Мы оба будем сожалеть…

ㅤ Ллойд всегда серьёзно подходил к тренировкам. Насколько бы прост ни был устроен его мозг, подбивающий порой на легкомыслие, важное он всё ещё отмечал важным. Решимость во взгляде сына дарила Кратосу особое чувство, на которое он право не имел, — гордость. Не он растил Ллойда. Не ему испытывать радость от вида достойного сына. Но Кратос ничего с этим поделать не мог… Ллойд был их с Анной наследием. Их душой, вырванной из тела злым роком. — Ещё раз! — твёрдо произнёс Ллойд, в очередной раз проиграв. Он не желал сдаваться. Он хотел стать сильнее! Ради своих друзей. Ради той, кто была ему всех дороже. Кого Кратос собирался отнять… Тренировка подошла к концу. Кратос вымотал Ллойда до последней капли пота, но тот продолжал светиться оптимизмом, рассыпаясь в благодарностях и широко улыбаясь. Заразительно. Кратос мягко улыбнулся в ответ, сам не замечая, как рукой потянулся к волосам сына, трепля их так по-отцовски, что даже Ллойду стало неловко. Смутившись, Ллойд отвернулся, смущаясь, звонко произнося: — Хватит, — усмехнулся он, не выдержав ослабленных тренировкой эмоций, — ты словно папочка. В его голосе не было неприязни или осуждения, однако в сердце Кратоса больно кольнуло. Замерев, он будто сознал, насколько сложно запутались их судьбы. Кратос понимал это и раньше, но в этот момент груз ответственности лёг на его плечи особенно тяжко. Слова Ллойда… Правда наверняка разбила бы ему сердце. Кратос лишь сильнее уверился в важности сохранения тайны рождения Ллойда. Ведь иначе… «Мы оба будем сожалеть…» И больше всего пугал тогда Кратоса факт, что правда всегда находит путь. Он не хотел ранить Ллойла. Ни прошлым, ни своим существованием. Ллойд уже успешно пережил проблему и вырос в достойного юношу — этого уже было достаточно. Всё, что мог сделать Кратос — отойти в сторону и не мешать, исчезнуть из его жизни. Сломанный человек, потерявший свою человечность, ничем не мог ему помочь, как-либо направить. «После завершения паломничества наши пути навсегда разойдутся. Нет нужды переживать», — пытался он себя успокоить. Сердце же ныло тревожно, будто предчувствуя будущее. Лучшее будущее, чем Кратос мог предположить. А пока, с тоской глядя на Ллойда, хранил тайну, сжигающую его изнутри. — Прости, я сказал что-то не так? — забеспокоился Ллойд, возвращая к реальности. — Нет, — спокойно ответил Кратос. — Извини, я позволил себе лишнего. Отдохни. Для продолжения пути тебе потребуется немало сил. Кратос смотрел ему вслед. Что бы ни твердил разум, как бы не вставали поперёк обстоятельства, сердце точно знало, что Ллойд — гордость Кратоса и отрада. Потому сквозь боль и печаль Кратос улыбнулся. Словно появилась надежда на будущее… ㅤ