растерянного омеги, который уже забыл о всей той боли, которую он испытал до этого. Эти сладкие стоны только возбудили Тэхена сильнее, наконец он отстранился и посмотрел на результат своих действий. Ранка на мизинце его омеги чудом прошла от его слюны, а омега лежит под ним, дрожа от приятного удовольствия. Его бедра ерзают под альфой, словно давая ему понять, насколько он возбудился. Не успел Чонгук опомниться, как озверевший Тэхен сорвал с Омежки одежду и начал лизать его живот. — А-ааах~..!! Ахах~... — Стоны и неудержимый смех сладкого омежки затмил разум альфы. Он яростно сунул язык в пупок омежки и, словно дикий зверь, начал агрессивно лизать его, не давая Чонгуку ни секунды для отдыха. Внезапно, хрупкое, обнаженное тело омежки не выдержало. его ноги свели судоргой, отчего они дёргаются, как сумасшедшие. Подбородок Чонгука задрался настолько высоко, что ни одна птица не долетит до его верхушки. Омега в экстазе, он весь дрожит, его конечности дёргаются, будто их ударило током боли и удовольствия. Глаза омеги закатились так глубоко, что не видно радужки его глаз. Чонгук кончил прямо на лицо Альфы. Взгляд Тэхена потемнел. Он разорвал свою дизайнерскую одежду на куски и отстранился от хрупкого тела Чонгука. Его лицо покрыто спермой, на вкус напоминающую молоко младенца. Чонгук осознал насколько далеко он зашёл, вид лица его альфы, покрытого его собственной спермой, заставил сердце омеги упасть. — П-прости... мне так жаль... — Глаза омежки виноватого слезятся, пока альфа застыл на месте. Чтобы хоть как-то загладить свою вину, он сел на колени рядом со своим альфой и слизал сперму с его щеки. Это малая часть, которую он может сделать для своего альфы, чтобы искупить свою вину, однако прежде, чем он успел ещё что-либо сделать, Тэхен схватил оба запястья омеги и заставил его обратно упасть на кровать, прижав его хрупкие ручки над его головой. Тэхен, словно одичалый зверь, воспользовался тем, что пухлые губки омежки слегка приоткрылись от неожиданности, и зашёл в его рот языком. Его язык агрессивно исследовал ротик Чонгука, касаясь каждого зуба из всех 32 и даже достал до его горла. Он слизал сперму Чонгука, что осталась на его языке, когда тот пытался слизать ее с лица Тэхена в качестве извинений. Омега бьётся в конвульсиях от глубины его поцелуя, однако тело Грозного альфы прижимает его к кровати, не давая ему пошевелиться. Малышу не оставалось ничего, кроме как отдаться своему грозному альфе с длинным языком. Его сладкие сосочки встали от удовольствия и омега возбудился ещё больше. Его маленький ствол упирается в твердый ствол своего альфы, однако банан Тэхена ещё не собирается вставать. Все было как в тумане. Оба были опьянены феромонами друг друга в итоге они занялись сексом. Тэхен вдалбливался в разорванную дырку Чонгука, который громко выкрикивал стоны боли и удовольствия одновременно. Член Тэхена достает до его живота и упирается в его стеночки, продолжая вдалбливается в его всем своим размером. Наконец альфа нашел ту самую точку омеги, когда тот начал биться в конвульсиях от удовольствия и начал стонать все громче, пока он не сорвал свой голос. Альфа, который целиком и полностью наслаждается ощущениями, начал вдалбливается в эту самую точку. Бедра омеги поднялись настолько высоко, словно улетели в космос, не поспевая за движениями своего альфы. В итоге омега кончик уже в 10 раз, пока альфа не кончил ни разу. Наконец, Тэхен испустил громкий стон впервые за 4 часа секса и тот кончил прямо в дырочку своего омеги. Тело маленького Чонгука обмякло под его альфой и тот уснул крепким сном. Тэхен наконец успокоился, глядя на спящее лицо своего малыша и вытащил свой ствол из его ануса, из которого продолжала литься сперма Тэхена. Пока омежка спал, заботливый альфа прибрался за ними после их зверского секса и даже помыл спящего Чонгука в теплой воде, заботясь о своей омеге. Тэхен уложил спящего омегу на кровать и накрыл его обнащенное тело одеялом. Он присел рядом с Чонгуком и наблюдал за мягкими чертами его лица. Уже темно, наступила ночь. Чонгук умиротвоненно спит в мягкой кроватке, волосы падают на его лицо, а слюнки слегка стекают с его маленького ротика. Ему снятся сладкие сны, а Тэхен, боясь разбудить его, тихонько убирает волосы с его лица, наслаждаясь спокойствием своего омеги. Однако его лицо помрачнело. Он не забыл о том, что его малыш раннее поранил свой мезинец. Он начал проводить расследования, стоя над кроватью, с которой Чонгук упал. Он всматривался в каждый уголок, пока не нашел маленькую каплю крови на табуретке рядом с кроватью. Углы табуретки были безупречно острыми и это вызвало волну гнева Тэхена. Он взял свой телефон и запечетлил табуретку на камеру, отправив всем своим верным псам, чтобы они нашли создателя этой табуретки и наказали его и всю его семью за то, что они посмели поранить его сокровище. Он ни за что не оставит это так просто. Сидя возле спящего омеги, тот нежно гладит его голову, чувствуя сильную боль в сердце, вспоминая, как страдал его малыш. Внезапно тишину нарушил звук уведомления на телефоне альфы. Создателя этой табуретки нашли. Не прошло и секунды, как Грозный босс мафии уже натянул на себя запасную одежду и отправился в путь. Сейчас ночь. Создатель табуретки сидит весь связанный на полу подвала особняка Тэхена. Вокруг этих двоих стоят верные псы Альфы, держащие в руках автоматы в случае, если что-то пойдет не так. Они послушно охраняют своего босса, пока тот разбирается с тем, кто посмел перейти ему дорогу. — П-пощадите... — Тихо произнес мужчина, весь связанный. Его глаза перекрыты повязкой, он не может пошевелить ни пальцем от страха. — Грр.. — Альфа удовлетворённо зарычал при виде этого зрелища. Он не собирается отпускать его живым. Однако и руки свои пачкать он не хочет, ведь когда-то он пообещал своему милому омеге, что больше не будет пытать людей, причинивших ему боль. — Разберитесь с ним. — Холодно произнес Тэхен и ушел. Он слышал крики и мольбы за его спиной, однако это его лишь разозлило. Типично. Все они выглядят так жалко перед лицом смерти. Однако ему не терпится лишь скорее вернуться к своему сладкому омежке, пока тот не очнулся и не обнаружил пропажу своего альфы.