Bitches broken hearts

Золотое трио вернулось в Хогвартс на повторный курс, пропущенный из-за войны. Их дни состояли из попыток начать жизнь заново, избегания фанатов и подготовки к сдаче ЖАБА. Сегодня выпала очередь дежурить нашумевшей парочке. Вот только Гермиона Грейнджер шла по коридорам Хогвартса одна. Рон должен был быть с ней в паре, но у него внезапно нашлись «срочные неотложные дела». Это злило, но Гермиона решила не раздувать конфликт и просто продолжить дежурство. Хогвартс утопал в полумраке. Лунный свет проникал сквозь высокие окна, ложась серебряными полосами на каменные полы. Пройдя часть коридоров, она свернула в сторону ванной старост — и внезапно услышала шум воды, голоса и смех. Один из голосов был слишком знаком. Сердце болезненно сжалось. Нет… не может быть. Она резко распахнула дверь. Рон сидел в огромной ванной полностью обнажённый. На его коленях — изрядно выпившая Лаванда Браун. Он что-то шептал ей на ухо, вызывая звонкий смех. Лаванда ничуть не смущалась своей наготы — напротив, выглядела самодовольной. Дверь за Гермионой громко хлопнула. Лаванда обернулась первой — и ехидно улыбнулась. Рон вскочил, словно забыв, в каком виде находится. — Гермиона, это не то, что ты подумала… Он шагнул к ней. — А что ещё можно подумать в такой ситуации? — её голос дрожал. Слёзы катились по щекам. — Миона… — Я просила так меня не называть. Она ударила его по щеке. Руку пронзила боль, а кожа Рона вспыхнула алым — почти в тон его волосам. — Ты ведь не удовлетворяла мужских потребностей, — лениво протянула Лаванда. — Думала, он будет с такой зубрилой, как ты? С той, кто может отдаться только своим книжкам? Гермиона бросила на неё холодный взгляд и промолчала. — Лаванда, что ты несёшь?! — вспыхнул Рон. Но Гермиона уже разворачивалась к выходу. Она не собиралась участвовать в этом фарсе. Она бежала по коридорам, не разбирая дороги. Слёзы застилали глаза, ноги подкашивались. И всё же они сами привели её к Астрономической башне. Месту, где погиб Альбус Дамблдор. Обычно это место пугало. Сейчас же — дарило странное спокойствие. Она поднялась по винтовой лестнице и опустилась на холодный каменный пол, уставившись вдаль. Высота больше не имела значения. Рон обещал сделать её счастливой. Клялся в верности. Говорил, что подождёт. Она верила. Слова Лаванды резали глубже, чем пощёчина. Зубрила. Холодная. Неспособная… Слёзы хлынули с новой силой. — Чего сырость разводишь, Грейнджер? Голос был слишком знаком. У лестницы стоял Драко Малфой. Он выглядел непривычно просто: свитер, спортивные штаны, растрёпанные волосы. Без надменности — только усталость и внимательный взгляд. — Отвали, Малфой. Не твоё дело. — Ты заняла моё место. Значит, уже моё. Он расстелил мантию рядом. — Не сиди на холодном. Она замерла. — Спасибо… — Так кто тебя довёл? — спустя паузу спросил он. — Уизли? — Спрашиваешь, чтобы поглумиться? — Чтобы понять. Она отвернулась. — Я видела его с Лавандой. — Ну он и ублюдок, — коротко сказал Малфой. — Ты ведь ненавидел нас всех. — Поттера и Уизли. А ты… просто была рядом. Он замолчал, глядя в небо. — Я понял это слишком поздно. — Я тебя не узнаю. — Тот, кого ты знала, умер на войне. И дрянь из его головы тоже. Тишина между ними была спокойной. — Видишь? — он указал вверх. — Созвездие Дракона. Он подсел ближе, показывая. Его плечо почти касалось её. — Меня назвали в честь него. — Я знаю, — тихо сказала Гермиона и рассказала миф о Ладоне, который охранял золотые яблоки Гесперид. Геркулес в рамках своих двенадцати подвигов должен был украсть их. И по легенде, он либо убил Ладона, либо схитрил. Зевс поместил Дракона на небо, превратив его в созвездие. — А во что веришь ты? — Я хочу верить, что он остался жив. — Я тоже. Она попыталась отстраниться — слишком близко. Он удержал её за талию. — Не уходи, Грейнджер. Он смотрел на её губы. Она не помнила, кто потянулся первым. Только тепло его губ. Тихий стон. Нежность, от которой щемило грудь. Их прервал шум. Рон стоял на ступеньках, со злостью уставившийся на них. — Ты… с ним? С этим мерзким хорьком? — Кто бы говорил, Уизли. Удар. Потом ещё. Гермиона остановила Драко только тогда, когда схватила его за плечо. — Я остановился только из-за неё, — холодно бросил Малфой. — И если ты ещё раз откроешь рот… Он увёл её прочь. Она не помнила ни дороги, ни того как они дошли. В башне старост горел камин. Драко усадил её на диван, притянул к себе. Она вцепилась в его свитер, будто в спасательный круг. — Он не стоит твоих слёз. Она подняла на него глаза. — Я не заслуживаю тебя. Но он — тем более. Гермиона взглянула на него и увидела разбитые костяшки. — Нужно обработать их. Драко пытался остановить ее и усадить обратно но она была непреклонна. Быстро прошла на кухню, достала аптечку и также быстро вернулась. Она перевязывала его костяшки. Когда он морщился, дула на них, пытаясь заглушить боль. Он поднял её и мягко усадил к себе на колени. — Что ты… Он перебил её поцелуем. Медленным. Уверенным. В камине тихо трещали дрова. — Ты не обязана быть сильной со мной, — прошептал он. И впервые за долгое время Гермиона позволила себе просто быть. Драко медленно стал снимать с нее свитер, спускаясь поцелуями к ее шее. Она только поднимала руки, поддаваясь его поцелуям. Он медленно спускался поцелуями по ее шее к груди. Начал снимать ее бюстгальтер, отбрасывая его в сторону, не смотря куда он летит. Она тут же прикрылась в смущении руками. Он взял ее за руки, смотря на нее с под опущенных длинных ресниц. — Не нужно прикрываться. Он медленно убрал ее руки от груди и посмотрел на нее. Она и правда была прекрасна. Во всех местах. Она залилась румянцем. Потянулась к нему руками, снимая свитер и с него. Под свитером он был еще прекраснее. Чуть подкаченные руки от тренировок, широкий обхват плеч и кубики пресса, которые виднелись на его торсе. Она прижалась губами к его шее, все еще сидя на его коленях. Он откинул голову, простонав. И тут внезапно опрокинул ее спиной на диван. Она ахнула от неожиданности. Он подложил подушку ей под голову и стал спускаться поцелуями всё ниже. Добрался до груди, обхватив ее руками. Она простонала, сама не ожидая от себя такого. Для него же это было лучшее поощрение на большее. — Я могу..? Он указал рукой на ее брюки. Она поколебавшись, наконец решилась. Он первый кто увидит ее такой обнаженной. И душой и телом. Он стал расстегивать ее брюки, осторожно снимая их. Она привстала чтобы ему было удобнее. Сердце ее стучало, как будто вот-вот выпрыгнет. Он сквозь единственное белье, оставшееся на ней, осторожно прикоснулся к ней рукой. Она уже была мокрой. — Я приятно удивлен. — сказал он. — Интересно, возможно сделать тебя еще более мокрой? Я постараюсь изо всех сил. Его слова распалили ее еще больше. Она простонала: — Малфой… — Нет, скажи мое имя. — А разве ты не Малфой? Он остановился и она разочаровано выдохнула. — Ну пожалуйста. — Неправильный ответ. — он ухмыльнулся ей. — Назови моё имя. — Драко.. — Хорошая девочка. Он стянул с нее белье, и тут же припал губами. Она только выкрикивала его имя, и металась по дивану. Он удерживал ее одной рукой, а другой сунул в нее пальцы, постепенно растягивая ее. — Подожди.. — сказал он, остановившись. — У тебя что, никого не было? Она смущенно посмотрела на него, вся покрасневшая то-ли от его действий то-ли из-за последних слов. — Да. — Это удивительный подарок, Грейнджер. — Ты точно уверена? — Да, Драко. Но если ты продолжишь так много говорить, я передумаю. У него вырвался смешок, нервный или смущенный, он сам не понял. Он стянул с себя штаны и белье, произнес заклинание. Поцеловав ее, он медленно начал входить. У нее вырвался вздох. — Потерпи, сейчас станет легче. Она только кивнула и уткнулась ему в плечо, вцепившись в него. Он толкнулся до конца, стараясь не причинять ей еще большую боль. — Ты можешь… можешь продолжать. Он откинул с ее лба волосы и поцеловал в лоб, продолжая. Прошло немного времени, прежде чем она привыкла к нему и сама начала испытывать удовольствие. Он просунул между ними руку, помогая ей достичь разрядки. — Гермиона, я сейчас… Она простонала в ответ, достигая разрядки вместе с ним. Металась по подушке, чувствуя свое первое удовольствие. Он лёг рядом с ней, уложив её голову себе на грудь. Лёгким движением леветировал плед с кресла у камина и накрыл их обоих. Тепло сразу стало гуще, почти осязаемым. — Я рада, что мой первый раз прошёл с тобой, — прошептала она, почти засыпая. Её голос был сонным, искренним, без тени сомнений. Он замер на мгновение, словно боясь нарушить хрупкость этого признания. Потом медленно выдохнул и улыбнулся, продолжая гладить её по спине — осторожно, бережно. — Я надеюсь не разочаровать тебя, Гермиона. Она чуть сильнее прижалась к нему, обняв чуть крепче. — Ты уже не разочаровал, — тихо ответила она. Пламя в камине потрескивало, отбрасывая тёплые отблески на стены. За окнами Хогвартс спал, храня их покой. А Драко смотрел в огонь и впервые за долгое время думал, что, возможно, не всё в его жизни было потеряно. Иногда, чтобы начать заново, достаточно просто быть рядом с тем, кто остаётся.